25

Что могло понадобиться от меня императрице?

Пробегаюсь глазами по содержимому розового конверта. Ее величество пишет, что будет рада видеть меня на устраиваемом ею чаепитии во дворце в узком кругу ее приближенных.

Странно. Ингрид является женой Доминика уже не один год, но она никогда не стремилась расширить круг своего общения и таким образом заполучить больше влияния среди дворянства.

Наша первая и последняя встреча была во дворце год назад, и я уверена, что, как и я, она обо мне не составила определенного мнения, очень мимолетным было то мероприятие. Права игнорировать приглашение коронованной особы у меня нет, хочу того или нет, я обязана присутствовать на этом чаепитии. Пишу ответ и заверяю, что непременно через три дня буду присутствовать.

Это будет интересно.

Только стоит ли говорить Рею?

Кошу глаза в его сторону. Он крайне серьезно воспринял всю ситуацию и теперь, пока не решит, что ему предпринимать, будет избегать двусмысленных действий, которые кем-то могут быть поняты не так. А еще он уж больно за меня переживает.

Почему мне кажется, что и императрица не ставила в известность своего супруга, что собирается встретится со мной? Женская интуиция подсказывает, что Доминик точно бы не обрадовался, узнай он о подобном.

Хорошо, у жены должны быть от мужа небольшие секреты.

Это первый.

А вторым станет мой визит Шарлотте. Теперь я знаю, где она, и грех не воспользоваться тем, что находится главная героиня в стенах моего же дома.

За свои жизни – не знаю, сколько у нее их было – она так и не узнала, где именно поджидала настоящая опасность. А может, что и вариантов развития событий было множество и предугадать все просто невозможно. Среди сотен тысяч – только один единственный приведет к счастливому финалу.

Мне нужно узнать, что знает Шарлотта, где и сколько раз она терпела неудачу. Этот разговор необходим, чтобы предотвратить концовку.

Герцог сдержал слово.

Этой ночью комната герцогини, смежная со спальней Рейнарда, открыта и в моем распоряжении. На всякий случай проверяю защелку на двери, которая разделяет наши покои. Все еще закрыта. Хорошо.

Номинально мы супруги, но такие отношения…раньше я бы сказала, что недопустимы, однако сейчас уже не нахожу это невозможным.

История изменилась до неузнаваемости. Сюжет уже не вернется на оригинальный путь, пора это признать.

Можно ли мне стать немножко наглой?

Я не хочу уходить. Не хочу покидать свою семью. Джаред, Фелисия, Эдвард и Сабрина – они моя семья, и одна мысль, что придется их оставить причиняла столько боли и мучений…Так можно ли мне остаться здесь, продолжить занимать место, которое не должно было быть моим?

И Рейнард… Хочу узнать, к чему нас приведут эти отношения. Хочу дать нам шанс.

Я не спешу переодеваться в ночную сорочку, жду, когда все уснут, взяв в руки фонарь, кутаюсь в шаль, и иду вниз.

Ночью тут страшнее, чем днем. И одной идти по темному подвалу жутковато. Свет от фонаря отбрасывает на стены причудливые тени.

- Ты пришла.

Шарлотта не удивлена увидеть меня в столь поздний час.

- Я знала, что ты придешь.

- Я тоже это знала.

Тоже мне, великая мудрость, она столько наговорила, как могла я не прийти?

В углу замечаю покосившуюся табуретку. Ставлю на пол фонарь и волоку ее так, чтобы сесть напротив заключенной за решеткой Шарлотты. Девушка тоже подбирается, садится на край своей постели с идеально прямой спиной и закидывает ногу на ногу. Далекие, для деревенской жительницы, манеры.

- Вперед, ваша светлость. Что же вы хотели узнать, что пришли в столь поздний час? Знаете, чтобы сохранить молодость кожи, нужно вовремя ложиться спать, так что же заставило вас так рисковать преждевременными морщинами?

Нет у меня морщин!

