19

Из-за угла соседнего здания что-то вспыхивает.

- Не пускать сюда прессу! Явились – не запылились, варрховы бумагомаратели! Оцепить площадь!

- Есть!

Стражи работают оперативно, но в нашу сторону продолжают коситься с неодобрением. Если бы могли убивать взглядами, от меня бы ничего не осталось.

- Муж? – молодой правоохранитель, что так яро защищал Юнис только что, разглядывает меня с явным узнаванием.

- Герцог Эккарт? Вы вернулись?

- Вернулся?

Не воскрес? Не вылез из могилы?

Один из охранников Юнис отмирает от оцепившего его и его двух коллег шока:

- Она была права…Вы вернулись!

Я думал, что меня уже давно все похоронили.

- Погодите, потом расскажете! Сейчас нужно врача найти, вроде она не ранена, но могла удариться головой до этого…

Я прикрываю рукой лицо Юнис от капель дождя. Но от такого ливня нам не скрыться. Капли текут вниз по лицу, волосы уже промокли так, что выжимай. Но плюс в этой погоде есть – всю пыль прибило к земле и дышать стало легче.

- Да это кровь ваша виновата! Все знают, ее светлость не переносит вида крови, - со знанием дела говорит другой охранник Юнис.

Так себе что-то у нее защитники. И до этого чуть пульсаром ее не задело…я сжимаю челюсть, унимаю непонятно откуда взявшуюся злость.

Страж кивает со знанием дела:

- А, об этом было в прошлогоднем интервью в столичном вестнике. У меня еще сохранилась где-то эта статья. Но там вроде, про реакцию на собственную кровь светлости, а не на чужую.

Щеки его краснеют.

Что за варрх?

Интервью? Статья? Откуда о моей жене знают все, кроме меня? Что вообще произошло за этот год?

- Да, у меня тоже. Стыдно признаваться, но я член общества почитателей ее светлости.

- Вам повезло с работой, - в голосе стража сквозит зависть.

Рыцарь улыбается:

- Я стараюсь сохранять это в секрете, чтобы не причинить герцогине неудобств.

Меня здесь вообще, как будто нет. Собрался кружок по интересам. Прижимаю Юнис ближе к себе и беру ее на руки, подхватывая под коленями.

- Эй, - окликаю других рыцарей, не этого, что почитатель, он у меня теперь вообще на примете. – Где там вы припарковались?

В карете Юнис так в себе и не приходит. Спящая она выглядит еще более уязвимой. Такая спокойная и маленькая.

Я забыл про все свои опасения и тревоги, но в душе разгорается непонятный гнев.

«»»»

Юнис

Я медленно разлепляю веки.

Незнакомая лепнина на потолке. Цвет балдахина и мебели тоже отличается. Где это я? Точно не в своей спальне.

Божечки, неужто я снова умерла и опять перенеслась в чужое тело в новый мир?!

Резко сажусь. Дежавю не покидает до тех пор, пока не раздается знакомый голосок.

- Юнис, ты в порядке?

Хвала богам!

Сабрина вскакивает с кресла рядом с постелью и бросается ко мне.

Я все еще здесь… Обнимаю девочку, вдыхаю запах ее волос.

- Да. Рина, а где мы?

- Как где, дома! Тебя принес тот дядя. Все так испугались.

Морщусь.

Ваарх, Рейнард вернулся. Ох, могу себе представить реакцию домашних.

Встаю с постели и поправляю платье. Волосы еще влажные, нужно высушить. Снаружи в окна, что выходят на розовый сад, барабанит дождь. Его светлость не в курсе в какой из комнат я живу, поэтому ничего удивительного, что он меня в первую попавшуюся принес и бросил.

- Идем, - говорю Сабрине, и взявшись за руки, мы выходим в коридор.

Стоп. Почему хозяйское крыло? Я живу этажом ниже, где расположены гостевые комнаты. Ай, не важно. Нужно принять ванну и переодеться. Стоит начать думать о сюжете романа и меня снова мутит. Плевать, я об этом стану размышлять, когда буду в состоянии думать.

