20. Достижение маленькое, да удаленькое

Покидая дом, я почувствовала на себе чей-то взгляд. Ощущение было липким, тяжелым, но, оглянувшись, я заметила только Ариса. Он стоял в дверях, улыбаясь, и следил за тем, как я дойду до кареты. Странное давление на плечи тут же исчезло, а на душе стало веселее.

Когда я вернулась в карету, на меня уставились два ледяных взгляда.

- Что? – возмутилась я. – Мне уже и расслабиться немного нельзя?

- Можно, – очень странным тоном ответил Сокол. – Что-то тебя долго не было.

- Я пыталась выведать у Ариса, знает ли он что-нибудь об исследованиях родителей. Оказалось, не знает.

- У тебя поэтому платье перекошено?

Я посмотрела вниз и с ужасом обнаружила, что он прав. Боже, какой позор! И вот так меня видели слуги Ариса?

- Это… это нечаянно, – нервно сказала я, стараясь незаметно все поправить. – И вообще, вы сами требовали, чтобы я это… задействовала женские чары.

- Все правильно, – согласился Эл. – Ты исполняла свой долг избранной.

Сокол, понявший, что это укол в его сторону, фыркнул и отвернулся. А мне стало стыдно.

Ведь у нас с эльфом утром тоже был момент. Даже так: момент. И он спокойно относится к тому, что тем же вечером я обнимаюсь с другим мужчиной. Будь я на его месте, уже бы сгорела от ревности.

Как, однако, широко и непостижимо эльфийское сердце…

Карета потихоньку сдвинулась с места. Снова зацокали подкованные копыта кентавров – чуть медленнее, чем днем. Волшебные создания немного устали ждать.

- Поедем до дворца, но без Мэйриса, – сообщил Сокол, глядя в окно. – Мы договорились с ним, что встретимся у тебя, но придем по отдельности. С кентаврами в упряжи его подбирать нельзя. Одни боги знают, кому и чего они наговорят, если завтра станет известно, что эн-Сандрисов обокрали.

- Хорошо.

- А знаешь, – вдруг произнес «норвежец». – Арис на тебе все равно не женится.

Это было неожиданно.

- С чего ты взял? – настороженно поинтересовалась я.

- Считая самого Дамиана, он пятый по счету претендент на трон и единственный, у кого есть все шансы на него взойти после смерти короля.

- Но Микки его опережает.

- Он откажется от трона. Как и его отец. Как и отец Ариса, который предпочитает заниматься магией, а не политикой.

Карета наехала на выступающий камень и покачнулась. Я поежилась.

- Почему ты так уверен насчет Микки и его отца?

- Потому что отец Микки бесполезен. Настолько, что он собственного сына отказался воспитывать.

- Как это? – поразилась я.

- Мать его рано умерла, Микки еще младенцем был. Господин Лейрон любил жену сильно и в смерти винил себя. Недоглядел, дескать. Спился быстро. Быстрее, чем наступает морской прилив. Я Лейрона видел – печальное зрелище. На сына ему было настолько плевать, что он даже не стал проверять, есть ли у него способности к магии. Это случайно выяснилось, когда Дамиан взял мальчишку во дворец, чтобы подготовить себе замену и вырастить из него будущего короля. Обнаружив, что все это время у него прямо под носом находился многообещающий маг с примесью драконьей крови, еще и с даром привратника Оси миров, Дамиан пришел в ярость. Он парню отца заменил, можно сказать. А пропойцу заперли в поместье в одной из дальних провинций, где он продолжает пить. Погибший человек, – подвел итог Сокол. – Никто его на троне не потерпит, даже если он решит на него претендовать.

Вот почему Микки все время так печально замолкал, вспоминая об отце. Грустная история, ничего не скажешь.

- Но все это не значит, что Микки откажется от короны, – возразила я.

- Значит, – «норвежец» кивнул. – Он об этом сам говорил, не раз, причем на публике. Он маг, а не король и не хочет заменять Дамиана, которому обязан больше, чем родному отцу.

