Глава 26

Заседания Совета проходили за закрытыми дверями, и Таисса знала почему.

Переговоры были сорваны. И виновник был лишь один.

Александр.

Косвенной виновницей была и Лара. Но, как ни крути, она никого не отравила, а публично наказать звезду будущего фильма было немыслимо. Тем более что монтаж наконец был закончен, и дата премьеры приближалась с неумолимой быстротой. Трейлеры фильма набирали миллионы просмотров в сети за считаные часы, и Таисса с изумлением убеждалась, что её отец был прав: настроения против Светлых и Тёмных медленно, но верно сходили на нет.

Конечно же, фильм был лишь видимой частью айсберга, огромной машины под названием «манипуляция общественным мнением». Инструментом, который в умелых руках был порой неотличим от контроля сознания. Вот только между ними была существенная разница: ничьё сознание не было исковеркано, а в сети оставались независимые каналы, доступные всем.

– Но это всё равно несправедливо, – заметила Таисса, когда они с отцом и Ником Горски втроём сидели на террасе. – Совет может твердить сколько угодно, что они используют эти механизмы ради общего блага, чтобы предотвратить войну, но это… это ведь тоже несвобода, разве нет? Деление на тех, кем манипулируют, и тех, кто манипулирует.

– Идеального рецепта нет, Таис, – произнёс отец. Перед ним, как и перед Таиссой, стояла чашка с ароматным чаем, но он к нему даже не притронулся. – Я знаю лишь один более или менее достойный. Совет, где присутствуют все партии.

– «Наши» партии, – уточнила Таисса. – Вряд ли кто-то хочет пустить в партер вариант «ноль». Или тех, кто сильно не нравится и Светлым, и Тёмным. То есть и там будет присутствовать несправедливость. И элементы диктатуры. И неравенство перед законом.

– Вообще-то, – кашлянул Ник Горски, – ты делишь шкуру неубитого медведя, Таисса. Сейчас ни у Тёмных, ни у людей нет права голоса вообще. Дир надеялся это изменить, но…

Он замолчал. И он, и отец Таиссы, и сама Таисса прекрасно знали это «но».

Вернон собирал армию.

Юные Тёмные, лишившиеся способностей, начали исчезать из-под опеки Светлых один за другим. Целые семьи снимались с места. И никто не мог сказать с уверенностью, где они теперь, словно невидимая электронная ладонь защищала их всех от чужого глаза.

– Я боюсь за Вернона, – тихо сказала Таисса. – Я не смогла его переубедить. А Сайфер будет его только подстёгивать.

– Что происходит между ним и Найт? – негромко спросил Ник из-под капюшона.

Таисса покачала головой:

– Я не знаю. С той ночи, когда они… провели церемонию, она молчит.

– Она подарила мне кое-что, – произнёс Ник, и его капюшон качнулся в сторону Эйвена Пирса. – Что-то необыкновенное, что я даже не надеялся получить. Я уже рассказал твоему отцу, но мне будет приятно, если её подарок увидишь и ты.

Лицо Эйвена Пирса вдруг осветилось улыбкой.

– Я рад за тебя, Ник, – с теплотой сказал он. – Это хорошая новость, Таис.

Брови Таиссы взлетели. Найт подарила что-то Нику Горски? Ему одному?

– Что именно она тебе… – начала она, и тут дверь на террасу распахнулась.

Дир шагнул вперёд. Он был бледен, и его глаза лихорадочно блестели.

– Вы нужны мне, – без предисловий произнёс он. – Все трое.

– Что произошло, Дир? – только и спросил отец Таиссы.

– Александр хочет с нами поговорить.

Ник и Таисса вскочили с мест. Эйвен Пирс покачал головой:

– Нет.

Дир нахмурился:

– Эйвен, это шанс на…

– Вы расскажете мне всё, что мне нужно знать. Но никаких переговоров с ним с моей стороны не будет. – Отец Таиссы встал. – Идите, Дир. Вам не стоит медлить из-за меня. Таис, мы поговорим позже.

Таисса нахмурилась:

– Ты не хочешь с ним говорить? Но ведь мы уже были в похожей ситуации. Александр вколол мне нанораствор, пытался взорвать нас в замке Майлза Лютера, убить нас на Луне… И каждый раз ты шёл на переговоры. Что изменилось?

Её отец не обернулся.

– Я.

Он не использовал импланты, чтобы взлететь. Просто вышел через другую дверь.

