Глава 6

Ей нужно было поговорить с отцом. Не получить одно-единственное сообщение, сколь угодно тёплое и родное или важное и информативное. По-настоящему поговорить.

Таисса тяжело вздохнула, откладывая зубную щётку. Она стояла в просторной ванной и бездумно смотрела мимо зеркала.

Пора было приступать. Но что она скажет?

Таисса не сомневалась, что её будут слушать Светлые: линк на её руке наверняка был взломан. Она бы вообще не удивилась, если бы Лара разломала украденный линк в порыве ярости. Ведь Эйвен Пирс когда-то сорвал его с её руки. Но приходилось работать с тем, что есть.

Вот только нужные слова никак не лезли в голову.

Что ей делать? Прогуляться по саду? Бессмысленно. Последовать за Диром? Да, она почти наверняка узнает что-нибудь важное, но сейчас ей нужно было не это.

– Найт, – произнесла Таисса. – Что мне делать?

И неожиданно услышала знакомый тихий смех.

Таисса моргнула:

– Дир разрешил нам общаться?

Рядом с Таиссой появилась стройная девушка в ярком кимоно и с тёмными волосами, убранными наверх и заколотыми деревянными шпильками. Её точная копия.

– Он разрешил один короткий разговор, если ты позовёшь, – мягко сказала Найт. – Мои возможности и правда ограничены. После того как Александр исчез, Совет очень встревожен, как ты понимаешь.

– То есть Дир.

– В том числе.

– А ты? – негромко спросила Таисса. – Ты встревожена? Ведь Александр…

Найт нахмурилась:

– Если Александра похитил Эйвен, я боюсь не за Александра. Кобэ – почти священное место для Тёмных и Светлых именно потому, что тут не убивают и не похищают. Не применяют способности и не контролируют сознание. И если за мелкий проступок вроде короткого полёта над парком тебе мало что грозит, то за похищение гостя наказание одно – казнь. Исключений нет. И никто ещё не ушёл от наказания общины.

…Давным-давно перемирие в Кобэ нарушил глава Совета. И никто из Светлых не посмел прервать его казнь.

…В роду Таиссы существовала легенда, что когда-то в нарушении перемирия обвинили девушку, на которой хотел жениться один из предков Эйвена Пирса. Защитил ли он её? Или они умерли вместе?

…Нарушения перемирия в Кобэ были, но их можно было пересчитать по пальцам. Не потому, что наказанием была смерть, но потому что и Светлые, и Тёмные верили: были вещи настолько хрупкие и драгоценные, что нарушить их – куда хуже смерти.

– Но всегда есть риск ошибки, – промолвила Найт. – Если бы только твой отец с тобой связался…

– А ты с ним связывалась?

– Недавно. Я выбила у Александра доступ к медицинским лабораториям и возможность попрактиковаться с помощью дронов и разработала для Эйвена схему операции на глазах. Действующую схему. Я практически уверена, что мы восстановили бы ему зрение. Я переслала данные Рамоне и собиралась поговорить с Александром, как только операцию одобрит сам Эйвен, но…

– Александра похитили. А мой отец сейчас находится невесть где.

– Именно.

– Что ты чувствуешь? – тихо спросила Таисса. – Ты ведь не просто просчитываешь варианты. Ты беспокоишься, ты ждёшь… ты любишь.

Найт хмыкнула, задумчиво глядя на себя в зеркало:

– Ты так уверена? Может быть, я втайне остаюсь бессердечным и безжалостным искусственным разумом, откуда тебе знать?

Таисса чуть улыбнулась:

– Я верю в обратное. К тому же ты заинтересовалась Сайфером… очень по-человечески. Безжалостный искусственный разум бы сморщил нос и вылил эспрессо ему на штаны.

– Я бы хотела увидеть Саймона ещё раз, – задумчиво сказала Найт. – Бесшабашный мальчишка, стремящийся к свободе, не боящийся никого и ничего и безмерно талантливый. Никого тебе не напоминает?

