Глава 18 · Аарон

Утром шея ужасно болела, ноги затекли, а усталость навалилась еще сильнее, словно этих крох сна вовсе не было.

Я постарался шевельнуть конечностями, но их будто придавили чем-то тяжелым. Только тогда я все же окончательно проснулся, открыв глаза. И… кхм… я даже не знал, как можно назвать эту картину.

Луиза Перес крепко спала, положив голову на мои колени и повернувшись лицом не в ту сторону, в какую могла, чтобы избежать неловкости. Сейчас же она уткнулась носом мне в ширинку, и, честно сказать, мои мысли текли совсем не в то русло. Совсем не в то.

Каштановые волосы раскинулись по дивану и брюкам, длинные ресницы подрагивали, а девушка спала, подложив ладонь под щеку.

Хотел бы и я так спокойно спать. Вот только такое пробуждение бодрило получше кофе.

И наверное, нужно ее разбудить, но… как?

– Уже думаешь, какое наказание свыше тебя за это ждет? – хмыкнула Луиза и, прищурившись, открыла один глаз. Я пялился в ответ, сведя брови к переносице. – Или твои мысли улетели далеко за пределы праведных? – Да. Очень далеко. О праведности я бы не вспомнил, если бы она об этом не сказала. Кажется, Луиза прекрасно это понимала – скосила взгляд на мою эрекцию, и ехидная усмешка появилась на ее губах. Впрочем, девушка сразу поднялась и пересела подальше. Я сдержал тяжелый выдох. То ли от разочарования, то ли от облегчения.

– И как часто такое бывает? – спросил я, даже не зная, что имел в виду. То, как часто она просыпалась так у парней? А какое мне дело? Или то, как часто ее мысли улетали за пределы праведных?

– А у тебя? – усмехнулась Луиза, потянувшись. Затем, не дождавшись ответа, вышла из гостиной.

Что это было?

Актуальный вопрос для последних нескольких недель. Правда, задуматься я не успел – в дверь позвонили. И почему мой дом стал таким привлекательным для гостей?

Я подорвался с дивана, через несколько секунд оказался в коридоре, гадая, кого принесло в такую рань.

– Кто-то пришел? – шепот Луизы раздался позади, опалив шею горячим дыханием. Я пожал плечами, пытаясь сбросить наваждение и отделаться от пробежавших по коже мурашек. Кажется, сон все еще не отпустил.

Звонок повторился, я не стал медлить и, оставив Перес подальше, открыл.

А как вы встречаете невест? Кажется, вот она – карма. На пороге стояла Мария Перес, с которой мы вчера отметили помолвку.

– Привет, – неловко проговорила девушка, заламывая пальцы рук.

– Привет?

– Отец сказал, что нам пора хотя бы немного видеться в неформальной обстановке, – объяснилась девушка. Я молча отошел, пропуская девушку в дом.

В дом, где сейчас находилась ее сестра.

Можно ли считать это наказанием свыше?

Девушка прошла внутрь, неуверенно осмотрелась по сторонам, но ее неуверенность крылась в движениях только до момента, пока она не заметила Луизу.

– А ты здесь что делаешь? – От былой кротости не осталось и следа, Мария уперла в Лу серьезный взгляд. Кажется, я еще не проснулся, а это самый настоящий кошмар, который никак не хотел заканчиваться.

– Привет, сестра, – усмехнулась Луиза, – занесла документы, уже ухожу. – Она направилась к выходу, и вместе с ней летел в одно место весь наш план, если можно было так назвать мое желание оставить поиск ответов до утра.

– Стой, – вырвалось раньше, чем я успел подумать. Лу, кажется, все поняла, потому что тут же остановилась, переводя взгляд с меня на сестру и обратно. Мария делала то же самое, и обе сестры ждали от меня ответа. Самое неловкое утро за всю мою жизнь.

– Хорхе скоро приедет, – проговорил я Марии, затем повернулся к Луизе. – В твоем пакете документов нет страниц двенадцать и двадцать девять, они нужны мне сегодня.

– У меня всегда полный комплект, смотри внимательнее, – отозвалась девушка в привычной манере.

– Значит, в этот раз не полный, – хмыкнул я, открыв дверь пошире. – Мария, скоро буду, дом в твоем распоряжении. – Я изобразил мягкую улыбку, зная, что, даже если захочет, в доме она все равно ничего не найдет, потому что прятать я умел. А Хорхе обычно всегда приезжал вовремя.

Мы вышли на улицу, оставив младшую Перес так и стоять в коридоре, словно маленькие дети, сбегающие от надзора злой воспитательницы.

Луиза тихо посмеивалась, отвернувшись от окон.

