Глава 13

Доверие и подозрение — эти два чувства вели войну в моей душе, и я была полем боя. Сердце отчаянно цеплялось за образ Макса-героя, за тепло его рук и искренность в его глазах. Но разум инженера, холодный и логичный, видел лишь аномалию в системе, сбой, который требовал немедленной диагностики. И я знала, что не успокоюсь, пока не найду причину.

Я не стала снова просить Майзера, это была моя битва. Моё право — и моё проклятие — узнать правду самой.

Предлог был безупречен. В бортовом журнале технического отдела уже несколько месяцев висела заявка на диагностику силовой проводки в секторе «Омега». Старые кабели, периодические скачки напряжения — идеальное прикрытие. Никто не удивился, увидев меня с ящиком инструментов и диагностическим сканером, направляющуюся в самый заброшенный и забытый уголок «Неукротимого».

Сектор «Омега» встретил меня тишиной и запахом пыли и холодного металла. Здесь не было яркого освещения жилых палуб или гула машинного отделения. Только тусклые аварийные лампы и эхо моих собственных шагов. Я нашла кладовую «О-117» и устроила свой наблюдательный пункт за проржавевшей распределительной панелью, напротив. Я не собиралась взламывать дверь. Я собиралась ждать.

Макс пришёл через час, он двигался быстро и тихо, как тень. В его походке не было обычной уверенности офицера, а была настороженность шпиона. Он огляделся, и я вжалась в стену, затаив дыхание. Убедившись, что коридор пуст, он скользнул в кладовую, и я услышала тихий щелчок механического замка.

Мой выход.

Я вытащила из потайного кармана свой главный инструмент, это был не гаечный ключ и не отвёртка, это был миниатюрный эманационный сканер, тонкий и гибкий, как лист бумаги. Я подкралась к двери и аккуратно прилепила его к металлической обшивке. Устройство было пассивным, оно не издавало ни звука, не посылало никаких сигналов, оно просто слушало. Слушало остаточные вибрации, которые оставляла в металле любая зашифрованная передача.

Двадцать минут ожидания показались мне вечностью. Наконец, дверь щёлкнула снова. Я едва успела отскочить в тень, как Макс вышел. Он не оглядывался, он выглядел измотанным, и на его лице застыла маска усталости и чего-то ещё… чего-то, что я не могла прочесть. Когда эхо его шагов затихло, я сняла свой сканер и поспешила прочь из этого холодного, давящего места.

***

Заперевшись в своей каюте, я подключила сканер к терминалу. Зай’ла, к счастью, отсутствовала. Я не хотела, чтобы кто-то видел меня сейчас. Мои руки слегка дрожали, когда я запускала программу анализа.

Я не могла прочесть сообщение, шифрование было на уровне, недоступном для моих возможностей. Но мне это и не было нужно. Мне нужен был только «отпечаток пальца» передатчика, его уникальная электронная подпись.

Выделив её из общего шума, я скопировала сигнатуру. Секунду я колебалась, это был путь без возврата, после того, как я нажму «ввод», я либо получу доказательство его невиновности, либо… либо мой мир рухнет.

Я отправила запрос в центральную базу данных Имперского флота.

Ответ пришёл почти мгновенно, и он был приговором.

ИДЕНТИФИКАЦИЯ ИСТОЧНИКА СИГНАЛА:

Корабль: ИРК «Тень Возмездия»

Тип: Тяжёлый крейсер (модифицированный)

Статус: Разыскивается за пиратство, контрабанду, убийства

Командир: Капитан Кайден «Рейвен» Вольф

Категория угрозы: КРИТИЧЕСКАЯ

Примечание: Один из самых опасных и жестоких преступников в

известной галактике.

На экране появилось лицо мужчины с холодными, мёртвыми глазами и красным кибернетическим имплантом вместо левого глаза. Список его преступлений был бесконечен.

Я смотрела на это лицо, потом на название корабля, и в голове билась только одна мысль, выжигая всё остальное.

Макс, мой Макс, лейтенант Имперского флота, мечтавший о звёздах и древних тайнах говорил с ним.

Я откинулась на спинку стула, и комната поплыла перед глазами. Воздуха не хватало. Майзер был прав. Моё влюблённое сердце было слепо. А теперь, когда пелена спала, я видела правду, и эта правда была уродливой, кровавой и невыносимой.

Человек, которого я полюбила, возможно предатель!

***

Мостик «Тени Возмездия» был полной противоположностью дворцу герцога. Здесь не было золота и бархата, только холодный, функциональный металл, тусклое свечение тактических экранов и панорамное окно, выходящее в бездну космоса.

Капитан Кайден «Рейвен» Вольф сидел в своём командном кресле, похожем на трон из тёмного сплава. Перед ним, в мерцающем свете голопроектора, висела фигура лейтенанта Максимилиана Веста.

— …ты играешь с огнём, имперский щенок, — голос Кайдена был низким и полным сдерживаемой ярости. Его красный кибернетический глаз неотрывно смотрел на голограмму. — Думаешь, я позволю какому-то мальчишке в форме диктовать мне условия?

Голограмма Макса усмехнулась, его лицо было спокойным, почти наглым.

— Я не диктую, капитан, я просто напоминаю о нашей сделке. У вас есть информация, которая нужна мне. А у меня есть информация, которая может закончить вашу карьеру… и жизнь. Полные отчёты о ваших «деловых» встречах с синдикатом «Чёрная Туманность». Координаты ваших тайных баз, имена ваших информаторов в Сенате. Уверен, имперской службе безопасности это очень понравится.

