Вэли-Кир

Корабль, покрытый лёгким слоем пыли, неподвижно левитировал посреди бескрайней тьмы. Лисс ходила из стороны в сторону, время от времени бросая взгляд на кипу бумаг, заполонивших стол. Непродолжительный сон совершенно не придал ей сил, а будто бы наоборот вытянул из неё последние крохи энергии. Однако самочувствие мало волновало странницу, ведь были вещи гораздо более важные и интригующие, нечто такое, что реально стоило её внимания. Лёгкое недомогание со временем пройдёт само, оставив после себя лишь неприятный гул в голове. Она уже не раз проходила через это, и можно было даже сказать, что она привыкла постоянно закрывать глаза на боль или головокружение, словно они стали её неотъемлемой частью, без которой она уже не могла быть собой. Это было неправильно, но иного исхода просто не могло быть. После стольких странствий и испытаний непременно оставались определенные следы, последствия отравлений, мутаций и травм, не знакомых большинству других обитателей космоса. Нечто такое, с чем не встречались даже самые лучшие врачи, нечто, что невозможно было излечить или исправить. Оно постоянно давало о себе знать, напоминало о своем существовании, при этом мастерски скрываясь от чужих глаз, чтобы никогда не быть обнаруженным. Лисс была больна, давно, можно даже сказать постоянно с того самого момента как открыла для себя необъятные просторы галактики, и едва ли кто-то был в силах помочь ей. Впрочем, она никогда не давала шанса другим это сделать, даже если бы они были в силах оказать ей помощь. Девушка в тысячный раз прошлась глазами по своим записям. Она пыталась найти ошибку, но её нигде не было, и столько времени спустя это наводило на мысль о том, что все расчеты были верны. Они были другими, в них была незнакомая, совершенно иная логика, но это вовсе не значит, что они были неправильными. Всплеснув руками, путешественница взяла с небольшого столика блокнот, в котором уже почти не осталось чистых листов. Быстрым движением руки она переписала все предыдущие полученные координаты и направилась к приборной панели. Её голову озарила совершенно безумная мысль, которая не пришла бы никому другому. Если нужная ей планета находилась в множестве мест одновременно, то имело смысл посетить их все. Каждую точку, отмеченную исчезнувшей расой, или по крайней мере некоторую их часть. Впрочем, здесь также было не всё так просто. Не было никакого смысла просто слоняться между записанными координатами, поскольку все они были пусты. Ни одна точка в отдельности не была правильной, не приводила в нужное место, но при этом являла собой верное решение, ответ на поставленный вопрос. Лисс последовательно ввела все координаты в панель, села в кресло и плотно пристегнула ремень. Она не часто это делала, хоть и знала, что поступала неправильно. Однако в любой другой ситуации странница хотела бы сохранять подвижность, возможность быстро вскочить со своего места и приступить к действию, теперь же это было ни к чему. Если что-то пойдёт не по плану, если она не права, то даже самое быстрое действие, известное Вселенной не смогло бы её спасти. В конце концов было только два варианта того, как всё закончится. Либо Лисс достигнет своей цели, совершив невозможное, либо череда пространственных прыжков разорвёт её на маленькие кусочки, вместе с её кораблем, мечтами и надеждами. Тогда уже всё будет совершенно неважно. Тогда, легенда о сердце Вселенной просто останется легендой, сказкой, которую будут рассказывать мечтательным детям с богатой фантазией. Быть может, кто-то из них много лет спустя ринется на поиски таинственного артефакта, и с горечью обнаружит, что его нерадивая предшественница унесла с собой на тот свет все добытые подсказки. Эшер сидел на своем месте практически неподвижно. Казалось, что каждая клетка его тела находилась в невероятном напряжении, готовая в любую секунду взорваться. Пару минут назад он отдал приказ направить несколько кораблей по указанным координатам, однако мужчина отлично понимал, что они не успеют. Он слишком поздно обратил внимание на действия одинокой странницы, и не сразу смог распознать их смысл. Теперь же он рискует потерять её навсегда, вместе со всеми осколками Пути. Любой порядочный человек, хоть раз бывавший на борту космического судна, знал