Глава 25

Дана. Чеслав уговаривает восстановиться в университете, Петр обещает помочь… Странная все-таки штука – жизнь… Сначала бьет тебя, да посильнее, а потом заваливает благами… Купаюсь во внимании мужчин. Понимаю, что это временно, но ничего не могу с собой поделать… Хватаюсь за миг, как за соломинку. Просто живу, наслаждаясь пресловутым «сегодня». Сегодня Чес поцеловал меня, уходя на работу… «Уже скучаю. Приду поздно. Мне было очень хорошо, жена». Я жена, понимаете? И надо обязательно сказать об этом Петру. Непорядочно врать. Вытираю посуду полотенцем и раскладываю по местам. Варю кофе в турке, плюхаюсь на стул и наслаждаюсь тишиной. Сегодня на удивление хорошая погода. Можно прогуляться, пойти с Ксюшей в магазин за новой одеждой или… Из задумчивости вырывает звонок Петра. – Привет, Дана. Ты можешь приехать ко мне в офис? Есть новости о тех, кто тебя сбил. И… Как все прошло? – добавляет чуть слышно. Чувствует, наверное? Иначе, как объяснить его вкрадчивый тон? – Черт… Я даже не ожидала, что тебе удастся. Приеду, конечно. Но надолго не могу – идем с Ксюшей в торговый центр. – Надолго и я не могу. У меня процесс после обеда. Кое-что из одежды я успела привести в порядок. Запускаю стирку и надеваю любимую блузку цвета спелого баклажана, привезенную из дома. Мама сто раз просила, чтобы я ее подарила. Да и вчера, вспомнив про ужин в доме отца Чеса, намекнула, что не будет против надеть ее. Может, подарить? А себе купить что-то новенькое, раз уж новоиспеченный муж не против на меня потратиться? До офиса Петра добираюсь на автобусе. Мнусь на входе, пытаясь стереть с лица счастливый вид. И сытый… Я свечусь как начищенный таз. – Привет, Петр. – Привет, новоиспеченная женушка. Ну, как ты? – прищуривается, высыпая содержимое пепельницы в ведро. Странно… При мне он никогда не курил. – Все хорошо. Петь, что тебе удалось выяснить? – Дана, не уводи тему… Я написал Чеславу насчет тебя… Хм… – Что? Как это – написал? Разрешение спросил ухаживать за мной? И что он ответил? – Ничего. Сообщение прочитано, но ответа нет. Ты скажи мне правду… У вас что-то было? Он вроде мужик серьезный, – поджимает губы Пётр. – Но… Сказать-то прямо можно? – Было. – Вот так? Значит, фиктивный брак стал настоящим? – Не знаю я, Петь… Он ничего не говорит о будущем. Боится ошибиться. Все сложно. – Прямо как статус ВКонтакте. Но мы же можем дружить? Кто знает – может, Чеслав откажется от тебя? – с нескрываемой надеждой в голосе добавляет он. – Может, и откажется. Давай пока не будем поднимать тему отношений? – устраиваюсь поудобнее и беру со стола журнал. Бездумно листаю страницы, демонстрируя нежелание продолжать разговор. – Кофе мне и моей гостье, – произносит Пётр в динамик переговорного устройства. – Дана, я проверил данные с камер видеонаблюдения, расположенные с трех сторон – именно так можно было заехать в арку. Следак не додумался расширить зону поиска. Он посмотрел две или три ближайшие. И все на этом… – Петь, и что удалось выяснить? Не тяни кота за хвост. – Ты говорила, что дамочка называла спутника Игорь? – Да, так. – Я пробил все красные машины, въезжающие в те дворы. Под описание подошли два машины. Хозяйка первой – Гоцман Яна Яковлевна, ее мужа зовут Игорь. Хозяин второй – Игорь Такиев. – Получается, под описание подходят оба. Но та дама говорила, что не хочет садиться в тюрьму. Значит, за рулем была она. Петя, нужно связаться со следователем и уговорить его возобновить расследование. – Хорошо. Я ждал только твоего согласия. Передам все. – Петр, я могу получить счет на оплату твоих услуг? Ну, все… Я своими руками разрушила нашу дружбу… Петр взял оплату от Чеса лишь один раз. Потом начал ухаживать за мной и… Делал все по доброте душевной. – Хорошо, Дана. Я пришлю реквизиты тебе на воцап. За окном пролетают яркие, разноцветные картинки, когда я еду домой в неповоротливом, похожем на бегемота автобусе. Кто такая эта Гоцман Яна? Почему сбежала, струсила? Или вторая женщина – спутница Игоря Такиева? Может, есть смысл поискать их странички в соцсетях? Займусь этим позже… Все, что я хочу сейчас – погулять с Ксюшей, купить ей самые красивые вещи, порадовать ее. Кстати, классный руководитель пригласила меня на собрание. А ее персональное приглашение дорогого стоит… – Дан, ты не против, если мы пообедаем в фуд-корте? – деловито произносит Ксю, сбрасывая обувь и рюкзак в коридоре. – Я прямо сгораю от нетерпения. Хочу такую же куртку, как у Лильки. И ботинки крутые. Кожаные, на огромной рифлёной подошве. Кстати, я пятерку получила по контрольной. – Купим все самое красивое. Ксюша, правильным будет взять то, что тебе подходит. Нужно формировать собственный стиль, а не подражать другим. Ты у меня умница. – То есть сапоги не купишь? – вздыхает она. – Ну, почему? Но ширпотреб покупать не будем, ладно? Папа расстроится. – Конечно. Папа, мама… Я так вжилась в роль мамы, что боюсь помыслить о том, что это не навсегда… Не мое. Взяла взаймы у судьбы… И семья моя – горячо любимая – тоже взаймы… Почему Пётр сомневается в нас с Чесом? Откуда эти его «вдруг он от тебя откажется»? Захотел бы отказаться – сообщил об этом Петру. А Чес промолчал… Прочитал сообщение и не ответил. А что он должен был писать Петру? Да, мол, разрешаю встречаться с моей женой? Детский сад какой-то… Ничего мы никому не должны. Хочу положить счастье в коробочку и скрыть ее от посторонних глаз в сейфе. Чтобы никто не видел. Не совал нос куда не следует… – Дана, то есть… Мама, ты чего такая грустная? Ты не сказала, можно мне тебя так называть? Мне нравится моя семья. Не хочу, чтобы ты уходила. Об этом думаешь? Грустишь? – Грущу… Сомневаюсь, хочет ли этого папа? Меня в вашей жизни. – Он влюблен, я же вижу. Дети лучше это чувствуют. Ты не уйдешь? – взмаливается она, прижимаясь ко мне, как котенок. – Вы поженились, теперь нужно пойти в органы опеки. – Не уйду. Я человек слова, Ксю. Не брошу тебя…