Хранители Алассара. Глава 5

Воцарившуюся тишину нарушало только наше едва слышное дыхание и шорох перьев. Мы смотрели на Хранителя, а он с отстраненным видом стоял, скрестив на груди руки, и взгляд его слепых глаз, кажется, охватывал всех присутствующих.

Почему он явился один? По легенде духов никак не меньше тринадцати. Может, у нас слишком маленький круг? И почему он молчит? Разве он не должен что-то сказать? Спросить, зачем его призвали? Выслушать наши желания? И как их озвучивать? Вслух?

Мысли метались в голове с такой скоростью, что никак не получалось ухватиться ни за одну из них. Наверное, зря мы все это затеяли. Я же вообще не верила, что кто-то явится на наш призыв. Это же немыслимо. Рабочий ритуал в сборнике легенд? Как можно было такое допустить? Столько вопросов, и ни одного четкого ответа.

Мой взгляд невольно метнулся к Ронару. Эльф рассматривал нашего гостя со сдержанным любопытством и тоже, судя по всему, не торопился озвучивать свое заветное желание. Особенно в нашем присутствии. Почувствовав мой интерес, лесс Элланд усмехнулся, и я почувствовала себя трусихой. В самом деле, что эта древняя сущность нам сделает? В том, что это не дух, сомнений уже не осталось. Можно в любой момент уничтожить круг и отправить его назад, потому что узор телепорта, напитанный нашей совместной силой, все еще активен.

И все же, что мне пожелать? Возвращение родителей? Да, пожалуйста, пусть они окажутся живы. Потому что новое платье — это необходимо, но к хаффу бал, если есть возможность вновь обрести тех, кто действительно дорог. Или попросить снять с меня проклятие Драконов? Хотя, пока ни одного из них нет поблизости, печать никак не дает о себе знать, и я только со слов бабушки знаю, как это проклятие вообще проявляется.

«Твое желание услышано» — прозвучал незнакомый красивый голос, и я вздрогнула. Судя по тому, как побледнели и заозирались мои сообщники, это была не слуховая галлюцинация. Линии круга вспыхнули, и взметнувшаяся стена полностью скрыла Хранителя, унося его туда, откуда он прибыл. Мой щит развеялся, и почему-то сразу стало понятно, что от этого древнего шанара он бы нас не защитил. В память, что все случившееся было реальностью, к моим ногам спланировало крошечное черное перо. Я подняла его и сжала в пальцах, глядя, как гаснет круг, и рисунок будто впитывается в камни, не оставляя ни единого свидетельства проведенного ритуала.

Эльза отмерла первой.

— Кажется, мне надо выпить, — заявила она дрожащим голосом.

— Поддерживаю, — откликнулась я, потому что и сама была совсем не против как-то снять стресс. И пусть алкоголь для этого не самый лучший способ, но другие мне пока что недоступны.

— И когда это желание теперь исполнится? — спросила Меган, все еще глядя туда, где мгновение назад был Хранитель Алассара.

— Сегодня ночь исполнения желаний, — не очень уверенно ответила моя соседка. — Наверное, к утру исполнится.

— Что ж, посмотрим, — с сомнением протянула аристократка и направилась к выходу. Мы, избегая смотреть друг на друга, потянулись за ней. На душе почему-то было паршиво и как-то муторно, как будто мы не Хранителя призвали, а в грязи искупались. Интересно, часто его так призывают, загадывая свои глупые, низменные желания. И почему он вынужден их исполнять?

Разговаривать не хотелось, и, наверное, это к лучшему, потому что у подножия лестницы нас уже поджидал Драконище собственной персоной.

— И почему я не удивлен? — покачал головой декан под наш синхронный разочарованный вздох. — В мой кабинет. Живо.

— А рост? Выше среднего? — вопросы пошли по второму кругу, но мы терпеливо отвечали, не смея выказать недовольства. Усталость навалилась внезапно, и мне стоило большого труда не зевать открыто.

— Обычный рост, — ровным голосом ответил Ронар. — Не выше меня.

— И оба крыла? И оба черные?

