Глава 25

Победа! Это слово гудело в моей голове, смешиваясь с запахом перегретого, от напряжения, металла, который пропитал каждый кубометр мостика «Неукротимого». По всем каналам связи гремел триумфальный рёв — остатки флота Мориана, потеряв своего предводителя, трусливо расползались по космосу, словно тараканы от яркого света. На мостике творился настоящий хаос ликования: офицеры, ещё минуту назад вцепившиеся в свои консоли с мертвенной бледностью на лицах, теперь обнимались, хлопали друг друга по плечам и орали так, будто выиграли чемпионат галактики по гравиболу.

В центре зала мерцали две голографические фигуры в натуральную величину, отбрасывая голубоватые отсветы на счастливые лица вокруг. Одна принадлежала капитану Валериусу, который стоял на своём флагмане, но выглядел так, будто лично присутствовал на нашем празднике. Вторая, более крупная и чёткая, была проекцией с мостика «Луча Сверхновой» — Кайден. Он выглядел великолепно: растрёпанные белые волосы, боевой азарт в глазах и улыбка, от которой у меня потеплело где-то в районе солнечного сплетения.

— Что ж, мы сделали это! — прогремел голос Валериуса по общей связи, обращаясь ко всему флоту. Даже через динамики в его стальных нотках слышалось неподдельное облегчение старого вояки. — Лорд Викант, мы сломали ему хребет! Этот ублюдок больше не соберёт свои кости!

На голограмме Кайден победно усмехнулся, и его улыбка была острой, как лезвие свежезаточенного клинка.

— Я же говорила, что моя музыка ему понравится! — не удержалась я, вклинившись в разговор. Мой голос звенел от гордости и бурлящего в крови адреналина. — Надеюсь, финальный аккорд для его флагмана был достаточно громким и впечатляющим!

Кайден перевёл взгляд на меня.

— Твоя музыка, рыжая, была оглушительной. Мои акустические сенсоры до сих пор звенят. Но должен признать, это была самая красивая симфония разрушения, что я когда-либо слышал. Моё почтение!

— Аска, уровень адреналина в твоей крови превышает рекомендованные нормы на семьдесят три процента, — монотонно прожужжал рядом со мной Майзер. Его белый, металлический корпус тускло поблёскивал в свете аварийных ламп. — Рекомендую глубокое дыхание и медитацию. Общая стоимость израсходованных боеприпасов для «финального аккорда» составила сумму, эквивалентную годовому бюджету небольшой планеты.

— Майзер, не порти момент, — отмахнулась я от летающей капли, не сводя глаз с Кайдена. — Это была инвестиция в мир во всей галактике. Лично мне это стояла миллиарда нервных клеток. Галактика ещё отделалась лёгким испугом.

Мой взгляд был прикован к голограмме Кайдена. Он смотрел на своих людей, на их счастливые лица, и, казалось, разделял их радость всем сердцем. Но вдруг его улыбка дрогнула и застыла, словно изображение на повреждённом экране. Неосознанным движением он коснулся стазис-контейнера, в котором покоилось «Сердце Рода». Я видела, как его пальцы на мгновение замерли на холодной поверхности, а взгляд устремился куда-то вдаль, в тёмную бездну космоса. Всеобщее веселье на его мостике продолжалось, но он словно выпал из него, став призраком на собственном празднике.

Улыбка медленно сползла с моего лица. Что-то было не так. Совсем не так.

— Кайден? — позвала я, понизив голос, но он не слышал, поглощённый своими мыслями.

Он резко вздрогнул, словно очнувшись от транса, и его лицо стало жёстким, как гранит. Ликование в его глазах сменилось ледяной тревогой, а оптический имплант вспыхнул тревожным красным светом, сканируя пустоту.

— Всем молчать! — его голос, усиленный громкоговорителями, прогремел по всему флоту, мгновенно обрывая победные крики.

На мостиках обоих кораблей воцарилась ошеломлённая, звенящая тишина. Офицеры растерянно замерли, поворачиваясь к голограммам своего командира. Смех застрял у них в горле.

— Капитан Валериус, Аска, — тон Кайдена был ровным и холодным, без единой нотки ликования. — Готовьте корабли к немедленному гиберпрыжку.

— Что? Кайден, что случилось? — спросила я, чувствуя, как по спине поползли ледяные мурашки. — Ты выглядишь так, будто увидел призрака. Или того хуже, счёт за боеприпасы от Майзера.

— Это не шутки, Аска, — отрезал он, и его взгляд был настолько серьёзным, что у меня всё внутри похолодело. — Курс — система Эргенты. Место встречи — мой замок. Немедленно.

— Лорд Викант, объяснитесь, — вмешался Валериус, его лицо нахмурилось от непонимания. — Мы только что одержали сокрушительную победу. Экипажам нужен отдых, а кораблям — ремонт.