– Эйвен хочет убить Александра, – произнёс Ник Горски из-под капюшона. – И очень хорошо знает, что убьёт, если постарается.

Глаза Дира сузились.

– Ты хочешь сказать, что нам стоит взять это в расчёт?

Ник Горски покачал головой:

– В том-то и дело, что нет. На некоторые вещи Эйвен просто не способен. Он сделает всё, чтобы этого избежать. Именно поэтому он не пошёл на переговоры: если они встретятся лицом к лицу, Эйвен просто не выдержит.

«Ты же сама понимаешь, что убить своего отца немыслимо», – вспомнила вдруг Таисса его слова.

– Он боится, – прошептала Таисса. – Боится это сделать. Потому что оправиться от убийства своего отца невозможно. Если он это сделает, я его потеряю. Он сам себя потеряет.

Ник Горски молча наклонил голову.

Дир обнял Таиссу за плечи.

– Эйвен не убьёт Александра, – тихо сказал он. – Он сильнее этого. Идём, Таис.

Недопитая чашка её отца осталась на террасе. И, уже уходя, Таисса услышала знакомый звук. Печальный крик птицы, летящей над садом в ту ночь, когда Таисса видела Вернона в последний раз.

Таисса не могла поверить, что Александр прибыл в Кобэ. После всего, что он сделал…

Но в этом и был смысл перемирия, верно? Пока переговоры формально не были закончены, Вернон и Александр могли находиться в одной комнате, и никто из них не имел права убить другого.

Вот только, конечно же, Александр не стал так рисковать.

– Он в проекции, – тихо сказал Дир, открывая перед Таиссой дверь. – Дыши глубоко, Таис. Мне нужна твоя ясная голова.

– Я… постараюсь, – успела прошептать Таисса.

А потом она увидела Александра.

Сухощавая невозмутимая фигура с искалеченными руками, сидящая в кресле на воздушной подушке. Проекция.

– Добрый день, – произнёс он. – Рад видеть тебя в добром здравии, Таисса.

Наверное, в эту секунду Таисса впервые поняла, что это такое – перемирие. И как порой бывает трудно его сохранять.

– Добрый день, – раздался другой голос.

Иоширо вошёл в зал. Таисса впервые заметила, что они были не в строгом зале для переговоров, а в самой обычной комнате со светлыми стенами. Совершенно пустой: из мебели здесь были лишь строгие циновки на полу.

– Здесь встречаются смертельные враги в день, когда схватка неизбежна, – невозмутимо произнёс он. – Поэтому, дабы встреча оказалась как можно более короткой, стульев здесь не полагается и всегда присутствует арбитр.

– Глава общины, – тихо сказала Таисса.

– Который не вмешивается. Перемирие в Кобэ уже было нарушено однажды. Помните это.

– Ты не позвал ни Найт, ни Сайфера на эту встречу, – заметил Ник Горски, который вошёл в зал вслед за ними. – Боишься?

Александр не ответил. Он расширенными глазами смотрел на Ника, и в лице его было абсолютное изумление.

Таисса обернулась. И с коротким вздохом замерла на месте.

Потому что Ник откинул капюшон.

Таисса видела его без капюшона раньше. И тут же узнала. Высокий лоб, седые виски, спокойное и строгое лицо, ясные карие глаза. На его лице были следы шрамов, куда более заметные и глубокие, чем бледный шрам на щеке у Таиссы. Но они не умаляли ни его обаяния, ни его привлекательности.

Герой двух войн. Блестящий стратег и тактик. Смертельный враг и старый друг её отца, много лет остававшийся в стороне из-за нежелания участвовать в подковёрных играх. Но теперь, как вдруг поняла Таисса, всё изменится.

Вот что подарила ему Найт. Новое лицо.

– Поздравляю, – сказала Таисса с улыбкой. – Я так рада.

– Я скучал по твоему лицу, – произнёс Дир дрогнувшим голосом. – Надо сказать, ты умеешь выбирать момент.

Ник усмехнулся, и двое мужчин вдруг обнялись на глазах Таиссы. Так, словно никакого Александра здесь не было.

Рука Ника задержалась на плече Дира, и Дир едва заметно кивнул ему, словно уступая лидерство в разговоре.

И Ник шагнул вперёд.

– Не будем терять времени зря, – негромко произнёс он. – Что ты хочешь нам сказать, Александр?