- Вот откуда пошли слухи, что Микки специально ошибался с моими предшественницами, – пробормотала я.

- Именно. Так что Арис не свободный человек. Причина, почему он в свои двадцать три до сих пор не женат, очевидна – ему подыскивают невесту, подходящую по статусу. Я могу стать твоим женихом – я ни от кого не завишу. Эльф может стать твоим женихом – он простой стражник. Мэйрису вообще никто не указ. Но, надеюсь, ты понимаешь, почему невестой Ариса не может стать девушка из иного мира, у которой будет семь мужей?

Это было даже обидно.

- А мне очевидно, – холодно отозвалась я, – что Арис до сих пор не нашел девушку, равную себе по уму, и он не из тех, кто станет жениться по расчету. К тому же пророчество ничего не говорит о том, что с мужьями я должна состоять в законном браке. Насколько я помню, там сказано, что я должна полюбить семь мужчин и родить от них ребенка.

- Так и есть, – подтвердил Эл.

Сокол подозрительно закашлялся.

- Ну ладно, уели. Но ты в самом деле считаешь, что в это число войдет Арис?

- А ты ревнуешь? – сладким голоском поинтересовалась я.

- Нет, – удивительно быстро ответил он. – Всего лишь уточняю, какие у тебя планы.

- Спасти этот мир. А какими еще они могут быть?

- Верно, – пробормотал Сокол, никак не прояснив ситуацию.

«Норвежец» сложил руки на широкой груди и продолжал задумчиво смотреть в окно, как будто бы избегая меня. Неужели в самом деле ревнует?

Ответ на мой вопрос дать было некому. Судя по тому, как Эл и Сокол поджимали губы, глядя друг на друга, за все время моего отсутствия они не перемолвились и словом. А я никак не могла придумать, как отреагировать на странное поведение «норвежца».

Он же не просился ко мне в женихи. Да и Арис тоже. Пока, во всяком случае. Но если бы они сделали предложения, я бы, наверное, приняла оба.

Я украдкой глянула на эльфа. Еще ведь есть он. И пусть я с ним не целовалась, он со своей заботой и удивительным пониманием был мне ближе других. Как выбрать между этими мужчинами? И надо ли вообще выбирать?

До дворца мы ехали в молчании. Сокол изредка зевал, после каждого раза потирая светлую щетину на подбородке, эльф вообще был неразговорчив, а я думала об Арисе.

Так удивительно – у глыбы льда, какой он мне показался при первой встрече, оказалось сердце из горящей лавы. И кто еще кого сегодня соблазнял?

Предупреждение Сокола о том, что Арис не волен в выборе невесты, меня обеспокоило. Неужели мной хотят поиграться и выкинуть? Я, конечно, тоже молодец – пришла к нему, чтобы ограбить. Если бы Арис знал об этом, мог бы и отомстить. Однако поведение надменного студента в эту картину укладывалось плохо. Не стал бы он еще в академии недвусмысленно намекать, что женщины его не интересуют, а потом так резво идти на попятную. Что если я его правда впечатлила? И совсем не факт, что Арис – единственный из претендентов, у кого есть все шансы занять трон после Дамиана.

Я прищурилась, изучая Сокола. Широкоплечий северянин в белой рубашке с широким воротом, на которую сверху был небрежно накинут камзол, дураком определенно не был. Такие не дослуживаются до звания офицера в чужой стране, не становятся друзьями королей и им не поручают охрану избранных, от которых зависит существование страны.

А не дурит ли мне Сокол голову? Я же не разбираюсь, кто там из претендентов чего стоит. Остается верить ему на слово. Только он может и просто лгать, и вести собственную игру, и что угодно.

Придется разбираться еще и с этим вопросом. Но с мыслями об Арисе я так легко не расстанусь, пусть не рассчитывает. И еще Мэйрис – очень много зависело от того, что он сегодня нашел и не попался ли охране эн-Сандрисов.