Таисса подняла бровь:

– Вернона? Не зря они так спелись.

– Ммм. – Найт бросила на неё пристальный взгляд. – Похоже, ледяному и равнодушному искусственному разуму вроде меня стоит поостеречься. Вы с Элен изрядно намучались от двух романтических привязанностей сразу, и мне совершенно не хочется идти по вашим стопам. Увы, то, что я была создана по вашему образу и подобию, меня не утешает.

– Тебе хочется сбежать к нему на свидание? – заговорщицки спросила Таисса. – Ненадолго?

– Не искушай меня, – предупредила Найт. – Мне достаточно малейшей уязвимости в протоколах Светлых, чтобы уйти от надзора. Мы договорились с Диром, что я не буду искать её с удвоенным рвением, но, если этот юноша снова попадётся у меня на пути, всё может измениться. Я любопытна.

– Похоже, он смог по-настоящему тебя заинтересовать.

– Смог, – отрешённо произнесла Найт. – И я не знаю, хорошо это или плохо.

Они помолчали. Таисса протянула руку и коснулась пальцев Найт, почти не касаясь её.

– У Дира были перчатки, с которыми можно было бы взять тебя за руку, – тихо сказала Таисса. – Я их у него попрошу. Если… ты не против.

Найт улыбнулась:

– Не против. Впрочем, в спальне Александра есть такие же… как ты догадываешься.

Таисса зажмурилась.

– Вот знаешь, у меня нет ни малейшего желания об этом думать.

– Пожалуй, с кибернетическим телом для себя мне придётся подождать, чтобы не шокировать твою невинность, – задумчиво произнесла Найт. – Впрочем, я подумаю. Удачи, Таис. Надеюсь, Эйвен тебе ответит.

Таисса открыла рот для ответа. Но Найт уже исчезла.

Таисса тяжело вздохнула. Какое сообщение ей передать отцу, чтобы он согласился на разговор через секретаря?

Впрочем, стоять дальше в ванной было бессмысленно. Будь она Тёмной, она могла направиться в тренировочный зал, но сейчас, без способностей…

Хотя что изменилось? Тем более что способности в Кобэ нельзя было применять всё равно.

Таисса выбрала традиционное белое кимоно и брюки, мельком улыбнувшись тонким шёлковым нарядам, висящим рядом. Красивые, изящные и яркие, как певчие птицы. Как бы ей хотелось надеть такой наряд, опуститься на татами и пригубить вишнёвый чай, сидя напротив Дира. Полумрак, горящие светильники…

…И незабываемая ночь потом.

Сейчас, после разговора с Найт, Таисса не могла притворяться, что совершенно не думает об этом. Не представляет себе шороха простыней, горячего шёпота Дира…

Лёгкая дрожь пробежала по телу. Когда-нибудь это должно случиться, и оба они, не признаваясь друг другу, ждали ночи, которая последует за подобным вечером.

И оба оттягивали эту минуту. Шаг, который изменит всё.

Шаг, в котором они оба должны быть уверены, чтобы не ранить друг друга так, что сильнее невозможно. Потому что и убеждения Дира, и воспитание Таиссы приравнивали ночь вместе к чему-то настолько важному, что…

…что невозможно выразить словами.

Эйвен Пирс бы понял её колебания, ведь он женился на своей первой и единственной женщине. Почти двадцать счастливых лет, вот только чем это кончилось…

Но Эйвен Пирс выбрал Мелиссу Грей. Он был уверен. А как может быть уверен Дир, когда он ежечасно думает о своём нерождённом ребёнке, которого может никогда больше не увидеть? Как ощущать твёрдую почву под ногами ей, когда тот, кто любил её когда-то, виновен в страшном взрыве?

А может быть, это лишь оправдания? И им давным-давно следует забыть обо всём, отставить в сторону рушащийся мир и… просто жить?

