Глава 12

Небо Чивана снова было затянуто грязными, свинцовыми тучами, из которых без остановки лился дождь, барабанная дробь пыталась достучаться до душ тех, кто осмелился здесь поселиться. В самом сердце этого прогнившего мира, пронзая свинцовые облака, возвышался шпиль из чёрного обсидиана — командный центр Лорда Мориана. Его офис на этой, забытой всеми силами вселенной, планете.

Помещение тонуло в могильном холоде и сумраке. Единственным светом служили огромные голографические карты, беззвучно пульсирующие потоками данных: схемы движения флотов, биржевые сводки, шифрованные донесения. В центре этого информационного урагана, в высоком кресле, похожем на трон из застывшей тьмы, сидел он. «Тень». Самопровозглашенный лорд Мориан. Он был неподвижен, словно статуя, и лишь его глаза, холодные и пустые, как открытый космос, следили за безмолвным танцем цифр и символов. Лорд Мориан был не похож на пирата, в привычном представлении. С виду солидный, статный магнат, в годах, контролирующий приступный мир Галактики. Мориан большую часть жизни потратил, выстраивая свой жестокий мир, который теперь был в полной боевой готовности поглотить своих обидчиков. Рядом, в тени, застыла фигура его помощника Лорика, как и всегда безупречно одетого, без эмоционального, но весьма эффективного, как хорошо смазанный механизм для убийства исполнителя.

— Мой лорд, — голос Лорика был тихим, как шелест вынимаемого из ножен лезвия, но он с лёгкостью разрезал гнетущую тишину. — Поступило донесение. Флагман «Неукротимый» изменил курс.

Мориан не шелохнулся, но во взгляде проскользнула перемена настроения.

— Куда? — его голос был абсолютно ровным, лишённым интонаций, но от этого простого слова по спине пробегал мороз.

— Они отправились в Систему Люминос, мой лорд.

На безупречно-спокойном лице Мориана впервые промелькнула тень живой эмоции — на скуле дёрнулся и застыл желвак. Холодный, как лёд Криоса, гнев. Люминос. Нейтральная, неприступная, высокомерная планета гениев-аристократов. Этого не было в его плане. Его пешка, лейтенант Вест, должен был водить имперский флагман по ложному следу, гоняясь за призраками артефактов на задворках Внешнего кольца. Этот манёвр был грубым, вопиющим отклонением от гениального сценария, написанного им лично.

— Свяжись с Вестом, — приказал Мориан. Его гнев так же быстро угас, как и появился, сменившись ледяным спокойствием хищника, учуявшего, что в его идеально расставленной ловушке что-то пошло не так. — Немедленно. Я хочу знать, что за дилетантские игры он затеял.

Лорик молча склонил голову и отвернулся к терминалу связи. Несколько долгих минут в зале снова царила тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом голограмм. Наконец, Лорик снова повернулся к своему повелителю. Его лицо было, как всегда, непроницаемо.

— Нет ответа, мой лорд. Личный канал лейтенанта Веста неактивен. Возможно, капитан «Неукротимого» ввёл режим радиомолчания перед дипломатическим визитом.

Мориан медленно, почти лениво покачал головой, и на его тонких губах проступила тень жестокой усмешки.

— Радиомолчание при визите на Люминос? На самую технологически развитую планету в секторе, где каждый чих фиксируется тысячью датчиков? Маловероятно, Лорик. Это пахнет не дисциплиной, а ловушкой. Или… предательством.

И в этот самый момент одна из голографических панелей тревожно мигнула алым, сообщая о поступлении нового, срочного донесения. Прямо от их шпионской сети на Люминосе. На главном столе перед Морианом развернулась объёмная картина: посадочная платформа, залитая стерильным белым светом. На ней — старый, потрёпанный корабль с едва различимой, выцветшей надписью «Стриж». Из его аппарели спускаются двое. Камера послушно приближает их лица.

Мориан подался вперёд, впервые за несколько часов меняя позу. Его глаза сузились. Пират. Кайден «Рейвен» Вольф. А рядом с ним — рыжеволосая девчонка-инженер, та самая, что была с ним на заброшенной станции у планеты Ги.

Но это было ещё не всё. Следующий файл, пришедший спустя мгновение, показывал прибытие имперского шаттла. Из него выходят капитан Валериус и его старший механик, огромный урсид. Они уверенно направляются во дворец. Лейтенанта Максимилиана Веста среди них нет.

Мориан откинулся на спинку своего трона, и тихий, сухой смешок сорвался с его губ. Все кусочки головоломки встали на свои места с оглушительной, издевательской ясностью. Молчание Веста. Появление на Люминосе его старого протеже, Кайдена, в компании выжившей девчонки. Официальный визит капитана «Неукротимого» без своего ключевого офицера, ответственного за миссию. Вывод был только один.

— Похоже, наш дорогой лейтенант перестал быть ключевой фигурой в этой игре, — тихо, почти ласково произнёс Мориан. — Его либо раскрыли, либо… он стал не нужен.