– Что моя судьба меня не особенно интересует, – сухо произнёс Александр. – Твоё лицо тоже, хотя я и рад за тебя. Но нам сейчас не до этого. Грядёт война.

– Твоими стараниями, – уничтожающе процедила Таисса.

– Не с Тёмными, Таисса. Тебе уже пора избавляться от своей наивности.

Ярость и возмущение заполнили её, почти разрывая грудь. Вернон почти погиб из-за него, её собственная жизнь висела на волоске, а он…

– Твой собственный сын избегает встречи с тобой, чтобы не пойти на убийство, – сквозь зубы сказала Таисса. – Совет мечтает судить тебя за то, что Вернон отказался подписывать договор, после того как ты его отравил. А ты собираешься позвать нас всех на новую войну с ветряными мельницами? Думаешь, тебя хоть кто-то послушает?

Александр не повёл и бровью.

– У нас общая задача, – произнёс он. – Сайфер и Найт должны быть уничтожены.

– Да, – прозвучал женский голос.

Лара стояла в дверях, уверенная и спокойная. Заметив взгляд Дира, она вскинула голову.

– Ничто не оправдывает того, что ты сделал, Александр, – произнесла она. – Я ненавижу мальчишку не меньше тебя, но Вернон Лютер готов был подписать договор и отдать противоядие, а ты отравил его.

Лара повернулась к Диру и Нику, полностью игнорируя Таиссу.

– Но Александр прав, – тихо и чётко сказала Лара. – Сайфер перешёл последнюю черту. Ваша история с линком из будущего, из которого, по словам Пирс, он так ничего и не вытащил? Мелочь по сравнению с тем, что он помогает Вернону Лютеру создавать армию прямо сейчас! Всё, он неуправляем! Скажите, что вы со мной не согласны! Попробуйте!

Дир и Ник переглянулись. А потом взгляд Дира упал на Таиссу, и её сердце сжалось. Потому что во взгляде Дира было сожаление.

– Ограничения на сеть в пробном квадранте не дали эффекта, – произнёс он. – Шлюзы, временное закрытие ширококанальной связи, ограничение по данным… даже мораторий на дроны. Тёмные исчезли оттуда всё равно. Я выступаю за то, чтобы провести последний раунд переговоров, а если мы ничего не добьёмся – полностью вымести Сайфера из сети и сохранить его личность в минимальной версии. Так, как это было сделано с Найт после Луны. Перманентно. С Найт… в перспективе – более щадящие меры, но временно – то же самое.

– Ты это собрался обсуждать на сегодняшнем заседании? – спросил Ник Горски.

– Да.

Таисса молчала. Как и Иоширо, застывший молчаливым изваянием у стены.

В словах Дира был смысл. Если бы кто-то попытался убить Найт, Таисса сделала бы невозможное, чтобы его остановить. Но Сайфер перешёл грань, потом ещё одну… и пусть даже это были маленькие шаги, он был слишком силён, чтобы оставить это без внимания. Строгое заключение на долгий срок – жёсткий, но разумный ответ.

Таиссе жаль было Найт, которая вновь потеряет свободу. Но война с Сайфером? Война Светлых с Тёмными, где все возможности Сайфера будут к услугам Вернона? Это будет слишком страшно.

– Я хочу быть уверена, что им обоим сохранят жизнь, даже если переговоры провалятся, – произнесла Таисса. – В прошлый раз это было возможно. Не вижу причин, почему вы не сможете повторить это теперь.

– Боюсь, не сможем, – сухо сказал Александр.

Таисса моргнула:

– Это ещё почему?

– Для начала – потому что это технически невозможно. В прошлый раз Найт совершенно не сопротивлялась, и мы смогли сохранить её. Условно говоря, так, чтобы тебе было понятно… представь, что её изображение застыло на листе бумаги размером с Землю, а мы смогли вырезать её по контуру и сжечь остальное.

– А теперь и Найт, и тем более Сайфер будут сопротивляться, – дрогнувшим голосом сказала Таисса.

– Именно. А это значит, что их изображение будет прыгать по бумаге туда-сюда, и в результате от них не останется даже клочьев.

Таиссе хватило одного взгляда на лицо Дира, чтобы понять, что Александр не врал.

– Во-вторых, – сухо продолжил Александр, – мы не оставим их в живых, потому что я этого не хочу. А в-третьих, мы все видим, что осознавший себя ИИ не должен существовать. Никакой. Никогда.