— Отдыхать будем в могиле, если не уберёмся отсюда сейчас же, — голос Кайдена звенел сталью. — Мориан был приманкой и громотводом, чтобы отвлечь нас.

В моей голове, словно вспышка сверхновой, пронеслось осознание. Вся его тактика… она была слишком прямолинейной и предсказуемой для гениального злодея, каким его рисовала пропаганда. Я пыталась переварить эту новость, не веря своим ушам. Нас обвели вокруг пальца?

— Что ты имеешь в виду? — прошептала я, обхватив себя руками. — Я своими глазами видела, как его флагман разлетелся на атомы! Мы победили!

— Анализ. Новая переменная вносит коррективы в прогноз, — вставил свои пять кредитов Майзер. — Вероятность нашего долгосрочного выживания только что снизилась на сорок два процента. Интересно.

— Настоящий игрок всё это время был в тени, — продолжил Кайден, игнорируя робота. Его голос звучал глухо и зловеще. — Он наблюдал. Изучал нас, наши корабли, нашу тактику. А теперь он знает, на что мы способны и где наши слабые места. Мы не можем говорить об этом по открытому каналу. Все подробности — при личной встрече. Выполнять!

Его голограмма погасла, оставив нас в звенящей тишине, нарушаемой лишь гулом систем жизнеобеспечения. Победа, такая сладкая всего минуту назад, теперь казалась горькой и фальшивой. Радость испарилась, сменившись холодным, липким предчувствием беды.

***

Разрывы гиперпространства расцвели на орбите Эргенты беззвучными сапфировыми цветами, выпуская на волю корабли объединённого флота. Один за другим, из искажённой ткани реальности выныривали крейсеры и фрегаты, выстраиваясь в потрёпанный, но гордый боевой порядок на фоне сияющей планеты.

— «Неукротимый» докладывает: щиты на сорока процентах, есть пробоина в обшивке пятой палубы, но герметичность не нарушена. Потерь среди экипажа нет! — голос капитана Валериуса на мостике «Луча Сверхновой» звучал устало, но в нём слышались нотки неподдельного триумфа.

— «Коготь» на связи. Потеряли два двигателя, но до доков дотянем своим ходом. Передайте медикам, что у нас трое раненых, состояние стабильное.

Корабли, покрытые шрамами и копотью, словно старые воины после тяжёлой битвы, медленно занимали свои позиции над идеальной поверхностью Эргенты.

Я стояла рядом с Кайденом на мостике его флагмана, чувствуя, как гудит палуба под ногами. Улыбка не сходила с моего лица.

— Вероятность нашего полного уничтожения составляла семьдесят восемь целых и четыре десятых процента, — бесстрастно прожужжал Майзер, подлетев к моему плечу. — Поздравляю с преодолением статистической погрешности. Человеческая склонность к риску продолжает меня удивлять.

— Спасибо, зануда, — фыркнула я, не отрывая взгляда от величественного зрелища за обзорным экраном. — Иногда нужно просто верить в удачу и в хороший резонансный каскад.

Кайден молчал. Он смотрел на родную планету, но я не видела в его глазах радости возвращения. Победа, которая должна была стать сладкой, как нектар, на вкус, видимо, напоминала ему пепел. Я заметила, как он машинально коснулся стазис-контейнера, в котором покоилось «Сердце Рода». Обычно артефакт отзывался на его близость тёплым, ровным светом, словно живое существо, узнавшее своего хозяина. Но сейчас кристалл внутри контейнера испускал холодное, тревожное, почти болезненное синеватое сияние, которое пульсировало в такт его собственному беспокойству.

Я хотела что-то сказать, подбодрить его, но к нам уже спешил его первый помощник, молодой офицер с горящими от восторга глазами.

— Лорд Викант, всё готово для высадки на планету. Ждём только ваших указаний.

Кайден медленно перевёл на него взгляд, и восторженная улыбка парня застыла, а затем сползла с лица. В глазах его командира не было ни капли радости. Только холодный, тяжёлый лёд.

— Я надеюсь всем понятно, что фейерверков пока не будет? — ровным голосом приказал Кайден. Голос его резанул по ушам, мгновенно убив праздничную атмосферу на мостике. — Объявите режим полной боевой готовности. Удвоить патрули на орбите. И соберите экстренное совещание в штабе дворца.

***

Тронный зал дворца Викантов, который временно являлся штабом, обычно холодный и величественный в своей стерильной красоте, сейчас казался мрачным филиалом ада. Мои ботинки гулко стучали по безупречно гладкому полу, и я чувствовала себя ужасно не в своей тарелке. Капитан Валериус, напротив, выглядел как влитой. Его строгая имперская форма идеально гармонировала с безупречными линиями зала, и он стоял с таким видом, будто родился в подобных интерьерах.