– Знаешь, если бы ты реально был женихом моей сестры и относился к ней так, то я бы убила тебя, не задумываясь, – улыбнулась она. Я проигнорировал эти слова, потому что стало неловко и странно. Не думал, что буду встречать невесту, пусть и фиктивную, таким образом.

– Где твоя машина?

– Я пришла пешком. – Лу пожала плечами, словно дом отца, где я видел ее вчера вечером, находился не на другом конце города.

– Откуда?

– От отца.

– Это же…

– Да, неблизко, – согласилась она, затем прищурилась, разглядывая меня. Наверное, выглядел я не очень после сна в непонятной позе и бодрого утра, даже не умылся, не выпил кофе и не сменил вчерашний костюм. Думаю, Мария поняла, что Лу заходила не из-за документов. Она хоть и скромна, но не глупа точно. – Так что застыл, мы едем или нет? – поторопила Луиза, оказываясь около черного спорткара.

– А куда хоть едем?

– Ко мне, – отозвалась она, нырнув на пассажирское сиденье.

– То есть все это время я мог прийти к тебе домой и забрать то, что мне нужно?

– Надеюсь, ты не обо мне, – усмехнулась она, тут же более серьезно продолжив: – Тебе пришлось бы долго искать.

Я молча сел в машину, а затем выехал на пустующее шоссе.

– Мне вот что интересно. – Луиза повернулась, слишком бодро и энергично, будто всю ночь не проспала на моих коленях. – Есть такое понятие, «сердце тайфуна», им называют самый центр урагана, есть, конечно, еще парочка названий того же явления, но остановимся на этом. – Она с умным видом откинула волосы назад. – Сердце тайфуна обычно самое спокойное и безопасное место, там нет ни звуков, ни хаоса, которые создает ураган. Интересно, в твоем сердце тоже так?

– А у меня есть сердце?

– Оно у всех есть, – тихо заметила девушка, заставляя вздрогнуть. Я уже слышал похожие слова. Они уже звучали где-то в моей жизни, но…

Я не знал, что ответить на ее вопрос. Это чистая провокация, и никто не собирался проверять то, что происходило там, в моей душе, поэтому до самого ее дома мы ехали в полной тишине. Пока не зазвонил телефон.

– Да, Хорхе.

– У тебя странное понятие «доброе утро», – хмыкнул парень. – Не ожидал, что вместо привычно злого Аарона меня встретит злая Мария.

– Злая?

– Раздраженная точно. Кажется, вы испортили ей все планы, – рассмеялся Хорхе, испытывая какое-то изощренное удовольствие от того, что мы оказались в неловкой ситуации. И я не мог его винить. – Мог бы оставить мне красотку!

– Обойдешься, – небрежно бросила Лу.

– О, так вы вместе? – голос снизился до заговорщического шепота. – Понял, принял.

– Не понял и не принял. Присмотри. Скоро буду. – Я сбросил вызов, останавливая машину напротив многоэтажного дома. Луиза замялась, будто хотела передумать, выдохнула и все же вышла из машины.

Мы пересекли дорогу, зашли в подъезд, в полной тишине ждали лифт и так же поднимались на тринадцатый этаж.

Луиза подошла к двери, перебирая связку ключей. Напряглась, что-то внимательно рассматривая. Нехорошее предчувствие сжало горло, когда она повернулась ко мне с полными ужаса глазами.

Тоненькая рука указала на дверь.

На открытую, черт возьми, дверь.

Теперь я не был уверен в том, что она не понадобится убийце. Хотя опять же это могло оказаться совпадением. Вот только часто ли грабили элитные дома с охраной и камерами?

– В коридоре за стеллажом, – прошептала девушка, обхватив мою ладонь, – оружие. – Я кивнул, осторожно вошел внутрь, стараясь не издавать звуков. Лу держалась прямо за моей спиной, за что я был ей даже благодарен. Почему-то казалось, что в такой ситуации она полезет первой. Но, видимо, меня девушка не жалела.

В месте, о котором сказала Лу, действительно нашлось оружие – старый пистолет, потертый и явно видавший лучшую жизнь.

Я прошел дальше, осматривая гостиную, перевернутую вверх дном, затем кухню, в которой тоже царил полный беспорядок, и, при всем моем отношении к Перес, вряд ли это естественное положение вещей в ее квартире. В просторной спальне тоже никого не оказалось, но на всякий случай я проверил пустые шкафы, почему-то не думая о том, что мог увидеть то, что для моих глаз не предназначалось. Например, нижнее белье, сложенное, вероятно, раньше аккуратными стопками, а сейчас наполовину свисающее из шкафа.

– Никого, – крикнул я, пряча оружие за пояс брюк и отводя взгляд в сторону от разноцветного кружева. Это утро явно решило меня испытать.

