Глава 9

Вероника не обманула, она действительно жила не так уж далеко. Даже с моим топографическим кретинизмом, на карте, по которой меня вел эльф, я видела небольшие приграничные поселения. В одном из таких и проживала девушка, которая, как выяснилось, была давно и хорошо знакома с Рафом. Настолько, что то и дело бросала на него взгляды полные надежды и тоски, как по давно потерянному и дорогому человеку… в смысле эльфу.

Справедливости ради, должна заметить, что Раф, как раз, вел себя согласно своей привычке: отрешенно и безразлично к чужим взглядам. Но даже я отметила, что по отношению к девушке он был… мягче. Со мной же просто предпочитал не разговаривать.

Впрочем, меня это вполне устраивало.

– Вы можете разместиться в гостевом доме, – прибыв, замялась девушка, посмотрев на двухэтажную постройку из дерева со скатной крышей. – Отец сейчас спит, я бы не хотела его тревожить и представлю ему вас утром.

– Нам всем нужно отдохнуть, – согласилась я, покосившись на освобожденных эльфов. Да и, чего греха таить, я сама на ногах едва стояла. – Разумнее всего сейчас будет разойтись и отдохнуть. Все дела уладим утром.

– Отлично, – неловко улыбнулась Вероника. – До этого времени я могу что-то для вас сделать? – опомнилась она, вновь покосившись на Рафа, словно искала повод не уходить в хозяйский дом как можно дольше. Эльф же с хозяйским видом деловито привязывал мула и лошадь к забору недалеко от стогов сена. Очевидно, что здесь он хорошо ориентировался.

– Распорядись о еде и воде, – вместо меня произнес он, и от холодности его тона девушка окончательно поникла.

– Если это все…

– Не все, – перебила я, вспомнив и о своих, куда более эгоистичных и корыстных целях. Ко ли предлагают, отчего бы не воспользоваться хозяйской добротой? – Где тут можно помыться? – решив, что наскребу по такому случаю силы, вопросила я.

Вороника удивленно моргнула, словно не ожидала от меня такой мелочности, а затем осмотрела куда внимательнее. Отчего-то захотелось сыронизировать с упоминанием, что я уже несколько дней как горячей воды в глаза не видела, и для приличной девушки – это ужасу подобно. Однако, я сдержалась, благо, Вероника кивнула.

– Я распоряжусь и баню растопят в ближайшее время. Мыться будете вы одни?

Я выразительно покосилась на эльфов, где было двое детей и женщины, но те едва не ощерились в ответ на немой вопрос.

Ясно, подозрительность никуда не делась.

Смотреть на Рафа я не стала. Захочет – в любом случае будет мыться после меня. Не вместе же.

– Если ты не будешь – тогда только я, – пожала я плечами, ответив Веронике. – Мужчины, если захотят – позже. Еще бы одежду сменную. Эту постирать хочу, – решила я окончательно обнаглеть. Гулять так гулять. Я в гости не напрашивалась, сами привели, так что проявляйте чудеса гостеприимства по полной.

Еще через час меня проводили в маленькую постройку, внешне похожую на сарай. Там, в тесных помещениях, обнаружились парная и маленькая ванная, врезанная в пол, где я провела, наверное, самое лучшее время, за всю мою новую и короткую жизнь.

Из бани я буквально вышла другим человеком, одевшись в белую простую сорочку в пол, повязав волосы и набросив на плечи халат, который был мне велик на три размера, не меньше.

Мои грязные вещи забрали те же служанки, что растопили баню и принесли ранее еду и воду. Те, как оказалось, были такими же эльфийскими рабынями, разве что выглядели более довольными жизнью и откормленными. А Вероника заверила, что к утру все просушат и к моменту знакомства с загадочным отцом девушки, я смогу переодеться в привычный наряд.

Баня находилась в достаточном отдалении от гостевого дома, потому Раф вознамерился меня проводить. Спорить я не хотела, потому просто промолчала.

Сейчас же, выйдя из бани, я готовилась встретиться с эльфом, однако его нигде не было. Забавно, но меня это удивило, и в данной детали я заметила нечто неладное. Следуя его логике, по которой он не хотел отпускать меня одну даже до бани, странно, что про обратный путь даже не подумал, решив, что сама доберусь. Не то, чтобы я привередничала или опасалась, просто это нелогичность показалась… странной.

Наверное, лишь поэтому я услышала тихий всхлип за баней. Почему я кралась и вообще поперлась в ту сторону – в тот момент я бы ни за что не ответила даже себе. Тем не менее, за углом бани я увидела двоих: девушка тихо плакала, обнимая мужчину и суматошно целуя его лицо, тот же не выражал особых эмоций по данному поводу, но… и не пытался ее остановить.