— Что ж, лорд Викант, результаты нашей, совместной спецоперации не могут не радовать, — с удовлетворением произнёс Валериус, когда в зал вошёл Кайден. — Мятеж в лице Мориана закончен, не начавшись. Его амбиции всегда опережали его стратегические таланты.

Кайден молча прошёл к огромному тактическому столу в центре зала и опёрся на него руками. Он несколько секунд смотрел на пустую голографическую проекцию, а затем поднял голову.

— Это была не спецоперация, капитан. Это была приманка. А мы её проглотили, — его голос был тихим, но эхом разнёсся по огромному залу. — Боюсь, мы ничего не выиграли. Мы только что проиграли.

Я недоумённо вскинула брови. Адреналин от битвы ещё не до конца выветрился, и слова Кайдена показались мне бредом.

— Ты с ума сошёл? Мы разнесли его флагман на атомы! Я лично нажала на кнопку и видела, как он превращается в облако перегретого газа! Остатки его флота до сих пор летят в разные стороны, теряя по дороге обшивку и остатки гордости!

— Ты нажала на кнопку, Аска, — тихо, но отчётливо произнёс Кайден, и от его тона у меня по спине пробежал холодок. — И показала нашему настоящему врагу наш главный козырь.

В зале повисла напряжённая тишина. Даже Майзер, зависший в углу, не издавал ни звука. Валериус нахмурился, его лицо стало суровым.

— Объяснитесь, лорд Викант.

— Мориан, — начал Кайден, и его голос был лишён всяких эмоций. — Вспомните его. Громкий, яростный, самовлюблённый. Его тактика была простой, как силовой молот — идти напролом, давить массой. Слишком предсказуемо для того, кто смог построить такую гениальную преступную империю. Мне это показалось странным и я обратился к кристаллу.

Он обвёл нас тяжёлым взглядом.

— Он был все лишь кулаком и пешкой. Истинный игрок всегда был в тени… В моей памяти возникли два образа. Два похожих, но таких разных лица. Одно — лицо Мориана, всегда искажённое яростью и самодовольством. А второе… спокойное, холодное, с глазами древнего хищника, который наблюдает за игрой со стороны, просчитывая каждый ход. Верного и безэмоционального помощника Мориана. И как я раньше не догадался.

— У него есть брат? — прошептала я, и меня словно ледяной водой окатило.

Кайден медленно кивнул. Его лицо было похоже на маску из серого камня.

— Да, это Лорик. Кристалл сказал, что артефакты выбрали именно его. Он всё это время наблюдал. Изучал нас с безопасного расстояния. Лорик позволил нам разгромить флот своего брата, пожертвовал им, как пешкой в игре, чтобы увидеть в действии наши силы. Твой резонансный каскад, Аска.

Скулы Валериуса окаменели, а глаза превратились в две льдинки. Осознание обрушилось на него, как тонна кирпичей. Вся их блестящая победа, триумф имперского флота — всё это в одно мгновение превратилось в грандиозный, унизительный провал, с одной только боевой задачей — разведка боем. Они оказались не охотниками, а марионетками в чужом спектакле.

— Теперь он знает, на что мы способны, — закончил Кайден, выпрямляясь. — Он видел, как оно работает. Это даёт ему фору на перевооружение на время нарастить мощь. А мы… мы даже не знаем, как выглядит его флот и есть ли он у него вообще.

***

После ледяного душа откровений в штабе я чувствовала себя так, будто из меня выкачали не только силы, но и саму душу. Радость от одержанной победы испарилась, оставив после себя лишь тяжёлое, липкое предчувствие надвигающейся беды. Мне отчаянно нужно было отвлечься, заняться чем-то привычным и понятным, где всё подчиняется незыблемым законам физики, а не безумной логике галактических интриг. Инженерный отсек был далеко, поэтому я направилась в ближайший оплот порядка — медицинский блок, решив провести инвентаризацию запасов биогеля и нанитовых стимуляторов. Просто чтобы занять руки и голову.

Я уже почти дошла до стеллажей с медикаментами, вдыхая стерильный запах антисептиков, когда за спиной раздался знакомый голос.

— Аска?

Я замерла на месте, боясь, что это лишь игра моего измученного воображения. Медленно, словно боясь спугнуть призрака, я обернулась. В дверном проёме одной из палат стоял мой отец. Он сильно похудел, его кожа приобрела нездорово-бледный оттенок, а стандартная медицинская роба висела на нём, как на вешалке. На лице красовалось несколько синяков и пара хирургических швов. И он смотрел на меня со смесью такой безграничной любви, сокрушительной вины и невыразимого облегчения, что у меня перехватило дыхание.