Я не представляла, как буду смотреть в глаза Арису, если он обо всем узнает. И оправдание – я же не знала, что ему приглянулась! – не поможет. Обманула? Да. Воспользовалась? Да. Оставалась лишь надежда на то, что он не заметит пропажи родительских записей. А потом я ему все объясню. И если повезет, он меня простит…

После того как кентавры высадили нас во дворцовом дворе, до комнаты я почти бежала. Вот бы увидеть довольного котяру, сидящего на постели и облизывающего лапу!

Я резко раскрыла дверь спальни. Встретили меня пустота и тишина.

Сокол прошел мимо меня, замершей у порога, и принялся зажигать свечи в темной комнате.

- Подождать надо, – веско сказал он. – Мы-то на карете ехали, а кот пешком идет. Он только в любви быстрый. Бегает, говорят, медленно.

- Особенно если ему в доме эн-Сандрисов не прижали хвост, – тихо добавил эльф.

Мужчины посмотрели друг на друга. Сокол ухмыльнулся, а Эл чуть приподнял уголок губ.

Я тяжело вздохнула. Ну, хоть в чем-то эти двое сошлись – в нелюбви в Мэйрису.

- Делать-то что будем? – спросил Сокол. – Ну, пока кота ждем.

- Предлагаешь в картишки перекинуться?

Я подошла к окну, раскрыла его и высунулась в ночь. Ну же, котик, где ты?

- Какие картишки? – переспросил «норвежец». – Я таких не знаю. В кости можно. У меня есть набор в соседней комнате. Эльф, у вас в Лесном королевстве играют?

Эл занял одно из кресел и бросил на второго мужчину холодный взгляд.

- Нет. Мы предпочитаем заниматься полезными делами.

- А кто сказал, что я бесполезное собираюсь предлагать? – оскорбился Сокол. – Хотя, конечно, я не прочь сыграть на раздевания…

Эльф резко поднялся. Я встрепенулась и закрутила головой. Он же Мэйриса увидел, да?

- Полотенце, – тихим, угрожающим тоном произнес Эл, внимательно глядя на свернутую льняную ткань, лежащую на комоде. – Я чувствую исходящую от него магию. Это та самая вещь, которая нападала на госпожу вчера утром.

- Мы же ее отослали на проверку магам, – вспомнила я. – Что она здесь опять делает?

Сокол не спеша прошелся по комнате и обогнул стул по кругу, склоняя голову то на одну сторону, то на другую и как будто примериваясь к ткани.

- Тут записка, – он зашуршал бумагой. – Сказано, маги проверили зачарование, не нашли ничего плохого и вернули обратно для пользования. И другой рукой приписано, что нечего применять артефакт для непотребных целей, и тогда все будет в порядке. Шутники, чтоб их на морское дно утянуло.

- Артефакт… – проворчала я, скосив глаз на беленый лен.

Понапридумывают зачарованных тряпок, а мне, человеку простому, волшебству необученному, потом гадай, что с ними делать. Будь это высокотехнологичная ткань с наночастицами, и то было бы понятнее, как к этому относиться. А тут и вытереться страшно – оно же как живое шевелится.

Я на миг ощутила себя брюзжащей старухой. М-да, а в универе нас еще называли прогрессивной молодежью.

В витраж что-то стукнуло. Эл, как всегда, уже схватился за меч, да и Сокол настороженно положил ладонь на рукоять кинжала. Все расслабились, лишь когда снаружи прозвучало знакомое «м-р-р-мяу». Я тут же метнулась к окну, раскрывая его пошире, и уже спустя секунду в комнату впрыгнул черный кот с небольшой кожаной сумкой на спине.

Даже в животном обличии Мэйрис выглядел утомленным. Шерстка с правого бока была опаленной, усы и хвост, раньше задорно торчавшие кверху, обвисли. Я не удержалась и встала перед ним на колени, погладив слегка запылившуюся шкурку. Он благодарно ткнулся мне мордочкой в ладонь, а затем потерся об меня сумкой, намекая, чтобы я отстегнула ремешки. Как только я это сделала, оборотень отошел в сторону.

