Глава 19

В ярком кольце огня я увидела Итана и Дана. Среди кромешной тьмы они находились словно на сцене. Понимая, что пришло очередное видение, я пыталась запомнить каждую деталь. Болезненное лицо Итана. Безумный блеск его глаз. Поверженный Дан, лежащий на земле. Тяжелое дыхание. Безрезультатные попытки встать.

– Ну вот и все. – Итан наступил на грудь Дана и надавил. Послышался сдавленный стон. – Прежде чем ты умрешь… – Итан оскалился в улыбке. – Знай, из нас с Никой получится отличная пара.

– Нет! – крикнула я, но было уже поздно.

Огненная плеть прочертила дугу, с шипением опустилась вниз, и видение исчезло. Меня снова поглотила тьма.

* * *

Пробирающий до костей холод вернул меня в реальность. Голова гудела, во рту чувствовался металлический привкус. Я открыла слипшиеся веки. Перед глазами все плыло. Кажется, я находилась в лесу – об этом говорили запахи прелой листвы и сырость. Понемногу взгляд сфокусировался. Место показалось мне знакомым. Полянка, где проходило посвящение курса, при свете дня выглядело совсем иначе. Первый снег растаял. От костра осталось только пепелище, выложенное по краям камнями. Я лежала на мокром деревянном помосте, с которого боевики когда-то метали топоры. Правый бок промок, руки онемели от холода.

Я села и смотрелась. Вокруг никого. Куда ушел Итан? И надолго ли? Тело плохо слушалось. В руках и ногах ощущалась слабость, но мне удалось встать. Одни боги знают, что Итан задумал. До сих пор не верилось, что он оказался Меняющим. Я подошла к краю постамента и хотела сойти с него, но наткнулась на невидимую преграду. Барьер… Итак, меня заперли в клетке. Осторожно я проверила барьер на бреши, но боевик четвертого года обучения явно знал, что делал, и не просто посадил меня в клетку, но еще и лишил возможности применять магию. Заклятье внутри барьера блокировало все мои попытки использовать дар. Я не могла даже согреться или просушить промокшую одежду.

Через какое-то время из зарослей показалась фигура в черном пальто. Мгновенная радость сменилась страхом. Это был Итан. Сердце ушло в пятки, и по мере того, как он приближался, я отступала назад, пока не уперлась спиной в барьер.

Итан снял с плеча рюкзак и поставил его на деревянный пол.

– Тут все необходимое. Обычный походный набор. Если не доверяешь, я не стал снимать с тебя артефакт. Можешь проверить им еду и воду. Они не отравлены.

Я стояла на другом конце постамента и смотрела на Итана так, словно видела в первый раз.

– Дан ведь твой лучший друг, – сказала я тихо, даже не думая, что он меня услышит.

После видения голос не успел до конца восстановиться и звучал сипло. Итан прошел через барьер. Словно загнанный зверь, я следила за каждым его движением. Он остановился в нескольких метрах от меня.

– Дружить могут только равные, Вероника. Мне ли тебе рассказывать, какая пропасть лежит между нами, магами из бедных семей, и отпрысками кого-то вроде Артура Ваймса.

– Дан этим не кичился…

– Да ну? – рассмеялся Итан. – Быстро же ты изменила о нем мнение. Кичиться можно по-разному. Кто-то задирает нос, как Амелия, а кто-то покровительствует слабым, чтобы потешить собственное эго. Последний вариант не самый плохой, но… после такой помощи чувствуешь себя еще больше жалким и недостойным.

– Так ты поэтому хочешь убить Дана?

– Конечно, нет. Из таких, как Дан и Амелия, состоит весь высший свет Альтавы. Нет, Вероника. Из-за такой мелочи я никогда бы не лишил человека жизни.

– Тогда зачем все это? – срывающимся от волнения голосом спросила я.

– Причин много. Этим летом у меня проявился дар. Я видел будущее Дана в мельчайших деталях. Его путь, решения, которые он примет, и их последствия. У Даниэля Ваймса будет все. Счастливая семья, деньги, власть. Но на его месте я добьюсь большего. Покажу своим примером, чего можно достичь без связей и денег. Открою таким, как мы, путь в высший свет.

– Как можно занять место другого человека? Тебе не стать Даном…

– Нет. Но в моих силах оказаться в нужном месте и в нужное время. Выполнить то, что должен сделать Дан. Предвидя будущее, это несложно. Тем более с этого момента мне никто не станет мешать. Я знаю, что ты мойра, Ника. Когда незнакомка в маске на этом самом поле спасла Дана, я понял, с кем имею дело. Мне понадобилось время, чтобы узнать, кого именно выбрало Провидение. Признаюсь, я до последнего надеялся, что ей окажешься не ты.

