Глава 50

– Нервничаешь? – спросил Ян, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги.

– Нет, – улыбнулась, разглядывая его профиль. – Не знаю почему, но я чувствую лишь приятное волнение и ни капельки нервозности.

– Это хорошо. Нет смысла для переживаний, уверен, мои родители тебе понравятся.

– Надеюсь, я им тоже.

– Даже не сомневайся в этом, – произнёс Ян, поцеловав тыльную сторону моей ладони.

Как я и предполагала, Новый год будем встречать вместе, правда, неожиданностью оказалась новость, что не вдвоём, а в полном составе семьи Черных. Мы направлялись в загородный дом родителей Яна, и я действительно не чувствовала нервозности из-за предстоящей встречи.

Вчера стала свидетелем разговора Яна по фейстайму с его родителями. Они не знали, что я тоже нахожусь с ним в одной комнате, поэтому вопросы обо мне были весьма откровенными. Его мама успела поинтересоваться и моим возрастом, и при каких обстоятельствах мы познакомились, и действительно ли он собирается на мне жениться, или это всего лишь Ксюшины фантазии.

– Анне двадцать восемь лет. Мы познакомились два года назад при обстоятельствах, связанных с рабочими моментами, – уклончиво ответил он. – И да, я собираюсь на ней жениться.

Я смотрела на него тогда, счастливо улыбаясь, и с трудом верила в происходящее. Иногда мне казалось, что последние события в моей жизни всего лишь сон.

– Это такая замечательная новость! Кирилл, неужели мы дождались?

Кажется, его мама даже прослезилась в тот момент.

– В таком случае, – услышала глубокий голос, по тембру очень похожий на голос Яна, – мы предлагаем вам встретить Новый год вместе с нами.

– Мы настаиваем, Ян, и это не обсуждается.

– Я непременно поговорю с Анной, мама.

– Очень надеемся, что она согласится.

Конечно, я согласилась, более того, тоже с нетерпением ожидала встречи и была уверена, что найду с ними общий язык.

Вчера после работы успела купить им подарки. Дело оказалось не из лёгких, поскольку я ещё не знала их предпочтений, поэтому для Марины Сергеевны и Кирилла Ивановича ограничилась сертификатом на парный тайский массаж, а Ксюше решила купить книгу, что-то из лёгкого чтения – ставку сделала на любовное фэнтэзи. Но стоило мне войти в книжный магазин, как меня накрыло щемящей тоской, ведь обычно на новогодние праздники я дарила книги папе. Он увлекался чтением биографий известных личностей, которые повлияли на ход истории. Я вспомнила, как он радовался моим подаркам, и в редкие моменты, когда он благодарил меня неуклюжими, быстрыми объятьями, я была безгранично счастлива его неумелым, но искренним проявлениям благодарности.

– Ты в порядке?

И так всегда. Ян невероятно чуткий и мгновенно ощущает любые перепады в моём настроении.

– Иногда мне кажется, что в ты владеешь каким-то секретным устройством, которое считывает мои эмоции.

– Значит, мне не показалось. – Он быстро глянул на меня, затем снова перевёл взгляд на дорогу, которую сильно замело снегом, не прекращающим идти с утра. – Может, поделишься?

– Просто вспомнила папу.

– Я так понимаю, ты с ним больше не общаешься?

– Между нами всегда были натянутые отношения.

– Я помню. Но сейчас вы совсем перестали общаться, так?

Осторожно кивнула, не зная, правильно ли делаю, затрагивая эту тему.

– И что же послужило причиной окончательного разрыва?

– Затрудняюсь сказать, наверное, просто накопительный эффект сыграл свою роль, – уклончиво ответила, вглядываясь в мимо проплывающие деревья, укрытые пушистым снегом.

– Это случилось сразу после твоего возращения с острова? И кто стал инициатором?

Я понимала, что мы когда-нибудь затронем эту тему, но не предполагала, что в канун Нового года.

– Анна?

