Глава 15

Эта девчонка начинает мне нравиться. По-настоящему нравиться.

Мы уже в третий раз скатываемся с горки на этих дурацких ватрушках, смотрю на Аврору, которая визжит от восторга, на ее раскрасневшиеся от мороза и смеха щеки, на блестящие глаза и думаю: «Вася, ты попал, дружище».

Она совсем другая, когда расслабляется. Не та колючая стерва, которая утром швырялась в меня сковородкой. Живая, веселая, настоящая. И красивая, очень красивая.

Забавно, что для этого понадобились ватрушка и горка.

– Еще раз! – кричит она, когда мы докатываемся до подножия склона. – Давай еще раз!

– Серьезно? – удивляюсь. – А как же «это для детей»?

– Замолчи и поехали наверх, ты мне должен за эмоциональное потрясение! – смеется, хватаясь за ручку ватрушки.

Вот это поворот. Кто бы мог подумать, что эта принцесса окажется такой… человечной и веселой.

Тащим наши круги на вершину горки. Аврора болтает о том, как давно она не каталась на санках, как в детстве они с папой ездили в Сочи в Красную Поляну… Когда она говорит о семье, ее голос становится мягким. Интересно, что там с родителями? Но пока я не спрашиваю – не хочу спугнуть.

– Садись ко мне, – говорю, когда мы подходим к старту. – На одной ватрушке быстрее.

– Что? – она смотрит с подозрением.

– Ну, если боишься… – начинаю провоцировать.

– Кого боюсь? Я?! – глаза загораются. – Садись давай!

Работает. Девочка не выносит, когда ей бросают вызов.

Садимся на одну ватрушку – я сзади, она впереди. От нее пахнет чем-то зимним, свежим. Волосы щекочут лицо. Хочется обнять ее крепче, но пока держусь.

– Готова? – спрашиваю над ухом.

– Давай уже! – нетерпеливо отвечает.

Я отталкиваюсь, и мы летим вниз. Быстрее, чем раньше. Аврора визжит, прижимается ко мне спиной, я чувствую каждый изгиб ее тела, и в голове проносится мысль: «А что, если…»

Но тут мы на полной скорости влетаем в сугроб.

Ватрушка переворачивается, мы кувыркаемся, и я оказываюсь сверху. Аврора подо мной, в снегу, часто дышит, глаза широко раскрыты.

И снова этот момент. Как совсем недавно, когда она поскользнулась. Ее лицо совсем близко, губы приоткрыты, в глазах что-то… искры? Вызов? Желание?

Черт с ним. Рискну.

Наклоняюсь ближе. Еще ближе. Вижу, как расширяются ее зрачки, как учащается дыхание…

И тут все меняется.

Искры в глазах гаснут, сменяясь холодной коркой льда. И следующее, что я чувствую, – это ее колено, которое со снайперской точностью попадает мне прямо в пах.

– А-А-АХ! – выдавливаю из себя, сворачиваясь калачиком.

Боль такая, что на секунду я теряю зрение. В ушах звенит, где-то в районе яиц происходит что-то ужасное, там, наверное, сейчас все всмятку. Аврора отталкивает меня и вскакивает на ноги.

– ТЫ ЧТО, ОХРЕНЕЛ?! – орет она. – ЧТО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ?!

Лежу в сугробе, держась за пострадавшие части тела, и пытаюсь дышать.

– Я… просто… – хрипло выдавливаю.

– ПРОСТО ЧТО?! – она смотрит на меня как на какое-то ничтожество. – Думаешь, раз я с тобой покаталась, то теперь можно меня лапать?! Ты бабник! А Я НЕ ТАКАЯ!

Какого черта происходит? Минуту назад она смеялась, а теперь…

– Аврора, послушай…

– Не хочу слушать! – она уже отряхивает снег с куртки и собирается уходить. – Я сейчас пойду в шале, соберу твои вещи и выброшу их на улицу! Это так я решу вопрос с твоим странным заселением в мое шале, и я не буду ждать, когда там программисты прорвутся через заносы и наладят все сервера.

И убегает. Быстро, не оборачиваясь. А я лежу в снегу и НИЧЕГО не понимаю. Что. Только что. Произошло? Что я такого сделал? Секунду назад мы веселились, как дети. Она смеялась, расслабилась, была… милой. Такой очаровашкой, которую хочется затискать и зацеловать. А потом – БАМ! – и я снова враг номер один.

Женщины – это инопланетные существа с другой планеты. Из другой галактики. Ими невозможно управлять.

Медленно поднимаюсь, проверяю пострадавшие органы. Вроде все на месте, хотя болит ужасно. Кстати, хорошо, что я спасатель, а не балерина, а у нас, между прочим, народ крепкий. К травмам я привык, но моя задача не допускать их, а вот сейчас расслабился.

Я работаю спасателем в МЧС, уже восьмой год. Вытаскиваю людей из разных передряг: пожаров, завалов, автомобильных аварий, иногда снимаю идиотов с гор. Алла говорила, что это не профессия, а хобби для адреналиновых наркоманов.

