7

Неудивительно, что с утра я встаю полностью разбитая. Не выспалась, голова гудит от не отступившего из-за событий накануне напряжения.

- Ммм, ваша светлость?

- Варрх, Ирма! – я подпрыгиваю в постели и хватаюсь за сердце. – Как долго ты здесь?

Неужто наблюдала за тем, как я сплю? Как-то это стремно.

Девушка мнется, не поднимая головы, рядом с кроватью.

- Ваша светлость?

- Что? – я пытаюсь пригладить превратившиеся в воронье гнездо за ночь волосы, разглядывая себя в уголке напольного зеркала, где, если наклонится в сторону, виднеется мое невыспавшееся лицо.

- Ммм, там слуги вернулись, они интересуются, можно ли им приступить к работе.

Ох, верно. Вчера Уоллис всех отпустил. Да и за последние пару дней у меня о работниках дома не лучшие впечатления.

Как быть?

Вроде и увольнять столько людей не хочется, все же они должны кормить свои семьи, а с другой стороны, я тоже должна позаботиться о своей собственной. И кто знает, есть ли среди слуг предатели.

Копии бумаг из сейфа, разложенные на столе в библиотеке, я поручаю сторожить Эдварду, сама же направляюсь в банк. Снова. Прайм Банк встречает своих клиентов широко распахнутыми дверями. А для особо важных персон здесь имеются приватные комнаты, подается кофе или чай с дессертом.

В одной из таких я и жду работника банка.

Чтобы узнать номер личного, одного из тайных счетов Рейнарда, пришлось немного постараться.

Ну, во-первых, кабинет хозяина дома после его отъезда был под замком. Даже слугам нельзя было входить, чтобы там прибраться.

А ключ – угадайте – хранился у дворецкого, всем сердцем оберегающего этот дом, ага. Я нашла его в одном из ящиков стола Уоллиса прошлым вечером, пока мы ждали прибытия следователей.

Ничего постыдно в том, чтобы полазить среди вещей своего законного супруга я не видела. Поэтому гордо выпрямив спину, из библиотеки направилась прямиком на третий этаж в хозяйское крыло, отворила дверной замок и попала в страну кошмаров любой уборщицы.

Хорошо, по тому количеству пыли на всех поверхностях и полу можно сделать обнадеживающий вывод, что носа сюда Уоллис не казал. Книги везде, груды бумаг, сломанные ручки, старые чернильные пятна, какие-то вырванные и затем смятые в комки страницы то здесь, то там валялись комочками, напоминающими снежки.

Я серьезно. Настоящий хаос!

Я еще думала, что книжная лавка в магическом квартале не имеет никакой структуры, и что там в жизни не найдешь, то, что тебе нужно. А это я просто эту комнату не видела!

Хотя, кто-то вполне может назвать этот бедлам творческим беспорядком. И я уверена, что герцог прекрасно ориентируется, где у него что лежит. Поэтому, наверное, и запрещал заходить сюда служанкам с тряпками и метелками от пыли – наведут порядок, в жизни потом ничего не найдешь.

Начала с шкафчиков письменного стола – кладезь всяких тайн - периодически оглашая комнату звонкими чихами. Старая пыль кружилась в воздухе, подсвечиваемая солнечными лучами, пробивающимися сквозь не плотно занавешенное окно.

В комнате стоял запах добротного дерева, старой бумаги и чернил. А еще слабый отголосок мускусного аромата, с нотками сандала, кедра и перца, сама не заметила, как начала дышать глубже, приятный запах. Освежитель? Свечи?

Повезло, нечего сказать.

В первой же открытой мной записной книжке обнаружились номера секретных – да ладно, охрана никудышная – счетов герцога. И еще кое-что интересное. Ежедневные заметки Рейнарда. Старенькие, сделанные до женитьбы на Юнис. Касались они в основном деловых вопросов. Что-то про договоры, встречи с партнерами и тому подобное.

Я провела кончиком пальцев по четко выведенным на бумаге буквам. Острые, решительные линии. Такие же, как и характер самого автора.

Рейнард человек, уходящий в дело с головой. Он предпочитает концентрироваться на чем-то одном, а не хвататься за все подряд и распылять свое внимание. В меру осторожный, но также готовый к риску и потерям.

А еще он верит в своих людей. Даже слишком. И потом будет винить себя в гибели своей команды, того экипажа, с которым он не побоялся отправится на другой материк через огромный океан.