Увидев, как кошачье тело начинает изгибаться и приобретать человеческие формы, я отвернулась. Голос за спиной дал понять, что трансформация прошла нормально.

- Есть чего выпить? – устало поинтересовался Мэйрис.

- Сначала о деле расскажи, – отрезал Сокол. – И ты бы прикрылся, парень. Нечего избранную смущать.

- Ах да… Опять забыл об этом. Надо будет принести сюда запасную одежду, – рассеянно отозвался он.

- На. Пока что обойдешься этим.

«Норвежец» бросил ему свой камзол. Когда я повернулась, оборотень уже застегивал пуговицы. Одежда, едва доходящая Соколу до колен, на новом хозяине болталась, как мешок, и спускалась до самых икр. В таком наряде растрепанный Мэйрис выглядел смешно, но мне не захотелось даже улыбнуться.

- Как все прошло? – нервно спросила я. – Ты цел?

- Относительно. Попал под удар охранных чар, еле увернулся, – он поморщился и потер бок. – Раз у вас нет ни вина, ни хотя бы эля, я бы, вообще-то, прилег. Рина, ты не будешь против? Но учти – я грязный. Бежать пришлось по городским улицам, а не по паркету.

- Не против.

Уговаривать его не пришлось. Мэйрис тут же плюхнулся в кровать, залез под одеяло и с удобством устроился на подушках. А я украдкой вздохнула.

Похоже, это кошак умел лучше всего.

- Так что с бумагами родителей Ариса? – напомнила я, садясь на краю постели. – Нашел что-нибудь?

Сзади зазвучали тихие шаги – приблизились Сокол и Эл.

- О, – Мэйрис оживился. – Я обнаружил кое-что такое, что и не думал увидеть.

- Руководство по оживлению Дамиана? – с сомнением спросил Сокол.

Кот поморщился.

- Нет. Бумаг там было много, кроме того, на ларях с особо ценными записями поставлены магические запоры и чары, которые снять не так уж просто. Я кое-что взломал, полистал записи на полках, но там не встретилось ни слова об оживлении мертвых. Судя по всему, эти записи хранятся где-то еще.

- Арис сказал, что в доме только самое необходимое, – вспомнила я. – Если Дамиан отказался от идеи возродиться самому, то наверняка исследования потеряли свою ценность, и их убрали в другое место.

- Скорее всего, они в библиотеке в родовом замке эн-Сандрисов. Влезть туда будет посложнее, но мне кажется, что это и не надо будет. Как я уже сказал, я позаимствовал из кабинета кое-что гораздо более интересное и считаю это достижением, – Мэйрис щелкнул пальцами. – Где моя сумка? Сокол, будь добр, она рядом с тобой.

Тот пренебрежительно фыркнул, но просьбу выполнил.

- Что-то мелковата твоя сумка. Наверное, и достижение в ней маленькое?

- Может, и маленькое, да удаленькое, – парировал оборотень.

Он достал длинную металлическую шкатулку. Крышка щелкнула, открываясь, и мы с Соколом и Элом с любопытством над ней склонились.

Шкатулка оказалась корпусом неизвестного устройства. Первая его половина предназначалась для небольших пузатых колб – одна из них, стеклянная, все еще оставалась в «гнезде», но была пустой. От каждого из «гнезд» тянулись крошечные трубочки, которые исчезали в шестеренках и проволочках второй половины. Оттуда же выдвинулись два «усика», подозрительно похожих на антенны.

- От него веет магией, – Эл нахмурился. – Что это?

- Механизм, с помощью которого нашли ушедшего бога.

- И на кой он нам? – Сокол пожал плечами. – Ну, определим мы, где боги. Путешествовать по Оси все равно не сможем, да и ради чего? Ради очередного пророчества, которое слово в слово повторит старое?

- Во-первых, – терпеливо, будто маленькому ребенку, начал объяснять Мэйрис, – у нас под боком целых два привратника Оси, один из которых этим путешествиям обучен. Во-вторых, мы не знаем наверняка, кого из богов мы отыщем с помощью механизма и что они нам ответят. Привратник, который передал пророчество, умер до того, как успел что-то рассказать. Часть его записей сгорела. Вдруг там как раз и было об оживлении Дамиана?

