Глава 12. Круги на воде

Атмосфера в королевской библиотеке царила самая что ни на есть умиротворяющая. Высокие стеллажи, почти достигающие потолка, деревянные лестницы, позволяющие добраться до верхних полок, книги самой разной тематики (от глубокой философии до фривольных авантюрных романов, от учебников стихийной магии до неподъёмных фолиантов с кулинарными рецептами) и всех возможных периодов (от древних, готовых вот-вот рассыпаться свитков до шедевров современного книгоиздания). Запах пожелтевших страниц и кожаных переплётов дурманил голову. Книжная пыль имелась в изобилии (попробуй-ка, уберись как следует в эдакой интеллектуальной сокровищнице), но нисколько меня не раздражала.

Я начала наведываться сюда два дня назад, задавшись целью найти информацию по использованию зрачков в зеркальной магии, если таковая описана хотя бы в одном издании любой эпохи. Университетскую библиотеку я также посещала с завидной регулярностью, а некоторое количество тамошних томов валялось в данный момент у меня дома — на кровати, на тумбе, на каминной полке и даже на обеденном столе. Однако на данном этапе результаты были нулевыми. И я решила воспользоваться дозволением беспрепятственно посещать королевский дворец. Не последнюю роль в этом решении сыграло отсутствие Эдбальда. Монарха я не боялась, но самая мысль о том, что мы с ним находимся под одной крышей, была неприятна. Теперь же, во время его отъезда, я могла сидеть в стенах этого здания и спокойно дышать.

Итак, невзирая на нетривиальность возложенной на меня миссии, я чувствовала себя умиротворённо, и тем более странно было услышать грохот двери, распахнутой так резко, что она ударилась о стену, топот обутых в кованые сапоги ног и звяканье кольчуг. «Неужели опять арестовывать пришли?» — отстранённо подумала я и вопросительно воззрилась на ворвавшихся в помещение стражей. Те остановились неподалёку и переминались с ноги на ногу, оглядываясь по сторонам. Не иначе с непривычки: наверняка не всем доводилось когда-либо бывать в библиотеке.

— Чем могу быть полезна, господа? — прервала затянувшуюся паузу я, приподняв бровь.

— Мы ищем принца Орвина дель Фронси, — ответил тот, что был среди них главным. В военных званиях я до сих пор разбиралась плохо. — Он здесь?

Я не без удивления обвела взглядом обнажённые клинки и вновь подняла глаза на офицера.

— А для чего он вам понадобился, могу я поинтересоваться?

Военный, кажется, рад был бы послать меня по всем известному адресу, но побоялся проделывать подобные фокусы с магом и в последний момент сдержался.

— Поступил приказ арестовать его высочество. Так он здесь?

— И по какому же обвинению?

— Государственная измена.

Офицер даже приосанился: видимо, само это словосочетание позволяло ему чувствовать себя чрезвычайно важной персоной.

Я совершенно неприличным образом присвистнула.

— Так где он?

Стражник явно начинал терять терпение.

Я пожала плечами.

— Не имею ни малейшего представления. Ищите.

Ясное дело, заявлять, что никакого Орвина в библиотеке нет, смысла не имело: всё равно на слово не поверят. Так что я спокойно понаблюдала за тем, как солдаты по приказу начальства обходят помещение, заглядывая в самые нелепые из потенциальных укрытий. По окончании этого процесса офицер принёс мне формальные извинения за беспокойство, и все удалились, произведя при этом лишь немногим меньше шума, чем в момент своего эффектного появления.

Позабыв про старинный свиток, я опёрла подбородок о сплетённые решёткой пальцы и устремила на полки расфокусированный взгляд. Впрочем, долго пребывать в задумчивости мне не дали. Правда, звук на сей раз вышел значительно более тихим, но факт остаётся фактом: в библиотеке снова открылась дверь. С той разницей, что о её существовании я прежде не подозревала. Располагалась она рядом с одним из стеллажей и до сих пор полностью сливалась со стеной.

Проскользнувший в помещение Орвин тяжело дышал и вид имел не самый лучший. Волосы взъерошены, камзол помят, верхняя пуговица рубашки позорно висит на тоненькой ниточке, под глазами наметились круги. Извлечённый из ножен меч делал образ ещё более колоритным. Бесшумно закрыв дверь, принц прислонился к ней спиной.

— Добрый день, коллега, — не меняя позы, поприветствовала я.

Усталый взгляд ожил, брови удивлённо приподнялись.

— Коллега? — переспросил Орвин. — Я ведь говорил, что не обладаю способностями к магии. А если ты о том, как я сюда добрался, то здесь потайной ход.

— Я имела в виду государственную измену.

— Ах, тебе уже сообщили! — криво усмехнулся он.

— Тебя искали среди фолиантов. Это было очень живописно. Ушли буквально несколько минут назад. Так что в ближайшее время, думаю, здесь не появятся. Но стоит ли задерживаться, если в твоём распоряжении потайной ход? Он же должен выводить из дворца?

— Выводит, — невесело усмехнулся принц. — Но мой сводный брат отлично знает все здешние ходы. Так что там уже дежурят. А я решил просто заскочить…и попрощаться.

И он прищурился, озорно, почти по-мальчишески, вот только на дне глаз читалась самая настоящая обречённость.

