30. Хейс

Уверенности в себе эльфу было не занимать. Пока мы всей толпой изучали бумагу, якобы предоставленную ему самим Дамианом, Хейс прошелся через комнату и привольно уселся на подоконник, гибко закинув одну ногу на него и спустив вниз вторую. Он снова был одет в облегающий наряд сумрачных оттенков, и яркий полуденный свет, лившийся из окна, делал его силуэт еще более темным. Судя по всему, серокожему эльфу-провидцу нравилось, что он стал еще больше похож на тень. Только белые зубы сверкали в ухмылке.

- Подлинные, – с сожалением заключил Сокол, изучив печати на документе, утверждавшем, что темный эльф Хейс с непроизносимой свистящей фамилией отныне причислен к моей охране.

- Подлиннее некуда, – недовольно подтвердил Микки.

Только теперь, тоже с явным разочарованием, Эл убрал меч в ножны. Все снова, не сговариваясь посмотрели на темного эльфа. Его косая улыбка стала еще шире.

- Чтоб меня разорвали морские дьяволы, я впервые в жизни не хочу думать, что Фаудо опростоволосился и поймал не того, – пробормотал Сокол, смерив нового стража недружелюбным взглядом.

- Слава богам, что ваш король разумнее тебя, – ответил Хейс. – Мы с ним все выяснили и решили, что дар предвидения делает меня отлично подходящим на роль защитника избранной.

Эл внезапно сорвался с места. В его руке сверкнул кинжал. Движение было настолько быстрым, что я его едва уловила, а отреагировать на него вообще казалось невозможным.

Однако Хейсу это удалось. Слабый шелест – и кинжал Эла пронзил пустоту, а серое облако, только что сидевшее на окне, отлетело в сторону и снова приняло черты темного эльфа. Стоило ему шевельнуться, как Сокол и Микки закрыли меня спинами. И снова в руке у первого появился меч, а у второго – огонь в ладони. Но схватка не продолжилась. Эл с лицом каменного изваяния убрал кинжал и вернулся к моему плечу.

- Это что такое было? – резко спросил Арис.

Его пальцы так сжали край стола, что побелели костяшки. Я его понимала – у меня и у самой сердце ушло в пятки. Не сиди я в кресле, отпрыгнула бы, наверное, к противоположной стене, а может, и вообще спряталась в шкаф… Арис, по крайней мере, сохранил достаточно самообладания, чтобы не сбежать.

- По-моему, меня только что пытались убить, – с недоумением произнес Хейс, осматривая разрезанный рукав рубашки.

Я затаила дыхание, боясь увидеть кровь. Защитника, назначенного Дамианом, в первую минуту знакомства ранили свои же – вот, блин, будет история! Темного эльфа мне при этом, если уж честно, было не очень жалко – можно вести себя и поскромнее, а вот перед демоном-драконом оправдываться не хотелось. Тем более за Эла, которого я считала своим самым надежным стражем.

- Я проверял, достоин ли ты чести защищать избранную, – холодно поправил он Хейса. – Слова короля, которому я не подчиняюсь, для меня ничего не значат, а твой народ известен воинственностью, которая сочетается с безалаберностью.

- И как, проверил? – темный эльф вернул на лицо ухмылку, закатал рукав и продемонстрировал чистую от царапин кожу с несколькими старыми шрамами.

Я тихо выдохнула. Господи, ну почему мужики так любят подраться!

- Да, – ответил Эл. – У тебя превосходная реакция. Крайне редко кто может уйти от моего удара.

- Не говоря уже о том, что ты метил не в руку, – усмехнулся Хейс.

Я все-таки встала, аккуратно отодвинув в сторону Сокола с Микки, и сделала шаг вперед.

- Прошу прощения, я очень рада, что проверена реакция Хейса, но давайте устраивать сражения в других, более подходящих для этого местах. И желательно – не между теми, кто назначен мне в стражу.