…Нет. Ни Дир, ни Таисса не могли себе позволить думать лишь на шаг вперёд. Оба знали, что их «да» должно прозвучать раз и навсегда, на всю оставшуюся жизнь.

С этими мыслями Таисса вошла в тренировочный зал и прошлась вдоль стены с оружием, мысленно прикидывая вес каждого клинка в руке. Наконец она остановилась на простой катане с чёрной рукоятью, укреплённой на двух подпорках. Интересно, сколько веков ей было?

Мышцы ощущались чужими, слишком слабыми и медленными, но Таисса, расслабив всё тело и ровно и спокойно дыша, начала плавные, отточенные движения, перетекая из одной позы в другую. Простая разминка. Совсем несложная с виду, если смотреть со стороны, но одновременно требующая предельной сосредоточенности и полной отрешённости от мира.

– Тебя хорошо учили, – раздался ровный голос.

Таисса моргнула и обернулась, опуская оружие. И застыла.

Незнакомец в простом чёрном кимоно и брюках был лишь на полголовы выше её. Но весь его облик излучал внутреннюю силу, равную которой Таисса видела лишь дважды или трижды.

И она его уже видела. Давным-давно, в далёком детстве…

Таисса не заметила седых волос, и на бесстрастном скуластом лице почти не было морщин, но она ясно видела, что незнакомец был стар: ему было не менее семидесяти.

– Когда-то я тренировалась каждый день, – произнесла Таисса. – А потом стала пленницей Светлых и мне сделалось не до регулярных упражнений. Даже после того, как Александр вернул мне катану. Вы знаете, что его похитили?

От фигуры незнакомца внезапно повеяло угрозой.

– Александр ненавидит Тёмных, – сухо проронил он. – И будет ненавидеть, пока жив. Но Кобэ – место перемирия, а Александр – наш гость. Тот, кто нарушил древние правила, будет держать ответ не только перед Советом и Тёмными, но и перед нами. А от нас не ушёл ещё ни один отступник, кем бы он ни был.

Таисса похолодела. Она всё ещё не могла поверить, что на её отца вот-вот объявят охоту.

– И… что будет дальше?

Лицо её гостя было очень холодным и серьёзным.

– Сначала мы должны убедиться, что мы нашли виновного. Затем переговоры должны завершиться, так или иначе. Заключат ли Тёмные и Светлые мир, пока неясно, но мы будем ждать. А вот потом…

– Да?

– Виновный умрёт.

Эти два слова прозвучали приговором.

– Только не мой отец! – вырвалось у Таиссы.

Лицо её гостя не изменилось.

– Эйвен был дорог мне много лет, но никто не нарушает перемирие безнаказанно. Впрочем, твой отец куда умнее, чем ты думаешь, и древние правила для него – не пустой звук. Я на твоём месте не стал бы сразу считать его виновным.

И тут Таисса наконец поняла, кто стоял перед ней.

– Вы Иоширо, – утвердительно сказала Таисса. – Глава общины Кобэ, наставник моего отца и Элен. Вы знали их много лет, но не взялись обучать меня. Почему?

Иоширо подошёл к стойке. Выбрал катану почти не глядя, качнул ею в своей руке и неожиданно принял боевую стойку.

– Нападай.

Таисса моргнула. Что ж, если это единственный способ получить ответы…

Она отсалютовала ему катаной и ринулась вперёд, запоздало заметив, что Иоширо тоже был лишён ауры. Он был человеком, как и она.

Но это не делало его менее смертоносным.

Его катана взлетела с такой скоростью, что Таисса едва успела отбить удар. Клинки зазвенели, столкнувшись, и Таисса позволила лезвию соскользнуть, используя силу своего противника, чтобы уйти от атаки и совершить обманный финт.

– Неплохо, – прокомментировал Иоширо. – Но ты всё ещё никуда не годный воин.

Глаза Таиссы расширились:

– Вы меня ещё даже не видели!