— Давай без пессимизма. — Я на секунду оглянулась на дверь, ту, что вела в обычный коридор, дабы убедиться, что с этой стороны нам пока ничто не угрожает. — Люди, знаешь ли, даже после тюрьмы живут, я вот тому яркий пример, а тебя пока не посадили.

— О, это не мой случай! — заверил он со смешком.

— Да что произошло, можешь ты мне объяснить?!

Я решила, что раз уж сию секунду побег не состоится, можно потратить хоть капельку времени на информацию.

— Да глупо всё вышло, — поморщился Орвин. — Ансель попросту меня спровоцировал, а я поддался, как последний идиот. Дал ему в челюсть.

— Мальчиш-ш-шка, — прошипел, высунувшись из фляги, Хаш.

— Не груби! — покачала указательным пальцем я.

— Да он прав, — отозвался Орвин.

— И что дальше? — спросила я, хотя в принципе всё уже было более-менее понятно.

— Дальше Ансель призвал свидетелей, дескать, я покушаюсь на жизнь наследника. И понеслось. Отец в отъезде, и «братец» воспользовался моментом.

— Но отец-то в отъезде не навсегда. Он вернётся и всё расставит по своим местам.

— В последнее время мы с ним были на ножах. Причины Ансель не знает, но сам факт заметил. Но, главное, рисковать он не станет. Не оставит шанса «расставить всё по местам». Именно поэтому я уверен, что из тюрьмы не вернусь. А вернее всего, даже туда не попаду. Думаю, меня ждёт несчастный случай. Какой-нибудь солдат превысит свои полномочия, или ещё что-то в этом духе. Виновного, конечно же, накажут. Ансель покается, а королю ничего не останется, кроме как принять новую данность.

Я слушала, отмечала сказанное, но в голове крутилась иная мысль. «Не мальчишка. Уже не мальчишка».

— И вот ещё что. Ты была права, — припечатал под конец Орвин. — Во время одной из первых наших встреч. Когда говорила про систему и избирательное правосудие.

— Обожаю, когда оказываюсь права, — протянула я без малейшего энтузиазма.

Продолжить никому из нас не дали. Со стороны коридора послышались шаги и голоса. Мы обменялись многозначительными взглядами, и принц нырнул в потайной ход. Впрочем, я была уверена, что далеко он не ушёл, остался прислушиваться за дверью. Я же полностью сосредоточила внимание на второй двери.

Постепенно переговаривавшиеся приблизились, и стало реально разобрать слова.

— Мне очень не нравятся те шторы в музыкальном салоне, госпожа Мэнси, — капризно произнёс голос, в котором я, кажется, опознала принцессу Этнею Альбийскую. Не так уж и часто мне доводилось её слышать, и всё же я была почти уверена. — Это безвкусица, которая бросает тень на меня лично. И на всю королевскую семью. Как может управлять государством тот, кто даже в одной-единственной комнате не может навести порядок?

Незнакомая мне госпожа Мэнси попыталась промямлить что-то насчёт прекрасных штор, которые никоим образом не могут опозорить столь великое семейство, но девушка и слушать её не стала.

— Я прошу вас заняться этим немедленно. Пусть шторы снимут сейчас же. И подготовят несколько вариантов, более подходящих к мебели. Только никакой вышивки с изображением рояля! Это ещё более безвкусно. Я потом посмотрю ткани. Надеюсь, за час всё будет готово.

— Конечно. Я всё сделаю. А как же вы, ваше высочество?

— А я зайду пока в библиотеку. Там, кажется, появились новые романы. Вот только не надо меня сопровождать! Выбрать книгу я в состоянии и сама. А у вас есть более насущные дела, если вы ещё не забыли.

— Да, ваше высочество, конечно. С вашего позволения.

Стук каблуков свидетельствовал о том, что бедная фрейлина отправилась выполнять «жизненно важное» поручение.

Я ожидала, что дверь резко распахнётся, но вместо этого её приоткрыли весьма аккуратно, тихонько проскользнули внутрь и очень плотно затворили за собой.

— Магистр Блэр? — понизив голос, обратилась ко мне принцесса. — Я так и знала, что вы здесь. Мне говорили, что в последние дни вы приходите изучить старинные фолианты.

От недавней капризности и высокомерия не осталось и следа. Девушка держалась с достоинством, но выглядела серьёзной и встревоженной, и, пожалуй, казалась старше своих пятнадцати лет.

— Не только старинные, современные меня тоже интересуют, — уточнила я, с интересом рассматривая принцессу и пытаясь разгадать, что именно привело её в библиотеку, а точнее, как теперь становилось ясно, ко мне. — Рада вас приветствовать, ваше высочество.

— Да, я тоже. Нам с вами так и не удалось как следует поговорить после вашего возвращения. Но этот разговор придётся отложить и сейчас. В данный момент есть более срочное дело: мой брат.

— Который? — полюбопытствовала я, склонив голову набок.

Она на миг нахмурилась.

— В некотором смысле оба. Но я имела в виду Орвина. Вы ведь хорошо с ним знакомы, верно?

— Полагаю, что могу так сказать.

Вопрос был несколько спорный, но не вдаваться же сейчас в философию о том, как часто люди знают друг друга по-настоящему.

— Так помогите ему!