– Но я проболталась…

– Я все понял еще раньше, когда архимагесса Верига привела тебя на поле, – усмехнулся Итан.

– Если ты знал, что я мойра, зачем отравил архимагессу?

– Разве не очевидно? Старая лиса ставила мне палки в колеса. Но теперь проблема решена. Придется тебе посидеть здесь какое-то время, пока я не завершу свое дело. Обещаю, много времени это не займет…

Он развернулся, чтобы уйти, но я попыталась его задержать. В безвыходной ситуации можно потянуть время. Любая отсрочка может дать шанс что-либо изменить.

– Ты выпустил Пруню. Как тебе удалось заманить его обратно под барьер?

– Это было несложно, – снисходительно ответил Итан. – Летом я подрабатывал в зверинце. Господин Гамаш толковый ветмаг, он-то и подсказал, что Пруня не равнодушен к лимоннику. Я снял барьер, так как у меня остался с лета доступ, а когда дракон сделал свое дело, заманил его обратно.

– Несчастный случай в первый день занятий, топор на посвящении, испорченный артефакт переноса… За всем этим стоял ты.

– И это только то, что на поверхности.

В голосе Итана слышалось самодовольство. И мне совсем не понравились его слова. Он словно намекал на нечто большее. Неужели мы с архимагессой Веригой что-то упустили? Тем не менее я должна была отговорить Итана от задуманного.

– То, что ты делаешь, неправильно! Если ты хоть немного читал о предсказаниях, то должен знать, что Провидение не просто так посылает мойру. Пытаясь изменить будущее, ты уничтожишь наш мир.

– Изменить? – Он удивленно вскинул брови. – Звучит слишком громко, я всего лишь его подправлю. Основные вехи будут соблюдены. Какая, в конце концов, разница, кто раскроет покушение на короля, женится на тебе и станет отцом очаровательной девочки, что впоследствии выйдет замуж за наследного принца?

– Женится на мне? – удивилась я.

– Удивительно, правда? Ты ключ ко всему. Не только из-за того, что станешь мамой будущей королевы Альтавы. Ника, именно благодаря тебе Дан мог бы добиться тех высот, о которых я говорил. Знаешь, какое будущее тебя ждет, если я не вмешаюсь? Он будет прислушиваться к твоим советам, но ты… Ты всегда будешь оставаться в тени. Все будут говорить «дочь из рода Ваймсов», и никто, никто не вспомнит, что ее мамой была предсказательница Вероника Фейн. Твое имя останется только в родословной. Но… так было бы при Дане. Я же этого не допущу. При мне ты станешь великой предсказательницей Альтавы и займешь место, причитающееся тебе по праву.

– Вижу, ты все решил, но кто проживет твою жизнь вместо тебя? Кто заменит Итана?

– А его не нужно заменять, Ника. – На его лице промелькнула тень. – Итан Рид проживет одинокую жизнь на границе с Шолстейном и не оставит никакого следа в истории. Ни детей, ни великих свершений. Жизнь и смерть пройдут настолько незаметно, что Баланс Мироздания даже не заметит моего исчезновения.

– Отличный план. Вот только ты не учел одного: я не люблю тебя и скорее умру, чем свяжу свою жизнь с убийцей.

– Любишь, Ника. С первого курса. Сейчас ты злишься, но когда остынешь, то все поймешь и простишь.

– Нет! – со злостью крикнула я. – Из-за тебя пострадали ни в чем не повинные люди! Тот адепт, что вместо Дана чуть не погиб на полосе препятствий! Кто он? Вынужденная жертва? А архимагесса Верига? О боги, даже Дан! Никто из них не сделал тебе ничего плохого!

– У архимагессы Вериги и того парня все будет хорошо. Они поправятся. А Дан… у него была неплохая жизнь, пусть и короткая. Жаль, что наши интересы пересеклись. Обещаю, его смерть будет быстрой.

Итан развернулся и широкими шагами пошел прочь.

– Нет, постой! – крикнула я и бросилась вдогонку, но наткнулась на невидимую стену барьера. – Умоляю, не делай этого! Я… я сделаю все, что ты хочешь, но не убивай Дана!

Итан даже не обернулся. Заморосил мелкий дождь. В бессилии я ударила барьер. Затем еще раз и еще раз. Молотя по нему кулаками и ногами, я понимала, что бессильна против магии, но лучше так, чем сидеть на мокрых досках и ждать, пока Итан не вернется вновь, сделав свое грязное дело.

