36

Тоня

На улице уже почти восемь вечера, но вокруг так светло, что даже не верится, что на носу Новый год. Хотя это именно из-за него город расцвел и заполыхал разноцветными огоньками. А из-за огоньков снежинки, которые кружат еще с утра, превращаются в разноцветных мотыльков. И вокруг все такое волшебное, что даже если не хочешь, то все равно поверишь в сказку.

И я верю. Глупо и наивно. Но верю всем сердцем.

Я уже убедилась, что чудо случается там, где его ждешь. И поэтому жду каждую секунду. Жду и верю, что однажды Рома скажет мне, что любит меня, так же сильно, как и я его. И наши фиктивные отношения превратятся в настоящие.

Возможно, это даже случится сегодня вечером. Сразу после возвращения домой из клуба. Он обнимет меня, прижмет к себе и признается в своих чувствах. И я признаюсь.

А пока я жутко опаздываю.

Не думала, что последний экзамен по моему любимому английскому языку, затянется так надолго. А все из-за преподавателя. Он опоздал на два часа. Теперь опаздываю я. Но это не страшно. Я закрыла сессию досрочно и теперь могу отрываться все новогодние выходные. Разве это не еще один повод для хорошего настроения?

Квартира Авдеева встречает меня теплом и тишиной. Ромы нет. Он уехал к другу помочь с установкой программы. И мы должны с ним встретиться уже в клубе. Я сразу же набираю ему сообщение, что немного задержусь, потому что хочу немного погреться в ванной.

«Я тоже не успеваю к десяти. Так что не торопись. Увидимся там, Семенова».

Я довольно улыбаюсь. Если Рома зовет меня по фамилии, то это означает все хорошо. И у Авдеева хорошее настроение.

Да, за эти месяцы у меня было время изучить его привычки и поведение. Мы столько времени проводили вместе, что у меня просто не было выбора.

Помню, как сразу после возвращения от родителей Авдеева, я наотрез отказалась от совместного проживания. Рома был возмущен. Каждый раз встречать и провожать меня, встречи урывками — это столько времени насмарку! Но все же согласился со мной. И нас хватило на три недели, за которые мы успели несколько раз сходить в кино и в кафе, провести выходные в постели дважды, расстаться на пару дней, пока я уезжала снова к родителям и в итоге заняться сексом в машине на парковке у универа. Снова. И тогда Авдеев психанул.

Наши пары и дополнительные занятия не совпадали по времени, у Ромы копилась работа, он пропускал тренировки, что вырваться ко мне. И да, несмотря на то что сексом мы занимались достаточно много, Авдееву было мало. И еще его бесили мои соседки по комнате, которые как коршуны кружили стоило Авдееву, появиться рядом с ними. Ну, то есть остаться наедине в общаге у нас не получалось никогда. Инга и Лена тоже хотели пробиться в мир мажоров и им было пофиг как. Через Авдеева — значит через Авдеева.

В общем, когда в один из вечеров посреди недели, Рома просто взял и отвез меня к себе домой, я не сопротивлялась. Утром я попыталась намекнуть, что это была разовая акция, но Авдеев так на меня посмотрел, что я быстро передумала. Да и привыкла я к Роме так, что мой отказ был всего лишь намеком на мою воспитанность.

С тех пор прошло почти два месяца. Мы живем вместе. И я от этого в восторге. Мне нравится абсолютно все. От утреннего секса и до общих и не очень интересов. А еще я чувствую себя в безопасности. Туманов мне не досаждает. Он даже не смотрит в мою сторону. И Вика тоже. Я видела ее пару раз в универе, но она даже не взглянула на меня. Наверное, эти двое поверили в нашу любовь и поняли, что ловить им нечего. Да и какая игра? О наших отношениях не знали только ленивые и мои родители. Мне даже самой иногда не верилось, что между нами все фиктивно. Слишком зашкаливали эмоции между нами, слишком многое каждый из нас прятал в случайно брошенных взглядах. Слишком хорошо было рядом и в тишине, чтобы быть не настоящим.

Наверное, поэтому я ждала от Ромы признание, и сама была готова открыть свое сердце ему. Просто, не знала как. Да и первой такой шаг было делать страшно. Признаваться в любви сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Пока наполняется ванна, я набираю номер Тимура. Сегодня утром объявили о результатах конкурса, и мой друг стал победителем. К сожалению, у нас не получилось созвониться в течение дня, то я не могла ответить, то у него было занято, а оставить без внимания такой успех в его жизни, я просто не могла.