И несмотря на ситуацию с дворецким, я не могу винить герцога. Здесь нужно понимать, что виноват тот, кто предал доверие, а не тот, кто без слов верил и любил человека. Как я могу злиться на его светлость за такие человечные чувства, на которые далеко не каждый способен?

Я не хочу обрекать его на эти муки вины. И сама от чувства вины страдать тоже желанием не горю. Будь что будет, раз уж взялась менять сюжет, поздно отступать.

Но да, неприятный осадок есть, Рейнард не прав в том, что не уделял времени своей семье. Надеюсь, что когда он вернется, то поймет, где ошибся и постарается исправится. Я же сделаю все, чтобы для этого было не слишком поздно.

- Какую сумму желаете перевести? – услужливо спрашивает сотрудник банка.

- Вот эту.

Как по-другому отправить сообщение герцогу, чтобы оно не вызвало подозрений и не насторожило покушающихся на жизнь Рейнарда - они могут сменить тактику, и тогда их действия станут полной неожиданностью, если узнают, что нам известно о готовящемся кораблекрушении – главный вопрос.

Значит, Майклу Розье подобные опасения в голову тоже должны были прийти. А Уоллис-то задержан правоохранителями, и все доказательства, в том числе о покушении, в управлении. Там тоже может быть не без соглядатаев, готовых быстро доложить, что план их нанимателя раскрыт.

Ох, думается мне, что лучший друг Рейнарда этой ночью вообще не спал и до сих пор где-то бегает, решая проблемы и продумывая стратегию.

Я протягиваю работнику бумагу с вереницей цифр. Сумма там приличная. Но для Эккартов вполне допустимая.

Шифр использовать идея возникла еще в прошлый раз. Я тогда решила просто уточнить насчет возможностей банка, с помощью которого и можно было бы осуществить операцию по переводу денег, на всякий случай, но кто знал, что эти сведения пригодятся так быстро, уже на следующий день.

Тупо присвоить буквам их порядковое число в алфавите слишком уж было банально. Здесь если увидит, кто-то, кому не следует, может легко понять и расшифровать сообщение. Но и мудрить так, чтобы и сам Рейнард не смог понять, тоже не нужно.

Как тогда быть?

Есть один замечательный способ. Мне про него папа в детстве рассказывал. Можно присвоить номера гласным буквам по порядку. Например, А – это 1, Е – 2 и так далее, а последняя буква Я – 9.

С согласными посложнее. Первая согласная Б, расположенная справа от буквы А, имеющей номер 1. Значит, ее номер 11. Буква Д – четвертая по порядку от А, обозначается числом 14. Аналогично, например, Н, пятая справа от гласной буквы И, обозначенной числом 3.Поэтому ей соответствует число 35. Это правило действует соответственно для остальных букв.

Алфавит империи Резарта, как и язык, очевидно не русский, но принцип шифрования к нему применим. А вот цифры такие же, как и на Земле, арабские, традиционный набор из десяти знаков от 0 до 9. Здесь автор не заморачивался. На том и спасибо.

Мое послание, зашифрованное с русского, выглядело бы так: 35.1.41.1.14.2.35.3.2.34.4.42.2. Представьте без этих точек сумму, огромная, согласна.

Но на всеобщем языке - на котором говорит большинство людей этого мира, и который гораздо проще русского, великого и могучего, да и алфавит, в котором поскромнее раза в два с половиной - сумма вполне реальная, хотя тоже не маленькая: несколько миллионов золотых, сотен, тысяч, десятков, и даже копеек после запятой.

Что в переводе: «НападениеМоре, 2409». И ради этих двух слов, и даты предрекаемого после запятой события, я еще и комиссию банку за перевод заплатила. Немаленькую. Ладно, все равно не мое золото. Да и эта нехилая сумма из семьи не уходит, получатель его светлость Рейнард Эккарт.

Надеюсь, стоило того и до герцога деньги дойдут вовремя, скрестим пальцы, что он в банк во время остановки в порту наведается, и, что самое важное, поймет шифр. Должен.

Неизвестно откуда вдруг такая сумма денег падает на счет, о котором никто не должен знать из чужих; информации верить можно, и цифры эти не из ниоткуда взялись. Оставалось верить, что Рейнард разберется. Все-таки он главный герой этого мира. Я возлагаю на него большие надежды.