Кайден медленно сжал подлокотник кресла так, что металл под его пальцами заскрипел.

— Ты шантажист.

— Я прагматик, — поправил Макс. — Мне нужны сведения о местонахождении двух артефактов, которые сейчас в руках криминальных синдикатов. «Пирамида» и «Октаэдр». Вы вращаетесь в этих кругах, капитан. Вы знаете, кто их держит, вы даёте мне эту информацию, а я, в свою очередь, «теряю» компрометирующие вас файлы.

— И зачем тебе это? — прорычал Кайден. — Империя никогда не полезет в открытую войну с синдикатами.

— А ей и не придётся, — улыбка Макса стала шире. — Вы дадите мне информацию, я, через подставных лиц, солью её конкурирующим группировкам. Они начнут войну друг с другом за право обладать артефактами. А когда они перебьют друг друга и ослабнут, появится «Неукротимый» и просто заберёт то, что осталось. Чисто, эффективно и без лишних потерь со стороны флота.

Кайден молчал, анализируя дерзкий план. Этот имперский выскочка хотел использовать его, самого Кайдена Вольфа, как пешку в своей игре. Заставить его сдать своих конкурентов, чтобы потом Империя забрала себе главный приз. Это было унизительно, но альтернатива была ещё хуже.

— Ты рискуешь, лейтенант, — наконец произнёс он. — Если твоё командование узнает о твоих методах… тебя самого отдадут под трибунал.

— Это моя проблема, капитан, а ваша проблема — это папка с файлами на моём личном сервере. Итак, мы договорились?

Кайден смотрел на его уверенное лицо и чувствовал, как в нём закипает ненависть. Он был хищником, загнанным в угол другим, более молодым и наглым хищником.

— Я пришлю тебе данные, — процедил он сквозь зубы. — Но запомни, щенок, однажды ты ошибёшься. И в этот день я лично вырву твоё самодовольное сердце.

— Жду с нетерпением, — холодно ответил Макс, и его голограмма погасла.

***

На мостике «Тени Возмездия» воцарила тишина, нарушаемая лишь тихим гулом систем жизнеобеспечения. Капитан Кайден «Рейвен» Вольф сидел в своём командном кресле и смотрел на звёзды. Но он их не видел.

В нём не было гнева. Гнев — это горячая, яростная эмоция, которая быстро сгорает. То, что он испытывал, было другим, это была холодная ярость. Лёд, который медленно, но неотвратимо сковывал его изнутри, делая мысли острыми, как осколки криогенного кристалла.

Он снова и снова прокручивал в голове слова лейтенанта с «Неукротимого». Картина складывалась, и от этой картины его кибернетический имплант, казалось, светился ещё более холодным, мёртвенным светом.

Он не понимал, не то чтобы он не понимал, «что произошло». Он не понимал, «как это могло произойти».

Он, Кайден Вольф, нашёл этого лейтенанта. Амбициозный, умный, но, как ему казалось, достаточно алчный и циничный, чтобы продаться, он нанял его. Он, чьё имя заставляло трепетать целые сектора, заплатил имперскому щенку, чтобы тот стал его глазами и ушами на борту флагмана. Чтобы тот передавал ему информацию о ходе поисков, о местонахождении артефактов.

А вышло всё наоборот!

Этот мальчишка, этот Максимилиан Вест, с самого начала вёл свою игру. Он брал деньги Кайдена, он принимал его информацию о криминальных синдикатах. Но он не был пешкой, он был игроком, который использовал другого игрока, думая, что тот — ферзь.

Макс не просто сливал ему дезинформацию, он скармливал ему ровно столько правды, чтобы Кайден верил в его лояльность, а в это время использовал ресурсы пирата и его вражду с другими группировками, чтобы расчищать себе путь. Инцидент с герцогом… Макс не просто добыл артефакт для Империи. Он сделал это так, чтобы все поверили, что это была блестящая имперская операция, а не результат тайного сговора. Он выставил себя героем, оставаясь в тени.

Унижение — вот что это было. Холодное, чистое унижение, его, Кайдена Вольфа, обвёл вокруг пальца какой-то выскочка в парадной форме. Он не просто потерял деньги и время, он потерял лицо в своих собственных глазах.

Кайден медленно поднялся с кресла, ни одного резкого движения. Он подошёл к тактическому столу и вызвал на голографический экран личное дело Максимилиана Веста. Он смотрел на его самодовольное, уверенное лицо, и суставы его пальцев побелели.

Он не закричал, не ударил по панели. Он медленно протянул руку и сжал голопроектор, с тихим хрустом пластик и микросхемы превратились в пыль в его ладони.

— Финч, — его голос прозвучал в тишине мостика ровно и смертельно спокойно.

— Да, капитан? — тут же появился его помощник.

— Наша стратегия в отношении лейтенанта Веста меняется, — Кайден стряхнул с руки остатки проектора. — Мы больше не покупаем у него информацию, мы покупаем информацию о нём.

Финч удивлённо моргнул.

— О нём, капитан?

— Обо всём, — Кайден повернулся, и в его единственном живом глазу плескался ледяной огонь. — О его прошлом, о его счетах, о его контактах, о его страхах, о его женщине, об этой рыжей девчонке-инженере. Я хочу знать всё, а потом я заберу у него всё, и начну с артефактов. Он думает, что он игрок? Я научу его правилам настоящей игры.