— Ну, что, красавчик? Тебя можно поздравить? — начинаю я сразу же, как только слышу его хриплое приветствие.

— Тониииич, ты будешь первая к кому я приду на своих двоих! Обещаю! — голос Тимура дрожит от волнения, а меня переполняет неконтролируемая радость. — Ты даже не представляешь как я счастлив!

Может и не представляю, но точно знаю, что Тимуру нужен этот шанс. Может даже больше, чем кому-то другому. Активный, жизнерадостный, молодой и до сих пор влюбленный в нашу одноклассницу Соньку, Тимур просто не справится с этим приговором. Зачахнет в нашей деревне. А я вряд ли смогу вытащить его одна.

— Я очень рада за тебя!

— А еще я запишусь на уроки степа, — кричит Тимур в трубку, — и у меня будет самая шикарная чечетка в городе! Я и тебя научу, Тонич Семенова!

Я смеюсь от счастья вместе с ним и думаю, что не зря мы потратили столько времени на этот пост. Мы переписывали его не один раз, отрабатывали разные направления, ходили по грани между дружбой и любовью и все-таки пришли к тому заветному, что привело нас к победе.

Я много раз хотела рассказать о проекте Роме, но в отличии от Тимура, который не сомневался в победе, я не верила в то, что у нас что-то выгорит. Поэтому и не находила слов. Но дала себе слово, что обязательно расскажу Авдееву об участии в случае победы. И я была уверена, что Рома за меня порадуется. Возможно, даже сегодня.

— Тонь, — неожиданно Тимур успокаивается, тем самым прерывая поток моих мыслей, — спасибо тебе огромное!

— Я была рада помочь, Тим… Ты же знаешь…

— Знаю… И хочу, чтобы ты знала… Что если однажды тебе понадобится помощь… Любая… Я всегда рядом…

В глазах начинает пощипывать. Слишком много серьезности в голосе друга. Для него этот конкурс слишком много значит.

— Я знаю…

Наверное, я бы заплакала. Но Тим быстро переводит разговор в другое русло, и я беру себя в руки. Еще несколько минут он рассказывает мне о поздравлениях со всех концов света, о настроении, о маме, берет обещание о встрече на новогодних праздниках, и мы прощаемся.

Я принимаю ванну, в которой хочется понежиться подольше, но время поджимает и мне приходится лишить себя удовольствия, о котором я мечтала весь день.

Несмотря на то, что после ванны я делаю все очень быстро, стрелки часов неумолимо бегут вперед.

Уже перед выходом я еще раз окидываю себя в зеркало и остаюсь довольна. Тонкие черные колготки, стрейчевое черное платье с длинным рукавом, распущенные волосы, полуботинки на высоком каблуке и смоки-айс. Все, что нужно для клуба, все на мне. Только это не спасает меня от глобального опоздания.

Редкие снежинки, которые превращаются в обильный снегопад, задерживают меня в дороге, больше, чем я планировала. Но даже это не портит мне настроение.

Единственное, что меня беспокоит — так это тишина со стороны Ромы.

Неужели еще не приехал?

Мне не хочется подниматься к его друзьям одной. Мы хоть и знакомы, и даже несколько раз пересекались здесь же, в клубе, без Ромы мне жутко неловко.

«Ты в клубе?»

Я пишу ему, пока сдаю одежду в гардероб.

Ответ прилетает тут же: «Да. Поднимайся»

Легкое волнение отпускает меня, и я уверенной походкой направляюсь к лестнице на второй этаж.

Предвкушение встречи с Авдеевым уже привычно кружит голову. Мы не виделись с ним с утра, и я очень соскучилась. Еще несколько секунд и его губы коснутся моих, согревая приятным теплом.

В вип-комнате очень много народу. И я не сразу выхватываю взглядом Рому.

А когда все же присматриваюсь, то мое сердце пропускает удар.

С одной стороны, от Авдеева сидит Кирилл и с довольным оскалом пялится прямо на меня. С другой стороны, к Роме прижимается Вика. Она вся светится от счастья и так и льнет к Роме. А сам Авдеев и не против. Он обнимает ее за шею и кончиками пальцев рисует узоры на ее обнаженном плече. Так мило, только вот его губы плотно поджаты, а глаза смотрят на меня так равнодушно, что в какую-то секунду я думаю, что это не Рома. Таким я никогда его не видела. Никогда.