Не знаю, почему я покраснела, словно застала парочку за чем-то более предосудительным, впрочем, и то не стало бы достойным поводом. Прежде меня мало что могло смутить, даже застань я их в самом разгаре секса. Но смутилась по неведомой причине. Также по неведомой мне причине отвела взгляд и еще тише ушла, оставляя парочку наедине. Следуя тому же несвойственному мне такту, вдруг решила сменить маршрут, не желая показываться влюбленным на глаза, что непременно произошло бы, пойди я прямой дорогой до гостевого дома.

Опомнилась я, лишь когда впечаталась кому-то в грудь, из-за того, что смотрела себе под ноги, опустив голову слишком низко.

– Ты почему здесь одна? – ворчливо спросили меня, обхватив за плечи, чтобы я не упала. Передо мной стоял спасенный ранее эльф, который предпочел держать свое имя в секрете. Мне же было просто лень спрашивать и запоминать, потому по данному поводу не печалилась.

– Сон нагуливаю, – усмехнулась я и отступила на шаг. Мой ответ мужчину отчего-то не порадовал.

– Тебе не следует расхаживать одной, без твоего раба. Особенно в незнакомом месте и ночью. Вместо меня ты могла встретиться с кем-то другим, что привело бы к печальным последствиям. Ты слишком беспечна, как и говорил твой раб.

Я невольно скривилась и вздохнула. Видимо, у меня на роду написано, чтобы меня то и дело отчитывали эльфийские рабы.

– Идем, я провожу. Все равно по пути, – взял он меня за руку, как будто привычным движением, точно не видел в прикосновении к презренной человечке, вроде меня, ничего предосудительного. Я удивилась, но послушно поплелась следом, едва не споткнувшись, так как отвлеклась от дороги. – Аккуратнее, – чертыхнулся мужчина, но поддержал. Я виновато улыбнулась и кивнула. – Ты – странная.

– Мне говорили, – не стала я спорить, так как не видела смысла, да теперь хотелось лишь спать, а не выяснять отношения и доказывать, что не тупая, просто своеобразная. В ответ на меня покосились, а затем нахмурились, но промолчали.

– Пришли, – оповестил он, когда мы поднялись на крыльцо. Я кивнула и уже хотела войти в дом, но меня остановил эльф. – Спасибо, не ожидал помощи от человека, – как будто через силу, лишь в последний момент заставив себя, произнес мужчина. Я же замерла, не столько удивившись запоздалой благодарности, сколько тому, что он вообще на нее решился. Этот парень казался мне еще более угрюмым и ненавидящим людей, чем Раф. Впрочем, Раф – отдельная история.

Вместо кивка и принятия благодарности, я произнесла то, о чем помалкивала, опасаясь, что меня просто пошлют. Потому, когда ранее споткнулась, предпочла сделать вид, что ничего не произошло.

– Однако, себе ты помочь не дал, – спокойно и тихо произнесла я. Парень дернулся и удивленно распахнул глаза. Взгляд его предательски метнулся вниз на свое туловище, где он мастерски скрывал серьезную гематому и перелом трех ребер. Без боя мужчина работорговцам не сдавался. К сожалению – проиграл.

– Как ты?.. – начал он, а после подозрительно прищурился.

– У меня глаз наметан, – ушла я от ответа, а затем взглянула ему в лицо. – Так, что? Позволишь?

– Я могу и сам справиться…

– Я помню, что ты гордый и независимый, – поморщилась я. – Настаивать не стану. Однако, на тебя полагаются другие. В случае чего, сможешь ты им помочь в таком состоянии? Сейчас ты держишься, но, если ничего не сделать, станет только хуже, а ты будешь слабее, чем сейчас.

Эльф поджал губы и напряг кулаки.

– У меня нет ничего, чтобы отблагодарить…

– Хорошо, что твоя благодарность мне не нужна, – цинично хмыкнула я, а после сделала шаг в его сторону. Мужчина напрягся сильнее. – Ты можешь сказать, следит ли кто-то за нами? – в последний момент отдернув руку от груди мужчины, спросила я.

– Не следят, – помедлив, покачал он головой, а его глаза заблестели от сомнения, волнений и подозрения. А еще любопытства. – Но я слышу твоего раба. Он тебя ищет.

– Тогда поторопимся. Глаза закрой, – потребовала я. – Это мое условие. Больше ничего не нужно.