Юнис в этом году двадцать четыре, а Шарлотте только-только исполнилось девятнадцать. Но разницы в пять лет, между нами никто бы не заметил.

- Ты каждый раз рождаешься заново с воспоминаниями о прошлых жизнях?

Несмотря на то, что она уже упомянула этот факт, часть меня отказывается верить в этот порочный круг реинкарнации.

- А ты? Откуда вдруг в тебе взялись такие изменения?

Ну, справедливо требовать честности в ответ на свою честность.

- Хорошо. Раз ты так хочешь, то начну первая, - пожимаю плечами.

Думаю, в отличии от остальных жителей этого мира, реакция Шарлотты на новости о том, что весь этот мир – выдумка писателя, будет более предсказуемой. Уж точно не пошатнет ее мировоззрения; той, что рождается и умирает раз за разом.

Когда заканчиваю краткий, без подробностей, рассказ, героиня ухмыляется и кивает:

- Значит, я была права и ты не та Юнис, которую я помню.

- И это все? – реакция весьма сдержанная, я ожидала хотя бы немного удивления.

- Если судить по моему опыту, умирать раз за разом все так же больно, и ощущения, как последние крупицы жизни покидают тело, вполне реальны. Мне плевать, книжный ли этот мир, выдумка ли он неизвестного человека из того места, откуда пришла твоя душа, может быть, и все мое существование тоже всего лишь плод чьей-то фантазии…все это неважно.

Да уж. Это не та реакция, которую я ожидала от персонажа, узнавшего, что все вокруг него, по сути, матрица.

- Я знаю только то, что мои чувства настоящие. Они не придуманы кем-то там сверху.

- А ты…все еще любишь герцога? – произношу вслух вопрос и тут же хлопаю себя ладонью по губам.

Этот вопрос я задавать ей изначально не собиралась.

Шарлотта улыбается, меняет позу. Она поднимает ноги на постель и кладет руки и подбородок на колени. Теперь я могу видеть нашу разницу в возрасте. Главная героиня сейчас похожа на ребенка, которого хочется огородить от всех бед.

- Я не знаю. Моя первая жизнь была так давно. Тогда я действительно его любила. Но со временем…эта любовь стала изматывающей. Если бы мне дали выбор, я бы не хотела снова рождаться. Я бы хотела его спасти, но быть вместе сейчас, это скорее мой долг, чем искреннее желание сердца.

Кусаю губу. Не знаю, что бы делала, если бы она сказала, что любит его так же, как и в оригинале и обвинила бы меня в том, что я заняла принадлежащее ей по праву место.

- Но сейчас у меня уже не получится. Этот Рейнард – другой. Он меня презирает, - девушка в темнице улыбается и качает головой, ей кажется весьма забавным поведение главного героя.

- Сначала я думала, что ошиблась. И его перемены были очень мне интересны. Поэтому и пришла на прием. Тебя я тоже решила проверить. Потому что отличия были уж очень странными. А то, что герцог не попал в кораблекрушение, как было всегда, заставило меня думать, что в этой жизни он тоже помнит прошлое. Тогда и чувства его ко мне должны были остаться. Так что я немного его спровоцировала. И, как видишь, это закончилось тем, что я оказалась здесь. Не думала, что в поместье есть темница. Что-то новенькое.

Мы немного молчим, я смотрю как мерцает магический свет фонаря.

- Сколько жизней ты прожила?

Шарлотта пожимает плечами:

- Я не помню. Сложно вести счет, когда все начинается каждый раз заново. Даже все мои заметки обращаются прахом с новой смертью. От прошлых воплощений не остается и следа. Думаю, раз за разом я немного схожу с ума…Но с твоим приходом, мне кажется, есть надежда, что все изменится.

- Ты говорила, что конец неизбежен, - напоминаю ей я.