— Ну что, Тоня? Вот и все? Ты проиграла!

Его холодный, лишенный каких-либо эмоций голос, заставляет меня вздрогнуть…

Я не понимаю, о чем он говорит, но точно осознаю, что сказка закончилась.

Медленно обвожу присутствующих взглядом. Не особо кого-то узнаю, но я так хочу понять, что происходит, что ищу ответ в чужих глазах. У Ромы они словно заледенели. И я хочу знать причину.

Не верю, что мы во что-то играли. Может со всеми? Но точно не между собой!

Сердце колотится, как птица в клетке. Но я пытаюсь взять ситуацию под контроль.

— А мы играли? — стараюсь казаться хладнокровной, хотя внутри все рвется в клочья.

— Конечно, играли, Тоня, — улыбка Ромы не касается его глаз. Она словно приклеенная. — Ты разве забыла? Или не знала?

Я не знаю, что ответить. Еще пару минут назад я репетировала свое признание в любви этому человеку и мечтала услышать от него взаимное. А теперь я не понимаю, что происходит.

Может Рома так ведет себя только при Туманове и Вике? Может это нужно для запудривания мозгов? И я сейчас должна понять его замысел и подыграть?

Или Рома говорит правду? О том, что он просто со мной играл…

Мое сердце не выдержит.

— Я люблю тебя, — шепотом и слова сами срываются с губ. Так неожиданно, что я сама не готова к ним.

На лице у Ромы тупое безразличие. Мои слова вообще никак его не задевают.

— Можешь не париться, — тянет он со скучающим видом Авдеев. — Я все рассказал о наших фиктивных отношениях. Теперь все знают, что у нас все было не по-настоящему. Думаю, на этом стоит прекратить лгать о том, что мы жених и невеста, Тоня.

На меня смотрят абсолютно все. У меня от обиды начинают гореть щеки. И мне впервые в жизни хочется ударить человека. Но вместо этого я просто стреляю глазами по присутствующим, безнадежно ища хоть какой-то поддержки.

Я встречаюсь глазами со своей бывшей одноклассницей Ириной. Она совсем недавно начала встречаться с Марком, другом Ромы, и мы пару раз пересекались, при этом у нас неплохо получалось общаться, но сейчас… Я думала, что она поддержит меня — мы же из одной деревни. Но она едва заметно качает головой и отводит взгляд в сторону.

— Что происходит? — рявкаю я и впиваюсь взглядом в лицо Авдеева. Очень надеюсь на эффект неожиданности, но он даже бровью не ведет.

— А что ты хотела, Тоня? — вмешивается Вика, глядя меня так, словно я букашка. — Думала, что сможешь провести Рому и женить его на себе, а потом обеспечивать своего инвалида на деньги Авдеевых?

— Чтооо? — я не сразу понимаю, что несет эта противная блондинка. — Какого инвалида?

— Ради которого ты меня хотела на себе женить, а когда не получилось, то просто кинула! А потом и вовсе переключилась на Авдеева, — тут же с ехидной улыбкой поддерживает Вику Кирилл. — А я же тебя любил, Тоня.

От таких заявлений я теряю дар речи.

Что они несут?

— Вы про Тимура? — шепчу я, когда наконец до меня доходит смысл обвинений.

— Ага, про твоего ненаглядного, — рявкает Кирилл. — Тонь, неужели ты думала, что Ромычу никто не расскажет о твоей великой задумке? Вы, два бедных идиота из деревни, так хотите вырваться в лучшую жизнь, что ты готова подложить себя под любого, кто может обеспечить тебе эту лучшую жизнь. А потом жить в свое удовольствие на деньги рогатого мужа, встречаясь с Тимурчиком на стороне. Мы сразу хотели рассказать Роме о тебе и твоем инвалиде, но он бы нам не поверил. А теперь у нас есть доказательства. Надо быть скромнее, когда пишешь признания в любви в социальных сетях, если, конечно, не хочешь, чтобы тебя спалили…

Пока Туманов несет эту ересь, я не свожу глаз с Ромы. Он же увлечен моей обувью. Не смотрит в глаза. Продолжает пальцами ласкать плечо Вики и тупо игнорирует мое присутствие. Я до зубного скрежета хочу оторвать ему руку. Не могу поверить, что Авдеев им поверил и так быстро переобулся.