– Наказание должно быть неотвратимым, – устало сказал Дир. – Но компромисс возможен, Александр. Просто посмотри на лицо Ника и вспомни, что Найт вернула твоему сыну зрение. Для начала нам нужно просто поговорить с ней.

Таисса улыбнулась Нику. Она всё ещё не могла поверить… А потом вспомнила фигуры Сайфера и Найт, стоящие в озере, и её сердце заныло.

– Время разговоров прошло, – раздельно произнёс Александр. – Сайфер угрожает всему человечеству. Всем Светлым и Тёмным. Тебе и твоему ребёнку. Тебя с детства учили выбирать миллионы жизней, а не одну.

– Если эта жизнь способна за одну секунду агонии уничтожить целый город, я десять раз подумаю перед тем, как вынести ей приговор, – спокойно сказал Дир. – Пока что вирус законсервирован в хранилище под контролем Совета. Самолично ты его не запустишь.

– Есть и другие варианты, – сухо сказал Александр. – Но я хочу действовать заодно с Советом, поэтому я и здесь.

– Найт и Сайфер не слышат этот разговор, но, думаю, они прекрасно осведомлены о твоих планах, Александр, – произнёс Ник Горски. – Но ничего ещё не решено. Прежде чем жечь мосты, нужно испробовать мирные методы.

– Какие? – презрительно спросила Лара. – Даже ваша Таисса не смогла достучаться до Найт.

– Потому что Александр – наша проблема, – резко сказала Таисса. – Пока он встревает в дела Совета и требует их гибели, как они могут с нами разговаривать? Его нужно изолировать, поместить в тюрьму, но у власти он быть не должен!

– Он создал нас с Диром и готовится создать новое поколение Светлых из людей, – ледяным тоном сказала Лара. – Для тебя это ничего не значит?

– Так разрешите ему заниматься генетикой под жёстким контролем, если уж вы настолько не согласны терять его бесценный мозг! – закричала Таисса. – Но уберите его из Совета к дьяволу!

– Именно поэтому я и должен быть в Совете, – произнёс Александр таким же ледяным тоном, как и Лара. – Пока глава Совета под каблуком у неуравновешенной девчонки, а ещё один Тёмный мальчишка пользуется искусственным разумом, как заводной игрушкой, миром будет править ИИ. И я этого не допущу.

– Ты отравил Вернона!

– Я был прав! – внезапно рявкнул Александр. – Когда вариант «ноль» выбил у нас из-под ног наш мир, этот сопляк отобрал всё, что осталось! Тысячи детей страдают из-за него! Думаешь, он отдал бы нам противоядие? Захотел бы – взял бы свой анклав и свои льготы в первый же день переговоров и подписал бы договор тут же. Он тянул, потому что он хотел большего. Сын Майлза Лютера хотел быть королём по-настоящему. И сейчас – по твоей глупости! – исполняет свою мечту.

– Тебе плевать на Светлых детей, – тихо сказала Таисса. – Не притворяйся хотя бы здесь.

– Мне никогда, – так же тихо и устало произнёс Александр, – не было плевать на Светлых. Я защищаю свой мир. И я готов это делать любой ценой.

Таисса покачала головой:

– Скажи мне хоть что-нибудь, что заставит меня в это поверить. Что ты защищаешь наш мир, а не мечтаешь свернуть шею тому, кто увёл у тебя любимую женщину.

– Таис, – предостерегающе произнёс Дир.

Александр лишь усмехнулся:

– Ты настолько веришь в то, что новый избранник Найт совершенен? Что ж, смотри.

Экран вспыхнул справа от него.

Код. Строчки кода. Не особенно понятные, но Таисса, моргнув раз и другой, начала понимать отдельные команды. Поисковые запросы, строки…

– Сайфер ищет меня, – невозмутимо произнёс Александр. – Препараты, которые я заказываю для исследований, дроны, которыми я пользуюсь, даже мою любимую смесь из сухих фруктов. Глупец. Он тратит на поиски меня совершенно невозможные ресурсы и порой топит своими запросами целые сегменты. Ты знаешь, что несколько клиник в Огайо потеряли возможность связаться с донорскими банками? Что погибли люди?

– Как я узнаю, что это не ты подставляешь его? – с нажимом спросила Таисса.

– Почти наверняка слова о клиниках – провокация или обман, – произнёс Ник Горски, открывая виртуальный экран на своём линке. – По крайней мере, веры Александру больше нет.

