7

Рома

Девчонка испуганно хлопает глазами. Кажется, Тоня. Если честно, я не хотел ее напугать. Скорее, я сам ее опасаюсь. Вернее, ее пристального внимания к моей персоне.

Сначала думал, что просто любопытство, но видеть ее в зеркале нашего холла, когда она практически каждый день не сводит с меня глаз, как-то непривычно и напрягает.

Я ее узнал сразу. Эта та пигалица, которую я случайно зажал в тамбуре. Клянусь, у меня в мыслях не было ничего предосудительного, когда толпа просто заставила меня прижать ее к стене. Но она так гармонично вписалась в мое тело, что руки сами легли туда, куда легли бы у любого здорового парня. А когда в ладонях оказалась ее упругая задница, то уже было пофиг. Ее цветочный запах и тихое рваное дыхание сбили меня с толку. В тот раз она тоже испугалась, но дрожала в моих руках не от страха. Я чувствовал, как она вцепилась в мои плечи, повиснув на мне, как плеть. Это был инстинкт. Она тоже среагировала на мое тело.

На секунду я поверил, что ее эмоции искренние. Как в кино. Вот так отреагировать на незнакомца, поддаться ощущениям, загореться только от одного прикосновения. Это было так по-настоящему.

А потом мы столкнулись взглядами, и я увидел, как скривилось ее лицо, когда она увидела мой шрам.

Нет, мне не было обидно. Я привык к таким взглядам.

Я со школы не был красавчиком. А после аварии и вовсе мой взгляд выдерживали единицы. Ну, и спали со мной либо в пьяном угаре, либо за деньги. И меня это устраивало. После предательства Вики я не искал любовь, преданность, отношения. Я просто во всю эту херню не верил.

А тут всего лишь на мгновение закоротило. И сразу же отпустило.

Я забыл про эту пигалицу. Пока через пару дней не увидел, как она пялится на меня из-за центральной колонны в холле. Сначала даже не поверил, но она приходила на свой пост, как часовой.

Мою осведомленность о ее слежке она не заметила. Я увидел ее взгляд в отражении зеркала напротив. И вместо того, чтобы намекнуть ей о том, что знаю о ее пристрастии к разглядыванию, я принялся сам пялиться на нее.

Среднего роста, с хорошей стройной фигурой, темными длинными волосами, которые ей нравилось либо собирать в забавный хвост на затылке, либо перекидывать их через одно плечо.

Ее лицо не мог разглядеть. Слишком далеко она стояла, но я отнес ее к симпатичным мордашкам. Я бы пустил ее в свою кровать. Но на один раз.

Судя по ее скромным юбкам, классическим джинсам и закрытым водолазкам она бы не пошла в мою постель. Тем более на одну ночь. Уверен, у нее еще и секса-то не было. Сдержанностью и невинностью от нее веяло за километр.

Наверное, поэтому я был удивлен, когда застукал ее в аудитории с Тумановым. Ее раскрасневшееся лицо, сжатые ладони в кулаки, и молнии в голубых глазах. Чем они здесь занимались?

Про Туманова я слышал кое-что, но особо не вникал. А вот пигалица оказалась темной лошадкой. Лошадкой, которая не сводила с меня глаз почти две недели.

— Ник, нарой мне инфу на Туманова. И на ту пигалицу, что он тут зажимал, — попросил я одного из своих друзей, когда пигалица покинула аудиторию.

— Зачем тебе эта убогая? — тут же вклинилась Вика.

— Может потому, что я — убогий? — я подмигнул своей бывшей, заставляя пар валить из ее ушей.

Уже две недели я держал ее на расстоянии. А она, наоборот, прилипла ко мне, как банный лист, и не хотела отлипать ни под каким предлогом.

Я забил на нее. Тратить свое время и свои нервы на Вику было лень. Ведь она все равно ничего не поняла.

— Пффф, — фыркнула Вика на мой ответ и гордо прошагала мимо, заставляя всех парней обернуться ей вслед.

А мне было непонятно, что ей нужно было от меня? Ей и пигалице. Какого хрена пигалица устроила тотальную слежку за мной? Оставалось только надеяться на инфу от Ника.

Ник не заставил себя ждать долго и уже вечером скинул мне на телефон все, что я просил.

О Туманове я слышал. Он с Евдокимовым, еще одним мажорчиком, часто зависали в клубе в закрытой зоне. Говорят, что они там снимали девочек, доводили их до нужной кондиции, а потом увозили их и снимали с ними взрослое кино. По мне так, нездоровое у них развлечение, но жалоб на них не было, поэтому их никто не трогал. А мне так и вообще похер.

А вот информация про пигалицу заставила меня удивиться. Тоня Семенова, бывшая девушка Туманова.

Девушка, блять!

Да я прям уверен был, что она сама невинность. Но зная, кто такой Туманов, вряд ли он ей в глаза смотрел при встрече. А еще теперь не удивлюсь, если она была одной из главных героинь его фильмов с пометкой «18+».

А потом эта героиня еще и изменила ему. В его же доме, в его же кровати, с его же другом.

Охренеть и не встать.

Хотя удивляться нечему. Я как никто другой знаю, как обманчива бывает внешность.

Весь свой вечер я посвятил изучению инфы об этой парочке, с десяток раз прокручивал в голове последние две недели и не мог понять, как я вписываюсь во всю эту историю

Что нужно этой маленькой лживой сучке Тоне от меня?

А то, что ей было что-то нужно, я даже не сомневался.

Поэтому утром первым делом выясняю ее расписание и караулю ее на выходе после пар. Думаю, что поговорить нам не помешает. Может быть даже по-плохому.

Но когда разворачиваю ее к себе, неожиданно теряюсь.

Я не хотел ее пугать. Прям сразу и прям вот так. Что она начинает вырываться и того гляди закричит на весь квартал

Не раздумывая, я тащу ее к своей машине. Там мы сможем поговорить спокойно. Если, конечно, я дотащу ее до своего джипа.

— Куда ты меня тащищь? — как я и ожидал, Тоня сопротивляется.

Прижав ее к дверце своей машины, стараюсь быть строгим, но не устрашающим. Не хватало, чтобы она упала в обморок.

— Поговорить надо.

Тоня вскидывает на меня глаза и смотрит с таким удивлением, что я даже подумываю о том, что со мной что-то не так. Хотя шрам на всю физиономию трудно назвать обычным делом. А еще я помню, что Тоня та еще проныра, и, прежде чем, она подберет нужную роль для нашего разговора, я открываю заднюю дверь машины и кивком предлагаю ей самой залезть внутрь.

— Выбора у меня нет? — шепчет она, продолжая внимательно изучать мое лицо.

В ответ я отрицательно качаю головой, на что девчонка послушно разворачивается и забирается в слон. Юбка у нее в этот момент с одной стороны задирается и я вижу на ней чулки.

Твою мать, чулки!

Теперь я точно не сомневаюсь в ее репутации. Роль скромницы, под которой прячется опытная шлюшка, — самая распространенная роль у многих девочек.

Но меня беспокоит другое…

Я нестерпимо хочу потрогать кожу на ее бедре… Там, где начинается тонкое кружево…