Глава 16 · Луиза

Потолок моей старой комнаты в доме отца кружился, свет из окна отбрасывал неровные тени на стены, кровать все еще оставалась мягкой, одеяла пахли кондиционером для белья, убивая желание выходить к гостям.

По правде сказать, я вообще не хотела появляться здесь снова, как и видеться с Марией и Гонсалесом. Ожидался приезд семьи Санчес, а там и Лукас, которому я с удовольствием набила бы лицо. Думаю, даже Матиас признал бы мою правоту.

До безумия сильно хотелось выбежать из дома, сесть в машину и вернуться в свою квартиру. Туда, где не было ни фальши, ни желания спрятаться. Но вместо этого я поднялась, поправила бордовое платье в пол с откровенным декольте. Впервые за долгое время мамино кольцо из сейфа не пылилось в пакетике, а блистало на моей шее, переливаясь на свету.

Отец хотел картинку идеальной семьи. Что ж, будет ему и картинка, и идеальная семья. Никто ведь не говорил о строгом дресс-коде, верно?

Я усмехнулась зеркалу, около которого уже не осталось ни страхов, ни паники. Теперь оно было точно такое же, как и всегда. И я точно такая же, как и всегда.

Я не любила опаздывать, поэтому бесшумно открыла дверь и выскользнула в коридор. Шпильки из-за музыки, играющей внизу, застучали по плитке едва слышно. Я остановилась около балкончика, разглядывая происходящее в гостиной.

Тайфун танцевал с Марией в центре зала. И, пожалуй, они выглядели хорошо. Тихонько переговаривались, кружа среди любопытных глаз, оба сдержанны, с ровной спиной. Почти идеальная картинка. Я бы не сказала, что они влюблены, но в жизни случалось многое, и любовь тоже бывала разной. Может быть, все происходило не зря. На месте сестры могла оказаться и я. Не знаю, радоваться или огорчаться. Что бы я делала, стоя там, с ним, играя роль его невесты?

Ответа я не нашла. Тайфун уже не вызывал дикого желания проехаться ножом по горлу, но и симпатии никакой к нему не находилось.

Я поправила волосы, стала спускаться вниз, придерживаясь за перила. Тут же у подножия лестницы появился Лукас Санчес, на которого я старалась не обращать внимания. Желание развернуться и спрятаться в комнате росло с огромной скоростью. Слишком сильно не хотелось оставаться с ним один на один. И хоть я знала, что справлюсь сама, что рядом Тайфун и Матиас, горло все равно сжимал страх. И чем сильнее билась в груди паника, словно маленькая птичка в клетке, тем выше поднимался мой подбородок и ровнее становилась спина. Никто в этом зале не увидит то, что скрывалось внутри. Никто.

– Прекрасно выглядишь, стальная леди, – проговорил парень, протянув руку. Я ядовито усмехнулась, так и не шагнув на еще одну ступеньку вниз, чтобы не смотреть на него снизу вверх.

– Не могу сказать о тебе того же.

– Да брось, Луиза, забудем наши размолвки и познакомимся заново? Давай потанцуем? – Он лукаво улыбнулся, склонив голову вбок. Я спешно кивнула и вложила ладонь в его руку. Слишком много глаз устремилось в нашу сторону. Отказывать было бы глупо и невежливо. Особенно ему. Тем более когда взгляд отца казался настолько тяжелым.

Лукас оставил легкий поцелуй на тыльной стороне ладони, затем провел в сторону гостей и, опустив руки на талию, придвинул к себе, не сохранив при этом ни капли приличий. Меня не заботила репутация, ее уже давно не было, но мои ладони все равно уперлись в грудь, скрытую под черной рубашкой.

– Не боишься, что в этот раз мне помогут оторвать тебе достоинство?

– В этот раз я не собираюсь хватать тебя за горло, – отозвался он, медленно кружа меня в танце. Я же едва не сжала ткань его рубашки от напряжения, разлившегося по телу, и я очень надеялась, что он этого не почувствовал.

– Я бы хотел извиниться за тот случай, – добавил Лукас, когда между нами повисла неловкая тишина, – согласишься ли ты поужинать со мной? – Боже, это было настолько смешно и тупо, что я, не выдержав, запрокинула голову и рассмеялась.

