Глава 23

Бабочки в моем животе

«Когда выключаются камеры, Рита, Диана делает всё, чтобы держаться от меня подальше. А я делаю всё, чтобы она верила в эту иллюзию безопасности. Всё слишком серьезно в этом шоу, чтобы мы раскрыли карты до финала. Но мы определенно дойдем до него вместе. Правда, Диана?» …

Вот что ответил Денис с вальяжной серьезностью, пока я загадочно улыбалась рядом, изображая Мону Лизу под транквилизаторами. А всё потому, что его рука под водой легла на мою голую талию, а ступня наглым образом припечатала ко дну бассейна мои пальцы.

Бесстыжий, невыносимый Демонец! Он еще час над мной измывался, пока продолжались все эти съемки-купания. Охотился, как пиранья за карасиком, пока я не нырнула под водопад, наплевав на макияж и прическу. И пока Марго в джакузи изображала Диву в белом купальнике, я изображала выдру на спортивных соревнованиях по гребле от одного бортика к другому.

Наверное, операторы решили, что мы с Демонцом жир сгоняем после новогодних праздников. Но я не могла ничего с собой поделать! Стоило нам остаться вместе, как у меня начинались паника, ступор и тахикардия от смелых действий Дениса.

Последний момент, когда он помог мне выбраться из бассейна, придержав за бедра, придал мне такое ускорение, что я уже через минуту после команды: «Стоп! Снято!» оказалась в лифте. Чувствуя, что моё внутреннее спокойствие рухнуло окончательно.

Я его не понимаю! И себя тоже! Я не готова к таким играм, неужели не понятно?! Мне не нужны свидания. Мне нужен мой кот Зодиак, спицы и вязаная шапка! И что это за намеки про иллюзию безопасности и искусственное дыхание? Нет, надо было ему все-таки попасть яблоком в лоб — чтобы вернуть к реальности!

Вернувшись в свой номер, я сбросила халат, купальник, взяла чистое белье и отправилась в ванную комнату. Нужно было срочно смыть с себя хлорированную воду бассейна, а заодно остудить лихорадочный жар, который после странного поведения Демонца никак не хотел сходить со щек.

Я включила воду и встала под душ. Горячие струи приятно ударили по плечам, прогоняя все мысли и тревожность. Я долго стояла под водой, намыливая волосы, затем смывая с них пену, пытаясь убедить себя, что всё под контролем. Завтра — седьмое, финальное свидание, и всё, что мне нужно — это продержаться еще один день. Мы просто заигрались в пару, а значит я не должна дурачить себе голову сказками. Не должна верить голубым глазам под темными ресницами и никаким признаниям. Даже если они вызывают у меня странное волнение, выброс адреналина и скачки пульса.

Хотя должна признать, слезы были очень убедительными.

Выключив воду, я вытерлась, надела тонкие трусики-бикини и туго обмоталась белоснежным банным полотенцем. Зафиксировав его над грудью, нашла фен и принялась сушить свои длинные волосы.

Прошло минут пятнадцать, волосы высохли наполовину, но их сушка всегда была особым квестом, поэтому заморачиваться дальше не стала. Встряхнула длинные светлые пряди рукой и вышла из ванной в жилую комнату. Включив свет поярче, отыскала в чемодане расческу, расчесалась и сделала пару шагов к прикроватной тумбочке. Я уже почти дотянулась до нее, как вдруг увидела на стене огромную тень — клянусь, на пол комнаты!

Прямо над моих ухом раздался громкий шорох, словно кто-то очень быстро замахал в воздухе веером. А затем длинная тень стремительно пронеслась по всем стенам, заставим меня буквально оцепенеть на месте, чувству в коленях и груди ледяную слабость.

Сухое шуршание повторилось, но уже с другой стороны. Я медленно, с замиранием сердца, повернула голову и… от страха едва не лишилась чувств.

Огромное и жуткое крылатое существо, похожее на летучую мышь, сделало под потолком крутой вираж и понеслось прямо на меня — нацеливаясь на волосы!

Мой разум мгновенно отключился.