- И в женихи, позволю себе заметить, – добавил темный эльф. – Было бы неудобно, если бы я ранил одного из них.

Сокол едва слышно фыркнул. Я резко повернулась к Хейсу.

- А ты давай не будешь никого провоцировать. Меня в том числе. Мне будет неудобно перед Дамианом, если назначенный им страж подозрительным образом умрет в первый же день службы.

- Понял-понял, госпожа, – он изогнулся в поклоне. Похоже, этот мужчина просто не умел делать ничего без театральных жестов. – Как я уже говорил, я пришел вам помочь, и мне совсем не хочется умирать. Особенно до того, как вы найдете магическую эссенцию и запустите механизм.

Сердце бухнулось куда-то далеко вниз. В комнате на несколько мгновений повисла зловещая тишина.

Он знал. Похоже, все до последнего. Неужели торчал под окнами и подслушивал? Но как – мы же на втором этаже и разговаривали не настолько громко, чтобы было слышно внизу!

- Я смотрю, ты не трусливого десятка, – угрожающе тихо произнес Сокол. – Совсем не боишься, что уже не выйдешь отсюда.

- А почему я должен этого бояться? – удивился Хейс. – Если бы я собирался доложить обо всем вашему королю, я уже шел бы во дворец, чтобы вас застали с поличным. Шантажировать вас мне не интересно. Зато спасти мир – очень даже. Как вы все могли прочитать, – он указал на бумагу Дамиана, лежащую на столе, – я обладаю даром к предвидению. Причин сомневаться в верности пророчества у меня еще больше, чем у вас вместе взятых, потому что я видел полную и бесповоротную гибель нашего мира. Это лишь одна из вероятностей, но мне точно так же, как и вам всем, не хочется, чтобы она сбылась.

- Или ты шпион, засланный к нам, чтобы уничтожить последнюю надежду, – заметил Микки.

Хейс дернул плечами и прошелся вдоль стен, рассматривая фрески.

- Я мог бы уже много раз сломать механизм, убить избранную или испортить все другим способом. Вон тот, с кошачьим хвостом, спит так крепко, что даже не чувствует, когда его двигают.

Мэйрис побледнел.

- Так это был ты той ночью?

- Нет, горный гном, – он закатил глаза. – Хотя даже если бы в спальню заявился один из этих неуклюжих толстяков, ты бы тоже не услышал. Я знал о вашем драгоценном механизме уже тогда и, повторяю, у меня нет цели разрушить ваши планы.

Мне оставалось только вздохнуть.

- Ладно, представим, что это так, – я развернулась к Арису и другим. – А вы что скажете?

- Мне он не нравится, – честно объявил Микки, хмуро наблюдая за темным эльфом. – Предлагаю вышвырнуть его отсюда.

- Согласен, – проворчал Мэйрис. – Еще не хватало нам здесь извращенцев.

- Я готов признать, что этот – хороший воин, но все еще считаю, что темным эльфам нельзя доверять, – добавил Эл.

- А я бы его выслушал, – вдруг сказал Арис. В ответ на упрекающие и недоумевающие взгляды он объяснил: – Чем больше разнообразных сведений, тем лучше. Потом мы сможем решить, что с ними делать – принимать во внимание или нет.

- Согласен, – неохотно признал Сокол, сложив на груди руки. – Мне тоже не нравятся союзники, которые без спроса влезают в комнаты девушек и превращаются в облако, чтобы удрать от честной схватки. Но еще один взгляд со стороны нам не повредит. Тем более раньше я уже сталкивался с воинами-предсказателями. Это опасные противники сами по себе, а если в дело вступает еще и магия темных эльфов… Ржавый якорь, да вы сами видели, его даже Эл не смог зацепить!

- А ты что думаешь, Рина? – спросил Микки. – Три голоса против, два за.