Её последние слова прозвучали не в пример громче предыдущих, и это, видимо, позволило Орвину распознать говорящую. Дверца потайного хода распахнулась.

— Этнея? Что ты здесь делаешь?! — напустился на сестру он.

— Тебя спасаю, — огрызнулась та.

И снова повернулась ко мне, будто принца и не было в библиотеке.

— Вы должны ему помочь, госпожа Блэр!

— Так-таки должна? — полюбопытствовала я. Орвин собрался было вмешаться, но я жестом попросила его подождать. — И почему же?

— Потому что вы — единственный человек, который может это сделать, — убеждённо сказала принцесса.

Мне такой аргумент убойным не показался.

— Это накладывает ответственность, — продолжала давить Этнея. — Вы не можете просто от неё отмахнуться.

— Знаете, в том, что касается эльмиррской политики я уже взяла на себя столько ответственности, — фыркнула я, — в том числе и не без помощи вашего отца, что мне на целую жизнь хватит. А может быть, и на несколько.

— Я знаю, вас арестовали по ложному обвинению. Но если бы Орвин был в то время здесь, он бы обязательно вам помог.

Я скептически скосила глаза на принца.

— Вот уж вряд ли! Он бы исключительно порадовался, что преступница получает по заслугам. Да, в общем, и правильно бы сделал. Откуда ему было знать, что дело нечисто?

— Я бы его убедила! — горячо возразила принцесса и, быть может, в первый раз с момента её появления я по-настоящему удивилась.

— Вы? — только и выдохнула я.

— Я была уверена, что вы ни при чём. Я и отца переубедить пыталась. Но с ним тяжело было разговаривать. Он не воспринимал меня всерьёз, что, в общем-то, и понятно: я ведь была ребёнком. Но я ни секунды не верила в вашу виновность.

— Почему?

Я, в самом деле, ничего не понимала. Я и саму-то Этнею того периода помнила с трудом. Ей было около десяти. Да, она жила во дворце, да, я то и дело видела её на церемониях или просто в коридорах, но никогда не обращала на девочку особого внимания. Моя сфера деятельности никак не касалась вопросов наследования, а к остальным делам, требовавшим вмешательства магов, юная принцесса не имела отношения.

— Я за вами наблюдала. Можно сказать, вы были моим кумиром. Правда-правда, — улыбнулась она, видя высшую степень недоверия на моём лице. — Вы были всем, чем мне самой хотелось стать. Молодая, красивая, самостоятельная женщина, которая строит свою жизнь так, как хочет. К тому же ещё и зеркальный маг. Самая мысль, что вы продали государственную тайну ради личного обогащения… Это было глупо. Денег вам и без того хватало. К тому же… Мужчинам просто сложно понять, как женщине тяжело сделать карьеру, пробиться в этой жизни, не по рождению, не благодаря замужеству, а только в силу собственных талантов и упорства. И уж если подобное удаётся, кто станет жертвовать всем ради какой-то дурацкой материальной выгоды?

Она передёрнула плечиком, худым и угловатым, почти детским, и этот жест так сильно диссонировал с смыслом её слов. С глубиной понимания, какую не ожидаешь в таком юном возрасте. Тем более, от принцессы, чья жизнь априори построена иначе, чем наша. Впрочем, много ли выбора предоставляется таким, как она?

— Ладно. Попробую помочь вашему брату. — Перейти сразу к делу было намного легче, чем подбирать слова, отвечая на рассуждения о слишком личном. — В конце концов, не могу же я бросить в беде человека, с которым провела ночь!

Орвин фыркнул, Этнея же как будто проигнорировала неприличный намёк, полностью сосредоточенная на данном мной согласии.

— Вам понадобится зеркало? — с энтузиазмом спросила она.

— Надо подумать.

Я огляделась, приметила хорошо отполированную поверхность металлического крепления, которой чисто теоретически можно было воспользоваться в моих целях. Принцесса тоже обратила внимания на эту часть стеллажа, но я покачала головой.

— Не пойдёт. Так здешним магам будет слишком легко проследить наше перемещение.

Я извлекла из кармана зеркальце, которое всегда носила с собой, и отнюдь не как предмет косметического набора. Но ту же, поджав губы, закинула его обратно.

— Это тоже не годится. По моей вещи слишком многое сумеют вычислить. Нужна вода. Чтобы потом и следов «окна» не осталось.

— С-с-с ума с-с-сош-ш-шла, — прошипел, высунувшись из фляги, Хаш.

Принцесса вздрогнула, хотя не издала ни звука — ещё одно очко в её пользу. Весьма внушительный для её возраста самоконтроль. Орвин успокаивающе положил руку ей на плечо и неодобрительно уставился на зелёного змия. Тот, впрочем, совершенно не впечатлился.

— Нарываеш-ш-шься, — попенял он мне. Я фыркнула. Как будто я сама этого не знала! — Будет вес-с-село, — совершенно непоследовательно заключил Хаш, прежде чем вновь раствориться в воздухе.

— Нужна вода, — повторила я.