- Да. Один и тот же. Мы с Рейнардом все равно погибаем. Погоди, я знаю, что ты хочешь спросить! Я пыталась менять сценарий. Даже старалась вообще не встречать его, думала, что так, я смогу избежать гибели в таком молодом возрасте. Но…- героиня качает головой и продолжает:

- Словно злой рок... Или божья воля, как мне казалось, расплата за грехи…Возможно, это и есть сила книжного сюжета, спасибо тебе, я теперь знаю. Стоило попытаться идти по другому пути, не спасать Рейнарда, избегать нашей встречи, как я погибала даже раньше, чем должна была изначально. Нападение разбойников, несчастный случай, природный катаклизм, смертельная болезнь, ложные обвинения в преступлении, встреча с диким зверем, преградившим путь…Я поняла, что от судьбы не уйти. Быть рядом с Реем поможет мне выиграть чуть больше времени, а смерть будет менее болезненной и внезапной. И я продолжала верить, что рано или поздно смогу изменить наш конец…Но ничего не получалось. Пока не появилась ты, - в свете фонаря голубые глаза Шарлотты блестят победным блеском.

Вот почему она находит любовь к герцогу изматывающей. Каждый раз, зная конец, все равно быть с ним рядом, пытаться изменить хоть что-то и все равно попадать в ловушку истории. Понятно теперь, почему она совершенно не расстроена, что Рейнард, нынешний Рейнард, отдал предпочтение мне. Для нее это уже не любовь, а обременение.

- Вперед, спрашивай, все, что хотела. Буду только рада помочь. Между мной и герцогом в этом жизни нет никаких чувств, и я все еще жива. Это все благодаря тебе, Юнис. Если все мы герои книги, то подчиняемся сюжету и не можем изменить свою судьбу, как бы не пытались, но ты – настоящая ты, а не твой персонаж – иная. Чужеродный элемент. Тебя никогда не было и не должно было здесь быть. Поэтому у тебя и развязаны руки. Ты была изначально свободна и смогла освободить от предначертанного окружающих тебя людей.

Я обнимаю себя подрагивающими руками за плечи.

- Только ты можешь все изменить. Поэтому, спрашивай, Юнис.

Спустя час мы заканчиваем.

- Юнис.

- М?

- Могу я надеяться на улучшение моих жилищных условий? – Шарлотта улыбается и поигрывает бровями.

Киваю.

Нет больше смысла держать героиню в темнице. Завтра поговорю с Рейнардом и попрошу его выпустить девушку. А сейчас – спать.

Кровать в комнате хозяйки дома – уж не знаю, самовнушение ли это – потрясающе удобная. Так не хочется вставать с утра. Но нужно.

Рей не кажется довольным моей просьбой переселить Шарлотту из подвала в дом. Но его светлость не может не понимать, что вечность удерживать человека в подобных условиях просто нереально, так что ему приходиться согласиться. Уж не знаю, отчего он так ее боится, но ожидания его не оправдываются. Девушка больше не ищет встречи с главным героем.

А поскольку в гостевом крыле идут ремонтные работы, Шарлотту селят в крыле для прислуги. Она не возражает. Шарлотта вообще не прихотлива, что в принципе неудивительно, учитывая, сколько всего она пережила, такие мелочи ее вряд ли волнуют.

Родители Юнис ее приняли у себя только потому, что у Шарлотты было чем их шантажировать. Оказывается, отец наделал немало карточных долгов, вот почему он так отчаянно искал со мной встречи – хотел просить денег. Но благородные семьи, такие вещи, которые могут нанести урон репутации рода, держат в тайне.

Мы с Шарлоттой договорились, что она может жить у нас сколько ей понадобится, заниматься тем, что ей по нраву и уйти, когда пожелает. Уж это-то для меня совсем несложно устроить.

За эти три дня до чаепития во дворце Шарлотта почти из комнаты и не выходит. Хотя она уже не пленница. Ну что ж, это ее право.

Рейнард занят больше обычного, даже немного обидно, что, упорно начав доказывать мне, что я его настоящая жена, он так скоро потерял интерес. Правильно ли я вообще его поняла?