Когда с этим делом покончено, выхожу в вестибюль банка, собираясь покинуть здание и вернуться в поместье, как слышу пронзительные крики возмущения у стойки информации, за которой сидит администратор, встречающий клиентов, чтобы затем отправить их согласно их вопросу к столу нужного сотрудника.

- Как заблокирован? Да вы знаете, кто я такая? Как может быть мой банковский счет заблокирован? Немедленно позовите сюда менеджера! Нет! Директора, управляющего этим банком!

Ох, сколько же возмущения, даже голова заболела. Бедная администратор, она такие вопросы не решает, ясно же, нужно к служащему банка идти. Да и мы люди цивилизованные, на бесплатный концерт девичьих криков попасть не желали.

Я мимоходом разглядываю девицу, стоящую ко мне в профиль. Волосы цвета воронова крыла уложены красивыми локонами, струящимися вниз по корсету кокетливо красного платья, в ушах блестят бриллианты, наряд обтягивает грудь и талию так, что я удивляюсь, как она вообще дышит. Красивый носик дерзко вздернут, губы пухленькие, мимикрируют возмущение своей хозяйки.

Странно, девушка кажется мне на удивление знакомой.

Пока я пересекаю огромный зал, где обслуживают обычных клиентов за выставленными в длинные ряды столами, к девице подходит мужчина с дежурной улыбкой и что-то вежливо ей втолковывает. Ее лицо вижу плохо, но думаю, реакция самая что ни на есть шокированная.

- Да как она посмела! – ревет брюнетка во всю мощь своих легких.

Совершенно ее не волнуют окружающие люди. А между прочим, все клиенты банка давно глядят в ее сторону, позабыв о своих делах, и вместе с ними и обслуживающие их сотрудники банка.

Я цокаю на низких каблучках своих туфель по мраморному полу мимо стойки администратора. В возникшей тишине особенно громкий звук.

Скандальная девица оборачивается. Челюсть ее нуждается в спасителе, который мог бы поймать и вернуть ее, летящую вниз в удивлении, на место. Никак не припомню, где я ее видела. Даже замираю на ходу, зарываясь в память прежней Юнис.

- Ты!

Вот же угораздило!

Все встало на свои места.

Передо мной очередная родственница супружника. Единственная истинная леди герцогского семейства Эккарт.

Фелисия Эккарт, узнавшая о том, что я заблокировала ее банковский счет со всеми причитающимися ей денежками.

- Пусть возвращаются только те, кто не был близок с дворецким. Знаешь таких?

- Д-да, - Ирма дрожит.

- Ты лучше меня в курсе, кто и с кем дружил, какие ходили слухи, верно? Если будут вопросы, говори, что так приказала герцогиня. А если кто-то будет продолжать спорить, отправляй ко мне. Поняла?

- Да!

Дверь за служанкой захлопнулась, и я снова упала на подушки.

Часы на стене показывали время пол восьмого.

Проснись и пой, Юнис! Впереди новый день. Кажется, прошлой не два дня новой жизни в романе, а целая вечность.

К счастью, кухарки вернулись к своей работе почти в полном составе, потому что завтрак сегодня был особенно шикарным.

Словно не на двух человек, а на целую армию придирчивых ко всему девиц расстарались. Как быстро работает сарафанное радио, про арест Уоллиса все уже в курсе. Теперь боятся за свои места и стараются изо всех сил. Ну, страх давно известен как прекрасное средство управления людьми.

Вообще даже если я бы всех уволила и набрала новых людей, это все равно не дало бы никаких гарантий, что среди них не затесался шпион или предатель. Быть несправедливой к непричастным, кто неуважительно себя вел под угрозами дворецкого, тоже не в моем стиле.

Но проверку я все же проведу. Бумажки из сейфа помогут. Много среди них всякого разного.

Эдвард через стол напротив был ненамного лучше меня, зевал и клевал носом. Но уплетал жаренные яйца с беконом с большим аппетитом. Растущий организм! Я с утра такую тяжелую пищу есть не могу, так что простой овсянки и чашки кофе мне хватило за глаза.

На повестке дня стояла еще одна проблема.

- Я хочу вызвать врача, - сообщила я, дождавшись, когда Эд умнет вторую порцию яичницы.

- Тебе плохо? Где болит? – заволновался парень.