– Он ищет меня, – с нажимом произнёс Александр. – И не меня одного. Вы правда хотите оставить в живых ИИ, который хочет убивать?

– Сложно винить Сайфера в том, что он хочет тебя обезвредить, – с горечью произнесла Таисса. Она устало прислонилась к стене: после всех препаратов, которые ей пришлось принимать после того, как несколько капель крови Вернона попали ей в вены, у неё порой всё ещё кружилась голова. – Но вспомни: когда он тебя похитил, он мог тебя убить, и очень легко. Вместо этого он оставил тебя в криокамере.

– Потому что иначе потерял бы Найт, – желчно сказал Александр. – Сейчас же, когда речь идёт о моей жизни, она целиком и полностью на его стороне.

– Так спаси свою жизнь, чёрт подери! Сделай так, чтобы он не хотел тебя убить! – Таисса задохнулась. – Подай в отставку, уйди в сторону, признай свою вину, помоги нам договориться без тебя! Ты уже сделал достаточно, тебе не кажется?

– То есть это Александр должен защищаться от неуправляемого ИИ, а не наоборот? – язвительно спросила Лара. – Так, Пирс?

Таисса устало потёрла лоб. Все в комнате глядели на неё. На лице Иоширо было лёгкое любопытство. Глаза Дира были серьёзны и бесстрастны, Ника – задумчивы. На лице Лары горела знакомая бессильная ярость.

А потом Таисса посмотрела на Александра, и её сердце упало. Потому что в глазах Александра было выражение, которое Таисса порой видела в зеркале.

Упрямое знание, что он не отступит.

– Ты правда хочешь убить их обоих? – тихо и отчаянно спросила Таисса. – И Сайфера, и даже Найт? Ты ведь любишь её!

Александр несколько секунд задумчиво глядел на неё.

– А если и да? – негромко спросил он. – Это что-то изменит?

Таисса невесело усмехнулась:

– Наверное. Я не знаю, что тяжелее – видеть тебя параноидальным противником искусственного разума или тем, кто хочет из ревности прикончить бывшую подружку и её нового супруга.

– Про супруга – это фигура речи? – медленно спросил Дир. – Или…

– У них была церемония в Киото, – негромко сказала Таисса. – У Саймона и Найт. И одновременно – здесь, с Саем, в саду. Когда взошла вторая луна. Я была там.

– Нужны два свидетеля, – пробормотала Лара. – Впрочем, что это я вообще говорю? Они же не люди.

– Вернон был там тоже. – Таисса помолчала. – Он уехал в ту ночь. Я пыталась уговорить его остаться, но он отказался.

– А он просил тебя уехать с ним, – произнёс Дир. – И ты отказалась.

– Откуда ты знаешь?

– Догадался.

Таисса перевела взгляд на Александра. Он смотрел на неё внимательно и немного печально. Была ли свадьба Найт и Сайфера для него новостью? Значило ли для него это хоть что-нибудь?

Строчки из дневника Александра вдруг всплыли перед её глазами:

«Да и имеет ли она право на любовь? Ведь её истинной любовью может быть лишь ещё один ИИ, а от такой страсти зашатается мир. И тогда мне придётся уничтожить их обоих».

– Ты никогда не поставишь любовь на первое место, – произнесла Таисса.

– Нет.

– Несмотря на то, что умеешь любить.

Лёгкая усмешка тронула губы её деда.

– Думаю, мы оба в этом порой сомневаемся.

Глядя в живые тёмные глаза, так похожие на глаза её отца, Таисса вдруг подумала, что Александр мог быть совсем другим. Всё ещё мог. Ведь возможно измениться и к тьме, и к свету, правда? Если ты начинаешь убивать или если перестаёшь. Вот так просто. Порой с помощью контроля сознания, как случилось с Тором когда-то, но порой и без него. Достаточно одной мысли. Одного лишь слова.

Вот только какие слова ей найти, чтобы поколебать его решимость идти до конца?

– Если ты сдашься и сядешь в тюрьму, никто не будет убивать тебя в силовом коконе, как ты убил Андриса, – тихо сказала Таисса. – Даже у Сайфера есть честь и сострадание. Я согласна с Диром, Сайфера надо ограничить, и мы это сделаем. Но он не неуправляемый убийца. Его главная вина и беда в том, что он слишком хочет заглянуть в будущее, но я и сама этого хочу. И ты, разве нет? Разве ты не хотел бы узнать, что грядёт? Защитить близких, как я хочу оградить Вернона и, может быть, себя?

