Глава 20

Организованный хаос командного центра во дворце Ксаласа всё ещё продолжал гудеть. Десятки техников и офицеров в безупречной форме Дома Викант скользили между голографическими консолями, их голоса сливались в монотонный гул докладов и приказов. Не обошлось и без тех, кто имитировал бурную деятельность. В некоторых уголках зала то и дело проносилась отборная ругань командиров, приводящая «в чувства» даже старые, ржавые механизмы, если такие имеются по близости.

Кайден, стоявший у огромной тактической карты звёздной системы, только что закончил раздавать указания по передислокации эскадрильи «Ястребов». Он уже начал привыкать к этому странному, новому ощущению — не качке палубы пиратского корабля под ногами, а твёрдой земле родной планеты, и не весу личной мести на плечах, а ответственности за тысячи жизней. Неожиданно личный комлинк на его запястье завибрировал, издав резкий, требовательный сигнал, предназначенный только для его ушей.

— Лорд Викант, — раздался в динамике слегка напряжённый голос сержанта Брока. — Срочный вызов с флагмана «Неукротимый». На связи капитан Валериус. Канал Омега, высший уровень шифрования.

Кайден едва заметно нахмурился, чувствуя, как по спине пробегает знакомый холодок предчувствия. Канал Омега использовали только в двух случаях: либо кто-то собирался объявить войну всей Империи, либо галактика в очередной раз решала встать на уши.

— Переведите вызов на главный экран, сержант. И зачистите сектор от посторонних. Немедленно.

Солдаты и аналитики мгновенно и беззвучно растворились, покинув зал с выучкой, достойной элитного спецназа. Через секунду гигантская голокарта сменилась суровым, словно высеченным из гранита, лицом капитана Валериуса. Его седые виски и стальные глаза выглядели ещё более грозно в трёхмерном изображении.

— Викант, — без предисловий и приветствий начал капитан, его голос был твёрд, как броня крейсера. — У нас проблемы. Я бы сказал, что ситуация вышла из-под контроля, но это будет колоссальным преуменьшением. Она даже не собиралась под него заходить с самого начала.

— Говорите, капитан, — спокойно ответил Кайден, скрестив руки на груди и готовясь к худшему.

Он не успел договорить. Изображение Валериуса на экране задрожало, покрылось рябью помех, а затем протоколы имперского шифрования, считавшиеся невзламываемыми, рассыпались, как карточный домик под ураганным ветром. Их сменил зловещий герб лорда Мориана — чёрный шипастый череп, который, казалось, насмехался над самой идеей безопасности. А затем на экране появилось и его самодовольное, лощёное лицо.

— Капитан. Лорд. Какая приятная компания, — протянул Мориан с ленивой, хищной усмешкой, будто зашёл на чашку чая к старым друзьям. — Прошу прощения, что так бесцеремонно врываюсь в ваш приватный разговор, но у меня для вас обоих есть… деловое предложение, от которого, боюсь, вы не сможете отказаться.

Валериус на том конце провода выглядел так, будто готов был прожечь экран взглядом. Кайден молчал, его лицо превратилось в ледяную, непроницаемую маску.

— Я не веду дел с галактическими отбросами, — прорычал Валериус, сжимая кулаки за пределами видимости камеры.

— О, это ненадолго, — хмыкнул Мориан, явно наслаждаясь моментом. — Я всего лишь хочу показать вам свой новый коллекционный экспонат. Уверен, он вам понравится. Особенно вам, лорд Викант.

Изображение сменилось. Теперь они смотрели в полутёмную камеру, где в мерцающих силовых путах, едва касаясь пола ногами, висел измученный, сломленный человек с потухшим взглядом и сединой в спутанных волосах.

Элиас Вейн.

— Отец Аски, — голос Мориана сочился сладким ядом. — Немного потрёпан, признаю, но в целом комплектен. Думаю, его дочь будет вне себя от радости, когда получит весточку от любимого папы.

Связь прервалась так же внезапно, как и началась, оставив в зале оглушительную, звенящую тишину и застывшее на сетчатке глаз изображение пленённого учёного.

Тишина давила на уши, казалась плотной и тяжёлой, как свинцовое одеяло. Валериус на экране выглядел так, словно за эти несколько секунд постарел на десять лет. Морщины на его лице стали глубже, а взгляд утратил свою обычную стальную уверенность.