Сабрина довольно идет рядом в припрыжку, раскачивая наши сомкнутые в замок руки.

Быстро привожу себя в порядок в своей ванной, хочется полежать в горячей воде, но ограничиваюсь тем, что просто умываю лицо, переодеваюсь в домашнее платье. Встаю перед зеркалом, и, вздыхая, поправляю заплетенные в перекинутую на плечо косу влажные от дождя волосы. Даже не знаю, чего ждать. Совсем. Но если буду сидеть у себя, ничего и не узнаю.

- Рина, где сейчас тот дядя и остальные? Отведешь меня?

Члены семьи Эккарт, теперь в полном составе, собрались в небольшой и уютной гостиной, где мы обычно проводим вечера.

Рейнард, до этого по-королевски восседающий в кресле и что-то серьезно растолковывающий остальным – Джареду, Фелисии и Эдварду, который так вовремя оказался дома – резко вскакивает на ноги, стоит мне и Рине появиться в дверях и замирает.

Он в той же одежде, которую я запомнила, только плаща не хватает. С длинных влажных волос стекает вода. Значит, времени прошло не много, надеюсь, что ничего важного я не пропустила.

Как-то неловко мне смотреть на мужчину. Хотя я же плохого ничего не сделала, мне не должно быть стыдно. Ну почему он вернулся раньше? Почему?

Я перевожу взгляд на остальных.

- Юнис, ты в порядке? – взволновано подходит Фелисия и обнимает за плечи. – Может, врача позвать, опять в обморок упала? Мало было того раза…

Тот раз – это случай двухмесячной давности, когда я решила собрать в саду цветов, порезалась секатором и потеряла сознание из-за кровившего на ладони пореза. Самым глупым было то, что я была одна и провалялась среди кустов роз пару часов точно, пока меня не нашли слуги, поднятые на уши пропажей герцогини. Кстати, после этого Джаред и приказал сопровождать рыцарям меня на нашей же территории.

- Какого раза? – настораживается Рейнард.

Голос у него низкий и приятным, бархатистый.

- А тебе-то что, ты же бросил нас и уплыл куда подальше, так чего теперь спрашиваешь? – дерзит Эд.

У Рейнарда чуть челюсть не отвисает, таких претензий в свой адрес он не ожидал.

Ух ты! Что за настроения? Я смотрю на Джареда. Тот, вопреки ожиданиям, младшего не осаждает и замечаний ему не делает. Разделяет его мнение значит.

О чем здесь шел разговор, пока меня не было?

- Идем.

Фелисия тянет меня за собой и усаживает на диван, укрывает пледом и оперативно всовывает в руки чашку с горчим какао. Сабрина прижимается с другой стороны, ей золовка тоже передает кружку с напитком и предупреждает:

- Пей осторожно, горячо.

Замечаю ошалелое лицо Рейнарда, наблюдающего за сестрой.

- Хорошо, насчет ребенка я понял, но с вами-то что случилось? – дивится герцог.

А.

Так мы значит в самом начале разъяснений. Ну, новый член семьи, конечно, будет первоочередным предметом разговора. Представляю лицо герцога, переступил за порог родного гнезда, а тут неизвестная девочка его встречает. Поэтому, наверное, Рину и послали меня караулить, ей лучше не слышать взрослых толков о себе.

Кажется, как будто ребята не очень и рады возвращению старшего братца. Я думала, они вне себя будут от счастья, даже Джаред, который так ждал Рейнарда и переживал, какой-то хмурый, и в его сторону почти не смотрит.

- А с тобой что произошло? Почему как вернулся, не пошел сразу домой? Или считаешь, что за этим нападением стоит кто-то из нас?

Я уже и забыла, что Фелисия может говорить таким тоном.

- Да, почему не дал знать? Уж письмо-то можно было отправить! Юнис вот…- ярится Эдвард, разделяя гнев сестры, и вздыхает обескураженно.

Ну да, мал еще на старшего с претензиями нападать. Хотя, вероятно дело не в этом, Джареда подкалывать его ничто не останавливает.

