Глава 23. Как тебе такое, Курт Максвелл?

Сена.

На вечеринку я заявляюсь со своей бандой поддержки – Unity Crew. Нас встречает просторный, стильно обставленный дом, будто сошедший с экрана американского фильма про золотую молодёжь. Но кое-чего явно не хватает: где, мать его, бассейн? Во всех западных фильмах вечеринки у крутых ребят всегда проходят в особняках с шикарными бассейнами!

И нет, меня совершенно не смущает тот факт, что на улице около нуля и мы не в Майами. Чёрт возьми, мы даже не в Штатах, но для девчонки из русской «глубинки» Канада и США – одна шайка-лейка, как любила говаривать вахтёрша ледового дворца в Нижнем Новгороде, где меня впервые поставили на коньки.

Могла ли я тогда представить, насколько круто изменится моя жизнь? Ничего подобного. Я думала, что за границей все улыбаются просто потому, что им всё с рождения само с неба падает, и рассчитывала на более простую адаптацию. Но взрослая жизнь – отстой, а чужая страна действительно чужая, даже если у тебя на паспорте красуется её герб.

– Дрянная девчонка! – восхищённо орёт мне навстречу Оуэн, хозяин вечеринки и друг Хантера, сравнивая меня с одной из героинь фильма «Дрянные девчонки».

– Так себе комплимент, – ухмыляюсь я в ответ.

– Макалистер, отвали от моей девушки! – Коул мощным плечом отодвигает друга и сверкает своей фирменной белозубой улыбкой, той самой, которая погубила не одно женское сердце.

– Наши отношения развиваются с бешеной скоростью. Такими темпами к концу вечера будем уже детей нянчить, – подхватываю я нашу игру в серьёзную парочку и прохожу в гостиную, наполненную гулом голосов, запахом духов и лёгким ароматом алкоголя.

– А потом сразу в дом престарелых! – подхватывает он, закидывая на мои плечи тяжёлую руку. – Раз уж вся наша жизнь пролетит за пару часов, как в фильме «Время», давай сразу перейдём к веселью!

– Гениальный план! Кстати, это мои друзья… – оборачиваюсь я и вижу, что ребята застряли у входа: Марта упражняется в остроумии с Оуэном, Дон что-то эмоционально рассказывает рядом стоящим хоккеистам, а Тоби и Джекки смеются из-за очередной шутки Бена. – Короче говоря, рыжая красотка – это Марта, рядом её брат Дон, дальше Тоби, Джекки и тот горячий красавчик с внешностью Антонио Бандераса в лучшие годы – Бенито.

– Я знаю их всех, – усмехается Хантер. – Мы учимся в одном универе.

– Но вы вроде как не тусуетесь вместе?

– Не тусуемся. Но я слежу за выступлениями Unity Crew. Они представляют Монреаль в танцах, а я – в хоккее. Считай, коллеги по цеху.

Я слегка удивлена: надо же, самовлюблённый ловелас Коул следит за чьими-то успехами помимо своих собственных. Внезапно это открытие приятно согревает меня изнутри. Возможно, он и ведёт себя не лучшим образом с девушками, но человек он явно глубже и интереснее, чем кажется на первый взгляд.

– Вау! Бонусы зарабатываешь? – одобрительно киваю я, оглядывая переполненную гостиную. Повсюду расставлен алкоголь, в каждом углу либо жмётся парочка, либо весело заливается смехом компания ребят. В центре комнаты две девчонки лениво покачивают бёдрами в такт музыке, периодически вытягивая за руки парней, развалившихся на диванах. Из глубины доносится звуки ударов шаров по бильярдному столу, а ближе к кухне слышен азартный рев игроков в бирпонг.

– Что пить будешь? – спрашивает Хантер, подводя меня к высокому столу на кухне, который сегодня служит импровизированным баром.

– Что-нибудь такое, что ты при мне откроешь.

– Ты серьёзно думаешь, что я хочу тебя опоить? Забыла, мы утром идём в мэрию оформлять лицензию на брак. Мне жена завтра нужна со светлой головой! – смеётся Хантер, и я театрально прикладываю ладонь ко лбу, изображая забывчивость. Тем не менее он начинает рыться среди бутылок в поисках закрытой.

– Кажется, здесь ничего нет для вас, мисс Золотова, – посылает мне очаровательную улыбку, не обнаружив ничего подходящего. – Пойду в кладовую, принесу новую бутылку. Стой здесь и никуда не уходи!

– Есть, капитан!

Как только Хантер исчезает из поля зрения, я получаю минутку наедине с собственными мыслями. А я вообще готова пойти на это? Переспать с ним, заранее зная, что это будет секс на одну ночь?

Рука сама тянется к телефону в заднем кармане джинсов. Открываю чат с Куртом и в очередной раз останавливаю себя от того, чтобы совершить какую-нибудь глупость. Я так хотела, чтобы он хоть как-то отреагировал на мой эмоциональный выброс тогда в коридоре спорткомплекса. Остановил меня, сказал хоть что-то, сделал властный жест.