– Но уже знаю твой самый главный недостаток. Атакуй.

Задыхаясь от возмущения, Таисса бросилась в атаку снова. И снова Иоширо легко парировал выпад. Удар, блок, ещё удар, прыжок, в результате которого Таисса едва не потеряла равновесие…

И её катана вдруг оказалась у обнажённого горла Иоширо. Таисса моргнула. Как? Да, она провела атаку правильно, и будь на его месте более слабый фехтовальщик, он лежал бы у её ног, но это же был легендарный воин, он тренировал её отца…

– Вы поддались, – хрипло сказала она, опуская оружие.

– Я твой враг. Мы только что сошлись в смертельном бою. – Пронзительный взгляд Иоширо заставил её поёжиться. – Но ты даже не намечаешь удар. Ты тут же сдаёшься.

– Это тренировочный бой!

– И мы можем провести ещё пятьдесят. Возможно, в пятьдесят первый раз ты даже обезоружишь меня по-настоящему. Но это не будет иметь никакого значения.

Иоширо легко оттолкнулся от татами и взлетел. Миг – и он вновь стоял напротив Таиссы.

– Ты не умеешь убивать, – констатировал он. – Даже когда на кону твоя жизнь.

– Я… – Таисса вспомнила свой поединок с Ларой. С Андрисом, которого она ранила и обезвредила. – Не обязательно убивать, чтобы побеждать.

– Порой – нет, – согласился Иоширо. Его голос вновь был бесстрастным. – Но рано или поздно из-за твоей слабости кто-нибудь умрёт. Твой сын. Твой отец.

Таисса вздрогнула.

– Именно поэтому я не стал тебя учить. Мужчина защищает свой дом. Женщина – своих детей. Ты же не способна защитить никого.

– Я?

Катана в руке Иоширо указала на неё:

– Что мешает тебе нанести смертельный удар? – повелительно спросил он. – Думай! Ты ударила бы, если бы твой враг готовился убить твоего ребёнка? Твою беспомощную мать? Чьего-то сына, чью-то дочь? Тебя?

Перед глазами Таиссы вспыхнула рука Виктории, проталкивающая яд в её собственное горло. Дир убил мать Вернона страшно и жестоко – и спас этим Таиссу. Если бы они поменялись местами, смогла бы Таисса спасти Дира? Убить Викторию?

– Нет, – шевельнулись губы Таиссы. – Дир погиб бы из-за меня.

– Элен и Эйвен убили бы ради тебя. Ты же не убьёшь ради них.

Таисса молчала, опустив катану и опустив взгляд.

– Но если убью, нужна ли я буду им такая? – тихо-тихо произнесла она. – Убийца?

Губы Иоширо изогнула улыбка.

– Вот она, твоя слабость. Ты веришь, что убийство калечит душу. Лучше кто-то умрёт, чем ты, такая как есть, перестанешь существовать, правда? Вот что ты думаешь. Ты не воин, Таисса Пирс. Оставь меч в покое и прими, что твоих детей некому будет защитить.

– У меня нет детей, – глухо сказала Таисса.

– У меня было двое. – Лицо Иоширо оставалось бесстрастным. – И оба покинули Кобэ навсегда, чтобы сражаться на прошлой войне, когда ты ещё не родилась. Ни один не вернулся.

– Мне так жаль, – прошептала Таисса.

– Но мы, оставшиеся в Кобэ, не убиваем. Древнее искусство боя на мечах слишком драгоценно, чтобы не передавать его другим, но мы чтим перемирие и обнажаем оружие для настоящего боя лишь однажды: когда это перемирие бывает нарушено здесь, в Кобэ. – Лицо Иошимо было холодно и серьёзно. – И тогда – смерть. И нарушителю, и его нанимателю, и тому, чьей рукой наказание свершится.

Таисса ахнула:

– То есть тому, кто накажет похитителя Александра, тоже придётся умереть?