Рейнард садится. Поднимает голову и встречается со мной взглядом.

Супруги по договоренности, которые год друг друга не видели…а главный герой наверняка желает и дальше меня не видеть. Может, поэтому и домой не торопился бежать, или и вовсе подозревает…Судя по всему, Рейнард не в курсе того, кто был инициатором покушения.

Встретил он Шарлотту или нет?

- У меня были опасения.

Герцог смотрит на меня.

Понятно. Значит, все же я для него одна из подозреваемых. Это становится очевидно и остальным. Ну, каждый волен думать так, как того желает.

Я подношу к губам чашку. Сладко и горячо. Совру, если скажу, что мне не обидно. Но, поставив себя на место мужчины, могу понять его чувства. Он столько времени был далеко, вдали от родного дома, чего только ему в голову не приходило.

Остальные молчат.

- Ха, в своем репертуаре, - поддевает Эд со скрытой досадой в голосе, которую слышу только я. – А раньше, где твои опасения были раньше?

Его злость для меня как своя собственная. От рук Уоллиса он пострадал больше других.

Но до следующих прозвучавших слов все еще держат себя в руках. Ребятам не нравятся подозрения Рейнарда на мой счет, но они понимают его мышление, как никак он год не был дома. Только его светлость из-за критики в свой адрес не может больше сдерживаться.

- Почему я должен перед вами оправдываться? Я здесь старший, и хозяин этого дома! Брат вернулся, а тут такой прием! Ведете себя так, словно не рады меня видеть. Может, что это все вы сговорились, а? – бросает в порыве гнева герцог.

- Ты сейчас на полном серьезе заявляешь, что это мы хотели тебя погубить? Сговорились и подстроили все, чтобы что…наследство между собой разделить?! - Джаред поднимается на ноги.

Рейнард тоже. Обстановка накаляется. Они же сейчас набросятся друг на друга с кулаками!

- Да, ты конечно же прав, как и всегда, Рей! Мы же тебя посадили на тот корабль! Это же мы мечтали, что ты бросишь нас на произвол судьбы! Горели просто нетерпением ночами не спать и разрываться, когда каждый только ждет, как бы уничтожить нас! Ах, как прекрасно нам жилось, когда все узнали о том, что ты пропал без вести! Особенно твоей жене, которую ты даже видеть не желал! – кричит Эдвард, пока Фелисия пытается встать между братьями.

Если другое герцог мог с горем пополам стерпеть, то последняя фраза его приводит в бешенство:

- Ха, жена? Жена? Вот эта, которая быстро нашла утешения в объятьях первого попавшегося…

Бум.

Кулак Джареда прилетает в скулу герцога, не давая тому договорить.

Фелисия визжит имя брата. Сабрина вздрагивает, я прижимаю ее к себе крепче.

И Джаред, и Рейнард – оба мужчины крупных габаритов, герцог даже выше второго господина Эккарта – их агрессия пугает не только ребенка. Меня трясет. Эта чистая мужская необузданная злость заставляет напрячься каждую клеточку тела.

Фелисия опускает руки, отступает и стремительно бледнеет. Мы вспоминаем одно и то же. С того похищения прошел год, но отголоски страшной ночи никуда не исчезли. Особенно у девушки. Она ведь только-только оклемалась и перестала плакать по ночам во сне.

- Не смей…Не смей даже слов таких произносить… - Джаред рычит на герцога. – Даже думать подобное не смей.

Джаред, этот похожий на огромного плюшевого мишку мужчина, который просто так и мухи не обидит, молча будет терпеть издевательства и не пожалуется, без колебаний ударил собственного брата, которые к тому же и старше. А еще он его целый год не видел, и эта первая за долгое время встреча. Ради меня. Нет, защищая мое доброе имя.

Рейнард смотрит на него непонимающе, весь запал ударить в ответ в его глазах пропадает, на лице явный шок. Джаред отпускает ворот его рубашки и уходит прочь.

Повисает опасная тишина.