- Не себе. Тебе. И не спорь, - поднимаю руку, замечая на его лице признаки возмущения. – Это не обсуждается.

Пока не получу подтверждение, что он здоров, я не успокоюсь.

- Тогда тебя тоже пусть проверят. Он тебя вчера ударил. Хлыстом по плечу.

Разве? Было такое?

Я в порыве гнева вообще ничего не заметила и боли не почувствовала. Поднимаю руку и закатываю рукав. Сине-фиолетовый синяк на предплечье подтверждает слова Эда.

- Договорились!

Лицо шурина немного светлеет. Но тревога из глаз не пропадает.

Вызванный врач прибывает быстро, осматривает Эда, выписывает лекарства и заверяет меня, что угроз для жизни нет, телесные повреждения заживут через пару-тройку недель. А вот шрамы свести – обращаться нужно к работающим с магией целителям. И на том спасибо, Уоллис силу свою более-менее контролировал, до изнеможения побои не наносил. Только от этого совсем не легче.

Про психологические травмы во время консультации с врачом речи не заходит. Люди здесь и не думают о такого рода вещах. У меня же просто синяк. Ничего страшного. Для быстрого заживления рекомендовали накладывать тонкий слой мази.

Что ж, лучшее средство против хандры – активные действия. Эдвард молодец, не унывает, и я тоже не должна. Говорить он об этом не хочет, и я заставлять его не желаю, когда будет готов и, если захочет, я всегда выслушаю.

А пока, лучше нам заняться полезными вещами и не предаваться тоске.

Я же купила целую кучу книг вчера! И Эдвард все еще наказан. Так что каждый день с него конспекты.

Так мы и оккупируем библиотеку герцогского дома на первом этаже. Огромные стеллажи книг, и - большое уважение человеку, ответственному за это место - все книги рассортированы по темам и по алфавиту для более простой ориентации. Да и сами труды в прекрасном состоянии, хотя многие, я не сомневаюсь, довольно старые издания. А запах какой! Запах книг!

Потрясное место. Атмосфера так и располагает учиться и расширять кругозор.

Эдвард пыхтит за выданными учебниками, до этого я повторила рекомендации вчерашнего мага Дана по тому, в каком порядке лучше начать обучение; водит по тетрадям чернильной ручкой, пачкается сам и сажает пятна на рукав домашней рубахи. Но сами листы на удивление чистые, без клякс и черных пятен. Загадка.

Я же разложилась за соседним столом с бумагами из сейфа дворецкого. Это те самые экземпляры, которые мне откопировал своим артефактом Майкл.

Кроме того, что нужно встретиться с Мелвином Бестом, мы больше с Майклом Розье прошлым вечером ни о чем не договорились. И он явно не хочет вмешивать меня в свои планы по тому, как он собирается предотвращать кораблекрушение и следующие покушения на Рейнарда.

Считает, наверное, что не стоит женщине в это лезть. Может, к неудаче, или же думает, что помощи от меня все равно не будет, только разволнуюсь лишний раз. Он видел, как я на эмоциях помчалась на Уоллиса, и как реагировала на его не принятые в уважаемом обществе резкие, даже агрессивные, выпады.

Вполне адекватная реакция, как по мне. Я же девочка, как никак, и понимаю, что мужчина, даже слабый, физически сильнее меня. А что уж говорить про такую гору мышц как это Розье.

Ну ладно, я тогда поступлю по-своему и тоже ему не скажу. На всякий случай. Женщин здесь принято всерьез не брать, так что, может, и наши злоумышленники будут следить теперь за Майклом и каждым его шагом. Действовать самой будет проще и даже безопаснее.

Хорошо, что среди записей Уоллиса была и карта с маршрутом его светлости. И примерные пункты остановок, где команда должна будет пополнить провиант, получить и отправить почту.

Последняя остановка будет в порту острова Святой Илларии. Крупный город, там должно быть отделение банка. Примерно дня через три-четыре корабль герцога войдет в те воды. Попытка не пытка.

«Я все равно ничего не теряю» - подумала я, планируя сегодня очередной визит в отделение банка.

Следующими бумагами, которые меня интересовали, были те самые доклады детектива, которого наняли от моего имени, чтобы следить за вторым сыном Эккарт Джаредом и третьей, а по сути, единственной молодой леди рода, Фелисией.

Через полчаса я захлопнула папку с докладами в растерянных чувствах.

Все куда хуже, чем я думала.