На лице Мориана не было ни злости, ни разочарования. Лишь холодное, хищное любопытство. Один из его многочисленных планов рухнул, но это его, казалось, лишь раззадорило, добавило остроты в пресную рутину управления теневой империей.

— Призрак Дома Викант решил наконец-то показать своё лицо, — продолжил он, задумчиво глядя на застывшее на голограмме изображение Кайдена. — И он привёл с собой дочь Элиаса Вейна. Как интересно. Как очень, очень интересно.

Он плавно поднялся, и его тень, казалось, заполнила весь зал, поглотив свет голограмм.

— Лорик.

— Да, мой лорд.

— Свяжись с нашими силами на Синксе и М-83. Привести всё в полную боевую готовность. Игра становится куда увлекательнее, чем я предполагал.

***

Лорд Мориан медленно, почти лениво, провёл кончиком пальца по голографической карте. Звёздные системы вспыхивали и гасли под его прикосновением. Его лицо оставалось бесстрастным, но в этой ледяной неподвижности таилось нечто куда более жуткое, чем любая вспышка гнева. Это было спокойствие хирурга, с холодным любопытством разглядывающего пациента перед тем, как вонзить в него скальпель. В нескольких шагах, в густой тени, замер Лорик, боясь издать даже малейший звук. Он слишком хорошо знал своего господина: именно в такой тишине в его гениальном и извращённом мозгу рождались самые смертоносные планы.

— Как предсказуемо, — наконец произнёс Мориан, и его тихий, бархатный голос заставил Лорика невольно вздрогнуть. — Как по-человечески глупо и предсказуемо.

Он шагнул к карте, и его тень, длинная и острая, накрыла сияющую систему Люминос.

— Давай соберём эти крохи вместе, Лорик. Это занимательная головоломка. Первая деталь: взрыв на планете Ги. Цель — избавиться от назойливого пирата по кличке «Рейвен», который слишком много болтал и слишком мало стоил. Результат — оглушительный провал. Пират и его рыжая спутница выживают и исчезают, будто растворившись в вакууме.

Он лениво махнул рукой, и голограмма послушно сменилась изображением имперского флота, сфокусированным на «Неукротимом».

— Вторая деталь: наш ценный актив, лейтенант Максимилиан Вест, внезапно замолкает. Он перестаёт выходить на связь как раз в тот момент, когда его корабль совершает несанкционированный и нелогичный прыжок к Люминосу. Забавно, не правда ли?

Карта снова сменилась, на этот раз показывая сияющие шпили дворца Лорда Каэлана.

— И третья, самая сладкая деталь: Люминос. Планета, которой правит Лорд Каэлан, единственный из всех глав Великих Домов, кто не предал Александра Виканта тридцать лет назад. Единственный, кто открыто оплакивал падение его Дома. И куда же, по-твоему, Лорик, ведёт эта тропинка из хлебных крошек?

Мориан обернулся, и в его холодных глазах заплясали огоньки дьявольского веселья. Он не ждал ответа. Он сам был ответом.

— Она ведёт к призраку, — прошептал он, и в этом шёпоте слышалось ядовитое восхищение. — К призраку, который решил, что он снова может стать игроком на этой доске. Наш пират не какая-то шпана. У него есть имя. Очень старое и громкое и очень, очень проблемное имя. Он не «Рейвен». Он — Лорд Кайден Викант.

Он сделал паузу, наслаждаясь тем, как побледнел Лорик, осознавая всю глубину этого открытия.

— Что он о себе возомнил? Единственный уцелевший потомок Дома Викант. Мальчишка, который всё это время вёл свою игру. Нашёл дочь Элиаса Вейна, втёрся в доверие к капитану Валериусу и, очевидно, заключил сделку с Империей. А наш дорогой лейтенант Вест… он оказался всего лишь разменной монетой. Сломанной игрушкой, которую выбросили за ненадобностью.

Мориан отвернулся и медленно подошёл к огромному панорамному окну, за которым без остановки лил дождь. Он смотрел на этот унылый, гниющий мир, который был его империей, и на его губах играла хищная, предвкушающая усмешка. Лорд Мориан расценивал это как вызов. Личный вызов, брошенный ему, «Тени», каким-то выскочкой из прошлого. И это делало игру в тысячу раз интереснее.

— Они думают, что перехватили инициативу, — тихо произнёс он, обращаясь скорее к своему отражению в тёмном стекле. — Они думают, что, объединившись, смогут противостоять мне. Империя, остатки старой загнивающей аристократии, погрязшей во лжи и разврате. Какая трогательная, наивная картина. Они собрали всех своих заблудших овечек в одно стоило.

Он резко обернулся, и его взгляд впился в Лорика, как два ледяных стилета.

— Забудь о Весте. Он — отыгранная карта. Пришло время для более… прямолинейных методов. Готовь мой личный крейсер, «Лезвие Ночи». Свяжись с Синксом и М-83, пусть весь командный состав соберётся в штабе.