– Он прекрасно понимал причины, по которым я решила остаться тогда с тобой на острове, и был унижен моим поведением. Посчитал его аморальным и низким. Моё расставание с Владом его тоже сильно задело, но последней каплей для него стал твой отказ продать ему остров. С чего-то он решил, что в этом виновата я, и прямым текстом сказал, что у него больше нет дочери.

В салоне автомобиля повисла жуткая пауза. Именно жуткая и до мурашек устрашающая, потому что, как только увидела, что побелели костяшки пальцев на крепких руках, сжимающих руль, мне стало не по себе.

– Знаешь, Анна, я рад что ты с ним больше не общаешься. Он не достоин иметь такую дочь, как ты. Ты не совершила ничего ужасного, из-за чего родитель мог бы отречься от собственного ребёнка.

– Он так сильно мечтал о твоём острове…

– И? Разве это повод отказываться от дочери, даже если она причина сорвавшейся деловой сделки? Он параноик, а его предположения сами по себе нелепы.

– Мне тоже всегда было интересно узнать о причинах твоего внезапного отказа.

– Нет особых причин. Я давно купил его с мыслью, что он станет местом, где смогу проводить отдых с семьёй. Годы проходили, но я так и не обзавёлся ею. Решение продать его было вызвано исключительно разумными соображениями. Я просто не видел больше смысла его содержать. А потом, когда решил провести последний отдых на Тамулу, вдруг понял, что мне будет не хватать тех мест.

– Ты так его и не продал?

– Нет.

– Мой отец всегда считал, что ты именно ему не захотел продавать остров и нашёл других покупателей.

– Это не так. Я до сих пор им владею. Но отчасти он прав, если бы я всё-таки решился его продать, то всё равно не подписал с ним контракт. Сама идея, что он собирался построить на нём гостиницу, меня не устраивала. Я слишком много души вложил в него, чтобы так просто отдать его под строительство сомнительного проекта.

– Вот видишь, если бы я не проговорилась тогда о планах моего отца, ты, возможно, и подписал бы документы.

– Нет, Анна. Это второстепенная причина. Как я уже сказал, тот последний отдых заставил меня пересмотреть решение о его продаже.

– Почему?

Он нахмурился, обдумывая ответ.

– Я не должен был тебя отпускать, – произнёс неожиданно. – Я давно не чувствовал себя настолько легко с женщиной, как тогда. Мне было интересно с тобой, но я не понял, что чувство, которое ты у меня вызвала, было счастьем. Я был счастлив с тобой, Анна.

Что же происходило в этот момент со мной, уму непостижимо. Мы впервые затронули тему наших отношений на острове, и я была рада откровениям Яна.

– Знаешь, думаю, твой отец прав – ты причина, из-за которой я передумал продавать остров. Он вдруг стал ассоциироваться у меня с теми чувствами, которые пережил рядом с тобой. Я даже неоднократно возвращался туда, чтобы снова их ощутить, но так и не получилось. Я просто не понимал, что дело не в месте, а в тебе.

– Звучит очень грустно.

– Потому что это так и есть. Грустно было осознавать свою глупость, отослав тебя домой, и не понимать, что ты – та самая женщина, которая мне вдруг станет необходима, как воздух. Грустно понять, что всё это время мы могли быть вместе… и у нас мог бы уже подрастать ребёнок.

На последнем слове голос Яна будто надорвался, и я почувствовала боль, исходившую от него, такую знакомую и щемящую, что иногда мне казалось: я никогда не избавлюсь от неё.

– Я бы могла… – Осеклась под острым мимолётным взглядом в мою сторону.

Ян говорил о женитьбе, но и словом о детях до сих пор не обмолвился. Может, он и не хочет вовсе снова становиться отцом.

– Да, Анна?

– Я бы могла родить ребёнка.

– Иди ко мне.

Ян притянул меня за затылок и нежно коснулся губами моих.

– Конечно, ты родишь. Обязательно родишь. У нас будет полноценная, настоящая семья. Разве ты этого ещё не поняла?