Глава 26

— Я туда не пойду. Я уже большой!

— Надо, милый. Я не смогу с тобой остаться сегодня. Ты же любишь сад, у тебя там много друзей, — пытаюсь хоть как-то настроить сына на нужный лад.

Правда, судя по его выражению лица, все бесполезно. Он очень решительно настроен остаться сегодня дома.

— Давай я няне позвоню тогда?

— Не хочу няню.

— Марк, — шумно выдыхаю и сажусь на стул рядом с сыном. — Я правда не могу остаться сегодня с тобой. Маме нужно по делам.

— Пусть папа тогда приедет.

Папа…

Мы вернулись в город три недели назад, и за это время Миша заезжал к нам пять раз. В один из которых забирал Марка к себе на ночь. В остальные дни они с сыном общаются исключительно по телефону, потому как Князев в вечных разъездах. И я уверена, что сегодня его здесь тоже нет.

— Позвони папе, пусть приедет. — Марк деловито слезает со стула и бежит в спальню, откуда приносит мой мобильный. — На, — протягивает, чуть запрокинув голову.

Набираю бывшего мужа. Пока слушаю долгие гудки, нервничаю, отчего даже ногой притопываю.

В последние дни я вообще окончательно перестала себя понимать. С чего вдруг это смущение, будто я школьница?

А если он там не один, а мы ему названиваем? Свободный человек, теперь-то уж точно имеет право…

Стоит мне об этом подумать, и Миша отвечает.

— Привет. Срочно?

— Эм… — прикусываю нижнюю губу. — Ты занят?

— Все в порядке у вас?

— Да-да.

Бесит эта Мишина манера отвечать вопросом на вопрос.

— Просто тут Марк просит тебя приехать, — мельком смотрю на сына, который все это время пристально меня рассматривает. Ждет, что же там ответит его отец.

— Я не в городе. Секунду, — кажется, говорит уже не мне, — сейчас все посмотрим. Я думаю…

В трубке слышится шум. Голоса.

— Прости. У меня встреча на строящемся объекте. Вернусь завтра.

— Ладно.

— Дай Марку трубку.

— Марк, тебя, — протягиваю сыну телефон.

Он деловито сжимает смартфон в ладошке. Внимательно слушает отца, отвечает бойко, а у самого брови краснеют. Значит, вот-вот заплачет.

— Хорошо, — сын отключается и возвращает мне телефон.

— Ну что ты?

Хочется присесть перед ним на корточки, обнять и заглянуть в глаза, но мое состояние не позволяет мне этого сделать.

— Папа сказал, что бабушка Вероника сейчас к нам приедет.

— Да? Хорошо.

Так даже лучше. Вероника Максимовна в последнее время очень часто общается с Марком, они друг друга обожают.

— А ты надолго уедешь?

— На пару часов.

— Ладно.

Марк кивает, будто понимает все подводные камни взрослой жизни, и, прихватив со стола яблоко, идет в гостиную, где чуть позже мы уже вдвоем встречаем бабушку.

Как только сдаю ребенка на попечение бывшей свекрови, сажусь в уже подъехавшее такси. Да, Миша предлагал мне водителя, но я отказалась. Все эти примочки с охраной и водителями навевают на меня не самые лучшие воспоминания.

Ощущения не из приятных. Меня словно затягивает в прошлое от одной только мысли, что рядом будет человек, который контролирует. Даже если это уже и не так, мозгу доказать обратное сложно. Особенно после семи лет тотального контроля…

Миша, к счастью, меня понял и навязывать своего человека не стал. За что огромное ему спасибо.

На самом деле в последнее время у нас с ним вроде как и правда складывается вполне себе приятное и адекватное общение. Мы редко видимся из-за навалившейся на Князева работы, но созваниваемся. Часто…

Это немного пугает. Потому что развод в моем представлении всегда был про другое. Люди расходятся в разные стороны. Да, поддерживают отношения ради детей, но не дружат. А у нас что? У нас все с точностью до наоборот, выходит?

Мы не просто родители теперь, но и друзья, получается.

Иногда во мне просыпаются дичайшие порывы позвонить Мишке и рассказать, как прошел день. Возможно, ему это и не особо интересно, потому как в нашей с Марком жизни ничего грандиозного не происходит, обычные будни, но даже этим хочется с кем-то делиться. И вот мое сознание выбрало для этих целей бывшего мужа.

Я, видимо, и правда сумасшедшая.