Эльф хотел было что-то сказать, возразить, быть может, но, поразмыслив, покорно закрыл глаза и даже зажмурился. Я же коснулась его груди и уже привычным, даже каким-то естественным методом направила энергию по руке, которая растеклась по груди мужчины. Когда ребра с щелчком встали на места, эльф судорожно выдохнул, но глаз не открыл.

Через несколько секунд я убрала ладонь и произнесла.

– Носи тугую повязку хотя бы неделю и ближайшее время старайся не перенапрягаться, иначе все пойдет насмарку.

– Ты...? – положив руку на свою грудь, спросил он едва слышно, боясь даже произнести догадку.

– У всех есть то, что хотелось бы сохранить в секрете. Надеюсь, мы поняли друг друга, – приложила я палец к своим губам. – Спокойной ночи. Утром я спущусь к детям и девушкам, проверю их состояние.

– Хорошо, – с готовностью кивнул эльф. – Только…

– Что? – переспросила я, когда он запнулся.

– Теперь все усложнится, – сведя брови на переносице, вздохнул он. – Ненавидеть людей теперь будет сложнее. Детям не объяснишь разницы. Они не поймут…

– Понимаю, – поразмыслив, кивнула я, понимая, что эльф разделяет мои недавние переживания о «бродячих животных». – Они спят?

Мне ответили коротким кивком.

– Тогда я пошла, – вздохнула и я. – Проследи, пожалуйста, чтобы ближайшие пятнадцать минут в дом никто не заходил. Я не хочу, чтобы меня видели.

– Даже твой эльф? – с недоумением переспросил мужчина. – Я думал, ты ему доверяешь.

– Даже он, – не вдаваясь в подробности, отозвалась я, а после вошла в дом, оставив мужчину настороже.

Сон откладывается еще на какое-то время.

***

Практически незрячим взглядом я всматривалась в страницы книги, которую мне всучил Генджи, и вспоминала студенческие годы и ночи заучивания материала непосредственно перед экзаменом, когда сон был главным врагом и соблазнителем.

Вот и сейчас спать хотелось неимоверно, глаза пекло, голова болела, однако, сон не шел. В конечном итоге, решила провести время с пользой и хоть немного разобраться в магии, которой меня одарили в этом мире. Увы, но книга вовсе никак не затрагивала светлую магию исцеления. Зато точно и детально описывала различные ритуалы, которые я едва ли когда использую.

В это же время открыла у себя еще одну новую способность – фотографическую память. Если в прошлой жизни мне требовалось прочесть материал хотя бы дважды, чтобы, если не дословно, но коротко описать смысл усвоенного. Однако, сейчас я с ужасом осознавала, что даже в полубредовом состоянии могла пересказать прочитанное дословно, а при одном взгляде на чертежи пентаграмм без особых усилий воспроизвести их, чего делать не планировала, ибо большинство из того, что успела прочесть, было направлено на призвание различных магических тварей. Вплоть до темных существ, что, лично меня, только пугало.

Вздрогнула от неожиданности, когда дверь в выделенную мне комнату отворилась без стука, и отчего-то не удивилась, заметив на пороге вечно недовольного Рафа, что взирал на меня с намеком на укор в зеленых глазах.

– Опять бессонница? – спросил он, когда игра в гляделки затянулась, а после также тихо закрыл дверь и прошелся по комнате, чтобы усесться на широкий подоконник, с которого было удобно сверлить меня взглядом.

– Вовсе нет, – отозвалась я негромко и натужно улыбнулась, стараясь не морщиться от мигрени. – Просто книжка увлекла. Сюжет интересный…

– Это справочник, – возразил эльф, который намеков не понимал и уходить, как будто, не собирался.

– Значит, концовка точно непредсказуемая, – пожала я плечами и демонстративно уставилась в книжку. Эльф вздохнул, слез с подоконника, подошел ко мне и выхватил справочник из рук, несмотря на мой взгляд полный негодования.

– Тебе нужно отдохнуть. Выглядишь паршиво, – прокомментировал он. А я раздраженно проворчала:

– Словно я сама этого не понимаю.

– В любом случае я пришел поговорить о другом. Раз ты не спишь, я бы хотел обсудить это сейчас, – отбросил он книжку в сторону, а после без разрешения опустился в изножье кровати, на которой сидела я. Я машинально подобрала ноги, согнув их в коленях и обняв руками. – Ты меня избегаешь. Уверена, что это – лучшая тактика в нашем путешествии? Как ты предполагаешь, я должен тебя защищать, если ты сбегаешь от меня?

– Ты преувеличиваешь, – поморщилась я.

– Почему ты ушла из бани, а затем через другого эльфа приказала помыться самому?