Как бы то ни было, три дня до назначенной встречи проходят быстро. Я повторила еще раз этикет, чтобы не попасть впросак и подобрала наряд. Не слишком броский и праздничный, чтобы не оказаться наряднее чем пригласившая меня хозяйка, это было бы реально невежливо.

В приглашении был пропуск, который показываю на въезде во дворец и благодаря которому меня пускают на территорию без лишних проблем. Дворец, как и раньше, величественен и прекрасен. Каждая травинка, каждый кустик пострижен идеально. До этого мне довелось посетить только тронный зал, сейчас же уже поджидающий, чтобы сопроводить слуга, вежливо кланяется и ведет меня по холлам и залам в комнаты императрицы Ингрид.

Императрица восседает на стуле с мягкой обивкой и резными ножками в светло-желтом платье, которое ей очень идет. Ее цвет лица несколько бледноват, россыпь веснушек особенно выделяются, но карие глаза лучатся теплом. Темно-медные волосы собраны в высокую прическу, пара тонких прядок обрамляет лицо.

Ей уже около тридцати, но выглядит ее величество как моя ровесница.

- О, ваша светлость! Проходите, рады вас видеть.

За большим овальным столом в этой по-девичьи декорированной гостиной-столовой помимо нынешней матери империи еще четыре дамы. Дочь мэра столицы, жена известного своим консерватизмом графа, супруга военного генерала и хорошо знакомая мне… Жозефина Стромгейл.

Подруга поднимает руку и вяло машет:

- Приветик, Юнис.

- Жозефина? – удивление не поддельное.

За все время нашего знакомства тема о ее происхождении обходилась стороной. Мне неловко было спрашивать и затрагивать столь деликатные подробности, а сама смотрительница зоосада не спешила развеять мое любопытство. Остальные были не лучше, кто же на самом деле эта девушка версий было множество. Какие только догадки я не слышала!

- Ага, давно не виделись! – усмехается рыжуля.

Это сарказм, последний раз встречались на приеме в поместье Эккартов, недели еще не прошло.

- Проходите-проходите, Юнис! Я очень рада, что вы приняли мое приглашение.

Императрица улыбается и подает знак горничной, чтобы та организовала мне место по правую руку от нее самой. Ого! Это большая честь, сидеть рядом с хозяйкой мероприятия, а тем более, если это сама ее величество.

- Благодарю! – отвечаю с улыбкой.

Кажется, никто здесь не настроен ко мне негативно. И даже графиня Брук, та самая, чей муж – первый консерватор империи и приверженец традиций, а также ярый шовинист – вполне себе мило мне кивает, хотя мы пока что друг другу официально не представлены.

- Юнис, давайте я всех вам представлю, - начинает императрица знакомство.

- Это Жозефина, - мои брови летят вверх.

Поскольку я герцогиня и формально титул мой выше всех присутствующих дам, именно мне, а не меня им и представляет императрица, как и престало хозяйке дома. Но первым представляют обычно самого высокого по статусу среди присутствующих, а последним – не в обиду - самого низшего.

Так что, факт, что Ингрид начинает с Жозефины, очень удивляет. Кто же такая моя подруга на самом деле? Нужно было не скромничать и спросить у нее напрямую раньше.

- Моя младшая и единственная сестра! – гордо провозглашает императрица.

Нет. Слов.

И я еще чувства ее жалела! Боялась задеть рану на сердце Жозефины. Вот же лисица!

Младшая сестра Ингрид и свояченица императора хитренько улыбается, явно наслаждаясь моей реакцией.

- Ини, не стоило утруждаться, мы с Юнис давние подруги.

- Вот как? А я не знала. Юнис, Жози у нас немного самобытная, она с детства такая. Я рада, что вы дружите, моя сестра обычно предпочитаем общество зверей общению с людьми, как бы я не старалась изменить эти ее привычки, она очень упрямится.

Кажется, ее величество действительно переживает о своей младшей сестре.