— Черные.

— Но у шанар белые крылья, — декан прищурился.

— Значит, это был сам Саргатанас, не иначе, — устало пояснил Артур, чем вызвал недовольство декана.

— Скажите мне, адепт Грей, что мешает мне вас всех отчислить? Прямо сейчас. Вы хоть понимаете, что натворили? — вкрадчиво прошипел Драконище, разов растеряв все свое видимое благодушие.

Ответом ему послужила полная, но очень выразительная тишина. Обведя нас всех грозным взглядом, декан неторопливо поднялся со своего места.

— Пошли вон! — рявкнул он, и дважды повторять ему не пришлось. Нам и одного раза хватило выслушать все, что декан думает о наших умственных способностях, и в выражениях он при этом не стеснялся. Да и рычал так, что истинный Дракон мог бы позавидовать.

По дороге в общежитие Эльза где-то потеряла свое желание пить, да и в кабинете декана мы провели достаточно времени, поэтому, вернувшись в комнату, обе упали спать. Несмотря на богатый событиями и эмоциями день, я практически сразу провалилась в сон, потому что утром нам понадобятся силы для объяснения с ректором. Да и к возвращению родителей я должна быть готова как морально, так и физически. Я не думала, как именно это будет. Они просто войдут в дверь комнаты и примут меня в свои объятия? Или моя память изменится, и такого события, как гибель родных, там не будет? В любом случае, я все узнаю утром.

Первое, что я увидела, открыв глаза, загадочная улыбка Эльзы. Соседка сидела на постели и смотрела в окно.

— Что там? — хриплым после сна голосом спросила я.

— Снег, — она снова как-то странно улыбнулась. — Все сверкает.

— А желание? — спросила я, и мой взгляд неосознанно метнулся к двери. — Исполнилось?

— Не знаю, — эльфийка легкомысленно пожала плечами. — Вставай. Магистр Сильварион вернулся ночью и ждет тебя для воспитательной беседы. Декан тоже там.

На мой вопросительный взгляд Эльза пояснила:

— Он вызывает по одному. Я сразу после тебя.

Протяжно вздохнув, я сползла с кровати и отправилась умываться. Утро, как говорится, добрым не бывает. Даже если перед ним была ночь исполнения желаний.

Архимаг Солнечной Долины пребывал в самом мрачном настроении, мне его таким видеть еще не доводилось. Он кричал, не в силах совладать с бушующими эмоциями, угрожал, а под конец одарил таким уничижительным взглядом, что впору было провалиться в Элизиум прямиком из его кабинета. Из учебного корпуса мы с соседкой вышли ближе к обеду, но наказание нам, как ни странно, так и не назначили.

— Придумала, в чем пойдешь на бал? — без особого интереса спросила Эльза.

Я покачала головой, отчаянно роясь в собственной памяти, но воспоминания, как мне показались, не изменились. Смерть родителей отпечаталась там большими кровавыми буквами, и факт этот остался неизменным. А значит, желание не исполнилось.

— У меня нет ни настроения, ни возможности туда идти, — озвучила я свой ответ, потому что эльфийка на меня не смотрела и жеста моего не видела.

— Ну, как знаешь, — я наконец-то поняла, что привлекло ее внимание. У ворот Академии стоял лесс Ронар Элланд и, видимо, ждал курьера, которых на территорию заведения, как известно, не пускают.

Мысль пришла внезапно. Проверив карманы и обнаружив в плаще единственную серебряную монету, я свернула к воротам. Соседка этого маневра не заметила и продолжила идти к общежитию, готовиться к предстоящему зимнему балу.

— Сбегаешь? — эльф не смог промолчать, увидев меня. — Наконец-то отчислили?

— Если это и было твое желание, то оно не исполнилось, — ответила я, но эльфа мои слова, кажется, вовсе не расстроили. Он и без этого выглядел мрачным. — Иду проветриться.

— Заблудись по дороге, — пожелал мне враг, и я, шутливо отсалютовав ему, покинула двор Академии.

Как знать, Ронар, может, на этот раз тебе повезет.