– Потому что помыться тебе бы не помешало. С легким паром, кстати, – попыталась я отшутиться, но Раф взирал на меня серьезно и кривляться было неудобно. – Я не сбежала. Просто не хотела мешать. Как видишь, я добралась и своими силами, – вновь пожала я плечами, отчего-то пряча взгляд.

– Ты видела нас? – только и спросил он. Пояснения не требовались, потому ответила очередным пожатием плеч. – И даже не спросишь? – отчего-то улыбнулся мужчина, что заставило меня посмотреть на него с недоумением, в попытке распознать, он издевается или действительно серьезен.

– А ты считаешь, что меня должно это касаться? – в свою очередь уточнила я. – Это – твоя жизнь и твое прошлое. Я не хочу спрашивать то, на что не получу ответа. Считай это ответной любезностью на то, что ты также не лезешь в мое прошлое, – вздохнула я с видом, что продолжать этот диалог не имеет смысла.

– Ты не доверяешь мне.

– А ты мне, – не осталась я в долгу и пристально посмотрела на мужчину. – Я не понимаю, чего ты ждешь от меня в таком случае? Ты сам сказал мне, что мы не будем друзьями, а ты ненавидишь людей. Я просто не хочу быть лицемеркой и просить от тебя то, на что сама не готова пойти.

Мы замолчали, каждый думая о своем, и соревновались в том, чей взгляд будет наиболее тяжелым. Не знаю, как мне это удалось, но первый почему-то сдался Раф и произнес то, чего я точно не ожидала:

– Дружить с тобой я не собираюсь. Просто потому, что не верю, будто дружба между хозяином и рабом может быть равноценной. Но и не хочу, чтобы ты меня боялась или избегала. Это может помешать в дальнейшем. Увиденное сегодня тебя неожиданно потрясло. Это – моя вина, я не подумал, что ты можешь так отреагировать на убийство.

Я стыдливо отвела взгляд, не понимая, почему стало так неловко за вполне оправданную реакцию на убийство человека. Но это – в моем прежнем мире. Здесь все иначе, и к этому следует привыкнуть.

– Отец Вероники – Зигрид – был моим первым хозяином после того, как меня сделали рабом. Вероника тогда была совсем ребенком – лет девять или десять. Норов у меня всегда был паршивым, но меня все равно выкупили и закрывали глаза на дерзость. Зигрид – хороший и справедливый человек и относится к рабам с добротой, – добавил Раф, а я вспомнила служанок, которые и впрямь выглядели вполне довольными в услужении в доме Вероники. – Земли пограничные, потому здесь всегда было неспокойно: то дикие звери, то партизаны с обеих сторон войны, то работорговцы и обычные разбойники. Зигрид уже тогда не мог нормально выполнять обязанности по защите своих земель, потому приобрел меня. За мои услуги он и закрывал глаза на многое. Настолько, что со временем я перестал думать о нем, только как о вынужденном хозяине и позволил себе забыться. Дочь он также воспитывал в уважении к жизням других, – говорил он, не отводя взгляда, но я заметила, что его внимание рассеялось, точно он смотрел в пустоту. – В один из дней сюда заехали несколько рыцарей со своей свитой и рабами. Им нужен был ночлег, который радушный хозяин для них обеспечил. Стоит ли говорить, что их отношение к рабам было иным, нежели у хозяина дома? Это отметила и Вероника, но она была мала и не понимала, когда лучше всего закрыть глаза и просто перетерпеть. Девчонка решила пошутить над рыцарями, чтобы преподать им урок хороших манер, но все вышло из-под контроля. Пострадал один из рыцарей. Не смертельно, но по законам, он имел все права на месть, и в данном случае, не имеет никакого значения возраст виновного.

– Им нужен был крайний? – спросила я. Эльф кивнул.

– Я сам вызвался в желании отблагодарить хозяина за доброту и уберечь глупого ребенка от смерти, – признался он и его взгляд окончательно остекленел от дальнейших воспоминаний. – Не знаю, почему меня не убили сразу. Вероятно, подумали, что я могу сослужить им службу в войне против моих сородичей. Однако, они не учли мой характер. Мне повезло… наверное, – свел он брови на переносице. – Наигравшись, рыцарь посчитал, что я недостоин смерти, потому продал меня работорговцам. От смены привязки я чуть не сдох, но как-то выдержал. А после я прожил несколько лет в клетке, прежде чем ты меня выкупила.

– Зачем ты мне это говоришь? – не сдержала я растерянности в голосе, в котором прослеживалась нотка тревоги. Не ждет же он, что я в ответ начну раскрывать личные секреты?