Эд толкает нас в сторону дверей, о продолжении разговора и речи не может быть, не стаким настроем точно. Фелисия дрожит, у Сабрины глаза покраснели, жмется ко мне и золовке, герцога она явно боится.

- Идиот ты, Рей, - выплевывает молодой маг напоследок.

Я оглядываюсь, встречаясь взглядом с оставшимся стоять в одиночестве посреди комнаты растерянным, потрясенным супругом, прежде чем Эдвард громко захлопывает за нами дверь.

Она закрывается с провокационным хлопком. Но в ответ тишина, герцог не выбивает ее сломя голову, и не спешит выбежать наружу, догнать Эда и всыпать ему хорошенько за неуважение.

Я вздыхаю.

Ничего так и не прояснилось.

Где, варрх его, эта главная героиня? В какую клоаку успел съехать сюжет? Если мы ускорились, то понятно, что как было в оригинале, события уже не развиваются, но общие сюжетные линии ведь должны быть теми же!

В висках стучит. Последствия ли обморока, или это я, попав под дождь простуду подхватила, или же только что ситуация так подействовала, а может, что и все сразу.

Эдвард топает наверх в свою комнату. Где Джаред неизвестно. Наверное, тоже у себя. Всем нам нужно многое обдумать. Как никак, Рейнард их семья. Пусть и как снег на голову посреди июля его появление, но это ведь хорошее случилось. Живой, на первый взгляд невредимый, память как будто тоже не терял.

Не знала, что его появление всколыхнет в ребятах столько неизвестных мне чувств.

Я думала, они обрадуются. Может так и было, этого увы, из-за своего обморока не застала, но мимолетная радость от встречи быстро улетучилась и в головах у всех всплыли вопросы.

- Идем, - мягко говорю я застывшей Фелисии.

Ужинает каждый в своих комнатах, мы вдвоем с леди Эккарт развлекаем все это время до еды как можем маленькую барышню, к счастью, насколько дети впечатлительные, настолько же они и быстро отходят от шока и переключают внимание на новое.

За окном не прекращается буря, Фелисия ложится в постель рядом с Сабриной. Каждой из девочек лучше быть сейчас рядом с другой. Пусть одна и взрослая уже по общим меркам, но и ей тоже бывает грустно и страшно порой.

Я киваю Фелисии, выключаю свет и осторожно затворяю за собой дверь. В коридоре на стенах горят светильники, за окном хоть глаз выколи, даже очертаний деревьев под окнами не разглядишь. Какая темная сегодня ночь.

Времени немного. По нашим обычным меркам рановато спать ложиться, но ни у кого нет настроения разговаривать.

Я не спешу спускаться к себе в комнату на второй этаж – комната Сабрины теперь по соседству с Фелисией – и неспешно бреду по коридору, спускаюсь вниз, но прохожу свой пролет и иду ниже, на первый этаж. На пути не встречается никто, слуги чувствуют настроение хозяев и не торопятся мозолить глаза, страшась попасть под горячую руку.

Прошел год, как я здесь. Провожу рукой по перилам, все уже стало в этом доме таким привычным и родным. Я думала, что время еще есть. Но оказалось иначе. Скоро нам придется попрощаться, я отыграла свою роль…

Рейнард, нет, главный герой этого мира оказался не таким, каким мне представлялся. После того, как остался стоять в одиночестве посреди комнаты, мне стало его даже жаль. Этот мужчина такой же живой человек, также совершает ошибки, глупые и не очень.

Я могу поставить себя на его место. Скитался целый год по неизведанным землям – это мне Фелисия поведала, в отличии от меня она слышала краткий в пяти предложениях рассказ герцога – с постоянными догадками о тех неизвестных, которые желали его смерти, перебирал в уме всех возможных подозреваемых и попутно старался вернуться домой, преодолевая трудности и лишения, которые далеко не каждый человек, не то что аристократ вынесет.

Но дома его не лучшим образом встретили те, кого он с легкостью покинул. Обида ребят мне тоже понятна. Старший брат оставил их фактически на произвол, и опасности, с которыми столкнулся каждый из них, были очень даже реальными. Как и неоднократные поползновения в сторону богатств семейства.