– Ты серьезно думаешь, что я пойду на это?

– Я ведь сказал, что мне жаль.

– Я ведь сказала, что мне плевать.

– Хорошо, пойду другим путем.

– И каким же?

– Буду долго упрашивать. Может быть, залезу на твой балкон.

– И похитишь?

– Нет, добьюсь согласия.

– Из жалости? – Я глянула на него снизу вверх, замечая непривычно мягкую улыбку на губах. – Или из-за страха? Или из-за усталости от постоянного внимания с твоей стороны? – Лукас отозвался тихим, бархатистым смехом. Почему-то сейчас в нем не осталось чего-то пугающего.

– Из-за силы чувств.

– Ты наивен.

– Нет, хочу загладить вину, – из голоса пропало веселье, оставляя лишь серьезность. Но я не успела ничего ответить, музыка прекратилась, в поле зрения возник Тайфун, он явно о чем-то спорил с моим отцом. И это казалось более занимательным, чем приглашение Лукаса на ужин.

– Спасибо за танец, – криво усмехнулась я, – над приглашением подумаю. – Отказываться было бы неправильно. Решение, принятое так быстро, могло оказаться неверным, а Лукас Санчес мог мне пригодиться.

Я оставила парня позади и направилась к отцу с Тайфуном. До слуха долетела лишь фраза о том, что меня снова не нужно во что-то впутывать.

– Не впутывать во что? – зло спросила я, останавливаясь прямо напротив отца. Он поджал губы, показывая, насколько сильно недоволен сложившейся ситуацией. Я, признаться честно, тоже восторга не испытывала.

– Потанцуем? – спросил Гонсалес, тут же повернувшись ко мне. Я едко выгнула бровь, сложив руки на груди. Ничего получше не придумал?

– Если ты пытаешься отвлечь меня от разговора, то не выйдет. Я хочу знать, что происходит и почему.

– Не лезь в это, Луиза.

– Хватит скрывать! – прошипела я. – Большинства расстройств и переживаний ты бы лишился, если бы рассказывал мне хотя бы половину происходящего!

– Не сейчас. – Гонсалес легко коснулся локтя, отвлекая. Я выдохнула, поправила волосы, затем посмотрела на Тайфуна.

Семейка Санчес в полном составе оказалась рядом. Лукас то и дело смотрел в мою сторону, растягивал губы в усмешке, вызывая этим только усталость. Если я и соглашусь на ужин с ним, то только потому, что он конкретно меня достанет.

Разговор отца с Карлосом я не слушала, погрузившись в свои мысли. О чем до этого они говорили с Тайфуном? Что обсуждали?

Когда-нибудь эти секреты исчезнут? Когда-нибудь я перестану постоянно искать ответы?

Взгляд пробежался по детям Санчеса, осмотрел его жену, не задерживаясь на слишком тихой женщине, затем остановился на главах двух семей. И отец, и Карлос – оба с улыбкой, которая казалась даже доброй. Возможно, кто-то мог подумать, что они  два добрых дядечки, которые обсуждали футбол и политику, а по выходным пили пиво и играли в гольф. Вот только любой здравомыслящий человек с инстинктом самосохранения перешел бы на другую сторону дороги. А мы стояли здесь и наигранно смеялись. Нормальность давно покинула наш мир. Особенно остро это чувствовалось, когда у тебя нет голоса, когда не можешь ответить за себя, потому что пальцы отца с силой сжимают кожу, лишь бы никто не ушел оскорбленным. Но, по правде говоря, я бы не смогла их унизить, за меня это уже давно сделала жизнь.

Я посмотрела на Гонсалеса, думая, зачем ему все это нужно. Для чего он здесь? Для чего согласился на помолвку с Марией? Только ли ради безопасности? Вряд ли бы отец захотел его убрать, слишком велик риск потерять все из-за мести. Так зачем Гонсалес сейчас стоял здесь, терпел всю нашу семью? Ради того, чтобы убрать Санчеса? В это я не верила, поэтому смотрела на мужчину, пытаясь его разгадать.

Когда же Карлос, попрощавшись, оставил нас одних, я порывисто шагнула к Тайфуну, надеясь, что его предложение потанцевать еще в силе. Это отличная возможность выведать хоть что-то.