— Куда мы летим, мой лорд? На Люминас? — осмелился спросить Лорик, запутавшись в мыслях Мориана и потерявший нить разговора.

— Мы никуда не летим, — отрезал Мориан, и в его голосе зазвенела сталь. — Мы будем наблюдать. Я хочу лично проинспектировать готовность наших сил. Пора напомнить галактике, почему они зовут меня «Тенью». Пришло время спустить собак с цепи. Пусть Империя и её новоявленный лорд умоются кровью.

***

Планета Синкс была настоящей казармой, затерянной в пыльном и забытом секторе космоса. Когда-то это был имперский полигон, походивший на N-3, а теперь идеальное убежище для целой армии. Здесь не было ни шумных городов, ни любопытных гражданских. Лишь бесконечные плацы из выжженного, от двигателей пламени космических кораблей, песка, усеянные мишенями для стрельбы. Глубоко под землёй раскинулась сеть бункеров, способных вместить легион солдат. Десятки казарм, способные вместить в себя тех, кто вырос только для войны.

На вершине командной башни, глядя на раскинувшиеся до горизонта войска, стоял лорд Мориан. Перед ним был его личный инструмент для мести, выкованный из злобы и денег, чтобы вспороть брюхо зазнавшейся Империи. Тысячи солдат в чёрной броне без знаков различия стояли в идеальном строю, неподвижные, словно статуи. Их ряды пугали своим разнообразием: люди стояли плечом к плечу с громилами-гроками и юркими, похожими на насекомых, к’тхаррианцами. Но всех их объединяло одно: они были лучшими в своём деле, а их верность принадлежала не флагу или идее, а только тому, кто платил. Он как раз сейчас возвышался над ними, как тёмный бог над своей паствой.

Рядом с Морианом, прямой и несгибаемый, как стальной стержень, застыл командир Рекс. Киборг, чьё прошлое было надёжно похоронено под слоем боевых шрамов и аугментаций. Его левая половина лица представляла собой маску из полированной стали, а единственный живой глаз горел холодным, фанатичным огнём. Ветеран сотен локальных войн и спец, гасивший восстания, он был идеальным исполнителем воли своего господина — безжалостным, эффективным и абсолютно лишённым сострадания.

— Они готовы, мой лорд, — проскрежетал Рекс, и его вокодер с трудом справился с низкими, гортанными нотами. — Каждый боец и корабль. Они ждут лишь вашего приказа, чтобы вцепиться в глотку тому, на кого вы укажите пальцем.

Мориан не ответил, лишь медленно обвёл взглядом свои легионы. На его губах играла тонкая, хищная усмешка. Он наслаждался этим моментом, и потрясающим зрелищем, ради которого прожил все долгие годы изгнания. Это была его месть, облечённая в плоть и сталь.

— Ты ошибаешься, Рекс, — наконец тихо произнёс он, не поворачивая головы. — Мне не нужна их глотка. Это слишком и милосердно.

Он повернулся к своему командиру, и в его холодных глазах отразилось пламя далёких звёзд.

— Захватывать планеты скучно и предсказуемо. Я хочу, чтобы ты устроил им настоящий ад. Тотальный и всепоглощающий хаос. Нападайте на торговые пути, взрывайте ретрансляторы связи, сжигайте мелкие аванпосты. Бейте туда, где они меньше всего ожидают. Заставь их флот метаться из одного конца сектора в другой, как ошпаренную крысу в клетке.

Рекс слушал, и его единственный глаз горел всё ярче. Он понимал эту жестокую, почти изящную стратегию.

— Уже, мой Лорд! — отчеканил Рекс. — Корабли имперского флота проходили в системе Синкс, когда мы выводили крейсеры на орбиту, не дождавшись приказа, мы отрыли огонь, за одно протестировали новые лучи и защиту — Рекс стих, ожидая наказания за самодеятельность.

Лорд Мориан явил Рексу самую хищную улыбку, какая у него была. Командир расслабился.

— Мне не нужен порядок, Рекс, — продолжал Мориан, и его голос немного стал тихим. — Мне нужен хаос. Я хочу, чтобы Империя захлебнулась в собственном огне. Чтобы каждый лояльный пёс режима дрожал от страха в своей постели. Чтобы они поняли, что безопасных мест больше нет. Что Тень может достать их где угодно.

Он сделал шаг к краю платформы и раскинул руки, словно обнимая свою армию.

— Начинай, командир. Спусти моих псов с цепи.

На лице-маске Рекса проступило нечто, отдалённо напоминающее звериный оскал. Он отдал короткий, резкий салют, с громким стуком прижав стальной кулак к груди.

— Будет исполнено, мой лорд.

И в тот же миг по всей планете прокатился оглушительный рёв. Глухой, нарастающий, гул тысяч прогреваемых двигателей смешался с лязгом орудийных башен и шипением активируемых щитов. Это был рёв стали, жаждущей крови. Война началась.