Александр медленно покачал головой:

– Не такой ценой.

– Я не думаю, что цена, которую хочет затребовать Сай, будет так высока, – тихо сказала Таисса. – Он не собирается травить Вернона или запускать вирус по всей планете, как ты. Он просто мечтает увидеть Тьена, чтобы спросить…

Таисса не успела договорить, потому что её вдруг пронзила одна-единственная страшная мысль.

Желание Сайфера узнать будущее порой граничило с одержимостью, с манией. Точно такой же одержимостью горел Саймон Рид, когда переносил куски своего сознания в сеть и когда они вдвоём с Саем пытались добиться сердца Найт.

Удар лазером с орбиты. Похищение Александра. Таисса, вонзающая нож в спину Вернона под действием нанораствора. Сай мог быть очень жестоким, и фантазия его не знала границ.

И лишь Тьен мог дать ему ответы.

«Как Сайфер будет шантажировать избранника Великого Тёмного, находясь во времени, где этот избранник ещё не родился, я представляю довольно плохо».

А вот Таисса только что представила. И поняла.

Тьен существовал и в этом времени. И шантажировать взрослого Тьена было проще простого. Достаточно поставить жизнь Алисы и маленького Тьена под угрозу – и взрослый Тьен примчится сам.

Ведь если Тьен не родится вовсе, значит, будущего не случится. Страшнее угрозы для Тьена не придумаешь.

Вряд ли Саймон и Найт могли заподозрить Сайфера в такой чудовищной задумке. И вряд ли остальные догадались бы, что он сосредоточится на Алисе.

Но Таисса видела в его взгляде одержимость, когда Саймон рассказывал ей о Сае. Она слышала вкрадчивый голос Сая в ночи, когда тот соблазнял её возможностью спасти Вернона. Будущее не было для Сая лишь увлекательной загадкой: оно было альфой и омегой.

Она знала. И ей стоило догадаться куда раньше.

Таисса чуть не потеряла сознание. Земля крутанулась, готовясь уйти из-под ног.

Но Таисса вовсе не собиралась падать в обморок.

Вместо этого она бросилась к дверям.

– Таисса! – послышался за спиной голос Ника.

Она не обернулась.

В следующий миг сильная рука удержала её за плечо и мягко развернула.

– Что ты знаешь? – негромко спросил Дир, глядя ей в глаза. – Таисса, если ты не доверишься мне, кто-то погибнет.

Таисса сглотнула.

Что будет, если она доверится Диру? Как выстроятся вероятности?

Нет. Сай пронзил собой всю сеть. Даже лишённый могущества и отрезанный от дата-центров, он сможет отследить их перемещения. Он поймёт, что они знают, что он задумал. И успеет первым.

А она сама? Успеет?

Знает ли Тьен, что произойдёт? Замкнётся ли временная петля – или вновь возникнет новая реальность? Уцелеют ли в ней Дир, Тьен и все, кого она любит?

– Я не могу, – прошептала Таисса. – Но… Дир, не убивай Найт. Сделай всё, чтобы она осталась жива.

– А Сайфер? Что он задумал?

Таисса не ответила. Не могла ответить. Её губы просто не могли разомкнуться.

Возможно, сейчас она совершала чудовищную ошибку. А может быть, принимала единственно верное решение. Она знала лишь одно: эта минута определяла её жизнь.

– Останови её, – сухо произнёс Александр. – И допроси. Немедленно.

– Тот, кто попытается удержать эту девушку силой, нарушив перемирие, – произнёс Иоширо бесстрастно, – будет иметь дело с общиной Кобэ.

Дир посмотрел на Таиссу долгим взглядом. На её побледневшее лицо, в застывшие глаза.

– А если я пойду с тобой? – очень тихо спросил он. – Только я?

– Ты нужен, чтобы сдержать Александра, – прошептала Таисса. – И ты один… без мощи Совета, без вашего вируса, без Найт… ты не выстоишь. Я тоже не выстою. Но я должна попытаться.

Один-единственный взгляд. И едва заметный кивок.

– Я люблю тебя.

– Я знаю, – прошептала Таисса.

– Удачи, наследница Великого Тёмного, – услышала она. – Да сбудется пророчество.

И Таисса бросилась туда, где её ждали.

Спасать нерождённого ребёнка, к которому сама она не имела никакого отношения.

Но это было неважно. Лишь бы он остался жив.