ГЛАВА 2

Он быстро передал пса Гезем, кивнул мне на прощание и поспешил обратно в свой внедорожник. Тогда я с удивлением узнала, что Тайлер, оказывается, лучший друг Иссама. Пес, которого привёз мужчина, был крупный, породистый. Животное проявляло совершенное безразличие к домочадцам. Тем не менее, позволял иной раз Гезем почесать себя за ухом. Мне же перепадали лишь настороженные взгляды Вильяма. На кличку он не откликался, еду с моих рук тоже не брал. В общем, полный игнор. Как бы мне не было от этого обидно, я решила, что мой мир точно не будет крутиться вокруг какого-то пса. Сейчас же я внутренне поморщилась, думая о необходимости выгулять эту зверюгу. Почему бы просто не выпустить его во двор?!

Гезем настаивала на том, что ему нужны прогулки. Пару раз мне удавалось увернуться от этой просьбы, но не сейчас.

– Да, конечно, – пробормотала я, с неприязнью поглядывая на пса.

Тот лишь приподнял голову и, как всегда, посмотрел на меня равнодушным пустым взглядом, даже не потрудившись встать со своего лежака.

– Он просто скучает по Иссаму. Бедняжка, – проворковала женщина над животным.

Я скептически приподняла бровь. Ладно, гулять – так гулять.

– Вильям, за мной! – скомандовала, не оборачиваясь, и направилась к двери, думая о том, что если пёс не последует за мной – не велика потеря.

Я уже предвкушала, как искупаюсь на пляже неподалёку. За целый день меня дико измучила жара. И я, словно на яву, чувствовала ласковое прикосновение прохладной воды к разгоряченной от духоты коже.

Густые ветви сосны пинии под своей тяжестью почти касались воды в речке. При малейшем дуновении ветерка по поверхности воды шла легкая рябь. Я задумчиво посмотрела на реку. Интересно, глубоко ли там? В любом случае, далеко я не собираюсь заплывать. Быстро избавившись от верхнего платья, осталась лишь в белоснежной сорочке по колено и с наслаждением сняла косынку с головы. Закрутив на макушке что-то наподобие гульки, смело двинулась к реке. За спиной послышалось рычание. Я обернулась и увидела, что пёс скалится в мою сторону.

– Поди прочь! – погнала я собаку и даже ударила ладонью по воде для устрашения.

Пёс, не сводя с меня настороженного взгляда, устроился почти у самой кромки воды. Он подошел так близко, что даже шерсть на боках животного стала мокрой. Я улеглась спиной на поверхность воды и прикрыла глаза. Как же хорошо. Прохладные волны действовали успокаивающе, словно антистресс. Следующие пару минут я провела в блаженном трансе, выкинув все мысли из головы.

Это длилось, пока я не провела рукой по шее, чтобы убрать щекотавший волос с кожи, что выбился из прядей. Пальцы наткнулись на кулон. Мои брови тут же сошлись к переносице. Сколько раз я порывалась его снять, но что-то останавливало меня. Кулон, несмотря на то, что после его появления одна за другой пошли неприятности и – это еще мягко говоря, стал для меня чем-то вроде оберега. Ведь именно держа его в руке, я молилась в машине под обстрелом. Сглотнув тягучую слюну, ощутила во рту металлический привкус. Дыхание замедлилось. Воздух стал густым, с трудом поступая в легкие…

В голове набатом прозвучали слова Армана: паническая атака. Я судорожно попыталась вдохнуть. Сердце забилось, как ненормальное, грозя просто выпрыгнуть из грудной клетки. О нет, только не сейчас! Эта мысль мелькнула лишь на мгновение и тут же исчезла, уступая место всепоглощающей панике. Почти не соображая, я схватилась за горло, будто это могло помочь вдохнуть. Хрипя, с головой ушла под воду. Неловко пытаясь поднять руки, чтобы выбраться на поверхность, принялась барахтаться в воде. Руки отказывались слушаться. Они словно разом отяжелели, не давая управлять собственным телом. Я отчаянно заработала ногами под водой. Не хочу умирать! Только не в воде… Только не так! Как только голова оказалась на поверхности, я сделала глоток воздуха и просипела:

– Помогите… – и тут же вновь скрылась под водой.

В глазах резко потемнело, мысли начинали разбегаться. Мне вдруг стало все равно… на все. И в этот момент что-то резко дернуло меня наверх. Кашляя и судорожно хватая воздух ртом, я вцепилась во что-то лохматое и покрытое шерстью. Вильям? Господи, это же пес! Он пытается меня спасти. Все ещё не веря в происходящее, я дрожащими руками ухватилась за крупного лабрадора. Тот довольно легко и быстро вытянул меня на берег.

Оставаясь рядом, пёс несколько раз тукнулся носом мне в шею, заставляя перевернуться на бок.

Я закашлялась и изо рта хлынул поток воды. Отдышавшись, я упала на спину, закинув руки за голову. Надо мной было чистое голубое небо. Переведя взгляд на деревья, я удивилась насколько зелёные листья. Все цвета словно изменились… стали ярче, насыщенней. Или же я стала больше ценить свою жизнь.

– Спасибо, Вильям, – еле ворочая языком, проговорила я, прикрыв глаза. Окончательно придя в себя, я обернулась посмотреть на своего спасителя.

Лабрадор тут же поднял свою мощную голову и даже махнул хвостом.

Я протянула руку, не решаясь прикоснуться к собаке, но пёс принял за меня решение. Он поднялся и неспешно подошёл ко мне, ткнувшись в мою раскрытую ладонь влажным холодным носом.

– Ты меня спас, – произнесла я вслух, словно осмысливая то, что только что произошло.

Вильям вильнул хвостом.

– Подойди, – мягко попросила я умное животное.

Собака не заставила долго ждать. Через пару секунд крепкое большое животное уселось возле меня. Протянув ещё раз ладонь, я тут же отдернула ее, словно все еще не решаясь коснуться его. Тем не менее, пересилив себя, провела по его спине. Шерсть оказалась поразительно мягкой и шелковистой. Чёрная шкура красиво переливалась. Я провела по холке, ощущая странные возвышенности под шерстью. Мои пальцы тут же начали трогать ощупывающими движениями кожу пса. В тех местах, где Вильяма касались мои пальцы, почти везде были неровности.

– Что это?! – воскликнула я, с ужасом отгоняя от себя страшную догадку.

Пальцы переместились на бок. Под ними обозначился узловатый продольный шов. Да он же весь… На нем нет живого места! Прижав ладонь к губам, я зажмурилась, представляя, сколько всего пережила эта собака. Все внутри перевернулось от жалости к животному. А я-то, дура, ещё думала о том, какой он злобный. Привыкшая к дворняжкам в посёлке у бабушки, что лизали руки, не представляла иного поведения.

– Вильям! – я заглянула в темные глаза собаки. Такие умные… все понимающие. – Ты спас меня. Какой ты умница, – я провела ладонью по его холке.

Прижмурив глаза, пёс терпеливо вынес мою благодарность.