Глава 29

- Ве-е-е-та! - Алиса повернулась ко мне, лицо раскрасневшееся от восторга и ветра. - Это самый лучший день в моей жизни!

- И в моей! - крикнула я в ответ.

Аэрион сделал круг и начал снижаться. Плавно, аккуратно. Земля приближалась. Через минуту мы уже стояли на твердой почве. Я слезла с птицы на подкашивающихся ногах. Адреналин все еще бурлил в крови. Сердце колотилось как бешеное. Руки тряслись - но уже не от страха, а от переизбытка эмоций.

Герцог подошел, протянул руку, помогая мне спуститься.

- Ну как? - в его глазах плясали смешинки. - Все еще не боитесь высоты?

- Ой, да хватит вам, - выдохнула я, но улыбалась во весь рот. - Это было… ох... у меня нет слов!

Алиса спрыгнула следом и тут же повисла на моей руке.

- Еще! Еще раз! Можно еще?

- Нет, - твердо сказала я. - Одного раза достаточно. У меня сердце еще не успокоилось.

- Но это было так здорово! - ныла падчерица.

- Было, - согласилась я. - Поэтому давай сохраним это как особенный момент. А то если будем летать каждый день, это перестанет быть волшебным.

Алиса задумалась, потом кивнула.

- Ладно. Но когда-нибудь еще полетим?

- Обязательно, - пообещала я.

Герцог смотрел на нас с какой-то необычной для него мягкостью.

- Вы обе были... оглушающе прекрасны, - произнес он.

- Мы орали как резаные, - фыркнула я. - Весь парк нас слышал.

- Именно поэтому и оглушающе прекрасны, - усмехнулся он, выделив голосом «оглушающе». – Думаю, вам обеим сейчас не повредит что-то вкусное, как думаете?

- Да! – закричали мы с Алисой и весело рассмеялись, когда на нас оглянулось несколько прохожих.

И у нас снова было какао, а к нему имбирные пряники. И напиток опять был очень вкусным, но до того, что готовил герцог, снова не дотягивал. По моей убедительной просьбе мы уселись на качели, герцог долго сопротивлялся, но потом уступил. Хоть и ворчал, что мы как маленькие. Пили горячий напиток и потихоньку раскачивались. Алиса между нами заерзала.

- Там волшебные шары. Можно я посмотрю ближе?

Я кивнула, проследив за ребенком глазами, пока она бежала к шарам, и вздохнула.

- Удивительно, - сказала сама себе, но Северин меня услышал.

- Что?

- Мы уже пьем которое по счету какао, казалось бы – один напиток, но вкус почему-то всегда разный.

- Так ведь и рецепты у всех разные, - сказал герцог так, словно ничего удивительного в этом нет.

- Да какой там рецепт? Молоко, какао, сахар? Они ведь общие для всех.

- Почему? Сахар можно заменить на мед. Кроме того, сахар бывает ванильный, ореховый, жженный. Потому и вкус у какао будет отличаться. А еще… - герцог внезапно умолк, словно задумавшись.

- Что? – спросила почти шепотом.

- Да так… - лицо Северина смягчилось, сгладилась морщинка на переносице. – Вспомнил, как мне бабушка это все рассказывала.

- Судя по вашим рассказам, она была чудесным человеком.

Герцог поднял на меня глаза. В них уже не поблескивали, а просто сияли золотые огоньки, как солнечные зайчики в реке.

- Из всех прилагательных вы выбрали самое идеальное слово – чудесная. Именно такой она и была. Создавала чудеса и дарила их всем, кого любила. Я больше не встречал людей, подобных ей. И думал, что не встречу.

Наши взгляды были прикованы друг к другу. Его глаза сияли и манили своим светом. И мне ужасно, просто до одури захотелось, чтобы этот свет из них не уходил. Северин чуть наклонился ко мне. Из его рта вырвалось облачко пара. Я на секунду представила, каково это – поцеловать его своими горячими от напитка губами? Ощутить поцелуй на вкус, как это какао и пряники.

Наверное, герцог подумал что-то такое же хмельное, потому что его взгляд утратил золото и залился непроглядной тьмой, заставив меня в ответ тоже чуть наклониться к нему.

- Смотрите, какой у меня шар! – между нами влезла Алиса, радостно ерзая попкой на сиденье и тыкая разноцветную сферу то мне в лицо, то герцогу.

Я откашлялась, отворачиваясь. Северин тоже отстранился, его лицо снова стало непроницаемым.

Момент был упущен.

Алиса устроилась между нами поудобнее, обнимая свой шар и щебеча о том, как она выбирала самый-самый красивый из всех.

А я смотрела в звездное небо и думала - а оно мне надо? Влипать в отношения с человеком, с которым через девять дней придется расстаться?