Младшие Эккарты, наверное, удивляются, почему я не расстроена. Ведь упрямо ждала и верила, со стороны же все выглядело так. Уж кто, как не жена, должна в подобной ситуации сердится.

Ну, я просто знала, что однажды этот день придет. И по прихоти судьбы он наступил сегодня, не через еще один год. Злиться и негодовать из-за человека нужно, когда он что-то для вас значит. Я сегодня герцога встретила впервые, если не брать в расчет расплывчатые о нем воспоминания прежней Юнис. Так и я наверняка для Рейнарда ничего не значу, и это логично. Может, и вовсе его светлость меня за достойного человека не принимает, раз позволил себе такие высказывания, за которые Джаред его ударил по лицу.

Ну, переживу. Не он первый и не последний точно, кто ко мне добрых чувству не питает.

Но жаль. До того, как мы друг друга узнали – я-то понятно, такая маскировка была на мужчине, а он, хорош, однако, собственную супругу среди бела дня не признал – было даже весело провести вот так несколько минут. Если не брать в расчет риски пульсар словить, конечно. Умеет же он вести беседу и приятным быть тоже может, только вот зависит от человека перед ним, какую предпочтет герцог модель поведения.

Судя по тому, что случилось в гостиной, уж лучше мы с Рейнардом и вовсе были бы незнакомцами. Без этого отягчающего прошлого и брака-сделки. Отношение герцога ко мне, Юнис, его супруге, как к одной из подозреваемых в покушении.

Ну, и чтобы жизнь медом точно не казалась, он еще и в каких-то интрижках на стороне меня вроде как уличил. Сам придумал – сам взбесился, черта всех мужчин поголовно в любом из миров.

Я вхожу в полуосвещенную тусклым огнем светильника на столе кухню, где в дневное время суток правит повар, а иногда Фелисия. Вздыхаю и быстро беру себя в руки, нет, я не буду расстраиваться. Не буду! Все равно главному герою суждено быть с главной героиней, а я просто в сторонку отойду и буду такова, следовала бы сюжету, закончила бы и вовсе на виселице.

Убеждаю себя, а в душе что-то недовольно ворочается, противится таким мыслям. Все же Рейнард был мужчиной, о котором я когда-то мечтала, перелистывая страницы. Но такая концовка обречена, судьба идет своей дорогой.

Ставлю чайник на плиту, и пока он медленно закипает, в заварник бросаю сушеные цветы ромашки.

- Кто здесь? – скрип половицы пугает ужасно.

Я уже успела вспомнить все самые страшные сцены из фильмов ужасов, которые видела в прошлой жизни.

- Прости! Это я.

Этот я – это Рейнард.

С того места, где я стою, хорошо просматривается вход в помещение. И за то время, что я тут вожусь, никто не заходил.

Из темного угла выходит его светлость мой законный супруг. Он возле окна сидел что ли, в старом кресле пожилой кухарки Марты? А я думала, что одна. Раньше меня здесь оказался и что, все это время размышлял, продолжать ли ему сидеть тихо или выйти на свет?

- Что вы здесь делаете?

Прижимаю к колотящемуся в груди сердцу руку. Постепенно испуг сходит на нет.

- Посуду после ужина решил занести да так и остался. Тот слуга, что доставил мне еду в спальню, видимо, побоялся за ней возвращаться, я его немного испугал. Ненамеренно, - извиняющийся тон Рейнарда вполне искренен.

Я опираюсь спиной о кухонный шкаф, герцог так и стоит возле кресла, в котором сидел. Между нами, стол с тусклым светильником и не меньше трех метров по диагонали расстояние. В окошко за спиной мужчины стучатся крупные капли. Наверное, все розы в саду опадут после такой непогоды. Чайник начинает характерно шуметь, но воды я набрала прилично, поэтому ждать еще долго.

- Понятно…

Не знаю, что и сказать, жую губу.