Принцесса, всё ещё смотревшая во все глаза туда, где совсем недавно покачивался зелёный силуэт, моргнула длинными ресницами и переключила своё внимание на меня. Я же искала взглядом бокал, графин или ещё что-нибудь в этом роде. Увы, ничего подобного в библиотеке не обнаружилось. Видимо, здешние смотрители предпочли пренебречь удобством читателей, опасаясь за сохранность книг. И тут я вспомнила, что помимо неприкосновенной фляги с портвейном, которая, по сути, и не фляга вовсе, а переносное жилище Хаша, у меня имелась ещё одна, как раз с водой!

Я быстро сняла сосуд с пояса, раскупорила, качнула туда-сюда, прислушиваясь. Впрочем, и по весу можно было понять, что фляга почти пуста.

— Там совсем капля? — догадалась Этнея. — Этого мало. Хотите, я поищу графин где-нибудь поблизости?

— Не будем терять время, — отказалась я, хотя и скрепя сердце.

Сдавать себя всю и сразу не хотелось совершенно. Демонстрировать свои возможности тем, кто когда-нибудь может оказаться по другую сторону баррикад, — не самый умный поступок. Впрочем, устраивать побег обвинённому в покушении на кронпринца — тоже. С железной логикой Хаша не поспоришь. Но что ж поделать, видимо, я просто не уродилась достаточно умным человеком…

И, более не раздумывая, я выплеснула остатки воды на ковёр. Да, ковровое покрытие устилало в библиотеке весь пол, и жидкость должна была бы мгновенно впитаться в ворсистую ткань, не говоря уже о том, что нескольких капель, имевшихся в моём распоряжении, никак не достаточно для перехода в зазеркалье… Но на моей стороне была богатая практика и долгие месяцы тренировок.

Главный фокус — стремительно уцепиться за зыбкое, готовое окончательно исчезнуть отражение. Проникнуть внутрь ментально. И законсервировать. Остановить. Не позволить раствориться. Тут счёт идёт не на секунды — на доли секунд. Но, повторюсь, у меня богатый опыт. В тюрьме я поднаторела в науке осуществлять невозможное.

Махонький кружок воды застыл, словно ему не во что было впитаться. Хорошо. Теперь шла вторая стадия невозможного. Сделать так, чтобы это окошко в зазеркалье стало реально использовать как проход. Постепенно, миллиметр за миллиметром, увеличивать диаметр. Работать всё так же, со стороны подпространства, используя для этого ментальное подключение. Полная сосредоточенность. Ничего иного не существует. Нет реального мира, нет принца и принцессы, напряжённо наблюдающих за каждым моим движением, и уж тем более нет гипотетических звуков из коридора. Если сейчас нас придут арестовывать, я даже об этом не догадаюсь. Потому что успех всего предприятия зависит от того, смогу ли я стопроцентно сконцентрироваться на медленно растущем окошке. Смогу ли действовать так, будто уже нахожусь не в библиотеке, а с обратной стороны зеркального пространства.

Капля жидкости, доля секунды. Вот достаточная база для того, чтобы совершить переход.

Я позволила себе очнуться, лишь когда в окно стало возможно просунуть голову. На ковре красовалась лужа соответствующих размеров.

— Теперь идём, — распорядилась я, протягивая Орвину руку. — Ваше высочество, — на этот раз я обращалась к принцессе, — я постараюсь снова сжать воду до нескольких капель. Вас не затруднит от них избавиться? Промокнуть платком, например. Если не останется предмета, через который мы уйдём в зазеркалье, преследователям будет значительно труднее нас отыскать.

— Хорошо, — кивнула Этнея. — Конечно. Спасибо вам!

— Пока совершенно не за что, — возразила я, затягивая Орвина в зазеркалье.

Не владеющий нужным видом магии человек мог попасть туда только в соприкосновении с такой, как я.

Первым делом принц недоверчиво оглядел свою одежду: ему не верилось, что он сумел выбраться сухим из воды, то есть, не намокнуть в той луже, через которую мы проникли в подпространство. Пока он убеждался в том, что сапоги, брюки и камзол совершенно сухи, я занялась лужей, которая с этой стороны выглядела как окно с неровными краями. Легонько двигая руками, я стала постепенно стягивать эти края, уменьшать окружность, возвращать окошко к его первоначальному состоянию — совсем маленькому кружочку, скорее напоминающему глазок в стене.

Отступив и зрительно оценив результат своих трудов, я пришла к выводу, что можно двигаться дальше.

— Пойдём! — позвала я Орвина, теперь озиравшегося по сторонам, что совершенно естественно для человека, впервые оказавшегося по ту сторону зеркальной глади. — Следуй за мной и, главное, не отходи далеко. Новичку здесь легко потеряться.

Сначала мы просто продвигались вперёд, не спускаясь на следующий уровень, но неустанно удаляясь от дворцовых зеркал. Время от времени я проверяла возникающие в стене окна, но лишь для того, чтобы оценить расстояние, отделявшее нас от королевской резиденции. И лишь сочтя, что мы достаточно отдалились, начала подыскивать место для выхода.

Многие варианты никуда не годились. Настенное зеркало в каком-то богатом доме. Плохо: такой след не уничтожишь. Зеркало можно разбить, но каждый осколок сам по себе остаётся пусть небольшим, но окошком, и, значит, опытный маг раньше или позже поймёт, где именно мы выбрались в реальность.