— А-а-а-а-а! — завизжала я на весь номер, что есть силы, в панике махая руками и отступая назад. — А-а-а-а-а!

Ноги подкосились, коврик съехал, и я спиной рухнула на кровать. Полотенце от моих резких взмахов распахнулось в стороны, и я оказалась лежать на покрывале открыта от груди до бедер. Глядя широко открытыми глазами на жуткое крылатое чудовище, которое тут же брякнулось на мой голый живот…

От ужаса я уже готова была закричать «помогите!» (если бы этот момент оказался самым страшным). Но нет.

Самым страшным оказался удар в дверь, хруст замка и вид полуголого Дениса, который ворвался в мой номер мокрый после душа, в одних расстегнутых джинсах и, кажется, готовый кого-то убивать. Он в одну секунду очутился возле кровати, увидел меня и… остолбенел, уставившись на открывшуюся ему картину.

Я лежала на кровати практически голая, вскинув руки в позе «сдаюсь», запутавшись в собственных влажных волосах, а на моем животе сидела синяя в желтых пятнах огромная бабочка — та самая, с титульной странички рекламного буклета.

Не удивительно, что Демонца заклинило. Я тоже онемела, не в силах пошевелиться. От всего сразу — от приступа ужаса, волны жгучего стыда и заморозившей меня паники.

— У-убери это чудовище… пожалуйста, — наконец жалобно взмолилась я.

Денис, очнувшись, махнул рукой, и бабочка взлетела. Исчезла где-то на верхнем шкафу, словно ее и не было. А я стремительно села и притянула к груди полотенце. Запахнувшись в него, закрыла лицо ладонью с выражением «фейспалм» и уронила голову, прячась за волосами. Денис молчал, и мне пришлось выдохнуть самой:

— Ничего не говори… Я теперь никогда не смогу смотреть тебе в глаза. Какой кошмар… Так стыдно мне еще никогда не было.

Наверное, я бы просидела так до утра, пребывая в полном ступоре от произошедшего. Но Денис внезапно шагнул к кровати и поднял меня на руки под попу. Прижав к плечу, вынес из номера, и отнес в свой — напротив по коридору. Опустив возле кровати, все так же молча вернулся и закрыл дверь на замок.

Остался стоять к двери лицом, только руку растерянно поднял к волосам, демонстрируя, какие красивые у него спина и плечи.

Я все-таки посмотрела на него.

— Что ты делаешь?

— Здесь точно нет никаких бабочек, — услышала в ответ просевший голос, на этот раз без капли игры. — Мне так спокойнее… наверное.

Мы замолчали. Я просто не знала, что сказать в этой обжигающей тишине. И Денис заговорил сам:

— Диана… тебе совершенно нечего стыдиться. Честно. Я… — он запнулся, тяжело выдохнул и договорил: — Я в жизни никого красивее тебя не видел.

Смущаться дальше было уже некуда.

— Ты просто хочешь меня успокоить.

— Нет, я хочу… Черт, лучше тебе не знать, чего я хочу.

— Почему ты отвернулся?

— Потому что если повернусь, то боюсь, что наделаю глупостей.

Не знаю почему, но я вдруг почувствовала, что это наш главный момент откровенности. Для него пришло время. Наверное, потому, что в комнате у Дениса было тихо, мягко горел единственный торшер, а за большим окном на нас молча смотрела зимняя ночь.

— Мы с тобой их уже наделали вчера, — тихо напомнила ему и себе.

— Диана…

— Что?

— Выгони меня. — Денис вновь тяжело вздохнул, не сдвигаясь с места. — Если… если ты меня сейчас не прогонишь, я возьму тебя силой. Кажется, я расщепил ядро реальности и схожу с ума.

— Дурак.

— Я больше не могу себя сдерживать, когда ты рядом. Это сильнее меня, слышишь?

Слышала ли я? Конечно. И сейчас особенно остро.

— Не услышу, если ты так и будешь там стоять.