Расплачиваюсь на рецепции массажного салона, куда езжу два раза в неделю, и выхожу на улицу. Погода солнечная, не ветреная. По-осеннему приятная. В такую хочется гулять пешком. Что я, собственно, и делаю, решая пройтись немного и только потом вызвать такси домой.

Шумная центральная улица погружает в атмосферу большого города. Теплые солнечные лучи ласкают кожу, и я чувствую себя такой счастливой.

Прохожу мимо ресторанчика, где мы часто встречаемся со Светой, и почти на входе сталкиваюсь с сыном Шумакова. Матвей, кажется.

‍Он меня, судя по всему, тоже узнает. Кивает, а потом с улыбкой выдает:

— Здрасьте, теть Даш.

Тетя? Я его максимум лет на девять старше. Тетю, блин, нашел!

— Привет, — взмахиваю рукой и замираю.

Матвей разговаривает со своим другом, они стоят на краю тротуара, спорят о чем-то, а я с места сдвинуться не могу. Низ живота как-то странно потягивает, а потом заливает волной боли.

С губ слетают какие-то непонятные звуки, именно они привлекают внимание парней.

— Вы нормально? — Матвей настороженно меня рассматривает, делая акцент на животе.

Киваю, упираясь рукой в стену.

Делаю глубокий выдох, чувствуя очередную схватку.

— Че там?

— Понятия не имею.

Парни переговариваются, а меня охватывает страх. Мне только через неделю рожать. Неужели…

— Вам помочь, может быть?

— Скорую вызовите.

Пытаюсь найти в сумке телефон, но не получается. Я теряюсь в пространстве, несмотря на то, что один раз уже рожала и все должно быть мне знакомо, ощущение паники накатывает волна за волной. Равно как и схватки.

Терпеть молча больше не получается, я вскрикиваю. Парни паникуют, начинают суетиться.

— Иса, как в скорую звонить?

— Я откуда знаю.

Именно в этот момент я чувствую, как по ногам струится жидкость.

— У вас тут… — Матвей кивает мне под ноги.

Опускаю взгляд и вижу небольшое мокрое пятно на асфальте, прямо подо мной.

Воды отошли?

Нужно присесть? Или же скорее отправиться в больницу? Как было в прошлый раз?

Мои первые роды начались в палате московского перинатального центра под присмотром врача. В принципе, я весь срок была под тотальным контролем. Сейчас же ситуация полностью противоположная.

Рядом нет никого, кто бы мог оказать помощь, успокоить, потому что паника меня сейчас захлестывает. Единственный знакомый человек — это двадцатилетний мальчишка. Сын партнера моего бывшего мужа, который понятия не имеет, как вызвать скорую.

— Мамочки! — громко вскрикиваю.

— Теть Даш...

— Да какая я тебе тетя?

Вслед за возмущением с языка слетает пара матерных слов. Сколько едет машина скорой помощи? Куда они меня отвезут? Явно не в клинику, где у меня оплачены роды.

— Да понял, понял. — Матвей выглядит испуганным не меньше меня, как и его друг, впрочем. — Вам воды, может?

— Нет, — изо всех сил впиваюсь ногтями Матвею в руку, вскрикивая от очередной схватки.

В голове в этот момент лишь одна мысль — как попасть в мой роддом? И Князева в городе нет, как назло!

— Вы на машине? — оглядываюсь по сторонам, а когда сталкиваюсь с парнем взглядами, замечаю, что он кивает. — Отлично. Меня нужно… — Закрываю глаза, терплю схватку, стараясь не орать так громко, как то было до. — В больницу. В мою больницу.

— Мот, ты че завис? Тачку подгони, — командует второй парень.

— Сейчас, — Шумаков аккуратно отцепляет от себя мои руки и скрывается за углом дома.

— Я Иса, то есть Вадим, — второй мальчишка крепко сжимает мою руку, — вы Даша, да?

— Даша, — киваю, — Даша…

— Кто будет?

— Девочка.

— Круто, у меня три сестры.

Вадим болтает без умолку. Либо меня отвлекает, либо у него тоже шок. Но, на удивление, от его нескончаемого потока слов мне и правда будто становится легче. Я сосредотачиваюсь на его голосе, отвечаю на вопросы, что вылетают из головы в ту же секунду.

— Вадя!

Громкий крик, шум мотора и скрип тормозов, на который я реагирую, доносится откуда-то издалека. На самом деле машина близко. Буквально в двух шагах, но окружающие меня звуки становятся приглушенными. В отличие от боли, которая лишь нарастает.