– Сегодня я мог обойтись без убийства. Скрутить их не составило бы труда. Проблема в том, что у этого могли быть куда более серьезные последствия. Если бы я в тот раз убил тех рыцарей и замел следы, можно было бы многого избежать. Так и сегодня, оставь я их в живых, они бы пришли мстить. Никто наказывать их бы не стал, потому что в работорговле эльфами люди не видят ничего предосудительного. Они поймали Веронику, узнать у нее откуда она – не составило бы труда, и досталось бы всем в этом поселении…

– Не продолжай, – оборвала я, ощутив горечь во рту. И говорит складно, логично, а на душе у меня все равно кошки скребутся. То, что он убил их не из личной прихоти – хорошо. Все же с маньяком путешествовать – такое себе удовольствие. С другой стороны, почему же его логичное оправдание меня так задело? Оттого, что он хотел защитить, что ему дорого? Ведь для нас двоих никаких последствий бы не было: ушли бы подальше в леса, ищи-свищи нас потом. А вот для Вероники и поселения… Они бы выходки девчонки не пережили. И кто бы на месте Рафа не хотел защитить их? – Скажи, ты задумывался, что мог бы жить здесь до сих пор, не будь того инцидента с рыцарями? – спросила я, тщательно подбирая слова, чтобы вопрос не прозвучал откровенным «Ты хочешь остаться здесь, с ней?».

– Не знаю, – помедлив, ответил он. И эта неопределенность была куда красноречивее, чем категоричный ответ. – Относительно того, что ты видела между мной и Вероникой…

– Это и так очевидно, – отмахнулась я. – Ты – красивый мужчина, как ни паршиво это признавать. Ничего удивительного, что девчонка в тебя влюбилась. А вкупе с чувством вины за прошлое и благодарность за сегодняшнее спасение – ничего странного или неожиданного в том, что она решила открыть тебе свои чувства, – прокомментировала я лишь для того, чтобы свернуть этот разговор, который может привести к вопросу, что он сам думает по этому поводу. Учитывая, что девчонку с поцелуями он не останавливал, ответ напрашивался сам собой.

– Мы заключили с тобой договор, – прервал он мои мысли, а я вздрогнула и напряглась, опасливо покосившись на эльфа. – И я намерен его исполнить. Я благодарен Зигриду и Веронике, но свое слово сдержу и тебя не предам. Все в силе.

– Вот как… – слегка кивнула я, отведя взгляд. – Что ж, я рада, что мы разобрались. В таком случае, я не буду тебя задерживать. Тебе также нужно отдохнуть… – неловко усмехнулась я, крепче обнимая колени и косясь на справочник, понимая, что как только эльф уйдет, именно книженция станет моей компанией на всю ночь.

– Словно ты сможешь уснуть…

– Ты, конечно, невысокого обо мне мнения, но я не из тех людей, кто, если не может что-то сделать, станет мешать в этом другим, – проворчала я. – Не парься, я почти привыкла. Да и днем, после нападения пантеры немного вздремнула…

– Говоря о пантере, – взял слово Раф, а после поднялся со своего места и приблизился ко мне.

– Ты чего это удумал? – занервничала я. А после и вовсе едва словами не подавилась, когда он ловким, едва уловимым движением, опрокинул меня на постель, а затем лег рядом. – Какого хрена? – повернула я голову к мужчине, что укладывался за моей спиной, крепко прижавшись всем телом. Благо – полностью одетым телом к моей пижаме, что мне выдали из хозяйских запасов.

– Помолчи. Это – эксперимент. Есть у меня догадка относительно твоей бессонницы. Если ты не уснешь через полчаса – я уйду, не переживай.

– Не улавливаю связи, – проворчала я, смотря огромными глазами в пустоту перед собой. Да какой тут сон? Мы, конечно, с Рафом уже спали в одной постели, и дискомфорта у меня это прежде не вызывало. Но сегодня что-то изменилось, и я невероятно остро ощущала не только запах и тепло мужского, довольно крепкого мужского тела, но прислушивалась даже к его дыханию, а это уже вообще ни в какие ворота. И он думает, что мне это как-то поможет уснуть? Да у меня сейчас сердце из груди выпрыгнет!

Или…

Сама не поняла, как очередная язвительность, которую я хотела озвучить, плавно перетекла в сладкую зевоту.

– Бред, какой-то, честное слово. Так и скажи, что я теперь не воняю, и ты ищешь повод меня полапать… – причмокивая, сонно произнесла я, едва держа глаза открытыми. Хоть спички вставляй.

– Одно другому не мешает, – не уступая в иронии, фыркнули куда-то мне в макушку, а после я ничего не помню. Может, мне и это приснилось?