Он оказался рядом быстрее, чем я поняла, что ему ответила. И первый раз, когда Денис подошел вплотную, я не сделала попытки отступить. Даже когда он наклонил голову и накрыл мои губы своими, когда пол ушел из-под ног, а сердце застучало… когда он зарыл пальцы в мои волосы, а второй рукой крепко притянул к себе — я позволила себе просто чувствовать.

— Диана…

На этот раз это не был порывистый поцелуй для камер. Это было медленное, глубокое погружение друг в друга, сбивающее дыхание, прорывающее все границы и сметающее преграды, в том числе стыда. Мои пальцы, сжимающие полотенце на груди, ослабли и скользнули на широкие, горячие плечи Дениса. Его рука погладила мою голую спину, и полотенце беззвучно упало на ковер. Мы не разорвали поцелуй даже тогда, когда Денис мягко опустил меня на постель, накрывая собой, но это было неожиданно приятно. Словно так и должно быть.

— У меня всё мутнеет в голове от твоей близости. Кошкина, ты мучительница… Как сладкий яд проникла под кожу и не отпускаешь.

— Ни… ничего подобного, — шепнула я, чувствуя, что тоже теряю рассудок.

От пережитого страха не осталось и следа. Бабочки? Какие бабочки? Они больше меня не волновали. А вот один конкретный демон очень даже!

— Денис, если ты прокусишь мне шею, я стану нечистью, предупреждаю…

Демонец, который в этот момент нагло и смело целовал меня под подбородком, тихо рассмеялся. Но отпустить и не подумал. Наоборот, с особым желанием спустил губы к ключице, поднял руку и вдруг очень по-собственнически накрыл ладонью мою голую грудь. Не спрашивая и не давая мне отступить.

— Ты… ты с ума сошел, — стук сердца, казалось, отозвался в ушах, а от новых ощущений потемнело в глазах.

— Мой размер, — шепнул он нагло мне в губы. — Я так и знал.

— Я тебя прибью!

— Потом, Дианка. Столько раз, сколько захочешь. Поверь, у тебя будет повод. Мне кажется, я тебя не отпущу.

Мы вновь поцеловались — долго, без спешки, с такой затягивающей глубиной, что едва не утонули.

Денис оторвался от моих губ и заглянул мне в глаза:

— Диан, я тебя хочу… до боли. Ты даже не представляешь, как сильно.

Может, я и не представляла «как», но ощущала очень даже. Особенно сейчас, когда он прижимался ко мне горячим телом. И тем не менее выдохнула, пытаясь уцепиться за остатки привычной реальности:

— Ты меня терпеть не можешь.

— Кто тебе такую глупость сказал?

— Ты…

На этот раз Демонец поцеловал край моих губ и щеку.

— Обманщица. Неправда. Я никогда подобного не говорил, даже в школе. Ты сама всё придумала. Мне нравилось тебя дразнить — это правда. И сейчас нравится…

Он медленно скользнул пальцами ниже, вдоль моего живота, заставляя меня одновременно напрячься, сжать руки на его плечах и глубоко вдохнуть. Шепнул сладко в ухо, дразня кончиками пальцев мои нервные окончания и переступая оставшиеся границы.

— И ты нравишься… до безумия. — Его большой палец зацепил резинку моих тонких бикини и забрался под них, заставляя меня буквально затрепетать. — Больше никаких игр, Диана, только ты и я. Моя нежная, вкусная кошка, так бы и съел!

Я не могла ничего ответить. Наши губы вновь встретились, и меня полностью подчинила себе его близость. Нравилось ли мне это? Да. Нравился ли парень, который меня целовал? Да.

— Диана?

Нравилась ли нежность, с которой он произносил мое имя?

— Да-а…

Денис умудрился раздеться, не отпуская меня и не разрывая нашего сбившегося дыхания. Его горячая ладонь бережно сплелась с моими пальцами, прижимая их к подушке, и отступать стало некуда.

Кануло в небытие всё: и камеры, и шоу, и все наши многолетние обиды. Перед обнаженной чувственностью они в одно мгновение обратились в пыль. Остался только он — Демонец. Его сильные руки, одновременно жадные и нежные, потемневший взгляд пронзительных глаз и жар мужского тела. Бесконечная ласка, в которой я этой ночью растворялась под ним без остатка…

— И что теперь? — спросила я растерянно, когда волна безумия наконец улеглась, и Денис нехотя оторвал свои губы от моих.