— Папа? Что ты здесь делаешь? — прошептала я, в недоумении, пытаясь понять, что произошло и почему он так выглядит.

Потом до меня дошло, что случилась беда. Слёзы хлынули из глаз горячим потоком, смывая с меня всю усталость и напряжение последних дней. Забыв обо всём на свете, я бросилась к нему, уткнувшись лицом в его плечо и вдыхая родной запах.

— Я думал, что больше никогда тебя не увижу, моя звёздочка, — проговорил он, когда первая волна эмоций схлынула. — Они держали меня на какой-то жуткой планете. Сплошные серые коридоры и допросы. Я был уверен, что это конец. Но потом… появились они.

— Кто? — спросила я, неохотно отстраняясь и вытирая мокрые щёки тыльной стороной ладони.

— Люди Кайдена. Они вытащили меня из плена какого-то Мориана. Отчаянные, как демоны, и шумные. Они ворвались в мою камеру всего за несколько часов до… до всего этого, — он неопределённо махнул рукой. — Сказали, что их послал твой… друг.

Я застыла, пытаясь переосмыслить услышанное. От меня явно скрыли нечто очень важное. Радость, что бурлила в моей крови секунду назад, мгновенно остыла, превратившись в тяжёлый кусок льда где-то в районе солнечного сплетения.

Он знал, что мой отец в плену у врага и где именно его держат. Он отправил за ним спасательную группу. И он ни единым словом не обмолвился мне об этом. Кай позволил мне стоять на капитанском мостике, отдавать приказы, рисковать своей жизнью и жизнями тысяч членов экипажа, в то время как мой отец был главным заложником в этой смертельной игре.

Осознание ударило по мне с силой плазменного заряда, выжигая изнутри всё тепло. Он не доверял мне или посчитал мои эмоции, мою любовь к отцу, досадной помехой? Слабостью, которую нужно было скрыть и изолировать, чтобы я не нарушила его великий и гениальный план. Он принял решение за меня, будто я была всего лишь нестабильным элементом в сложном уравнении победы. Ледяная пустота внутри мгновенно сменилась яростью. Обжигающей, раскалённой добела.

— Аска? Что с тобой? — встревоженно спросил отец, увидев, как окаменело моё лицо.

— Мне нужно идти, — отрезала я, и мой голос стал твёрдым и холодным, как закалённая сталь.

Не обращая внимания на его растерянный голос за спиной, я развернулась и вылетела из медотсека. Я неслась по коридорам дворца, как фурия, не замечая ничего вокруг и расталкивая снующих туда-сюда солдат и техников. Оглушительный стук моих ботинок по отполированным плитам был единственным звуком, который я слышала. Мне нужно было видеть Кайдена. Немедленно.

Путь в штаб мне преградила огромная фигура, выросшая в дверном проёме, словно скала. Тесак. Верный пёс Кайдена, его бывший старпом и нынешний телохранитель, скрестил на могучей груди руки, больше похожие на кузнечные молоты, и смерил меня ленивым, но цепким взглядом.

— Куда несёшься, рыжая, — пророкотал он своим басом, от которого, казалось, вибрировали стены. — Кэп сейчас… занят. Медитирует над картой галактики и размышляет о вечном. Не лучшее время для визитов, особенно таких пламенных.

— Уйди с дороги, Тесак, — прошипела я, останавливаясь в шаге от него и вскинув подбородок. — Иначе я сделаю в твоей кибернетической туше несколько дополнительных технологических отверстий, которые не залатает ни один медик. И я начну с твоего самодовольного лица.

Тесак хмыкнул, даже не шелохнувшись. Его оптический имплант тускло блеснул красным.

— Угрозы? Мне нравится твой стиль, малая. Но приказ есть приказ. Никого не впускать. Особенно разъярённых инженеров с прямым доступом к главному калибру флагмана.

— Это не угроза, это техническая консультация, — мои глаза сузились в ледяные щели. — У тебя есть ровно три секунды, чтобы твоя туша испарилась из этого прохода. Раз.

Я сделала шаг вперёд, и Тесак, увидев в моих глазах холодную, расчётливую ярость тяжело вздохнув, он с видимой неохотой отступил в сторону.

— Ладно, твоя взяла, — проворчал он, поднимая руки в примирительном жесте. — Но если вы там друг друга покалечите, нового лорда будешь искать сама. И учти, он только с виду такой спокойный, как спящий вулкан. Не советую его будить. Последствия могут не вписаться в страховку этого дворца.

Я проигнорировала его предостережение и, не сбавляя шага, ворвалась в штаб. Дверь за моей спиной захлопнулась с оглушительным стуком, оставив Тесака в коридоре в компании своих мрачных мыслей.

— По ходу, мне придётся спасать не только потерявшихся докторов, — пробормотал он в пустоту. — В моём контракте этого точно не было.