- Боги не смогли вернуть из мертвых собственного брата, – напомнил Эл. – Мертвое никогда не станет живым – таков их завет.

- Но при этом Дамиан ходит, издает указы о повышении налогов и ругается с эльфийскими дипломатами, а вредности в нем хватает на трех живых человек. Не очень похоже на мертвеца, тебе не кажется? Может, боги и своего собрата воскресили, но мы об этом не знаем. Или не были соблюдены какие-то другие условия. А сейчас, с помощью этой штуки, – оборотень приподнял механизм, показывая эльфу, – у нас есть возможность выяснить, что произошло и как все исправить.

- Если бы все было так просто, эн-Сандрисы уже бы связались с богами, – заспорил Сокол.

- В-третьих, – упорно продолжал Мэйрис, – этот прибор доработан по сравнению с предыдущим.

- А ты-то откуда знаешь? – удивился «норвежец».

- Оттуда, что моя семья еще не разучилась шпионить, несмотря на достопочтенную родословную, – он гордо задрал подбородок, а затем, уже гораздо скромнее, добавил: – Кроме того, мур-р, я наведывался к дочери ученого, который помогал собирать первый прибор.

Я закатила глаза.

- Мэйрис!..

- У всех свои способы поиска сведений. Лично я хорош в этом, – невозмутимо ответил он. – Так вот. Думаю, это тоже не самая последняя версия механизма, иначе родители Ариса не оставили бы ее дома. Но если сработала предыдущая, то наверняка может и эта.

- Только ты в этом уверен быть не можешь, – справедливо заметил Сокол.

- Мы должны рискнуть. Или ты действительно хочешь заразиться тленом и медленно чахнуть, наблюдая за тем, как усыхают твои конечности, а ты ничего, совершенно ничего не можешь сделать?

Он произнес это без своего обычного задора, хмуро глядя на Сокола. Тот потер щетину на подбородке, задумчиво изучая оборотня.

- Кто у тебя погиб?

Мэйрис помолчал. В желтых кошачьих глазах застыла тоска.

- Подруга детства. Служанка. Она уехала помогать семье, которая не успевала покинуть зараженные земли, а обратно вернулась уже больной.

- Понятно, – Сокол вздохнул. – Мирных вод ей на том свете. Север не так пострадал от тлена.

- Сочувствую, – добавила я, сжав ладонь оборотня. – Я не могу обещать за других, но я постараюсь сделать все, чтобы эта история не повторилась.

- Спасибо, – признательно ответил он и смущенно кашлянул, возвращая себе привычную бодрость. – Итак. Есть одна проблема. Чтобы эта штуковина заработала, нужно пять колб с эссенцией магии.

- Что? – вытаращился на него Сокол. – Пять? Ты хоть знаешь, сколько они стоят?

- Прекрасно знаю. Поэтому и говорю, что у нас проблема.

«Норвежец» выругался, а я хлопнула ресницами.

- Ничего не понимаю. Что еще за эссенция магии? Ее так тяжело достать даже таким, как вы?

- Очень тяжело, – подтвердил Мэйрис. – Места, где добывают и перерабатывают магическую эссенцию, можно пересчитать по пальцам. И в Алавире нет ни одного из них.

- А зачем она нужна?

- Для сложных ритуалов, где требуется огромная концентрация волшебства, или сложных механизмов, которые во время работы тратят столько энергии, сколько за раз не может выдать ни один маг. В одном таком сосуде, – оборотень постучал ногтем по стеклянной колбе, – содержится магии, сколько волшебник вроде Микки тратит за несколько месяцев. Представляешь, как чудовищно они дороги? Вполне вероятно, что исследования эн-Сандрисов из-за этого и застряли.

- Они входят в число богатейших семей Алавира, – напомнил Сокол. – Если у них нет такого количества эссенции, нам ее откуда взять?