А может, просто скинуть ему фотку с бокалом, намекнув как круто я провожу время?

Отлично, Золотова. Именно такого детского поведения и ждёт от тебя тридцатилетний мужчина.

– Malaya? Zolotova? Ty chto li?

Мозг не сразу воспринимает русскую речь, внезапно ворвавшуюся в мои душевные терзания. Отрываюсь от телефона и упираюсь в пару синих глаз и внушительную груду мышц.

– Strizhenov? Ty…?

– Ya! Ohrenet', podumat' tol'ko! Ne rano tebe po takim vecherinkam taskat'sya?

– Mne vosemnadtsat', Maks. I v otlichiye ot tebya ya ne napivayus' v stel'ku pered vazhnymi sorevnovaniyami, – тут же даю отпор старому знакомому. Макса я знаю давно: сначала как одного из самых проблемных хоккеистов Элли, а позже – как брата моей близкой подруги Леры. Когда-то Элли помогла ей найти партнёра и тренера по фигурному катанию, и мы стали тренироваться вместе в одном ледовом дворце.

– A tvoya sestra v kurse, chto ty zdes'?

– Da, a kak naschot tebya? – парирую я, прекрасно зная, что завтра у него важная игра за Торонто.

– Ya vzroslyj mal'chik i ne obyazan ni pered kem otchityvat'sya! – деловито заявляет он.

– O, togda zapishem stories? Moya sestra obyazatel'no posmotrit. Ej budet priyatno znat', chto ya v etom gorode ne odna i ryadom est' zemlyaki! – ехидно улыбаюсь я и вытягиваю телефон вперёд. Макс тут же выхватывает его из моих рук.

– Ladno-ladno! Ya ne dolzhen zdes' byt'!

– Ser'yozno? – наигранно удивляюсь я.

– No i tebe rano hodit' na takie tusy. Zdes' zhe vse parni dumayut tol'ko chlenami!

– I chto s etogo?

– V smysle?! Ne smej nichego pit' i voobshche davaj ya tebya domoy otvezu!

– Strizhenov, rasslab'sya! Ty mne ne starshiy brat!

– Ksyu, esli by ya uznal, chto Lerka…

– Красотка, я нашёл для тебя эксклюзив! – внезапно материализуется рядом Хантер с бутылкой вина в руках.

– Hanter? Ya tebya s nim ne ostavlyu!

– Стриженов, ты какого хрена тут забыл? – Коул резко оборачивается к моему неожиданно нарисовавшемуся защитнику и бросает угрожающе: – Сена занята, так что сваливай по-хорошему!

– Коул, если ты её хоть пальцем тронешь, клянусь, пожалеешь. Её сестра тебе яйца отрежет, – переходит Макс на английский, сверля моего парня на вечер тяжёлым взглядом.

– Я сам разберусь, исчезни уже.

– Ксю… – Стриденов снова переводит взгляд на меня, пытаясь выразить всё своё негодование и беспокойство.

– Макс, я взрослая девочка, – игриво подмигиваю ему. – Ты не сдаёшь меня Элли, а я не сдаю тебя. Договор?

Ультиматум срабатывает. Макс недовольно поджимает губы, бросает последний убийственный взгляд на Коула и исчезает в глубине дома, оставляя нас наедине.

– На чём я остановился? – тут же оживляется Хантер, едва спина Стриженова растворяется в толпе гостей.

– На угощении дамы благородным напитком, – я протягиваю ему два бокала, которые он тут же наполняет густой бордовой жидкостью.

– За нас! – поднимает бокал Коул, и я отвечаю звонким соприкосновением стекла.

***

Веселись, Золотова! Вот тебе и бар с выпивкой, и красавчик, готовый сделать из тебя женщину, и друзья вокруг, создающие нужный настрой. Радуйся жизни, твою мать!

Я оглядываюсь по сторонам. Все нашли себе занятие: Джекки и Тоби азартно режутся в бирпонг с Оуэном и другими хоккеистами, Дон сосредоточенно гоняет шары по зелёному сукну бильярдного стола с ребятами из нашего универа, а Хантера утащили друзья во двор забивать шайбы вслепую на спор. Повсюду слышится громкий смех, звон стаканов и музыка вперемешку с шумом голосов. В общем, все наслаждаются молодостью и безнаказанным бездельем. Что мешает мне делать то же самое?

Один неприступный холодный и до дрожи в коленках сексуальный доктор, переписку с которым я гипнотизирую весь вечер, стоит мне остаться наедине со своими мыслями. Мне срочно нужен знак от Вселенной! Хоть какой-нибудь…

– Итак, какой план? – Марта внезапно появляется у бара рядом со мной, потягивая диетическую колу через тоненькую трубочку.