Но Жозефина, вот же партизанка! Никто и не догадывается, а кто знает - молчит! Даже Лавиния, которая ее безумной в своих статьях называет, в страшном сне может представить такой поворот событий.

Божечки!

Рыжеволосая бестия закатывает глаза в ответ на причитания сестры и посылает мне довольную улыбку. А отношения у них действительно теплые, семейные. Это заметно невооруженным взглядом. Интересно.

Далее императрица Ингрид представляет мне графиню Лору Брук, Карину Ричмонд, жену генерала; Пенелопу Воган – дочь мэра, только недавно дебютировавшую в обществе, она самая молодая среди нас.

Вопреки ожиданиям, собравшиеся здесь дамы, попивая чай и кушая пирожные, обсуждают далеко не платья и украшения.

- В Кармии зреет бунт. Полагаю, что очередные налоговые льготы для высшей знати не обрадовали обремененное долговыми бумагами население, - говорит графиня, пригубив чашку.

Леди Пенелопа кивает с обеспокоенным выражением лица:

- Ничего удивительного. Предпосылки подобному появились еще лет пять назад. Когда мы с отцом посещали одну из пограничных провинций нашего восточного соседа, уже тогда встреченные нами караванщики жаловались на растущие постоянно цены на продукты и налоги на скот.

Императрица задумчиво кромсает на блюдце кусочек торта.

- Карина, что думаешь? Есть ли вероятность того, что бунт выльется в гражданскую войну? Не пострадает ли от этого империя, как ближайший сосед с самой протяженной границей?

Жена генерала пожимает плечами:

- Конечно, ваше величество, шейху Кармии желательно предотвратить ситуацию, пока она не вылилась во что-то большее, на корню. Но причин недовольства властью у простых поданных множество, и боюсь, вооруженный разгон мятежников может вылиться лишь в большее усугубление конфликта. Дипломатические способности шейха, при всем уважении, вызывают разумные сомнения, что он пойдет на уступки недовольным. Мой супруг со дня на день собирается просить у его величества позволения на стягивание части вооружения и дивизий к востоку. На всякий случай, если так можно выразится.

- Разумно, - кивает Лора Брук. – Предупрежден, значит, вооружен.

Я же молча делаю выводы. Это далеко не дамское «чаепитие» как назвала скромно императрица в приглашение данное событие.

Кто сказал, что жена императора – безвластная кукла, чья цель существования родить наследника. Глупости какие! Да тут собирается информация, причем женщины эти осведомленнее мужчин, да даже самого императора.

По большей части в разговоре участия я не принимаю. И Жозефина тоже. Та скучающе подпирает подбородок рукой, а другой гоняет вилкой по тарелке виноградинки от съеденного ею пирожного.

Про девичий род императрицы мало что было известно. Но о том, что у нее есть сестра точно в широких кругах не догадываются. Фамилии у девушек разные. Хотя, да, вот так вот сравнивая их, когда уже известно о родстве, начинаешь замечать общие черты во внешности. Тот же разрез глаз и одинаковая улыбка.

- Что ж, благодарю за то, что пришли. Следующая наша встреча в доме Пенелопы. Надеюсь, остальные смогут присоединиться, из-за моря вернется Неллис, очень будет интересно ее послушать.

Императрица встает из-за стола, и мы все встаем следом. Кроме Жозефины, конечно. Ей такая наглость позволительна.

- Юнис, останьтесь ненадолго.

Я так и думала, что Ингрид пригласила меня не просто попить чай и послушать о делах международного значения.

Кажется, все же стоило сказать Рейнарду, что иду на чай во дворец.

Потому что чутье подсказывало, что то, о чем мы будем сейчас говорить с императрицей, касается герцога в том числе, и так или иначе мне придется ему рассказать по возвращении обо всем. И муж вряд ли будет рад, узнав, что я умолчала о визите во дворец.

Ох, Юнис, ну ты и влипла.

«»»»

Шарлотта*покидает темницу.

Рейнард в боевой готовности визжать и отпрыгивать в сторону.