- Ну, мур-р… – Микки хитро улыбнулся. – Я стащил из кабинета одну, но не стал нести сюда. От нее так несет магией, что здесь это может кто-нибудь заметить, а нам лишние вопросы не нужны. Еще одну я тоже смогу достать. Остается найти еще три. И это уже вопрос к вам.

- В Лесном королевстве добывают эссенцию, – подал голос Эл. – Но мой бывший господин не привозил ее сюда.

Микки удрученно покачал головой.

- Съездить в страну эльфов и быстренько вернуться мы не успеем. Сокол, а ты чего молчишь?

«Норвежец», погрузившись в мысли, потирал щетину на подбородке.

- У Дамиана хранится несколько штук на из ряда вон выходящий случай. Но соваться к нему я бы не стал – безопаснее идти торговым кораблем ночью на сплошные рифы. В шторм. Еще немного эссенции хранится в академии. Но ее там мало, и ее исчезновение мгновенно заметят.

- Микки тоже из древней семьи магов и дальний родственник Дамиана. Может, он знает, где достать эту вашу эссенцию? – предположила я.

- Уточним у него. Если он не поможет, придется рискнуть и наведаться в академию, – решил Мэйрис. – А сейчас…

Он прервался и так широко зевнул, что на глазах появились слезы.

- Сейчас я бы не отказался поспать. Возвращаться домой мне нельзя – если в доме эн-Сандрисов поднимут шум, необходимо доказательство, что я был в другом месте. Рина, могу ли я переночевать у тебя? Я все равно уже в твоей кровати, – невинно улыбнулся котяра, тихо мурлыкнув.

Я фыркнула. Еще чего не хватало – ложиться с ним в одну постель!

- Ну уж нет. Если тебе нужно алиби – пожалуйста, оставайся. Но спать я предпочту отдельно.

- Можно пойти ко мне, – удивительно быстро предложил Сокол. – Моя комната рядом, постель чистая. Без кошачьей шерсти уж точно.

Я замешкалась, не зная, что ответить.

- Мне как-то неудобно, – призналась я. – Ты, наверное, тоже устал.

- Я могу и на полу поспать, – спокойно ответил он. – Все равно та кровать слишком хороша для просоленного моряка вроде меня.

- А я прослежу, чтобы тебе спалось спокойно, – добавил Эл, бросив красноречивый взгляд на «норвежца».

- Ладно, – я мысленно махнула рукой на эту ситуацию. И так ясно, что спать в одиночестве мне больше не судьба. – Идемте.

- Не будь я таким уставшим, возмутился бы, почему вы намереваетесь устраивать оргию без меня, – проворчал Мэйрис, ревниво наблюдая за тем, как мы встаем. – Учтите – в следующий раз от меня не отделаетесь.

- Да-да, – рассеянно согласилась я.

Сказала бы, что следующего раза не будет, да только я и сама в это не верила. Какое там – с таким количеством рвущихся ко мне в женихи.

Я собрала вещи, которые мне могли понадобиться в чужой комнате, дождалась, пока выйдут Эл с Соколом и задержалась на пороге. Мэйрис сидел на кровати и с надеждой смотрел на меня. Его черный хвост, торчащий из-по одеяла, маятником покачивался из стороны в сторону.

- Уверена, что не хочешь остаться?

- Может быть, в другой раз. Спокойной ночи, Мэйрис. И спасибо тебе за все, – ответила я, закрывая за собой дверь.

На секунду мне стало его жаль. Он ведь правда старался и заслужил что-то получше, чем холодное прощание. Но дать ему то, на что он рассчитывал, я тоже не могла. Я не из тех, кто легко, без угрызений совести утром милуется с одним, днем целуется с другим, а спать ложится с третьим. Во всяком случае, пока для меня это было сложно. А в том, что Сокол будет вести себя прилично, я не сомневалась. Эл об этом позаботится.

Я улыбнулась эльфу и развернулась к Соколу.

- Ну, если ты еще не передумал, веди нас к себе.