Глава 28 — Торги

Загадочный: "Ты придёшь?"

Прекрасная: "Я подумаю".

Загадочный: "Можешь ограничить возрастной ценз свидания, я готов на любую версию"

Прекрасная: "Двенадцать плюс?".

Загадочный: "Это… не раздвигать твои горизонты, не перехватывать грубо инициативу и не овладевать ситуацией?"

Прекрасная: "Это — мы можем вместе покурить за гаражами".

Смеюсь, отправляя ей смайлик.

Загадочный: "Я согласен на гаражи. Но… все же, настаиваю на том, чтобы ты пришла в гости. Мне кажется, это развеет некоторые недопонимания между нами. Да?"

Прекрасная: "Я подумаю!".

Загадочный: "Обещаю сам приготовить ужин. И отвезти тебя потом домой. Всего лишь пару часов твоего времени."

Прекрасная: "А что — через два часа придёт жена?"

Загадочный: "Зоя Васильевна… Если Вы останетесь, я буду только рад. Но ценз выдержать не смогу."

Прекрасная: "Я подумаю…".

Перезваниваю Лере.

— Привет. Как себя чувствуешь?

— Пло-о-охо…

— Может, в стационар?

— А чем там мне будет лучше?

— Не знаю. Не изучал этот вопрос.

— Ну так изучи! — капризно и требовательно.

— У тебя телефон есть этого администратора твоего?

— Ну есть…

— Звони. Напрягай. Пусть изучает.

— Ты опять меня унижаешь!

— Нет. Я работаю твоим мозгом. Периодически. И сейчас мозг тебе говорит, что с момента твоего появления в волонтерском центре я больше не твой ресурс.

— Ой, всё! — рявкает перебивая.

— Окей. Вопрос один: кто переезжает — я или ты? Мне все равно. Но если ты остаёшься, то после развода, тебе придётся съехать. Так как в моем договоре прописано, что проживать могут только члены моей семьи. Я бы вообще тебе посоветовал… если тебе конечно интересны мои советы…

— Какого развода?! Нет! Мама сказала, ты не можешь со мной развестись, пока ребенку не исполнится год!

— Но ты со мной можешь.

— Я этого не сделаю!

— Я бы не хотел воевать с беременной женщиной. Поэтому, предлагаю разработать общую стратегию и придерживаться её, без всяких инициатив с твоей стороны.

— Что?

Бля…

Закрываю глаза. Только бы мигрень не поймать.

— Стас! Ну, пожалуйста… — жалобно хныкает. — Давай дождёмся, пока меня назначат на должность. И тогда уже…

— Что — тогда?

— Тогда… — зависает.

— Ну-у-у…

— Мы скажем, что я беременна от… другого. И что мы разводимся. И тогда я обещаю, что дам тебе развод.

Договороспособность у Леры как у четырехлетнего ребёнка. Но, может, и стоит попробовать моей малой кровью.

— Перезвоню.

Дозваниваюсь до тестя.

— Добрый вечер, Валерий Антонович. Лера очень переживает из-за должности. А ей сейчас не стоит волноваться. Подскажите, когда ей ждать назначения?

— М-м… Я тебя услышал, Стас. Уточню что там с формированием команды. Как её здоровье?

— Не очень.

— Угрозы нет?

— В стационар не положили, значит, нет.

— Так ты узнай! Уточни! Твой в конце концов в ней ребёнок или нет?

— Эм… — вытаскиваю из пачки сигарету.

Так воюем мы, Валерия Валерьевна или?..

— Ладно. Я сейчас занят. Потом поговорим.

Скидывает вызов.

Разбираю накопившиеся бумаги, поглядывая на часы. Беру телефон…

Загадочный: "Зоя Васильевна, не томите."

Прекрасная: "Увы. По объективным причинам отбой."

Перезваниваю ей.

— Что ещё за объективные?

Сейчас разнесу любые вообще!

— Привет… — вздыхает.

— Привет. Что случилось? Жалуйся.

— Прямо вот так? Жаловаться?

— Да.

— Мне тачку разбили.

— Авария?

— Нет. Просто разбили тачку. Монтировкой.

— Ты в порядке?

— Да.

— Кто знаешь?

— Нет. Мальчишки видели, что мужик с монтировкой.

— Адрес. Где ты?

— Да… ладно, не надо. Я сама решу.

Если женщина говорит "решу сама", это значит, попросит о помощи другого мужчину. Уверен, у Зои есть кого попросить. Но это моя юрисдикция.

— Адрес мне скинь, — требую я.

Вешаю в шкаф пиджак, надеваю куртку.

— Станислав Олегович, — заходит мой Генсек. — К Вам Тихомиров.

Фамилия знакомая…

— Тихомиров это?..

— Дюрсо записал. Сказал, Вы его вызвали. Пометка "Измаил".

— А-а-а…

Наш счастливый папочка!

— На какое время записал? — смотрю на часы.

— На шестнадцать тридцать. Но он опоздал.

— Перенесите. У меня срочное дело, не могу задержаться.

Быстро проходя мимо, бросаю мельком взгляд на мужика. Сбиваюсь с шага, понимая, что знаю его.

И уже пролетев мимо, складываю пазлы.

Да ладно?!

Это же Зоин "Тихомиров", которого закрепили за моё кольцо! Выбритый, загорелый и напомаженный, но он!

Как тесен мир.

Но сейчас мне не до него.