Мы лежали на кровати полностью обнаженные и горячие. Зима всё так же молча продолжала наблюдать за нами из окна, падал снег, а мое дыхание билось где-то под потолком, не в силах опуститься на землю. Но ведь пора?

Денис уставился на меня очумелым взглядом, нависая сверху — теплым, темным и голодным. Посмотрел на мои распухшие от поцелуев губы, а потом в глаза.

— Кошкина, какая же ты красивая. Всё, — неоднозначно ответил. — Мы.

— Что «мы»? — не поняла я. — Т-то есть сделаем вид, что ничего не было?

Откуда я знаю, что происходит после первой близости? Ну не руку же и сердце предлагают. Но Денис меня удивил, сказав внезапно:

— Дианка, давай поженимся.

— Что?! — Если бы я в этот момент пила воду, я бы обязательно обрызгала всё вокруг фонтаном. А так только затылок оторвала от подушки и ресницами изумленно хлопнула: — Ты серьезно?

— Вполне.

— Но… мы даже не встречаемся, — растерянно напомнила.

— Неправда, у нас было целых шесть официальных свиданий, — Денис улыбнулся, довольно сверкнув в полумраке комнаты клыком. — Достаточно, чтобы понять, чего я хочу. А если учесть, что я тебя знаю с пяти лет…, поверь, у меня было время, чтобы определиться.

— Я не пойму, ты сейчас шутишь? Или для шоу стараешься?

Улыбка с лица Дениса мгновенно слетела.

— Диан, а вот сейчас было обидно. Какое, к черту, шоу? Я не играю с такими вещами, и точно не собираюсь играть с тобой.

— Но зачем-то же ты пришел в этот проект?

— А ты?

Хороший вопрос. И главное, очень своевременный.

— Только про славу или поиск любви сказки не рассказывай, всё равно не поверю, — добавил Денис.

Но я и не собиралась. Съемки обещали закончиться уже завтра, а значит тайное и так скоро станет явным. Можно сказать правду.

— Я узнала, что участвую в проекте, в последний момент, когда отказаться уже было невозможно, — призналась. — У меня мама в команде экспертов. Она экстрасенс, и организаторы ловко поймали ее на крючок пари. Я не могла оставить её с этими акулами один на один. Твоя очередь.

Денис лег рядом, но меня не отпустил. Оплёл рукой живот, а ногой прижал бедра, потираясь носом о мою щеку.

— Да всё просто. Алиса — моя родная сестра. Это её первый крупный проект в качестве режиссёра и, клянусь, последний, в котором я участвую. Я просто не смог ей отказать, когда она приперла меня к стенке.

Если я и удивилась, то только в первые несколько секунд. А потом пазл сошелся… Ну конечно! Эти пронзительно-голубые глаза — я должна была и сама догадаться.

Я повернула лицо к Денису, но сказать ничего не успела. Он вновь меня поцеловал, притянув к себе. Нежно, его точно никто не заставлял это делать. И вновь долго не отпускал, гладя мою спину и волосы — доводя до пиковых скачков пульса и сбоев в дыхании.

— Диан, я не шучу, — наконец отпустил. — Я теперь себе места не найду, если не буду знать, где ты.

— Но… ты меня не любишь.

— Я понял, ты хочешь, чтобы я встал на колено?

Вот и пойми его. А что любит — не сказал!

— И вообще ты бабник! — вдруг выпалила я, отпихивая его от себя и натягивая на грудь одеяло. — Хочешь, чтобы я всю жизнь страдала?

И на всякий случай губы надула. А пусть знает, что у меня есть «характер», даже если я сейчас растеклась лужицей.

— Да с чего ты взяла? — искренне удивился Денис и привстал на локте.

— А разве нет?

— Нет.

— Врун. Я сама видела.

— И что ты видела? Что я с кем-то встречался или что-то обещал? А даже если и…

— Ах, «даже если»?!