- А! – вспоминаю. – Дать вам кусок мяса замороженного или что-то другое, из холодильного шкафа?

Удивленная реакция следует незамедлительно:

- Зачем?

- Ну как, вас же ударили, по лицу…

На мой вопрос так и нет ответа.

Я затихаю. Ну вот, так можно было бы дождаться в тишине еще большей неловкости, и герцог бы ушел, а теперь косвенно поднимается тема, которая и послужила причиной такой реакции Джареда.

- Ох, это…

Его светлость неловко трет рукой шею.

Что ж, новых обвинений в измене больше не сыплется на мою голову, уже прогресс.

- Я ни у кого утешения не искала. Говорю, чтобы вы знали. Все ваши подозрения ошибочны, верьте или нет, как угодно. Не буду врать, возможности были, но нет. Я вас ждала.

Говорю и кусаю себя за язык.

- Ждала?

Плохо вижу в полумраке лицо Рейнарда, но как будто он улыбается. Должно быть, игра света и тени.

- Да, - сейчас главное не показать смущения. – Знаете, сколько дел у герцогини, чей му…герцог пропал без вести? Вы вернулись, хвала богам, теперь я вздохну с облегчением.

Чуть не сказала слово «муж» вслух! Пусть мы и женаты, у нас не такие отношения. Хотя Рейнард меня и назвал женой, но это было в порыве гнева.

- Даже так?

Пожимаю плечами. Пусть что хочет, то и думает.

- Я вам верю, - говорит герцог, удивленно вскидываю голову: – Джаред никогда не бьет людей просто так. Если мой брат так сказал, значит это правда.

Хотя бы брату вы верите, - про себя думаю я.

- Зачем тогда все эти слова про опасения и сговор?

- Вспылил. Когда ты целый год проводишь вдали, кажется, не знаю, что весь мир против тебя что ли. Чего только не лезет в голову… Злюсь я больше на себя, чем на них.

Повисает тишина.

Свистит чайник. Я отлипаю от шкафа и быстро спешу к плите. Заливаю кипятком заварник, по кухне сразу же распространяется аромат душистого травяного напитка. Нужно немного подождать пока цветы дадут все свои соки.

Его светлость наблюдает за мной, чувствую его взгляд. Он не уходит.

Через минуты три спрашиваю:

- Будете чай?

Рейнард кивает спустя пару секунд раздумий. Медленно подходит, будто бы следя за моей реакцией и берет из протянутой ему навстречу руки кружку.

Я сажусь за небольшой кухонный стол напротив уже занявшего свое место мужчины. Дую на свой чай, чтобы быстрее остыл. Нужно было варенье достать, или мед, но не хочется вставать. Ладно, на ночь сладкое вредно.

В окно барабанит дождь. Над нашими кружками поднимается пар, тусклый огонек маленького светильника колеблется, словно огонь свечи, на стене позади Рейнарда колышется отбрасываемая им тень. Его лицо теперь гораздо ближе, и я могу четко видеть выражение этого по-мужски прекрасного лица.

- Много всего за год случилось, - начинаю я, поставив кружку на стол, пить такой горячий чай все равно не смогу. – Ваши братья, сестра, племянница… все не такое, каким вы помните. Это нормально, что столько всего разом выводит из себя, шокирует…Они тоже ждали вашего возвращения. Верили, что их брат жив. Как не верить? Какие бы ни были у вас отношения, сердце болит, когда дома кого-то нет…это ведь и есть семья… Они просто также обескуражены, как и вы. Прошедший год и для ребят был непростым.

Рейнард, до этого опустивший голову и рассматривающий содержимое своей кружки, поднимает голову:

- Что произошло?

Я собираюсь с мыслями и начинаю рассказ.

«»»»

Юнис оглядывается с недоумением, куда притащили его бездыханное тело: (╯°□°)╯

Рейнард десять минут назад переступая порог смежной с его спальни герцогини и хозяйки дома: (*˘︶˘*).｡.:*

«»»»

Чай в кружке Юнис: Выпей меня! ヾ(´〇｀)ﾉ♪♪♪