«Нормальные мужчины сидят в офисах и зарабатывают деньги», – повторяла она. Игорь тоже подкалывал меня: мол, супермен нашелся, людей спасает.

Ну и черт с ними. Зато я сплю спокойно, зная, что моя работа действительно важна.

А еще у меня есть психологическая подготовка. На курсах нас учили распознавать людей в экстремальных ситуациях, понимать, как они поведут себя в стрессе. Но, блин, женская психология в обычной жизни – это какая-то сверхсложная наука. Ей-богу, проще снять с Эльбруса сорвавшегося альпиниста.

Отряхиваюсь, смотрю в ту сторону, куда убежала Аврора. И тут солнце заслоняет чей-то силуэт.

– Больно было? – звучит звонкий женский голос.

Поднимаю голову. Передо мной стоит симпатичная брюнетка с распущенными волосами до плеч. Красивая, фигуристая, в стильном горнолыжном комбинезоне. Она сочувственно улыбается мне, но в ее глазах читается явное веселье.

– Выжил, – отвечаю, окончательно приходя в себя.

– Я видела все, – продолжает она. – Девушка твоя, скажу я, с характером.

– Не моя, – быстро поправляю, словно кто-то меня тянет за язык.

– О! – она протягивает мне руку. – Тогда можно и познакомиться. Лариса.

– Василий, – пожимаю я ее ладонь. Мягкую, теплую, приятную.

– У тебя наверняка суровая профессия, если судить по тому, как стойко ты переносишь боль, – смеется она. – Военный? Точно не офисный планктон.

– Почти попала. МЧС. А ты откуда знаешь?

– Интуиция, – подмигивает. – К тому же у меня папа пожарный, узнаю породу.

Интересно. И симпатичная. И явно флиртует.

– Одна отдыхаешь? – спрашиваю.

– С подругами. Они катаются на склонах, а я решила прогуляться, – Лариса оценивающе смотрит на меня. – А ты, видимо, свободен?

– Очень свободен, – отвечаю, улыбаясь. – Особенно после сегодняшнего.

К черту эту блондинку. Вот она – нормальная женщина. Приятная в общении, без тараканов в голове, не пытается причинить мне физический вред.

– Может, кофе? – предлагает Лариса. – Тебе нужно восстановиться после… боевых действий.

– Отличная идея.

Идем в сторону кафе на склоне. Лариса рассказывает что-то забавное о своих подругах, смеется и легко касается моей руки. Все как положено, все правильно. Василий, ну вот оно, отрыв начинается.

Но что-то внутри скребет. Какая-то заноза. Может, я обидел Аврору? Может, она правда не такая?

А что, если она действительно не из тех, кто легко… Что, если для нее это было чем-то серьезным? А я как слон в посудной лавке…

Хотя какого черта? Она же сама согласилась покататься! Сама смеялась, прижималась, да я ее голую уже видел и без лифчика, в этих блядских шортах…»

Но что-то все равно не дает мне покоя. На работе я привык анализировать ситуацию, искать причины. Почему человек повел себя так, а не иначе. У каждого своя травма, свой опыт.

– …а потом Олька свалилась прямо в кусты! – заканчивает какую-то историю Лариса. – Ты слушаешь?

– Конечно, – вру. – Очень смешно.

Сосредоточься, Вася. Вот она – нормальная женщина. Без приступов ярости, без ударов коленом в пах. Развлекайся.

Но пока мы идем и болтаем, в голове крутится другая мысль: «А что, если я сейчас приду к шале, а там в сугробе валяются мои трусы?»

Зная Аврору… вполне вероятно. У меня на работе были случаи, когда приходилось выезжать к семейным парам, где жены в приступе ярости выбрасывали мужей из окна. В буквальном смысле. Женщины в гневе способны на такое, что не каждый мужчина выдержит.

«Хотя, с другой стороны, – думаю я, глядя на улыбающуюся Ларису, – может, оно и к лучшему? Может, пора перестать биться головой о стену и найти кого-нибудь попроще?»

Но почему-то от этой мысли становится грустно. И это злит еще больше.

Женщины. Вечная загадка человечества. А я, блин, специалист по экстремальным ситуациям, и тут одна девчонка ставит меня в тупик.

– Кстати, – говорит Лариса, – а где ты остановился? У нас как раз есть свободное место, домик большой.

Интересное предложение. Очень интересное. Смотрю на нее, потом в сторону курорта, где где-то среди шале бушует разъяренная блондинка.

Но решение принято. К черту принцесс с тараканами. Пора жить проще.

– Расскажи подробнее, – говорю Ларисе.

А про Аврору я пока постараюсь не думать. Хотя получается плохо, как назло, в голове всплывает, как она смеялась, катаясь на ватрушке, как ее глаза светились от радости.

Блин. Вася. Хватит. Она тебя коленом по яйцам, а ты все туда же.