Вбиваю в навигатор адрес, скинутый Зоей.

По дороге уточняю в какое время разбили машину.

Отправляю запрос в следственный с просьбой собрать видео за час со всех камер в том районе.

Подъезжаю, паркуясь рядом с Зоей.

Это какой-то маленький спортивный клуб. Тренажерка.

Рядом с ней стоят несколько мужчин. Видимо, из этого клуба. Одеты не по погоде, в шорты. Сверху накинуты куртки. И она тоже, в спортивном облегающем костюме и распахнутой куртке.

Выхожу из машины.

— Всем добрый вечер.

Тяну за талию Зою, приобнимая.

— Привет, — касаюсь губами скулы.

Она неловко замирает, поправляя прядь.

Моя женщина… Таковы рефлексы!

Здороваюсь за руку с её окружением по очереди. Представляемся по именам.

— Рассказывайте, — прикуриваю сигарету.

— Нечего рассказывать, — обсуждают мужики. — Сигнализация заорала — вышли. Но уже все…

На машине разбита лобовуха и несколько вмятин — капот, дверь водителя, багажник.

— Ментов вызвала… — пожимает она плечами. — Я всегда здесь тренируюсь в это время. Вряд ли моя машина была выбрана случайно.

Мужики уходят в качалку. Остаёмся вдвоём. Достаёт тоже сигареты.

— Ну вот, за гаражами мы уже покурили… — смотрю на гаражи напротив.

Улыбается.

— От тебя не увернуться…

Профессиональная деформация! — прикусываю язык, чтобы не ляпнуть.

— Мысли есть — кто?

— Да бог его знает… Завтра Тихомиров мой приедет, подумаем.

— Твой — это Трайковский, — ревниво бросаю я. — А у Тихомирова твоего другая пассия.

— Какая пассия? — сердито. — Он женат.

— Да ладно?!

Лера от женатого залетела? Это все усложняет!

Настороженно смотрим с ней друг на друга.

— В смысле — "да ладно"? — подозрительно прищуривается она.

— Разберёмся, — хмурюсь.

— В чем?

Подъезжают менты. Молодняк совсем.

— Сядь в машину, пожалуйста, я сам с ними поговорю.

— Ну я же вызвала.

— Это такой бонус, Зоя Васильевна. Если у тебя есть я, то не обязательно все решать самой, — за руку увожу, усаживая внутрь.

— Прекратите торговать меня, Станислав Олегович.

— Не могу. Душа все ещё не выкуплена.

Захлопываю дверь.

Представляюсь, показываю ментам корочки, объясняю что к чему. Получаем из следственного несколько видео с наружных камер. У самого клуба нет ни одной, к сожалению.

Но за поворотом есть, и следаки скидывают несколько фоток лиц, которые выходили или выезжали на машинах из периметра.

Сажусь к Зое. Листаю фотки.

— Узнаешь кого-нибудь?

— М-м… нет. Вот! Этого знаю.

— Кто это?

— Классовый враг, — поджимает губы.

— Мог?

— Мог!

— Быстро мне, как на духу, суть конфликта.

— Он… — вздыхает. — Только не осуждать, ок?

— Торжественно клянусь.

— То дело на Тихомирова, помнишь? Ты сказал, что оно закрыто. Это вот он подал иск…

— А… Ну как же, помню. Если громил его квартиру Тихомиров, то почему тачку разбили тебе?

— Потому что… Все знают, что мы… В некотором роде… Как две половины одного целого.

— Ты спала с ним? — не моргая, слепо смотрю в окно.

— Нет. Он… как брат мне.

— Херня…

— Иди к черту.

— Просто скажи мне правду! В чем проблема?

— Я в отличие от тебя никогда не вру.

— Это утверждение уже содержит ложь. Я ни разу не соврал тебе.

— Я не поняла… — свирепеет она. — Это сцена ревности?

— Да. Видишь, я тоже никогда не вру.

Дергает ручку, пытаясь выйти. Но я за мгновение успеваю нажать блок.

— Трайковский… Там менты ждут.

— Подождут.

— Окей, — ухмыляясь разводит руками. — И что ты хочешь от меня?

— Хочу, чтобы каялась, признавалась мне в любви, убеждала, что я первый и единственный. Трахалась со мной всю ночь. И обещала преданно любить до конца дней наших. Но… достаточно просто дать мне отдышаться и ещё раз сказать "нет".

— Нет, — косится на меня с усмешкой. — Отдышался?

— Еще пару минут… И в качестве жеста доброй воли приму поцелуй.

— Нет! — дергает выразительно бровями.

— Окей, отложим.

Выхожу, раздаю ЦУ ментам. Задержать, морально прессануть, допросить. Найти свидетелей.

Вызываю эвакуатор для Зоиной тачки.

Сажусь за руль. Ловлю её взгляд.

— Ну все… Дело закрыто. Объективные причины уничтожены. Поехали ужинать?

— Как-то очень быстро… Ты что им заплатил?

— М-м… Просто оперативно отработали пацаны, — съезжаю я.

Трогаюсь с места, включая погромче музыку.

Не надо расспросов… Мы еще с моей женатостью и мнимым отцовством не до конца разрулили.

Ловлю её руку, сжимаю.

— Оттаивай… Нет причины меня дистанцировать. Я весь твой.

— Двенадцать плюс. И то, только с целью проведать кота!

— Врёте Вы все, Зоя Васильевна…