Отполированные до блеска ножны. Судя по тому, как подпрыгивает открывающаяся взгляду картина, их обладатель то ли идёт по улице, то ли едет верхом. В любом случае наше внезапное появление вызовет переполох, а этого нам ни в коем случае не нужно.

Капля, падающая, казалось, прямо мне в лицо. Затем изображение подёрнулось рябью, и успокоилось лишь спустя несколько секунд. А вот это, кажется, подойдёт. Я стала осторожно сдвигать доступную взгляду картину, убедилась в том, что в комнате никого нет, и поманила к себе Орвина. Расширила проход, взяла принца за руку — и мы без особого труда выбрались наружу.

Я быстро огляделась: всё же реальность порой существенно отличается от отражения, которое удаётся рассмотреть с зазеркальной стороны. Но в данном случае всё оказалось более-менее верно. Небогатая обстановка, к тому же помещение скорее рабочее, нежели жилое. Пара низких деревянных столов, в данный момент не застеленных и ничем не уставленных, стул, в углу — сундук, сколоченный настолько грубо, что крышка плохо примыкает к стенкам. Занавесок нет, но ставни прикрыты, поэтому в помещении полутемно, тоненькие солнечные лучи с трудом пробиваются через узкие щели. И, конечно же, лужа, в которую изредка капает вода с потолка. Не так давно прошёл дождь, я ещё в библиотеке слышала, как струи били в стекло. А здесь, как видно, прохудилась крыша — и вот результат. Каковой, собственно, и позволил нам выбраться из зазеркалья. Через отражение в скопившейся дождевой воде.

— Мы…вышли отсюда? — не без удивления спросил Орвин, указав на мокрый пол.

Он говорил тихо, почти шёпотом, и правильно делал: на второй этаж вела лестница с узкими, неудобными на вид ступенями, и вполне вероятно, что там как раз и располагались жилые комнаты. А в этих комнатах кто-то мог бодрствовать.

— Да, — кивнула я. — И надо позаботиться о том, чтобы больше никто этого сделать не смог. Нужна ткань, чтобы впитать воду.

Мы дружно огляделись и, увы, не обнаружили ничего подходящего. Возможно, продолжительные поиски и дали бы результат, но время терять не хотелось. Недолго думая, Орвин принялся стаскивать с плеч камзол. Неплохая идея, но…

— Постой, — качнула головой я. — Нам ещё предстоит идти по улице. И вид надо иметь приличный, чтобы на нас не начали коситься прохожие. Иначе запомнят.

Принц внял моим словам, запустил руку в карман и извлёк оттуда носовой платок. Идеально белый, обшитый по периметру кружевами и, вне всяких сомнений, ни разу не использованный по назначению. Я прикинула количество воды в луже. Пока не пойдёт. Слишком много. Платок вымокнет насквозь — и мы получим новую лужу из прежних составляющих. Это не имело смысла.

Приняв решение, я опустилась на колени и, склонившись над жидкостью, принялась пить. Лишь когда оставалось совсем немного (такую малость разве что с пола слизывать), утёрла губы и поднялась на ноги. Между делом поймала взгляд принца, не лишённый брезгливости. Ах, да, конечно, это вам не бокал красного вина у камина. Неэстетично, но уж простите, ваше высочество. В конце концов, всего лишь свежая дождевая вода, ничего криминального. Пивали мы и похуже…

Впрочем, надо отдать Орвину должное: его лицо почти мгновенно приняло невозмутимое выражение, полностью скрыв инстинктивную реакцию.

— Теперь платок, — попросила я и, получив желаемое, вытерла пол насухо.

Новые капли, конечно, продолжат падать с потолка, но это будет уже другая вода. А, значит, никто не сможет воспользоваться тем источником отражения, через который из зазеркалья вышли мы.

Я возвратила влажный платок Орвину.

— Пока его лучше сохранить. Пусть высохнет, а потом уничтожим его. Постараемся сжечь, если представится такая возможность.

Белая ткань, теперь в намного более плачевном состоянии, чем прежде, до поры до времени исчезла в кармане принца.

— Дальше пойдём обычным путём.

Я старалась говорить тихо, коротко и по существу. Мы выиграли время, но сколько именно, я предсказать не рискнула бы. Слишком от многих факторов это зависело. К тому же обитатели второго этажа, если они всё-таки были дома, могли появиться в любую секунду.

— Главное — не привлекать к себе внимания. Просто идут два человека по делам. Возьми. — Я передала Орвину свой плащ. Маловат, конечно, но сойдёт. — Ты можешь вернуть свою рыжую личину? Хорошо. Тогда сделай это, но капюшон тоже накинь. Не так уж мало людей видели тебя во втором образе. Как бы кто-нибудь не припомнил. Другого плаща нет, но ничего, себя я чуть-чуть подправлю.

Я вытащила из сумки маленькое зеркальце, то самое, от использования которого отказалась в библиотеке. После непродолжительной работы черты моего лица изменились, может, не так уж радикально, но достаточно для того, чтобы среднестатистический прохожий не увидел ничего общего между девушкой, смотревшей сейчас из-за стекла, и мной настоящей. Вот так, в личинах, мы вышли из дома и быстро влились в ряды прохожих, шагавших по узкой улице.