Силы кончились. Руки и ноги болели. Внутри черным пятном расползалось отчаяние. Теперь Дан совсем один. Я сделала все, что могла.

Начало стремительно темнеть, и температура опустилась еще ниже. Я достала из рюкзака одеяло, набросила его на плечи и накинула сверху плащ. Посмотрела, что еще оставил Итан. Несколько консервов и открывашка. Проверила пальцем край большого резца: острый. Таким не убить, но вполне можно ранить. Не задумываясь, я убрала его в карман пальто.

Интересно, в академии уже заметили мою пропажу? Камилла точно не будет сидеть сложа руки. Занятия я пропускала крайне редко, а если соседка вдобавок не найдет меня в комнате, уверена, она поднимет тревогу. Вот только как себя поведет Дан? Если он продолжит сидеть у себя в комнате, то даже не узнает, что я пропала, а следовательно, не поймет, что Меняющий предпринял еще один шаг. Боги, Дан ведь даже не подозревает Итана! Вспомнился силуэт крысы на дне чашки архимагессы Вериги. Вот кем был Итан – самой настоящей крысой, что в любой момент может воткнуть в спину нож.

– Помогите!!! – крикнула я что было сил. – Кто-нибудь!

Поле недалеко от академии. Кто-то да должен услышать. И я кричала до хрипоты, до боли в горле. Но время шло. Солнце скрылось, и лес окутал сизый туман. Одна, без возможности согреться магией или призвать светлячок, я чувствовала, как меня поглощает отчаяние. На глаза навернулись слезы. Кажется, я всех подвела. Никчемная слабая магесса, посредственная предсказательница… Зря Провидение выбрало меня. Я всхлипнула и уткнулась лицом в плотную колючую шерсть походного одеяла.

– Кто здесь? – раздалось неподалеку.

Я подняла голову. От волнения у меня перехватило дыхание, и вместо крика из горла вырвался скорее стон. Метрах в пятнадцати загорелся светлячок.

Скинув одеяло и плащ, я подбежала к барьеру.

– Здесь! Я здесь!

Голос звучал хрипло, но человек в тумане меня услышал. Светлячок стал стремительно приближаться. Это был господин Гамаш, и не один. На поводке за ним следовал крупный котенок жалорыси с ярким мячиком на конце хвоста.

– Адептка Фейн? Что вы тут делаете? Скоро отбой…

– Барьер, меня заперли. – В подтверждение своих слов я ударила по невидимой стене.

– Ну дела… Говорил я господину Матеусу, строже надо быть к адептам. Строже! Котиков, и тех приходится воспитывать.

Котенок жалорыси, которому надоело стоять на одном месте, утробно зарычал и ударил хвостом по ноге господина Гамаша. Мячик ударился об икру мужчины, но не причинил никакого вреда.

Не обращая внимания на раздосадованного котенка, господин Гамаш без труда снял барьер.

– Боги, как вам удалось? – удивилась я, так как снять чужой барьер – непростая задача.

– Поработали бы с мое в зверинце, тоже научились бы щелкать чужие заклятья как орешки. От барьеров зависят жизни адептов и моих подопечных, – хмыкнул господин Гамаш. – Тем более я узнал работу адепта Итана Рида. Мда, не ожидал. Он вроде не из задир, всегда приходил помогать в зверинец, те же барьеры ставить…

– Итан… Господин Гамаш, запомните! Итан – Меняющий, нужно срочно сообщить ректору! Срочно! – крикнула я и побежала с поля в сторону академии.

– Адептка Фейн, стойте, вы же заблудитесь!

Я только мотнула головой. В темноте еще виднелся слабый магический след, оставшийся с посвящения. Он вел к тренировочному полю. Нужно выйти из леса, а там я найду Дана, и мы что-нибудь придумаем. Мы со всем справимся. Не можем не справиться, ведь на кону наше общее будущее. Но чем дальше я уходила, тем меньше узнавала местность. В какой-то миг я потеряла след и даже подумала, что заблудилась. Остановившись, я озиралась по сторонам и тут услышала зов.

– Ника! – донесся до меня знакомый голос.

– Дан! – крикнула я в ответ.

Сердце радостно подпрыгнуло. Я увидела среди деревьев светлое пятно и бросилась к нему. Ботинки промокли и шлепали по мокрой листве и лужам. Кажется, мне было холодно, но я думала только об одном – Дан жив. Он рядом, и теперь все будет хорошо.

Сильные руки сомкнулись на моей талии. Я прижалась к Дану всем телом. Волна теплого воздуха окутала меня и согрела. Я вцепилась пальцами в мягкую ткань пальто и запрокинула голову.