— Чёрт… — наконец выдавил он, проводя рукой по лицу. — Этот ублюдок… Он поймал нас на самом больном. Аска… Она должна знать. Немедленно. Это её отец.

— Нет, — голос Кайдена прозвучал резко и холодно, как лязг затвора в пустом коридоре.

Валериус недоумённо вскинул брови, его удивление быстро сменилось гневом.

— Что значит «нет»? Викант, это приказ! Мы не можем скрывать от неё такое! Это бесчеловечно!

— Можем. И будем, — отрезал Кайден. — Капитан, я прошу вас, включите свой тактический мозг, а не офицерскую честь. Подумайте, что сделает Аска, когда узнает? Я вам скажу. Аска ваш ключевой инженер на корабле, но первое, и самое главное, она его дочь. Она бросит всё: миссию, артефакты, спасение галактики, вас и меня. Она отправится его спасать в одиночку, если понадобится. И я, чёрт возьми, не смогу её за это винить и конечно же, отправлюсь ей на помощь. Мне придётся отозвать весь свой флот. Именно этого Мориан и ждёт. Он получит всё, чего хотел, а мы останемся с трупом учёного и проигранной войной.

Валериус молчал, его челюсти плотно сжались. Логика в словах Кайдена была безжалостной, циничной, но неопровержимой.

— Вы предлагаете солгать ей? — хрипло спросил он, и в его голосе слышалась борьба между долгом и честью.

— Я предлагаю выиграть нам время, — твёрдо ответил Кайден. Он сделал шаг к экрану, и теперь его лицо, полное решимости, заполнило всё пространство. — Не говорите ей. Ни единого слова. Это моя проблема. Я её решу. Всю ответственность за это решение и его последствия я беру на себя.

Капитан долго смотрел на него, и в его суровых глазах промелькнуло нечто похожее на уважение.

— Хорошо, — наконец с тяжёлым вздохом произнёс он. — Ваша взяла, лорд Викант. Я никому и ничего не скажу.

Он на мгновение замолчал, а затем на его лице появилась кривая, мрачная усмешка — защитная реакция старого солдата.

— Что ж, по крайней мере, теперь мы знаем, что у нашего главного злодея есть хобби — коллекционирование пожилых учёных. Очень оригинально. Видимо, голографические марки ему уже надоели.

Кайден позволил себе лишь тень улыбки в ответ. Чёрный солдатский юмор был единственным, что помогало не сойти с ума в таких ситуациях.

— Держите меня в курсе, если он решит собрать всю коллекцию, капитан. Быть может, он захочет пополнить её парой сварливых урсидов-механиков. А я пока подумаю, как нам провернуть одну маленькую спасательную операцию без лишнего шума и пыли.

— Действуйте, Викант. Конец связи.

Экран погас. Кайден остался один в огромном, пустом зале, наедине с тайной, которая отныне лежала тяжёлым камнем между ним и женщиной, ради которой он был готов перевернуть всю галактику.

***

В боковом зале, переоборудованном под штаб для самых деликатных операций, стояла напряжённая тишина. Вокруг огромного голографического стола, над которым парила трёхмерная модель неприступной корпоративной башни, застыли десять фигур. Компания подобралась более чем странная. Пятеро — старые волки, еще из прошлой жизни капитана Рейвена, в потёртой, но идеально подогнанной пиратской броне, с циничными ухмылками на лицах и шрамами, каждый из которых мог бы рассказать целую сагу. Напротив них — пятеро солдат Валериуса в матово-чёрной броне имперских коммандос, безликие и неподвижные, словно высеченные из обсидиана статуи.

Кайден медленно обвёл их взглядом, задерживаясь на каждом. Его лучшие головорезы и лучшие солдаты Империи. Идеальная, до абсурда несовместимая команда для миссии, которую любой здравомыслящий стратег счёл бы самоубийством.

— Джентльмены, — начал Кай, и его тихий голос заставил всех подобраться. — Рад объявить, что наш следующий «корпоративный сбор» пройдёт на живописной планете М-83. Дресс-код — полная боевая экипировка. В программе мероприятия запланированы: незаконное проникновение со взломом, похищение очень важной персоны и лёгкий IT-саботаж для поднятия командного духа. Желающие задать вопросы могут сделать это сейчас.