Следовало определиться с пунктом назначения. Я уже успела обдумать этот вопрос. Возможно, вариант был неидеален, но ничего лучшего мне в голову пока не пришло. Конечно, у принца есть в столице друзья и знакомые, которые будут готовы предоставить ему убежище. Но офицерам королевской охраны, канцлеру и, вполне вероятно, кронпринцу все эти люди известны поимённо, так что к ним с обыском нагрянут в первую очередь. Ко мне, кстати сказать, в том числе. Оставались мои знакомые. Старые — которым я не доверяла совершенно. И новые, доверять которым у меня пока тоже не было особенных оснований… Зато и вычислят их далеко не сразу. И кое-кто из них не слишком лояльно относится к королевской семье. И я, решив рискнуть, окольными путями повела Орвина к аккуратному двухэтажному дому, возле которого была высажена клумба пионов.

В дверь постучалась, предварительно приняв свой естественный облик. Принца же, наоборот, попросила оставаться рыжим, да ещё и отступить покамест в тень… На всякий случай.

Кейл открыл сам, и это оказалось очень кстати. Чем меньше лишних свидетелей, включая прислугу, тем лучше.

— Привет. — Он явно удивился. — Рад тебя видеть! Проходи.

Он посторонился, пропуская меня в дом. Я переступила порог, но не более. Огляделась, удостоверилась в том, что, кроме нас двоих, поблизости никого нет.

— Честно говоря, я по делу. — Затягивать не имело смысла, к тому же мы не знали, надолго ли сумели оторваться от преследования. — Допустим, мне надо было бы укрыть от закона одного человека. Который…ну, положим, не в ладах с королевской властью. Ты бы мог порекомендовать, куда податься?

Сперва Кейл никак не отреагировал, словно его мозг просто не был готов переработать информацию такого рода. Затем брови ректора факультета стихий поползли вверх. Наконец, в довершение метаморфозы, он усмехнулся.

— Почему-то я подозревал, что в рамках закона ты, рано или поздно, не удержишься. Этот человек с тобой?

— Да, — кивнула я на сгущающуюся за крыльцом темноту.

— Проходите. — Он шире распахнул дверь. — И сразу поднимайтесь на второй этаж. Средняя комната из трёх, или левая, где вам будет удобнее. И переждите, пока я отпущу кухарку.

— Спасибо. — Я жестом призвала Орвина. — Ты вполне мог послать нас на все четыре стороны. Собственно, ещё не поздно.

— Глупости. Я всегда стараюсь помочь своим. — Серьёзный взгляд мне в глаза был призван показать, что Кейл включает меня в этот круг. — К тому же мне элементарным образом любопытно.

Принц подошёл ближе. Капюшон всё ещё скрадывал его лицо, но Кейл, стоявший прямо напротив, имел возможность разглядеть гостя. Я впервые задумалась: а видел ли когда-нибудь мой институтский друг Орвина под личиной? Не факт, но и исключать подобного было нельзя.

— Проходите наверх и подождите меня, — повторил Кейл, на этот раз нам обоим, дождался, пока мы начнём подниматься по удобной лестнице, после чего решительно зашагал на кухню.

— Госпожа Бонхен! — окликнул он, и почти сразу исчез из поля нашего зрения. Мы быстро добрались до второго этажа, и теперь голоса доносились негромко и обрывочно. — Вы можете быть свободны на сегодня. Утром ничего не понадобится… О, нет, вы столько наготовили, что, я уверен, завтра приходить не нужно. Спасибо большое, вы очень талантливы, госпожа Бонхен!

Пока Кейл выпроваживал повариху, мы с Орвином тихонько закрылись в одной из спален.

— Ты настолько ему доверяешь? — шёпотом спросил принц.

Я подошла к окну, осторожно отодвинула гардину, выглянула на улицу. Темнело, фонарщик уже приступил к своей работе. Ничего подозрительного я не заметила.

— Доверяю. Но не настолько. Поэтому будь настороже. В крайнем случае уйдём через зеркало.

Шум шагов и скрипнувшая ступенька заставили нас напрячься, но в комнату вошёл Кейл.

— Я отпустил слуг, — сообщил он. — Еды полно, с постелями справимся сами. Насколько вероятно, что стража нагрянет прямо сюда?

— Надеюсь, не нагрянет, — откликнулась я. — Обещать ничего не могу, но, думаю, мы оторвались. Иначе не пришли бы сюда. Если по-любому тонешь, зачем тащить с собой на дно хорошего человека?

— Она считает меня хорошим человеком, — со смешком поделился с принцем Кейл. — Просто недостаточно меня знает.

— Если глубоко копать, все мы не подарки, — приняла юмористический тон я.

Хозяин дома с интересом вглядывался в лицо Орвина.

— Мы раньше нигде не встречались? — щурясь, спросил он.

— Как минимум, вряд ли вы хорошие знакомые, иначе точно узнали бы друг друга, — завуалированно ответила я и поспешила сменить тему. — Если не возражаешь, было бы здорово умыться с дороги. Ты только покажи, что где находится, а дальше я всё сделаю сама. Не хотелось бы тебя обременять.

— Глупости. Пойдём вместе. Меня это нисколько не обременит.

— Я помогу, — вызвался принц, присоединяясь к нам у порога.

Втроём мы спустились на первый этаж, нагрели воду, а после там же, внизу, поужинали. Кейл не лукавил, выпроваживая повариху: готовила она на славу.