– Иначе нельзя. Это тоже часть древних правил.

Таисса вздрогнула. Иоширо кивнул:

– Я не научу тебя убивать. Но есть кое-что, чем ты владеешь, и вот это может стать твоей защитой. И нашей.

Он коротко кивнул ей:

– Пойдём в сад.

Таисса и Иоширо сидели на террасе в самых обычных плетёных креслах. Душистый абрикосовый чай дымился перед ними в чашках тончайшего фарфора, под камнями террасы во мху бил источник, и утро вокруг было светлым, спокойным и до боли реальным.

Но едва Таисса услышала первые слова Иоширо, мир перед её глазами перевернулся, сделавшись до предела сюрреалистическим. Словно вместо аромата чая и солнечной зелени парка Таисса вновь оказалась висящей в беззвёздном небе.

– Элен тоже говорила с Великим Тёмным, – произнёс Иоширо. – Во сне.

Если бы земля разверзлась под её ногами, Таисса не была бы изумлена больше.

– Когда? – только и сказала она.

– Незадолго до того, как у неё появился Эйвен.

Не может быть! И ни Майлз Лютер, ни Александр об этом не знали, иначе бы они были бы осведомлены, что Таисса – наследница Великого Тёмного. Может быть, Элен ещё и перемещалась во времени? Впрочем, Элен не прошла испытаний в Храме – ни в другой реальности, ни в этой. К тому же мир устоял.

– Думаю, Элен сказала бы сыну о своих снах, а отец сказал бы мне, – осторожно произнесла Таисса. – Но почему Великий Тёмный выбрал её, а не нас с отцом?

– Кто я такой, чтобы знать его мотивы? – вопросом на вопрос ответил Иоширо. – Но Элен узнала главное: что Великий Тёмный и его Храм существуют и в них секрет могущества для всех Тёмных. Секрет нашей свободы.

– Но… вы же живёте в Кобэ, – растерянно сказала Таисса. – Вы соблюдаете нейтралитет. По вам не очень-то похоже, что вы жаждете полной и абсолютной победы Тёмных.

– Всё верно, – кивнул Иоширо. – Но существует древнее пророчество, что Великий Тёмный спустится в мир через своих потомков, и это обоюдоострый меч. Видишь ли, те из нас, кто родился с Тёмной аурой, верит, что Великий Тёмный придёт к нам. Те же, кто родился со Светлой аурой… Среди них жива вера, что в мир придёт Великий Светлый.

Словно она попала в древнюю легенду. Таисса поёжилась. И, судя по всему, добром это кончиться не могло.

– Но откуда у вас это знание? – только и спросила она.

– Древняя легенда, Таисса Пирс. Всего лишь древняя полузабытая легенда, которой в Кобэ не принято делиться с чужаками. Но после слов Элен и, что куда важнее, после твоей речи, которую услышал весь мир, среди нас больше не сомневается никто. Ты – дочь сына Элен, а она была наследницей Великого Тёмного. Теперь наследница ты, и силу ты получила от него.

А ведь от своего предка Таисса слышала почти то же самое, только не вслушивалась как следует. Ведь она считала, что это лишь его мечты, фантазии могущественного Тёмного, давным-давно ушедшего в мир снов и лишь отрешённо наблюдающего за событиями в этом мире.

«Со временем ты станешь моим лучшим орудием в этом мире. Как у последней из моего рода, у тебя не остаётся выбора».

«Я предвижу время Тёмных, и, когда оно настанет, ты должна встать во главе. Избери того, кто будет твоим консортом, или возьми сразу двух, но стань истинной Тёмной и продолжи мою династию».

«Пророчество, Великий? Серьёзно? В нашем современном мире, среди линков и нанотехнологий?»

«А почему нет? Ты видела цветущие поля перед своими глазами, была в будущем. Кто сказал тебе, что оно линейно? И кто сказал, что не существует узловых точек, изменить которые невозможно? Я называю это знание пророчеством. Назови точным вычислением вероятностей, если тебе так удобнее».