Тишину нарушил хриплый смешок. Из пиратской группы вперёд вышел коренастый, бритый наголо мужчина. Его лицо напоминало навигационную карту астероидного поля из-за обилия шрамов. Это был Тесак, бывший старпом и, пожалуй, самый смертоносный специалист по ближнему бою, которого знала эта сторона галактики.

— Дай-ка я прочищу свои аудиорецепторы, кэп, — он с кривой ухмылкой ткнул толстым пальцем в голограмму башни. — Значит, наш гениальный план заключается в том, чтобы тихонько вломиться в самую охраняемую корпоративную «мухобойку» в этом секторе, вытащить оттуда какого-то старого перца, которого сторожат лучше, чем имперскую казну, и сделать вид, что мы просто заходили к соседям за солью? Обожаю, когда всё так просто и понятно.

— Именно так, Тесак, — невозмутимо подтвердил Кайден, даже не моргнув. — Только вместо соли мы оставим им небольшой цифровой подарок на память.

Он кивнул молодому парню в форме имперского техника, который до этого момента нервно переминался с ноги на ногу, стараясь быть как можно незаметнее.

— Техник-лейтенант Корсо, ваша сцена.

— Э-э, да, сэр, — парень судорожно прокашлялся и активировал свой датапад, отчего в воздухе повисла ещё одна, более мелкая голограмма с бегущими строками кода. — Программа «Фантом», которую мы планируем интегрировать в их локальную сеть, создаст устойчивую эхо-сигнатуру биометрических данных цели. Если говорить проще… — он запнулся, увидев абсолютно пустые взгляды пиратов, — то для всех их сканеров и датчиков доктор Вейн будет продолжать спокойно сидеть в своей камере. Его пульс, температура тела, даже мозговая активность — всё это будет транслироваться в цикле из последних записанных данных. Мы создадим его цифрового призрака.

— И как долго этот ваш призрак будет водить их за нос? — скептически прищурился Тесак, скрестив на груди мощные руки. — А что, если к нему в гости решит заглянуть охранник? Или уборщица-трудоголик захочет ночью полы помыть?

— Теоретически, петля данных может работать до семидесяти двух стандартных часов, — ответил техник, немного осмелев. — После этого данные начнут деградировать, и любая толковая система диагностики заметит аномалию. Но главное, чтобы за это время никто не решил проверить лично, как там дела у заключённого. Физическому контакту программа, разумеется, не помешает.

Тесак громко хмыкнул и с любовью похлопал по массивному дробовику, закреплённому у него на бедре.

— А если всё-таки решат? У меня для таких любопытных «проверяющих» есть универсальный аргумент двенадцатого калибра. Очень убедительно доказывает, что им всё просто показалось.

— Твои «аргументы», Тесак, — это план «Омега», который мы применяем, когда всё уже пошло по одному очень известному адресу, — резко прервал его Кайден, и в его голосе зазвенел лёд. — Мы заходим тихо, как тени. Никаких выстрелов, никаких тревог, никаких трупов. Это призрачный рейд. Наша задача — забрать цель и испариться. Чтобы Мориан ещё пару дней пребывал в счастливом неведении, думая, что его главный козырь всё ещё у него в кармане.

Он обвёл взглядом всю группу, задерживаясь на каждом лице, на каждой безликой маске шлема.

— Вы — лучшие из тех, кто у меня есть. И старая гвардия, и новые союзники. Я бы не посылал вас на это дело, если бы хоть на секунду сомневался, что вы справитесь.

Одним движением он выключил голограмму, и зал погрузился в полумрак, освещаемый лишь аварийными панелями.

— Готовьте снаряжение. Вылетаете через два часа на «Тени» — его сканеры не засекут. Вопросы?

Тесак снова ухмыльнулся во весь рот.

— Только один, кэп. В баре на борту ещё остался тот самый иллианский виски? После такого забега нам всем точно понадобится что-то покрепче чая.

Имперские коммандос даже не шелохнулись, но Кайден заметил, как под шлемом ближайшего к нему солдата дёрнулся желвак. Даже для этих железных воинов пиратский юмор, очевидно, был в новинку. Но перспектива — зачёт.

— Остался, — с едва заметной тенью улыбки ответил Кайден. — Но его получит только тот, кто вернётся без единой лишней дырки в броне. А теперь — за работу.