– Идем. – Я кивнула в сторону свободной площадки. Он галантно подал руку, в которой моя ладонь утонула. Ну и компания на вечер. Один лучше другого. Первый чуть не задушил, второй похитил и стал женихом младшей сестры, но хотя бы не вызывал желания сбежать.

Тайфун легко опустил руку на талию, казалось, расслабленнее, чем во время танца с Марией. Темные глаза смотрели прямо, ни на миг не опускаясь в декольте, хотя взгляд Лукаса я часто там ловила. Забавно.

Пальцы пробежались по черной ткани пиджака, я оглядела костюм из дорогой ткани, замечая цвет рубашки. Бордовый. В тон моего платья. Простое совпадение, которое, скорее всего, никто, кроме меня, даже не заметил.

– Ничего рассказать не хочешь? – тихо спросила я, поддаваясь его движениям.

– И как тебе танцевать с врагом? – шепотом спросил парень, видимо, имея в виду Лукаса.

– Вполне неплохо, ты даже ни разу не наступил мне на ногу, – усмехнулась я, устремив взгляд за его плечо, чтобы рассмотреть любопытные лица присутствующих. Еще там, наверху, наблюдая за Гонсалесом и Марией, я думала о том, хотела бы оказаться на ее месте или нет.

Ответ нашелся, ведь сейчас я с ним танцевала. И у меня не было желания стать его невестой. Но я смогла бы играть эту роль.

– О чем вы говорили с Санчесом?

– Сверяли график.

– Зачем?

– А о чем вы говорили с Марией?

– О том, как вульгарно выглядит твое платье.

– Я была уверена, что вам понравится.

– Нам должно польстить то, что ты о нас подумала?

– Вы красиво смотритесь. – Неожиданно даже для меня тема свернула в другую сторону, заставив прикусить нижнюю губу от неловкости. И зачем? Зачем я это сказала?

– И фальшиво.

– И фальшиво, – согласилась я, – но думаю, всем все равно. Посмотри на этих людей. Они пьют, общаются, большинство из них вечером уедет в веселой компании, они проведут вместе ночь, а наутро разойдутся и не вспомнят, что Мария Перес и Аарон Гонсалес слишком скованно вели себя друг с другом. – В макушку прилетел тихий смешок, что показалось благоприятным знаком.

– Что вы обсуждали с отцом?

– Он ведь сказал тебя не вмешивать.

– Я уже замешана. – Пальцы нервно сжались на его плече, взгляд метнулся вверх, останавливаясь на покрытом легкой щетиной подбородке. – Это связано с убийством?

– А ты ответишь на вопросы?

– Смотря что ты хочешь спросить, – отозвалась я, подалась вперед в попытке заглянуть в его глаза. Тайфун слегка наклонился, едва не столкнувшись со мной носом. Как-то случайно мы оказались слишком близко друг к другу. И кажется, даже не заметили этого, продолжая смотреть. Вся непривлекательность Гонсалеса куда-то улетучилась. Даже смерть Генри казалась отголоском чего-то былого и давнего. А передо мною, в непозволительной близости, стоял обычный мужчина. И я бы соврала, если бы сказала, что он не привлекателен. Аарон Гонсалес был чертовски привлекателен. И если бы не его помолвка с моей сестрой, то, быть может, я бы использовала его для одиноких вечеров. Правда, не думаю, что его бы это устроило.

Я тихо кашлянула, благоразумно отодвигаясь и заканчивая немую битву взглядами. На нас все еще пялилась куча народа, среди которого находилась и моя семья.

– Мы нашли пулю с пентаграммой, – прошептал Тайфун, когда моя рука соскользнула с широкого плеча, а вторая вырвалась из хватки его ладони. Я вздрогнула, от удивления распахнув глаза.

Проклятие, он ведь наверняка все понял!

В голове всплыли недавние обрывки воспоминаний. Сейф, папка с делом, кольцо, висящее сейчас на моей шее, и… пуля с гравировкой в виде пентаграммы.

Ноги сами понесли к выходу на задний двор. Сейчас там должно быть меньше всего людей, а мне срочно нужно остаться в одиночестве и сделать хоть один нормальный вдох, потому что страх уже прохладой касался плеч, вызывая мурашки, от которых хотелось прикрыться.