Ели всё больше молча. Перебросились с деканом парой шуточек по поводу института, и разговор сошёл на нет. Не было у нас троих общих тем, особенно учитывая, что личность Орвина мы скрывали. Некоторым образом, это меня тяготило. Не слишком честно было по отношению к Кейлу привести к нему в дом настолько проблемного (по нынешним временам) гостя. Конечно, я постаралась предупредить его об опасности, чтобы он сам мог принять решение, пускать нас к себе или нет. Но одно дело укрывать обычного преступника и совсем другое — королевского пасынка, жизнь которого не стоила в данную минуту и ломаного гроша. Увы, по этой же самой причине я не имела права раскрывать личность своего спутника. Да, я считала Кейла другом, да, у меня были причины ему доверять. Да и чутьё говорило, что он не выдаст, а с некоторых пор у меня развилась весьма неплохая интуиция. И всё же наши отношения не были проверены временем, и это смущало.

— Ты тоже останешься, или уйдёшь к себе? — спросил он, когда мы поднялись на второй этаж по окончании трапезы.

За окнами давно стемнело, и после тяжёлого дня не стоило затягивать с укладыванием. Тем более, никто не знал, что сулит нам завтра.

— Пожалуй, я бы осталась, если не возражаешь, — немного подумав, решила я. — Смогу помочь, если что-то пойдёт не так. А много мне не надо: я привыкла спать как угодно. Могу на коврике.

— На коврике не придётся, — хмыкнул Кейл. — Здесь три спальни, а мне, сама понимаешь, нужна только одна. Если бы я покупал дом, выбрал бы поменьше, но это жильё от института, так что я взял то, что предлагали.

Ни один из них не мог догадаться о сути моей ответной усмешки. Это было забавно. Точно так же рассуждала и я, получив свой временный столичный дом от короля. Мне бы хватило меньшего, но в подобных случаях берёшь то, что дают. Всё-таки у нас много общего с ректором факультета стихий.

Кейл не сразу, но всё-таки нашёл постельное бельё и запасные одеяла. Подушки и без того лежали на всех кроватях для красоты. Меня определили в среднюю спальню, Орвина — в крайнюю слева. Комната хозяина дома соответственно располагалась справа.

Раздеваться я на всякий случай не стала. Мало ли что могло случиться, к тому же вряд ли у Кейла нашлась бы женская ночнушка. Поэтому я ограничилась тем, что сняла пояс и выпустила наружу рубашку, которую обычно заправляла в брюки. Флягу с Хашем поставила на прикроватную тумбочку. Распустила волосы и вполне комфортно устроилась под одеялом.

Чувство комфорта не продлилось долго. Стук в дверь послышался буквально через минуту после того, как я легла, заставив меня резко сесть на кровати и мысленно потянуться к ближайшему зеркалу. Лишь несколько мгновений спустя я запоздало сообразила, что звук раздаётся не со стороны коридора, а из соседней комнаты. Дело в том, что все три спальни соединялись между собой внутренними дверьми.

— Кейл? — тихо спросила я.

Изящно изогнутая ручка медленно повернулась, и в образовавшемся проёме появилось смущённое лицо декана.

— Я только хотел спросить, удобно ли ты устроилась.

— О да, спасибо! — Я осторожно отпустила связь с зеркалом. — Всё прекрасно. Намного лучше, чем я могла рассчитывать. Прости, что мы так внезапно тебя потревожили. Я очень благодарна тебе за помощь. И сделаю всё возможное, чтобы мы не загостились долго. Я отлично понимаю, насколько наше присутствие…проблематично.

— Оставь. Ты отлично знаешь, каких я придерживаюсь взглядов, иначе не пришла бы сюда. И мне это нисколько не в тягость. Скорее наоборот. Честно говоря… Я надеялся, что однажды ты придёшь ко мне в гости и…задержишься. Конечно, я не думал о таких обстоятельствах, но…

Он смущённо улыбнулся, прикрыл глаза, выдохнул, заражая меня собственным чувством неловкости.

— Я тоже…рассматривала такую возможность, — призналась я. — Но сейчас обстоятельства и правда несколько иные.

— Конечно, — поспешил согласиться он, принимая максимально сосредоточенное выражение лица. — Ты абсолютно права. Собственно, я сразу так и сказал… Я только хотел спросить: может, тебе всё-таки что-нибудь нужно?

— Нет, спасибо, всё в полном порядке, — заверила я, пряча улыбку.

— Тогда…спокойной ночи?

— Спокойной ночи.

Кейл ещё пару секунд помялся на пороге, затем возвратился к себе в комнату.

Я сладко потянулась, устроилась поудобнее. Поглядела на пляшущий огонёк свечи. Надо же, до чего чувствительна сущность этой стихии. Я не ощущала сквозняка, а вот пламя реагировало на малейшее колебание воздуха. Внезапно оно дёрнулось сильнее, чем прежде… И снова послышалось тихое постукивание. На этот раз — с противоположной стороны.

Теперь я быстро сообразила, что источник звука находится не в коридоре, а в одной из соседних комнат, той, что располагалась слева, если смотреть снаружи. Сейчас же, учитывая, как была повёрнута кровать, дверь приоткрылась справа от меня.