Луиза ворвалась в спальню, оглядывая будто бы поле битвы. Грудь быстро поднималась и опускалась, выдавая частое дыхание, глаза бегали по кругу, ища, за что зацепиться, а затем она бросилась вперед, упав на колени перед шкафом.

– Ничего не трогай, я вызову ребят. – Но девушка проигнорировала меня, залезла в шкаф почти полностью. – Луиза! – Я подошел ближе, думая даже вытащить ее за ногу. Но тут она ударилась об одну из полок затылком, зашипела от боли и вылезла наружу, держа в руках серую папку и два пакетика.

– Не нашел, – счастливо усмехнулась она. А я смотрел на пакет для улик, в котором лежала пуля с гравировкой в виде пентаграммы, и понимал, что именно произошло в ее квартире.

– Совсем сдурела? – Я подцепил ее за локоть, поднимая на ноги. – Держать такое в доме?! А если бы он пришел ночью, когда ты здесь?

– Ты сказал, что я ему не интересна.

– Я не знал, что у тебя здесь целый склад улик! – возмутился я, едва не прижав девушку к стене. Луиза упрямо сверлила меня взглядом, гордо вскинув подбородок и прижав содержимое сейфа к груди. И в гневе, разлившемся по лицу, она казалась чертовски красивой.

– Они лежат у меня три года! – процедила Луиза, подавшись вперед: брови сдвинулись к переносице, губы приоткрылись, словно целая тирада ругательств собиралась слететь с языка. И если бы я наклонился чуть ниже, а она привстала на носочки, то наши губы легко бы соединились, стирая и злость, и испуг, и все то, что уже так долго тревожило, но вместо этого я прикрыл глаза, успокаивая эмоции. Девушка потупила взгляд, отступая в сторону и отворачиваясь от меня.

– Тебе придется перебраться к отцу на какое-то время, – прошептал я, останавливаясь прямо у нее за спиной. Луиза согласно кивнула, вытащила из кучи на полу черную кожаную дамскую сумку, запихнула туда документы, собрала пару вещей, а я даже не пытался говорить о том, что сначала здесь все должна осмотреть полиция.

– Можем идти, – проговорила она, выходя из спальни. Я набрал Хорхе, коротко объяснил ситуацию, пока мы возвращались на улицу. Друг на том конце провода много матерился, а Лу вела себя непривычно тихо.

Луиза Перес была из тех, чье молчание убивает все. Пусть она кричит, пусть орет хоть в рупор на ухо, плачет, смеется, но вот, если так, как сейчас, это било сильнее, чем гнев.

Я поморщился, когда мы оказались на залитой солнцем парковке. Кому понадобилось забираться в квартиру девушки, если ни материалы дела, ни пуля не имели значения спустя столько лет? Возможные отпечатки уже давно стерли, а в показаниях очевидцев и самой Луизы вряд ли можно найти что-то новое.

Смысл мог быть только один – запугать. Чтобы ни я, ни кто-либо другой не лез в это дело. Вот только почему пугали Луизу? Правильнее всего было бы направить послание Марии как невесте.

Рука сама по себе нырнула в карман, достала пачку сигарет. Взгляд прошелся по окнам дома, скользнул на крыши.

Так много вопросов.

Рассказ девушки о прошлом не принес ответов. Только сильнее запутал. Разница между двумя убийствами в тот день – четыре часа и два квартала. Кто мог так постараться, замолчать на пятнадцать лет, а затем еще раз убить? И не женщину, как было бы логично. Мужчину, который, возможно, не имел отношения к мафии. Нужно спросить ребят, что они накопали.

Я вернул взгляд на Луизу, боковое зрение уловило странное свечение, заставляя лихорадочно обернуться в поиске объекта. Глаза бегали по окнам и крыше, а когда наконец наткнулись на еще один блик, воздух разрезал звук выстрела. Я шагнул в сторону, прикрывая девушку. Не мог позволить ее знаниям о деле кануть в небытие. Хорхе бы продолжил расследование за меня, но для этого Луиза Перес должна жить. И я не хотел видеть, как ее душа медленно покидает тело. Может быть, это и было моей возможностью искупить грехи? Хотя почему-то в этот момент это последнее, чего мне хотелось. Куда больше волновала она.

Я знал, что второй пули, которую Луиза со страхом ждет, не будет. Ее никогда не бывает.

Первое правило любого киллера, чистильщика или наемника: выстрелил – убежал, а уж попала пуля в цель или нет – не так важно. Важнее остаться незамеченным. При необходимости попытку можно повторить, и сделать это легче на свободе, чем за решеткой.

Плечо пронзила острая боль, на миг стало безумно жарко и мокро, я почувствовал, как падаю. Луиза тихо вскрикнула, и последнее, что я увидел, – ее полный ужаса взгляд. Она хотела забыть прошлое, но оно точь-в-точь повторилось.