Если начистоту, у меня к эльфу тоже не лежала душа. Слишком много в нем было самоуверенности и несерьезности. Не говоря уже о том, что я до сих пор сомневалась, не он ли убил стражников во дворце и пытался мной управлять. Даже его диковатая, сумеречная красота – слегка раскосые глаза, вечная ухмылка, пронзительный взгляд – не привлекала, а настораживала.

Но в его пользу выступал сам Дамиан, еще тогда, в темнице. Доводы Сокола и Ариса тоже представлялись вполне логичными.

- Я тоже за, – наконец определилась я.

- Голоса сравнялись, – Мэйрис выпустил когти и постучал ими по столешнице. – Что будем делать?

- Считать Дамиана за четвертый голос, – решила я. – От Хейса нам все равно не отделаться, и ему уже известно о наших планах. Можем его хотя бы выслушать. Хуже не будет.

Микки с явным сомнением покачал головой, но промолчал.

- Рад, что благоразумие победило, – Хейс замер в центре комнаты, еще раз задумчиво оглядел настенные росписи и принялся катать в пальцах какой-то предмет. Присмотревшись, я различила два игральных кубика. Только на гранях были не точки, а мелкие символы.

- Так и какие у тебя предложения касаемо нашего плана? – поторопил Арис.

- Я согласен с тем, что попадаться на глаза вашему королю не стоит. Он цепок, как опытный палач, и не упускает ни одной мелочи. Эссенция – чересчур редкая и дорогая вещь, за ее покупками и ценами пристально следят волшебники во всех королевствах. Если вы пойдете покупать магическую эссенцию и это совпадет по времени с пропажей из Академии мужей и поисками эссенции через знакомых, король обязательно это заметит сам. Или, что вероятнее, – он подбросил один из кубиков и ловко его поймал, – ему доложат, что его приближенные зачем-то собирают у себя запасы ценного ресурса.

- Без эссенции мы тоже не можем обойтись, – напомнил Микки. – А замены для нее не существует.

- Нет. Но всегда можно обратиться на черный рынок. При должных связях и навыках там никто и никогда не отследит, кто, когда, зачем и что именно покупал.

- Эссенция не попадает на черный рынок, – возразил Сокол. Заметив, как на него с приподнятой бровью смотрит Микки, он невозмутимо пожал плечами. – Что? Я не всегда был честным моряком до того, как оказался на службе у господина Дамиана. Только теперь те связи мне без нужды.

Хейс усмехнулся.

- Вот именно, мой северный друг. Ты мало того что не пользуешься этими источниками, так еще и работаешь на короля. Будь ты раньше хоть воровским бароном, сейчас тебе никто не скажет ни слова правды. А меня там знают хорошо и с лучшей – для черного рынка – стороны. Эссенция магии – товар редкий и дорогой, но я его достать смогу.

- Это будет ворованный товар, – осудил Арис. – Покупка на черном рынке ничем не лучше кражи и не безопаснее, хотя некоторые могут думать иначе.

- Конечно безопаснее, – заспорил Хейс. – Всю работу делают за вас, вы только собираете сливки. Само собой, заплатив за это соответствующую цену.

- Если кому-то станет известно о сделке, на покупателя – на нас, – подчеркнул Арис, – навсегда ляжет тень. Алхимики и торговцы магическими вещами отказываются сотрудничать с теми, кто заподозрен в связях с черным рынком. Я знаю достаточно магов, включая студентов Академии мужей, кто разрушил этим свою карьеру.

Темный эльф склонил голову набок.

- Вы собираетесь обчистить хранилище этой самой академии. Расскажите-ка мне, чем это принципиально отличается от сделки с ворами.

- Если кража провалится, ответственность ляжет на нас с Мэйрисом, – Сокол посмотрел на Ариса. – Ответственность за сделку ляжет на того, кто ее заключит, а это не обязательно должны быть вы, лорд. Вы ничем не рискуете.

- Неважно, кто именно при этом рискует, – продолжал настаивать он. – Во-первых, это ворованная вещь, которую наверняка будут искать. Во-вторых, я не собираюсь вам, взрослым людям, объяснять, чем плохо для государства само существование черного рынка. Я предпочту обратиться к посредникам – благо, у моей семьи достаточно законных связей, чтобы достать эссенцию честным способом.

