Глава 21

Дана. Чеслав не покидает моих мыслей… Он словно всегда в доме. Когда я мою посуду или готовлю обед, прогуливаюсь с Лесси, он со мной… Как может малознакомый человек так прочно засесть в голове? Просочиться в сердце и стать его частью? Я ведь никогда не верила в любовь с первого взгляда, а сама попала в эту ловушку. Я чувствую, что он мой человек… И все тут… Даже если реальность говорит об обратном… Переживаю за него, гоняю в голове думки о причинах его поведения. Что, если он не знал о диагнозе жены? Она ведь не просто так спрятала карточку в тайнике? Не хотела признаваться… Какой у нее был повод не говорить мужу о проблеме? Пылесос наполняет пространство тихим рокотом. Я не сразу замечаю возвращение Ксюши. Смахиваю с поверхностей пыль, раскладываю на диване в гостиной подушки… В общем, отвлекаю себя, как могу. – Привет, Дана, – с облегчением протягивает Ксю. – Привет, дорогая. Я позвонила учительнице и заеду к ней через час. Что тебя беспокоит? – Все нормально. Папа пообещал дать денег с аванса. Пойдем покупать мне новые наряды? А на обратном пути можем заскочить в кондитерскую. Ты как? – С удовольствием, моя хорошая, – глажу ее по щеке. – Что получила сегодня? – Пятерку по истории. Кормить будешь? – Дай мне пять минут закончить с уборкой, ладно? Иди, помой руки и переоденься. Ксюшка с удовольствием уплетает суп с чечевицей и котлеты из индейки, рассказывая о единственном, по ее мнению, человеке, неспособном на предательство – Ваньке Фёдоровом. Я внимательно ее слушаю, поглядывая на часы – совсем скоро за мной приедет Петр, а я не готова от слова совсем. Ни макияжа, ни нарядной одежды… – Ксюня, отпустишь меня на пару часиков? – Конечно, Дан. Иди, собирайся. Я болтать могу круглосуточно, ты меня в следующий раз останавливай, – смеется она. Красавица моя, будущая сердцеедка… Уверена, что Ванька по уши в нее влюблен – вот и секрет его преданности. Воздух звенит от ароматов домашней еды и пирога с грушей, милого щебетания Ксюши и поскуливания Лесси, тихого стука настенных ходиков… Я с трудом отрываю себя от дома… Никуда бы не уходила, так и сидела в кухне и кормила близких… Однако, вопреки собственным желаниям, бреду в ванную и становлюсь под душ… *** Петр приезжает немного раньше условленного времени. Терпеливо ждет, пока я бегаю по квартире, держа в одной руке фен, а в другой – щетку для волос. Макияжем пренебрегаю, выбираю для встречи наряд из строгих, черных брюк и кремовой блузки из шелка. – Привет, – выпаливаю, запыхавшись и ослабляя пуговицу на воротнике. – Прости… Замоталась с уборкой и обедом. – Ого! Вот это Чесу повезло, – улыбается он, запуская двигатель и трогаясь с места. – Ты ведь не обязана это делать, Дана? Или… У вас есть договоренности? – Я живу в его доме, пока не найду работу и новую квартиру, – произношу глухо и отчего-то краснею. От одной мысли о переезде душа скручивается в болезненный узел. – Понятно. Я могу помочь, но… Кто ты по образованию? – У меня незаконченное высшее образование. Медицинское. Я работала медсестрой. Потом ушла из профессии, в последнее время помогала Андрюше в фирме по установке систем видеонаблюдения. Петр, прости за мою нетерпеливость, но… – Нашел, нашел. Просто мне нравится с тобой болтать, – расслабленно улыбается он. – Дана, мне пришел отчет сотрудников ГИБДД, приехавших на место аварии. Я три раза перечитал, но… Ошибки быть не может – Валерия Ланг выехала на красный сигнал светофора целенаправленно. Следов торможения не было, понимаешь? – Не понимаю… То есть, ты хочешь сказать, – хриплю, словно в горло насыпали песок. – Она хотела сама… Как она могла не тормозить? А машину проверили? Возможно, отказали тормоза и… – Экспертиза не установила каких-либо поломок. Машину Валерия приобрела в автосалоне, она была новой. Она ехала на красный и не тормозила. Вот и все. – Так вот, почему он… Он… Не высказываю своих мыслей – уж слишком они личные… Чеслав наверняка знает, что Лера не затормозила. И винит себя в ее возможной попытке самоубийства… Считает себя плохим мужем, так? Может, они поссорились перед аварией? Или он был чрезмерно загружен на работе и не ответил на ее телефонный звонок? Его гложет вина за ее смерть… Но о диагнозе он не знает. Теперь я уверена в этом на все сто… – Валерия Ланг страдала биполярным расстройством психики, – продолжает Петр. – Знаю. Я прочитала заключение в ее медкарте, но… Я случайно нашла ее в тайнике. Возможно, Чеслав не знает о диагнозе жены? – Я уверен, что не знает. К тому же она очень хотела забеременеть. Мой человечек нашел ее электронную карту в одной из частных клиник города. УЗИ, обследования… По всему видно, что они планировали ребенка. – Или она… Так вот, почему она не принимала лекарства? Они противопоказаны при беременности. И в период планирования тоже… Господи, что мне теперь делать? Как сказать ему об этом? Чеслав корит себя, винит за смерть жены, а она… Возможно, у нее развилась маниакальная фаза заболевания с тяжелейшей депрессией. – Склонность к суициду – один из симптомов, ведь так? – устало вздыхает Пётр. – И… Да, по рецептам лекарства она не получала. – Да. Как ты считаешь, я должна признаваться ему? Показать карту и… – Станешь врагом номер один. Он будет ненавидеть тебя, Дана. Чеслав безумно любит жену, так? Помнит ее здоровой и веселой. А ты своей правдой разрушишь ее светлый образ. Посягнуть на святое – смертный грех. А она для него святая… Надо подумать, как поступить мудро – не ранить Чеса еще больше и не наступать на горло своей совести. – Спасибо тебе, Петр. Ты отличный друг! – Едем обедать? – улыбается он. – Да, но… Сначала мне нужно поговорить с учительницей Ксюши. Заедем в школу, ладно?