Я выбежала на крыльцо и запрокинула голову. На черном небе рассыпались мириады звезд. И в обычный вечер я наверняка бы остановилась, чтобы рассмотреть почти каждую. Но сейчас хотела лишь избавиться от страха.

Мы нашли пулю с пентаграммой.

Это могло быть совпадением, ошибкой, подставой или бог знает чем еще, но душа цеплялась за самый мрачный и невозможный вариант. Теперь я понимала, почему отец сказал ему не впутывать меня. Но, если смотреть фактам в глаза, я впутана в это уже пятнадцать лет. И двадцать два года я варилась во всем остальном.

– Этого ты добивалась?

Только ее не хватало. Только не это. Ну почему? Почему она не выбрала любой другой момент? Почему именно тот, где я еле стояла на ногах и не соображала?

– Чего? – все же спросила я, разворачиваясь к младшей сестре. Мария едва сдерживала слезы, сжимала ладони в кулаки, пытаясь совладать с эмоциями. Вот только контроль ей всегда давался с трудом.

– Почему ты хочешь все испортить?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Что между тобой и Аароном?

Вот так да… даже не находилось слов, чтобы найти ответ на это. Что между мной и Тайфуном? Неприязнь, желание убить? Хороший вопрос.

– Ничего.

– Не ври мне! – воскликнула она, порывисто шагнув вперед, вынуждая меня отойти. – Все видели то, что в приличном обществе не называется танцем.

– Мы просто разговаривали, меня не интересуете ни он, ни ты. Хотя теперь я понимаю, почему ты так легко согласилась на предложение отца, – усмехнулась я. – Даже не осуждаю за это. Гонсалес хорош собой. – Вот в чем в чем, а в таком меня еще не обвиняли. Точнее, обвиняли, и довольно часто, но это всегда пустые слова.

– Ты завидуешь, потому что отец счел меня пригодной для этой партии, а не тебя.

– Ты себя вообще слышишь, Мария?!

– А что не так? – Сестра скривила губы в злой усмешке. – Тебя всегда волновало то, что происходило в моей жизни. Ты всегда мне завидовала!

– Я не собираюсь слушать этот бред, – отозвалась в ответ я и, обойдя Марию, направилась обратно. Страх ушел, кажется, сам испугался безумства младшей сестры. Боже, я даже не знала, как к этому относиться. Удивление казалось настолько сильным, что больше смахивало на шок.

– Не вздумай все испортить, Луиза! – донеслось мне вслед, заставляя быстрее переставлять ноги, не обращая внимания на слабость.

Я буквально влетела в дом, схватила на кухне бутылку вина и бокал и, обходя гостей, направилась в свою комнату. Слишком многое предстояло обдумать.

Музыка все еще заглушала звуки шагов, когда я поднялась на второй этаж. Хотелось быстрее добраться до комнаты, снять проклятое платье, в котором постоянно нужно проверять, правильно ли лежит ткань на груди. Но за поворотом от лестницы в коридор на втором этаже стоял Тайфун.

– Вы точно с ней уживетесь, – буркнула я, останавливаясь напротив него и поправляя бретельку платья, сползшую вниз по плечу. Тайфун проследил за этим движением. – Что ты здесь забыл? – Он нервно сглотнул, опустив взгляд на грудь, а затем снова поднял черные глаза к моему лицу.

– Какая гостеприимность, – хмыкнул мужчина. – Ты ведь уже видела такую гравировку, да? – спросил Тайфун, прищурившись, словно пытался прочесть мои эмоции. – Ты ее узнала.

– Отстань от меня, Аарон, – устало отозвалась я, кажется, впервые назвав его по имени. Тайфун согласно кивнул, отступая.

– Я отвечу на любой твой вопрос, если захочешь. Завтра в два у меня. Можешь прийти, можешь не приходить. Это ничего не изменит в соглашении между мной и твоим отцом. – Я зажмурилась, продолжая идти вперед, туда, где уже спасительно маячила белая дверь комнаты. Еще немного, и Мария, Гонсалес, отец, Лукас и гравировка из прошлого останутся здесь, в коридоре, с навязчивой и надоедливой музыкой, а я окажусь наедине со звуком бушующих волн и ночного города. Вино уже не требовалось. Мне хотелось лишь тишины.