Но не успела я возмутиться, вскочить с кровати и выдать на память этому наглецу список всех его школьных поклонниц, как Денис с тихим смехом подхватил меня и ловко перевернул на живот. Не давая опомниться, лег сверху и укусил сначала за лопатку, а потом за голую ягодицу… раз пять, пока я судорожно искала нужные слова!

— Ай! Отпусти… ты с ума сошел?!

— Нет.

— А мне кажется, да! Переверни меня обратно, Демонец!

— Какая у тебя нежная и мягкая попа, Кошкина, — промурлыкал этот нечистый ниже моей поясницы. — Я её себе именно такой и представлял.

— Ты… что делал? — я опешила и едва не задохнулась от смущения и возмущения одновременно.

А вот Денис не был бы сам собой, если бы моё возмущение его остановило. Нет, он спокойно перевернул меня на спину и поднялся к моему лицу. Убрав со щек волосы, чмокнул меня сначала в нос, а потом в губы.

— Да, я мечтал о тебе. А что, нельзя? — запросто признался, придвигая к себе за бедра. — Я не виноват, что у меня буйная фантазия, а ты, как специально, дразнишь то короткой юбкой, то чулками. Наскакиваешь на меня в темном подвале, обещая отдаться…

— Я что?! — ахнула потрясённо. — Когда это я обещала?! Она у тебя не буйная… а пошлая!

Денис рассмеялся.

— Может быть.

— Бабник, пошляк и нечисть! — я несильно стукнула его в плечо. — Ненавижу тебя!

Но, конечно, я соврала. В моей голове царил кавардак, а в сердце бушевал настоящий шторм. Демонец меня невероятно притягивал, отрицать это было бесполезно, но и смущал. И я совершенно не понимала, куда мы с ним идем и что делать дальше. Что я должна сейчас сказать? Встать, одеться и уйти?

Потому что если неловкость и стыд вернутся, мне будет сложно сделать вид, что между нами ничего не было.

Я вдруг неожиданно замялась в нашей молчаливой паузе.

— Слушай, Денис… мне, наверное, пора идти к себе? Может, та бабочка уже улетела?

Денис подпёр голову ладонью, другой рукой продолжая обнимать меня за талию, и спокойно ответил:

— Иди.

Я попыталась встать, но ничего не вышло.

— Но я не могу, ты меня держишь.

— Держу, — он так же спокойно согласился, ничего не предпринимая. Ну разве что на грудь посмотрел и потянулся к ней губами.

— Денис, пожалуйста… — я мягко остановила его, положив ладонь на голое и горячее плечо, — ты меня смущаешь.

Он вздохнул и сел, но руку с талии не убрал. Посмотрел в глаза.

— Диан, скажи, ты сейчас страдаешь? Только честно, — спросил, уровняв наши лица. — Тебе плохо со мной?

— Н-нет.

— Так зачем бояться того, чего нет? Давай я скажу прямо. Ты готова? — он вдруг перестал улыбаться и сосредоточенно нахмурился.

— Д-да.

— Я тебя не отпущу. И дело не в соседнем номере и не в этом дурацком шоу. Вообще никуда. Ты моя, Кошкина, хватит убегать. Я просто не понимал этого раньше, но всегда чувствовал, а теперь точно знаю. Так что смирись. Я теперь твой личный маньяк и захватил в свой плен.

Я продолжала растерянно хлопать ресницами, переваривая это заявление, пока Денис с серьезным видом поймал светлую прядь моих волос и пропустил между пальцами. Коснулся костяшками моего живота, отчего по коже тут же пронеслась стайка чувственных мурашек. Тяжело выдохнул:

— Ясно. Значит, всё-таки встать на колено? Только мне нужно сначала трусы надеть, а то будет неловко.

Подушка, которую я схватила с кровати, приземлилась Демонцу прямо на голову, но он был готов и со смехом ее поймал. А уже в следующую секунду отбросил в сторону и подмял меня под себя.

— Дурак ты, а не маньяк, Денис! Размечтался!

— Дианка, когда ты вот так улыбаешься, мне хочется совершать подвиги.