Великий Тёмный не говорил прямо, что желал вернуться. Но и не отрицал этого.

– Но Источник уничтожен мной, – глухо сказала Таисса. – Его осколок тоже. Храма больше нет – опять-таки по моей милости. У меня больше нет никаких особых сил. Великий Тёмный не вернётся.

– Ты – живое доказательство его будущего возвращения, – невозмутимо произнёс Иоширо. – И в знак того, что мы предлагаем будущему Великому Тёмному или Великому Светлому мир и покой, мы хотели бы тебе помочь.

Таисса с крайним подозрением уставилась на него:

– Как именно?

– Кобэ – место перемирия. Даже если будет новая война, нас оставят в покое – иного не дано. Ты всегда можешь найти здесь дом для себя и своих детей, Таисса Пирс. Здесь, с нами, будущие потомки Великого будут в куда большей безопасности, чем в твоей «Бионикс» или среди членов Совета. Тем более что, как я слышал, из «Бионикс» тебя похитили, а от Совета ты сбежала сама.

Таисса растерянно улыбнулась:

– Спасибо, но…

– Но ты слишком молода, чтобы заводить детей, а когда это случится, они будут принадлежать Совету, – завершил Иоширо. – Я знаю. Но здесь Совет до них не дотянется. В твоём контракте нет условий, что твои дети должны быть под присмотром Светлых днём и ночью, правда?

– И все жители Кобэ, все до одного, – уточнила Таисса, – будут рады здесь мне и моему ребёнку? Вы и впрямь спросили всех?

Старший из Тёмных Кобэ едва заметно улыбнулся:

– Да.

Таисса, потрясенная, молчала, глядя на сад. Её рука машинально потянулась к чашке, но она едва ощутила вкус абрикосового чая во рту. Слишком ошеломлена она была. С тех пор как её и её семью выгнали из их семейного особняка в Лондоне, она ни на миг не чувствовала себя дома. Апартаменты Дира, яхта Вернона, «Бионикс», космический корабль, заброшенный домик в лесу, хижина на горном плато, подводная база, другая реальность…

Иоширо предлагал ей дом.

Дом, где хранили перемирие полторы тысячи лет. Где главой поселения был Тёмный, который много лет учил её отца, а Элен Пирс доверилась этому Тёмному настолько, что рассказала ему самые свои потаённые сны.

Вне периода переговоров сюда не пускали никого. Никогда.

Самое спокойное, безмятежное и безопасное место на земле. Но все эти разговоры о пророчестве и явное желание увидеть ребёнка из рода Великого Тёмного…

– Я предлагаю тебе защиту и только защиту, – негромко сказал Иоширо. – Никто не вмешается в твои дела, ведь это тоже было бы нарушением мира. Мы не приемлем насилия, Таисса. Мы ждём избранного, но мы готовы ждать ещё полторы тысячи лет.

Таисса молчала. Иоширо спокойно смотрел на неё, и Таисса вдруг поняла о нём то, что должна была понять сразу.

– Когда вы сказали, что я не убийца, ваш гнев был направлен не на меня, – произнесла она. – А на вас самого. Вы великий воин, но вы вынуждены лишь обучать других и хранить мир. И вы думаете, что это не делает вас мужчиной. Особенно сейчас, когда кто-то вторгся в ваш дом, а вы не сумели его остановить.

Минуту Иоширо сидел неподвижно.

Затем он наклонил голову.

– Я говорю себе, что нет цели благороднее, чем предотвращать войны, – проронил он. – Но иногда этого недостаточно, чтобы не чувствовать себя ущербным.

Они долго молчали.

– Я не знаю, решусь ли я принять ваше предложение когда-нибудь, – наконец сказала Таисса. – Но я благодарна. Я знаю, какой это редкий подарок. Вот только… у меня есть один вопрос.

– Спрашивай.