— Ты им веришь?

Рома поднимает глаза и выгибает брови. У него нет причин не верить.

— Ты — идиот, — меня накрывает.

Как он мог повестись на этот бред?

— Слова выбирай!

— А то что? — я подхожу вплотную к нему. — Заставишь сниматься в порно? Или что? Что ты мне сделаешь?

Наверное, это лишнее. Но я не знаю, как защитить себя от той боли, которая нарастает в груди. Я не знаю, что мне сделать, чтобы она меня не разорвала изнутри.

Рома встает и сразу же возвышается надо мной. Его глаза так близко, что я на мгновение успеваю заметить проблеск чувств. Не знаю, каких. Может боль? Или злость? А потом снова это безразличие в глазах. Как будто он меня совсем не знает.

Вместо ответа Рома берет меня за руку. Его ладонь ледяная, но она меня обжигает. Хочу освободиться, но Авдеев превращается в танк и тащит меня к выходу.

— Ром, ты куда? — взвизгивает Вика. — Она этого не стоит!

— Я сейчас вернусь, — кидает ей Авдеев через плечо.

Мы выходим в коридор, и я до безумия хочу, чтобы Рома сказал мне, что это просто плохой сон.

— Пожалуйста, Ром…, - растерянно шепчу я. — Скажи, что это розыгрыш.

Рома молчит. Когда я делаю к нему шаг, он отступает назад.

— Ты серьезно? Ром? Ты правда им поверил?

Авдеев закрывает глаза, устало втягивает воздух, проводит ладонь по волосам, и только потом заглядывает мне в глаза.

— Тонь, все кончено, — отрывисто сообщает он. — Мы заигрались… Я без претензий. Просто исчезни из моей жизни, и я, как и обещал сделаю все красиво…

— Исчезни? — как попугай, повторяю я.

— Да. Наш договор расторгнут…

Мое сердце сжимает тисками. Мне так больно, что я не хочу впускать реальность в свою голову. И не хочу отпускать Авдеева.

— Я люблю тебя, — повторяю еще раз. Только на это раз осознанно и искренне.

Рома трет ладонями глаза. И нервничает, переступая с ноги на ногу.

— Я… Не люблю тебя…

Ну, вот! Вся моя защита рушится в одно мгновение. Мне так больно, что я нем могу дышать. Я даже не знала, что так может быть. От растерянности я просто стою и смотрю на Рому, ощущая, как по щеками скатываются две слезинки.

Я и плакать то не хочу, но не могу с этим справиться.

Рома сверлит меня взглядом и дышит как паровоз, плотно сжав губы.

Время словно останавливается. Все вокруг застывает, кроме нас двоих.

Когда наши глаза встречаются, я вижу, что Роме тоже плохо. Он смотрит на меня и дрожит. Это так странно, но я вижу, как ему тоже больно. Он пытается что-то сказать, но лишь открывает рот, а затем закрывает.

— Я пойду…, - скрипучим голосом зачем-то сообщаю я. Наверное, не могу поверить в то, что это конец.

— Бл*ть, Тоня, — после долгих мучительных размышлений начинает Авдеев, — если ты меня однажды предашь, я просто сдохну. И тебя за собой утащу. Иди сюда.

Рома берет меня за руку и тянет на себя. А я даже сопротивляться не могу. Просто послушно шагаю ему навстречу и прижимаюсь крепко-крепко к его плечу. Слезы градом.

— Я не предавала тебя, — хриплю, не уверенная, что Рома меня слышит. — Никогда…

Его ладонь ложится на мой затылок, запуская теплые потоки по всему телу. Мне кажется, что ничего роднее этих объятий у меня нет. И я не хочу верить, что это чувствую только я. И что это в последний раз. Я даже не представляю, как вернусь в общагу и больше никогда не буду спешить навстречу к Авдееву.

Все происходит так быстро, что я не могу справиться с собой.

— Почему? Почему ты меня не любишь?

— Больше всех на свете…, - Рома целует меня в висок и снова шепчет: — Больше. Всех. На. Свете. Люблю…

А я снова плачу навзрыд… Мы снова в игре?