— Йоланда? — тихо позвали оттуда.

— Орвин?

Я приподняла свечу, чтобы рассмотреть его получше.

— Да.

Принц вошёл, прикрыл дверь и прислонился к ней спиной, почти как в библиотеке.

— Почему ты не спишь? — прошептала я.

— Да так… День выдался немного безумный.

— Да уж, это ещё мягко сказано, — хмыкнула я.

— А ты что не спишь?

«Уснёшь тут с вами, пожалуй», — чуть было не ответила я, но предпочла не вдаваться в подробности.

— Задумалась.

— Я хотел сказать тебе спасибо. Ты очень много для меня сегодня сделала.

— Не так уж и много. Из города мы пока не выбрались. И это будет непросто: тебя наверняка сейчас поджидают на каждой тропинке. Но мы что-нибудь придумаем.

— Много, — возразил Орвин. Переступил с ноги на ногу, затем сделал шаг в моём направлении, снова остановился. — Думаю, что, если бы не ты, я был бы уже мёртв. К тому же ты решилась выступить против королевской власти, несмотря на то, что в твоём положении это особенно опасно.

— Не волнуйся, выступать против королевской власти опасно даже с кристально чистым прошлым, — заверила я и от души зевнула, едва успев прикрыть рот ладонью. — К тому же я поступила так по просьбе юной леди, которая вполне может оказаться будущей королевой.

— Да, этой юной леди не занимать настойчивости, — невольно улыбнулся Орвин. — Но она пока слишком молода для игр с такими крупными ставками.

— Ты, наверное, прав. Обсудим это завтра, хорошо? — Я снова зевнула. — Спокойной ночи!

— Конечно, — согласился принц, но уходить не спешил. Всё смотрел на меня как-то странно. — Спокойной ночи! — проговорил он наконец и быстро, словно от чего-то бежал, покинул мою спальню.

Хмыкнув, я нырнула под одеяло. Свечу решила пока не гасить. В конце концов, вряд ли в доме стихийного мага огонь в дефиците.

Правильно сделала, что не погасила. Потому что не прошло и трёх минут (я едва-едва начала задрёмывать), как в дверь снова постучали. На сей раз со стороны Кейла.

— Да-да? — тоном заправского секретаря спросила я, приподнимаясь на локте и вынужденно признавая, что мои шансы на здоровый сон в эту ночь стремятся к нулю.

— Йоланда, я на минутку. — Хозяин дома аккуратно просочился в узкую щель и остановился, сцепив пальцы. — Я тут хотел тебе сказать… В общем, то, что я наболтал несколько минут назад… Забудь об этом, хорошо? Я не хотел тебя обидеть, и, наверное, говорить такое, когда ты — гостья в моём доме, неуместно.

— Ты нисколько меня не обидел.

— Да? — Его глаза засветились искренней радостью. — А ты случайно не хочешь чего-нибудь выпить?

— Спасибо. В другой раз — с удовольствием. Но сейчас, учитывая обстоятельства, мне лучше сохранять трезвый рассудок.

— Да, верно, — торопливо согласился Кейл, но выглядел он расстроенно. — Я об этом не подумал. Скажи, а твой спутник — ты вполне ему доверяешь?

— Да, ему можно доверять.

Я инстинктивно потеребила пуговицу на рубашке, но заметила, как пристально Кейл следит за этим процессом (тоже, видимо, в силу инстинктов), и опустила руку.

— Думаю, здоровый сон всё расставит по своим местам, — бодро завершила я.

— М-да. Наверное, — вынужденно согласился мужчина. — Спокойной ночи!

— Спокойной ночи!

Оставшись одна, я не стала удобно укладываться, вместо этого перевернулась на другой бок, вновь подпёрла щёку локтем и стала ждать. Не прогадала. Полагаю, прошло минуты две.

— Йоланда! — Орвин тихонько, аки тать в ночи, прокрался в мою спальню. — Я тут подумал: этот профессор, хозяин дома… Насколько он всё-таки надёжен? Понимаю, он нам помог, в первую очередь — мне, и, наверное, неправильно с моей стороны так говорить, но что-то меня в нём смущает. Никак не пойму, что именно.

И он задумчиво уставился прямо в вырез моей рубашки.

— Вот завтра как раз во всём и разберёшься! — Я с трудом удержала себя от желания прикрыться одеялом. Ещё не хватало жертвовать собственным удобствам из-за мужчин, которым, по-хорошему, в этой комнате не место! — Знаешь, в народе говорят: «Утро вечера мудренее».

— Да, ты, наверное, права. — Взгляд его пробежался по моей руке, обнажившейся до локтя из-за задравшегося рукава. — Всё правильно. Да.

— До завтра? — подсказала я.

— Угу. До завтра.

Когда за принцем закрылась дверь, я первым делом зарылась головой в подушку. Потом решительно встала. Затушила свечу. Практически наощупь добралась до зеркала, приложила руки к стеклу (трудно работать без зрительного контакта). Добралась через подпространство до гостиной на первом этаже. Свернулась на диване калачиком, укрылась пледом и с наслаждением погрузилась в сон.

Мужчины мне впоследствии претензий не предъявляли, но судя по практически идентичным шишкам, они всё-таки столкнулись лбами в кромешной темноте где-то неподалёку от моей кровати.