– Вы выступаете за перемирие. Зачем вам Великий Тёмный или Великий Светлый? Ведь его появление всколыхнёт мир так, что война будет неизбежна. – Таисса невесело улыбнулась. – И теперь, когда я вас выслушала, мне начинает казаться, что лучше бы мне не заводить детей вовсе.

– Это чудо, которое предрешено, – спокойно сказал Иоширо. – Что до твоего вопроса, у меня есть простой ответ. Как проще сохранить мирную жизнь, нежели воспитав будущего Великого здесь?

– И вы хотите быть к этому причастны.

– Разумеется. Разве ты хотела бы перестать быть наследницей Великого Тёмного? Отменить всё, что с тобой случилось? Твою избранность, силу, которой ты обладала?

Таисса открыла рот.

И закрыла его.

Она не знала. Да и можно ли отказаться от части себя самой? От своей судьбы?

– Не знаю, – еле слышно сказала она.

Иоширо кивнул и встал.

– Тебе есть что сказать мне на прощание?

Таисса нахмурилась. Что она могла сказать? О Великом Тёмном, о пророчестве, о вещах, которые еще час назад были далеки от неё, но сейчас бесцеремонно вломились в её жизнь? Чего она хотела? О чём мечтала?

А потом Таисса поняла. И вскинула голову.

– Этот мир принадлежит нам, – твёрдо сказала она. – Светлым, Тёмным и людям. И я не желаю, чтобы какая-то высшая сущность в него вмешивалась, пусть даже это мой предок или мой потомок. Я хочу, чтобы Тёмные заняли достойное место в этом мире. Но не такой ценой.

Иоширо, помолчав, кивнул:

– Твой выбор. Но рано или поздно пророчество свершится. Иного не дано.

Они поклонились друг другу, и Иоширо бесшумно исчез с террасы.

А Таисса коснулась линка, вызывая секретаря Эйвена Пирса.

Она наконец нашла нужные слова. Те самые, что должна была сказать сразу же.

– Реймонд, я лечу к отцу на сверхзвуковике и буду у него через два часа, – быстро произнесла она. – Сообщите ему, пожалуйста. Прямо сейчас.

Короткая пауза была ошеломлённой.

– Но… его нет в резиденции, – запнувшись, произнёс секретарь. – Я думал, вы знаете… сожалею, но… ваша встреча никак не может состояться.

– Где он?

– Я не знаю.

Таисса отключила связь, не прощаясь.

– Рамона, – выдохнула она в линк полминуты спустя. – Где мой отец?

Рамона помолчала несколько секунд.

– Извини, Таисса. Мне очень жаль.

И обрубила связь.

Таисса прикрыла глаза.

Эйвен Пирс и его люди похитили Александра. Других объяснений не было. А это значило, что у неё совсем не оставалось времени.

Александр. Стоило ли ей его жалеть? Он включил нанораствор на максимальную мощность, заставив её атаковать Вернона. По его милости Вернон Лютер едва не погиб.

И всё же у Таиссы ныло сердце. Если её отец и впрямь похитил Александра, тому ничего не грозило. Но если… если…

Но кто ещё это мог быть? Кто обладал подобными электронными ресурсами, если не бывшие Тёмные? Хакеры, даже такие, как Сайфер, им даже в подмётки не годились, а Найт не могла сорваться с поводка: Светлые слишком надёжно закрепили на ней ошейник. Впрочем, Сайфер здорово её заинтересовал. Возможно, Светлые не зря обрубили Найт все каналы, лишив её возможности манёвра. Таисса по себе знала, что обаятельный незнакомец мог подвигнуть влюблённую девушку на многое. Взять хотя бы побег Таиссы с Верноном Лютером. А Таисса и Найт были слишком похожи.

Таисса закусила губу, глядя на линк. Приближался полдень. Вот-вот должны был начаться первый день переговоров.

Кого она сейчас увидит?

И чем всё закончится?