– Что ты имеешь в виду?

– Сначала ты красиво отшиваешь Хантера, а теперь флиртуешь с ним и даже приходишь на его вечеринку. Ты либо поплыла от его серых глаз, как остальные дурочки, либо у тебя есть какой-то хитрый план, – подруга бросает на меня многозначительный взгляд.

– Нет никакого плана! Я просто хочу повеселиться! – демонстративно показываю ей опустевший бокал и тянусь за бутылкой вина.

– Повеселиться – это пофлиртовать и дать себя потискать в углу или всё же запереться в спальне наверху и позволить зайти дальше?

Я несколько секунд перевариваю её слова. Хочу ли я идти до конца? Одно дело злить доктора Максвелла (что пока не особо-то получается), и совсем другое – действительно лишиться девственности с парнем вроде Коула. Сердце неприятно ёкает при мысли о том, что я хочу сделать это назло кому-то.

Но если я перестану быть девственницей… Может быть тогда моя неопытность больше не будет пугать его?

– Второе… – киваю я беззаботно и планирую осушить следующий бокал вина.

– Ого! Так-так-так, Сена, притормози! – Марта тут же забирает у меня бокал и ставит его обратно на стол. – Что случилось?

– Ничего… – кривлюсь от терпкого послевкусия вина во рту и слегка кружащейся головы.

– Вот держи лучше это, – она суёт мне свою колу, выбросив трубочку, и продолжает тоном заботливой старшей сестры: – Когда ничего не случается, люди обычно не принимают решение переспать по пьяни с ненадёжным парнем.

– Это всего второй бокал! – ною я в ответ.

– И последний! – категорично заявляет подруга. – Не делай глупостей из-за какого-то придурка, который не сумел разглядеть в тебе бриллиант!

– С чего ты взяла, что дело в каком-то придурке?

– А других вариантов нет. Чего ты добьёшься, если переспишь с Хантером? Хочешь заставить его ревновать?

– Кого?

– Того, с кем у тебя открыта переписка, – Марта кивает на мой телефон, где до сих пор висит наш диалог с Куртом.

– Это… О Господи! Забери эту чёртову штуку, пока я не натворила глупостей! – Я лихорадочно блокирую экран и протягиваю мобильник подруге. Марта с ухмылкой забирает его из моих рук.

– Даже не думай трахаться с Хантером! – Она тычет в меня указательным пальцем, будто строгая училка, поймавшая школьницу за курением в туалете.

– Я подумаю над вашим предложением, сударыня, – я подмигиваю ей и тянусь к миске с чипсами.

Она уже открывает рот, собираясь возразить, но её голос тонет в оглушительной волне музыки и внезапном восторженном рёве толпы. Мы обе резко поворачиваем головы, инстинктивно пытаясь понять причину такого ажиотажа. В центре гостиной уже вовсю зажигают Тоби и Дон: парни демонстрируют нереальные танцевальные трюки, вплетая их в идеально синхронные движения. Народ вокруг визжит от восторга – овации, свист и одобрительный гул сопровождают каждый эффектный элемент их выступления.

– Тщеславные ублюдки, – усмехается Марта, скрестив руки на груди и наблюдая за ребятами с напускным равнодушием.

– Да ладно тебе! Это явно веселее, чем уныло цедить диетическую колу! – бросаю я в ответ и вырываюсь вперёд, проталкиваясь сквозь толпу на импровизированный танцпол к нашим парням.

– Ты что творишь? – кричит мне вслед Марта.

– Давай сюда! Мы же пришли сюда отрываться! – задорно хватаю её за руку и тяну за собой, тут же подхватывая связку движений Дона.

Толпа ликует в эйфории, подпитывая наше эго громкими криками и аплодисментами. Адреналин и драйв заполняют каждую клеточку моего тела, заставляя двигаться ещё ярче, жёстче и откровеннее.

– Джекки! – вопит Тоби, и в круг ворвалась наша знойная красотка-афроамериканка. Её дерзкий тверк плавно перетекает в женственный хип-хоп, заставляя всех парней в комнате дружно пустить слюни.

– Зена, королева воинов, покажи класс! – выкрикивает кто-то из толпы, и ребята тут же перестраиваются, выталкивая меня в самый центр танцпола.

Вот это я понимаю – вечеринка! Музыка пульсирует в висках и груди, проникая в каждую мышцу моего тела. Я пропускаю сквозь себя будоражащие ритмы, позволяя мелодии ласкать кожу и будить самые запретные желания. Адреналин от танца круче любого алкоголя или бессмысленного флирта. Вот она моя настоящая любовь, мой лучший секс. Если танец – это вертикальное выражение горизонтальных желаний, то я давно уже не девственница. На танцполе я опытная искусительница с богатейшим арсеналом самых извращённых фантазий.

Как тебе такое шоу, Курт Максвелл?