Хейс склонил голову на другой бок и шагнул вперед. Яркие серые глаза прищурились, изучая и как будто пытаясь проникнуть внутрь Ариса.

- Неужели мальчик испугался грязи? – он сделал еще шаг. – Решил пойти против последнего, в ком течет кровь богов, а теперь вдруг сообразил, что придется принимать непростые решения? – и еще шаг. – Великие люди не бывают чистенькими, Арис эн-Сандрис. Битва, в которой полководец боится рисковать, проиграна заранее.

- Я тебе не мальчик!

Я вздрогнула от его выкрика. Арис выпрямился, высоко подняв подбородок. Черные глаза – полная противоположность светлому, кристальному взгляду Хейса – прожигали насквозь. И без того бледное аристократичное лицо еще сильнее побелело от гнева.

- Для тебя я лорд эн-Сандрис. Мы не друзья и не подельники, и мне нет дела до того, что в эльфийском нет «вы», потому что со мной ты разговариваешь на алавирском языке. Прошу обращаться ко мне по этикету. И не надо раздавать мне советов, о которых я не просил.

- А от кого ты их еще сможешь услышать, если все вокруг не осмеливаются спорить с самым вероятным претендентом на трон? – темный эльф оскалился. – Неужели так страшно слышать, что кто-то не соглашается с тобой, лорд?

- Ты. Будешь. Обращаться. Ко мне. Подобающим. Образом. Эльф. А теперь. Вон!

Каждое слово, которое произносил Арис, звучало, как отдельное предложение, и каждое последующее становилось громче предыдущего. Я могла бы поклясться, что используется какая-то магия, потому что Арис не кричал – наоборот, теперь он говорил достаточно тихо, рявкнув лишь на последнем слове. Но у его голоса как будто появилось эхо, шедшее откуда-то из глубин… кабинета? Дома? Я не была уверена, откуда, но точно видела, как под конец с потолка посыпалась штукатурка, а на подносе столкнулись, испуганно звякнув, два кубка для вина.

Запахло грозой. Эл молча достал оружие. От кого именно он собрался меня защищать, я не знала, но мысленно это одобрила. Хейс вспыльчив, непредсказуем, и ему плевать на закон. Арис же, судя по звону посуды, потерял самообладание. Выглядел он гордым и сильным, но я немного занервничала. Сейчас эти парни как сцепятся, Арис как жахнет заклинанием по всем нам…

Я невольно отступила назад. Тотчас на мое плечо легла крепкая ладонь Эла, и я успокоилась.

Он не даст случиться ничему плохому. На него можно надеяться, как ни на кого другого.

Хейсу подобные приказы явно не нравились. Он скривил рот, прищуренно изучая стоявшего перед ним худого заучку, который заметно уступал ему и в силе, и в ловкости. Я уже решила, что драки не избежать, когда темный эльф снова подбросил игральную кость, скосил глаз, проверяя, что за символ на ней выпал, и неожиданно для всех покорно склонился перед Арисом.

- Как пожелаете, лорд эн-Сандрис. Леди избранная, если надумаешь воспользоваться моим предложением или помощью в любом другом деле, ищи меня на постоялом дворе «У лебедя».

После этого, как ни в чем не бывало, он вышел из кабинета и закрыл за собой дверь, бросив на меня странный долгий взгляд. Словно не было никакой стычки, а он – простой посетитель, который выполнил свое дело, вежливо попрощался и ушел.

Арис выдохнул, закрыл глаза, постоял в тишине несколько мгновений, а затем развернулся к нам со своим обычным выражением лица. Едва заметно подрагивающие руки свидетельствовали о том, что пережитые им только что эмоции еще не ушли до конца.

- Арис… – неуверенно позвала я.