— Сумка. Там телефон, нужно позвонить, — бормочу, как только касаюсь спиной кожаного сиденья, занимая полулежачее положение. — Мише. Нужно позвонить Мише.

— Вы это, — Матвей заглядывает в мою сторону через плечо, — только не родите тут, ок?

— Конечно, я потерплю, — ядовито улыбаюсь, но лицо тут же перекашивает. — Езжай быстрее! — ору на него.

— Да я еду, еду.

— Мише позвоните. Позвоните Мише…

Вспоминаю, что так и не связалась с Князевым.

— Сейчас. — Вадим вытаскивает мой телефон, спрашивает пароль, вводит и звонит Князеву. — Ваша жена рожает. Сейчас. Прямо сейчас. Мы ее в больницу везем.

— Что он сказал? Что он говорит?!

Вадим отдает мне смартфон, сжимаю его в пальцах из последних сил. Я почему-то так устала. Так сильно устала…

— Даш…

— Ты где? Ты приедешь? Твоя дочь вот-вот из меня вылезет, чтоб ты был проклят!

— Выезжаю уже. Все хорошо будет.

Миша еще что-то говорит, успокаивает, но я не слушаю. Такая злость берет, что ребенок наш общий, а орать от боли должна одна я.

Как проходит поездка, я почти не помню. Сосредотачиваюсь лишь на собственном дыхании. Главное — дышать. Вдох-выдох.

В больнице меня встречают уже на улице. Помогают лечь на каталку и куда-то везут, пока я думаю о том, что моя сумка и телефон остались в машине младшего Шумакова.

— Сама не родит.

— Анестезиолога сюда.

* * *

Открываю глаза уже в палате. Голова тяжелая, последствие наркоза. Согласие на кесарево сечение, если этого потребуют обстоятельства, заранее было подписано в договоре с клиникой. Поэтому врачи сделали все без промедления.

Единственное, что я сама совершенно этого не ожидала. Была уверена, что справлюсь, но не справилась.

Облизываю сухие губы, с трудом поворачиваю голову набок.

Миша сидит в кресле, вытянув ноги, а рядом с ним стоит кроватка с нашей малышкой.

Он все-таки приехал…

Чувствую, как подступают слезы, и ничего не могу с этим сделать. Снова гормоны по голове бьют. Это слезы радости. Наша малышка в порядке, а Князев… Он отодвинул работу и приехал. Ради нашей дочери приехал.

— Ты как?

Вздрагиваю от Мишиного голоса. Теперь бывший муж смотрит на меня. Внимательно так разглядывает.

— Нормально вроде. Как она? — с умилением смотрю на люльку.

— С ней все хорошо. Ты молодец.

Миша аккуратно садится на край моей кровати. Берет меня за руку. Сжимает мои пальцы в своих.

— Спасибо за дочь.

Он шепчет. От его голоса веет теплом, а все, что я сейчас могу, это резко отвернуться, чтобы он не увидел моих слез.

— Я так испугалась сегодня, будто в первый раз рожала. Растерялась на улице. Хорошо, что мальчишки подвернулись, — решаю перевести тему.

— Да, Мот там до сих пор отходит.

Оба смеемся.

— Именно поэтому я говорил тебе, что отказываться от водителя не стоило. Мне не нужно тебя контролировать, но ситуации бывают разные. И то, что произошло сегодня…

— Я понимаю, Миш. Я повела себя безрассудно. Не думала, что начну рожать посреди улицы.

Пожимаю печами, а из кроватки начинает доноситься шорох.

— Она проснулась? Дашь ее мне?

Миша кивает. Поднимается, вынимает дочь из кроватки и аккуратно отдает мне. Прижимаю ее к груди и налюбоваться не могу. Такая она милая. А как пахнет.

Прикрываю глаза, касаясь губами розовенького лобика.

— Привет, Оливка. Кажется, она, как и Марк, полностью похожа на тебя, Миша.

Сталкиваемся с бывшим мужем глазами, буквально на секунду, и меня моментально заливает теплом. Чем-то таким, что я не испытывала раньше.

Когда родился Марк, у нас с Князевым не было никакого уединения. Сразу приехал мой отец и все испортил.

Миша дотрагивается до моего плеча, скользит кончиками пальцев выше, добираясь до щеки. Гладит костяшками, а потом касается моих губ своими.