— Только не вздумай снова разреветься, рыцарь! У тебя до сих пор глаза красные.

— Слушай, а что ты там сказала насчет пари? И мама-экстрасенс — это не шутка?

Мы уснули уже под утро. А проснулись непростительно поздно, когда день давно начался, и один бессовестный демон лежал рядом, щекоча мои губы кончиком моих волос.

— Принцесса, просыпайся. Только что приходила Алиса. Рита обнаружила твое отсутствие в номере и едва не вызвала полицию. Хорошо, что сестра догадалась заглянуть сюда. Нас поймали с поличным.

Я чуть из кровати не выскочила.

— Нас… что?! — резко села, натянув на себя одеяло, и только потом открыла глаза, представив картинку, как вся съемочная группа стоит над нашей кроватью, прикрыв изумленные рты ладонями, и удивляются: а что это мы тут делали? — Какой ужас!

На голове снова было черт знает что, губы ощущались непривычно распухшими, а про макияж оставалось мечтать. Но Демонец смотрел на меня так, словно привык видеть меня такой как минимум сто последних лет. И, кажется, не имел ничего против.

— П-привет, — я осторожно покосилась сначала на него, а потом огляделась вокруг.

Слава богу, кроме нас в номере никого не было. Денис уже был в спортивных штанах и футболке. И, похоже, успел сходить в мой номер — я заметила у окна свой чемодан, а на кресле — остальные вещи. А судя по тому, как влажно блестели его волосы и как от него пахло мужским гелем для душа — он успел привести себя в порядок и побриться, пока я тут дрыхла, как хорёк зимой.

— А твоя Алиса…

— Нет, она не заходила. Просто постучала, выдыхай.

— А-а…

— Ты же не думаешь, что я буду всем показывать тебя в своей постели?

— Э-м…

Кажется, я с утра плохо соображала, потому что ответить колкостью не вышло. Я не думала. Вместо этого я полезла под одеяло искать свои трусики.

Ужас, что вообще в моей жизни происходит?! Я чувствую себя трусливым фениксом в носке с прожженной пяткой.

Денис спустил ноги с кровати, нашел меня под одеялом и притянул к себе. Сказал насмешливым, привычным тоном, зарываясь носом в мои волосы на затылке:

— Они в тумбочке. Я подумал, вдруг ты их забудешь, и я открою в себе фетишиста.

— Денис, пусти. Я же раздета.

— Да ладно! Что, правда? — картинно изумился он, вставая и подхватывая меня на руки. Поставив на пол, повернул к себе лицом и запросто поцеловал в губы.

— Кошкина, ты такая секси, аж дух захватывает! Мне хочется раздеться и не отпускать тебя от себя до вечера, но мы с тобой проспали завтрак и уже почти проспали обед, так что я попросил принести нам кофе и еду прямо в номер. Одевайся, если не хочешь пить кофе холодным!

— А ты чего командуешь?

— Ах, простите, Ваше величество, забылся.

— Денис…

— Нет.

— Но я еще ничего не сказала!

— А не нужно, я и так знаю. В твоем номере сломан замок, прячется огромное насекомое и… что-то я быстро тебе надоел, Кошкина.

Это была неправда. Если честно, я и сама от себя не ожидала той смелости, на которую оказалась способна. Особенно в момент, когда наша близость стала неотвратима, и я осознанно сказала «да». Демонец превзошел все мои тайные представления о первом сексе. Но у моей нервной системы существовали пределы, пока еще… и, выкрутившись из рук Дениса, я быстро запахнулась в банный халат.

— Ты мне не надоел. Ты меня шокируешь и бесишь, а это разные вещи!

Отправившись прямо с чемоданом в ванную комнату, я на всякий случай предупредила, закрывая дверь, пока Демонец с удивлением за мной наблюдал:

— Только попробуй зайти, получишь в лоб! Абьюзер нашелся… И не вздумай съесть мой десерт, я не на диете!

Когда Денис смеялся, я клялась себе выстроить с ним личные границы. И обязательно с этой минуты — вот прямо железобетонные!