Дан смотрел со странной смесью тревоги и облегчения. Вокруг нас летали маленькие магические светлячки, рисуя на лицах причудливые тени.

– Где ты была? Мы тебя всей академией ищем, – выдохнул он.

– Итан… Итан… – сбивчиво повторяла я.

– Что Итан? – нахмурился Дан.

– Он хотел тебя отравить. Итан и есть Меняющий.

Дан ничего не ответил, но я видела в его глазах сомнение. Непросто поверить в то, что друг, с которым ты три года делил комнату, хочет тебя убить.

– Ника, ты уверена?

– Он сам все рассказал, – ответила я. – Итан отравил архимагессу Веригу и…

За плечом Дана мелькнула тень. Он, видимо заметив, как я изменилась в лице, резко развернулся и выставил магический щит. Всполох огня прошелся по ярко-голубой поверхности, не причинив нам вреда.

– Что за грох! – крикнул в темноту Дан.

Из-за деревьев вышел Итан. Его лицо выглядело мертвенно-бледным, в черных бездонных зрачках плескалась решимость и отчаяние. Очень опасное сочетание для человека, загнанного в угол.

– Это всего лишь я. – Он запрокинул голову, глядя на нас сверху вниз. – Ника, тебе следовало оставаться за барьером. Здесь ты можешь пострадать.

– Итан. – Я вцепилась в руку Дана и выглянула из-за его плеча. – Все, что ты делаешь, лишено смысла. Пожалуйста, пойдем с нами к ректору Матеусу. Вместе мы найдем выход.

– Сесть в тюрьму? Нет, Ника, я поступлю по-другому. – Он сделал еще один выпад, и огненная плеть, словно длинный язык дракона, полоснула по магическому щиту.

– Итан! – предостерегающе крикнул Дан.

– Пусть Фейн уйдет. Я не собираюсь причинять ей вред.

– Нет! Я никуда не уйду. Пойми же ты, все кончено. Тебе не занять место Дана. Я… я не стану играть ту роль, что ты мне отвел.

– Ради Баланса Мироздания станешь. Ради своих братьев, сестер и всех жителей Альтавы тебе придется быть хорошей послушной девочкой. – Он посмотрел на Дана. – Долго ты еще будешь прятаться под щитом? Ну же, сразимся. Только ты и я.

Не отрывая взгляда от Итана, Дан тихо, но твердо произнес:

– Ника, оставаясь за моей спиной, отойди метров на десять-пятнадцать.

– Нет! – Я мотнула головой.

Нам нужно только потянуть время. Господин Гамаш неподалеку. Может быть, он уже видел всполохи огня или отправился к ректору Матеусу, и сейчас они ищут нас.

– Не спорь. Это мой поединок. Не твой. Меняющий… Итан хочет сразиться. И я, честно говоря, тоже. Пора положить всему конец.

– Но…

– Верь в меня, – попросил он.

Проглотив ком в горле, я достала открывашку и незаметно вложила ее в карман Дана, прошептав:

– Не дай ему тебя сломить, борись до конца.

Мне пришлось отступить.

– Когда это вы успели так подружиться? – неожиданно спросил Итан.

– Твоими стараниями на практике, – сухо бросил Дан.

– Вот как? – На его губах мелькнула снисходительная улыбка. – Скоро вашей дружбе придет конец.

– Довольно! Я, Даниэль Ваймс, вызываю тебя, Итан Рид, на дуэль!

Его голос эхом разнесся по лесу. Слова, подкрепленные магией, вступили в силу, и едва я отошла на достаточное расстояние, как на земле вспыхнул огненный круг. Он отсек Итана и Дана от внешнего мира. Нельзя было попасть внутрь или выйти наружу, пока поединок не будет окончен.

Теперь ждать помощь было бессмысленно. Заклятье дуэли могли отменить только два действия: признание поражения одной из сторон или смерть.

Ноги едва держали меня, и я прислонилась к одному из деревьев. Смотреть на то, как Итан и Дан сцепились в схватке, казалось невыносимым, но я не могла отвести взгляд. Их бой совсем не походил на учебный. Без защитной амуниции каждый рисковал получить серьезное ранение. Итан вкладывал в заклятья всю силу и нападал, а Дан… Дан осторожничал и защищался. Несмотря на решимость, он не мог переступить через себя и причинить еще недавно лучшему другу вред. Это Итан уже давно все для себя решил и отказался от человечности ради цели.

Очередной выпад огненной плети достал Дана. От ужаса я вскрикнула. Плеть рассекла одежду, а затем и плоть. Рану прижгло, и крови не появилось. Но я не сомневалась, боль была адская.