- Все хорошо, – прервал он. – Предлагаю вернуться к обсуждению.

Сокол многозначительно прочистил горло.

- Да мы вроде бы обсудили уже все. Дальше только подробности. Вы, лорд, ищете через посредников эссенцию, а мы с Мэйрисом продумываем, как залезть в хранилище академии.

- Ну да, – подтвердил Микки, тоже искоса, с опаской поглядывая на своего старого друга. – Нужно будет встретиться еще раз, когда станет ясно, сколько времени понадобится на решение этих двух вопросов.

- Прекрасно, – сухо объявил Арис. – Думаю, очевидно, что нужно заниматься этим как можно быстрее, поэтому я приступлю уже сегодня. Механизм я оставлю здесь. Надеюсь, с вами и Риной он будет в сохранности.

- Можете не сомневаться, – заверил Сокол. – Мы не спустим с него глаз.

- Хорошо, – Арис застыл на мгновение, а затем коротко мне поклонился. – Я пришлю записку, как что-нибудь узнаю насчет эссенции. Доброго всем дня и тебе особенно, Рина.

Он быстрыми шагами вышел из комнаты, и дверь за ним хлопнула чуть громче, чем следовало бы. Сокол, проследив за ним, покачал головой.

- Хейса он, конечно, на место отлично поставил.

- Но?.. – спросила я, уловив красноречивую паузу в конце фразы.

- Но повадок парень явно нахватался у Дамиана, а справляться со злостью так, как он, Арис не умеет.

- Он не мертвец, в отличие от Дамиана, – возразила я.

«Норвежец» грустно посмотрел на меня.

- А ты правда веришь в то, что Дамиан черств, как год провалявшаяся в трюме галета? Поверь, он чувствует ничуть не хуже живых. Только роль свою играет более умело.

- Арис другой, – упрямо повторила я.

- А с этим никто и не спорит, – сказал Микки. – Он действительно другой.

Вот только одобрения в его голосе не было. Сравнение Ариса с Дамианом было естественно, если он станет следующим королем. Но справедливо ли вообще такое сравнение? У Ариса не было ни опыта, ни предрасположенности, ни желания править страной. Если подумать, демон-дракон получил корону в таких же условиях, но все сопоставляли с Арисом не тогдашнего, молодого Дамиана, а нынешнего заматеревшего, искусного политика. Логично, что выигрывал это сравнение не студент-заучка.

Да и я, если уж откровенно, подсознательно ставила выше не его. Мне же по ночам снился не Арис, а Дамиан, чтоб ему провалиться.

Я тряхнула головой. Вот зачем я опять о нем вспомнила? Он зомби, и вообще у него до сих пор траур по погибшей невесте. Мне бы как раз об Арисе думать. Может, сейчас молодой маг не достиг предела совершенства, но то, насколько мужчина идеален, зависит от женщины, которая на него смотрит. Любовь способна многое изменить в человеке.

- Нам в самом деле больше ничего не нужно обсуждать? – спросила я.

- Ничего, – подтвердил Сокол. – Вечером нам с Мэйрисом прогуляться бы до академии, исследовать окрестности, так сказать. А до этого можно расслабиться. Тебе, Рина, кстати, пообедать бы пора. С утра ничего толком не ела, – проворчал он.

Я улыбнулась. Высокий, немного похожий на медведя северянин был таким милым, когда заботился обо мне. Он так и не попросил внести его в список женихов, но во взглядах на меня проскальзывало нечто большее, чем беспокойство охранника за врученную ему подопечную.

О нем тоже стоило думать почаще. И о Микки, который быстро закивал при упоминании еды, и о Мэйрисе, ревниво поглядывающем на нас и помахивающем хвостом. И тем более об Эле, который привык молчать, а в действительности принимал в наших беседах не меньшее участие.

- Да, давайте пообедаем, – предложила я. – Все вместе.

Пусть я не могу любить их всех одинаково, надеюсь, мы хоть немножечко будем похожи на большую семью.