– А ты, оказывается, тот еще слабак, когда доходит до дела. Тренировочные бои и те проходили интереснее, – с разочарованием заметил Итан.

Пока он упивался успешной атакой, Дан собрался и кинул в него огненный шар. Итан с легкостью отбил его щитом. Последовала еще одна атака. Дан стремительно сокращал между ними расстояние, надеясь если не магией, то грубой силой достать противника. Я едва успевала рассмотреть их движения. Всполохи магии, выпады, блоки, подсечки… Сердце бешено колотилось. Долго Дан не продержится в таком ритме. Он ведь не успел восстановиться. Его магический резерв был частично опустошен, а не до конца сросшиеся переломы причиняли боль и сковывали движения.

В какой-то момент мне показалось, что Дану удастся достать Итана, но тот ловко уворачивался и в конце концов ударил кулаком прямо в солнечное сплетение. Дан вскрикнул, пошатнулся. На него обрушился еще один удар, на этот раз ногой.

– Нет! Итан, умоляю, не надо! – крикнула я, видя, что все идет к неминуемой гибели Дана.

Но он не слушал. Слишком близка была желаемая цель. Дан еще пытался отбиваться, но его движения стали медленнее, а удары рассеяннее. Его сил едва хватило на слабенький щит, который мерцал, а затем и вовсе исчез. Удар по лицу стал последней каплей, и Дан повалился на землю.

– Ну вот и все. – Итан наступил ногой на грудь поверженного противника и надавил. – Но прежде чем ты умрешь… – Итан оскалился в улыбке. – Знай, из нас с Никой получится отличная пара.

Итан резко поднял руку с огненной плетью. Не в силах как-либо помочь, я просто прошептала:

– Дан, пожалуйста…

Мне хотелось сказать ему, чтобы не смел сдаваться. Чтобы боролся с Итаном так же, как и с амароком в лесу. Чтобы был сильным и смелым, как отец.

Неожиданно Итан вскрикнул и потерял равновесие. Я не сразу поняла, что произошло. В руке Дана мелькнула открывашка. Видимо, ему удалось ударить Итана по ноге, и тот упал. У Дана словно открылось второе дыхание, быстро он оказался верхом на противнике и, прижав его к земле, наносил все новые и новые удары, сбивая костяшки пальцев. Несколько раз огненная плеть взвивалась вверх, но ей так и не удалось достать Дана, и глухие удары с шипением гасли в мокрой листве.

– Дан, не нужно! – крикнула я, заметив, что Итан перестал сопротивляться и его руки безвольно валяются на земле. – Ты не такой, как он!

Тяжело дыша, Дан остановился.

– Ну, – он схватил Итана за ворот куртки, – говори.

– Я не стану сдаваться. Тебе придется убить меня, чтоб закончить поединок.

– Никто не будет марать о тебя руки, мерзкий грох. – Дан тряхнул его, не давая потерять сознание.

Тот оскалился в жутковатой улыбке. Одним из ударов Дан рассек губу Итана, и теперь его рот был в крови.

– С первого курса я издевался над тобой, Дан, а ты даже об этом не подозревал. Это было весело. Стравливать тебя с девушкой, которая тебе нравилась. Нравилась так сильно, что ты никак не мог выкинуть ее из головы. Я украл в первый день ее туфли и подкинул тебе. Я подсыпал чесоточный порошок в одежду, пока ты был в душе, я рассказал всей академии, кому принадлежит ночнушка на шпиле. Все это время вас двоих водили за нос, и вы ненавидели друг друга, потому что были слишком глупы, чтобы заметить очевидное. Наверное, Ника права. Я не смогу заменить тебя, ведь таким редкостным идиотом можно только родиться!

Дан занес руку для удара. Я видела, как она дрожит то ли от сдерживаемого гнева, то ли от усталости.

– Не нужно, – тихо сказала я.

Дан посмотрел на меня, а затем на Итана.

– Будь моя воля, я бы вышиб из тебя всю дурь за то, что разболтал всей академии… Но я сам виноват. И признаю это. Все кончено, Итан. Прими поражение как мужчина.

Со стороны тренировочного поля донеслись голоса. Я оглянулась. Десятки светлячков приближались к нам.

– Итан, вот-вот появится половина академии, – добавила я. – Ты попытался что-то изменить. У тебя не получилось. Пора принять свою судьбу, какой бы она ни была.

Повисла тишина.

– Признаю поражение, – еле слышно произнес Итан.

Круг, очерчивающий место дуэли, спал. К моменту, когда появились ректор Матеус, господин Гамаш и еще несколько преподавателей, все было кончено.