простую истину: большое количество пространственных прыжков без перерыва непременно приведет к гибели. Это подтверждали неоднократные подобные случаи, когда отважные странники, стремясь совершить нечто невероятное пытались поставить рекорд по количеству связанных скачков. Результат всегда был примерно один и тот же, а зрители, наблюдавшие за происходящим потом ещё долгое время оттирали безбашенных «героев» со своего лобового стекла или поверхности планеты. Связанные прыжки стали довольно известным способом быстро и глупо уйти из жизни, хотя по своему содержанию больше напоминали изощренную пытку, поскольку причиняли своим жертвам невероятную боль. Эшер был не до конца уверен с какой именно целью Лисс могла бы совершить этот странный и необдуманный поступок. Он не мог поверить в то, что она не знала об этом общеизвестном факте, также, как и не верил в то, что она хотела покончить с собой. Но логичное объяснение, которое могло бы расставить всё на свои места просто не приходило ему на ум, хоть он и пытался изо всех сил его найти. В один момент по другую сторону экрана, он услышал её голос: «Чувствую, это добром не закончится». Фраза вызвала у тирана легкий истерический смешок. Он провел рукой по лбу, убрав с лица несколько непослушных прядей и на мгновенье прикрыл глаза. Будет безумно иронично, если это – её последние слова. Они как нельзя лучше описывали её жизнь, каждый её поступок, каждое стремление. Отдавая себе полный отчёт в действиях, девушка всё равно продолжала совершать то, на что не пошёл бы никто другой. Казалось, что она сама над собой издевается. Ведь она абсолютно точно понимала к чему всё это приведёт, но всё равно не останавливалась. Неужели её жизнь для неё самой ничего не значит? Корабль сорвался с места, оставив позади себя лишь небольшое кольцо света и искр, быстро растворившееся в темноте. Лисс сделала глубокий вдох и задержала дыхание, крепко закрыв глаза, будто бы это могло её спасти. Она чувствовала, как её транспорт трясся из стороны в сторону, вибрировал и гудел, пока за стеклом проносились яркие белые вспышки. Со временем все они слились в одно целое, нескончаемый поток ослепительного белого сияния, безостановочно бьющего в лицо странницы. Быть может, именно это и был тот свет, который видели люди в самом конце своей жизни, свет, источаемый самой Вселенной, окутывающей душу и тело. Девушка крепко вцепилась руками в подлокотники. Она чувствовала лёгкие покалывания, которые со временем лишь нарастали, став похожими на град острых игл, впивающихся в кожу со всех сторон. Ей хотелось кричать, но она изо всех сил сохраняла молчание, не готовая сдаваться ни Судьбе, ни Смерти. Если это конец её пути, то она встретит его преисполненная гордости и отваги, так, словно всё это имеет какой-то смысл, словно всё это не напрасно. Комната наполнилась шипящим звуком. Эшер молча вглядывался в экран, заполненный крохотными мерцающими точками, в надежде увидеть в шуме нечто большее. Он совершенно её не знал, хоть и старался всеми силами это отрицать. Искал записи, документы, факты, но они не приближали его к сути, и вот теперь это всё стало не важно. Никто никогда и не вспомнит о девушке, которая не один раз обхитрила его, которая превзошла его в собственных играх. Она была его странным наваждением, непонятным даже ему самому. И даже если он продолжит искать информацию о загадочной страннице, то уже никогда не найдёт правду. Всего за пару дней Вселенная забудет о ней, или же заставит её историю обрасти слухами и мифами, в которых не будет ничего общего с реальностью. Эшер слегка сдвинул брови, будто бы недовольный самим собой. Он жалел лишь о том, что, когда она была у него в руках, он позволил ей уйти. Потому что считал, что она просто очередная обычная путешественница, со своими глупыми стремлениями, потому что думал, что смог наконец её раскусить. Лисс чувствовала, как по её щекам текут слёзы. Корабль гремел и скрипел, словно жалуясь своей бестолковой владелице на все претерпеваемые страдания. Казалось, что он готов развалиться в любую секунду, или воспламениться, обратившись в ярко пылающую комету. Однако внезапно шум прекратился, панель перестала пищать и погасла, вместе со всем другим освещением. Девушка открыла глаза, неуверенная могла ли она пошевелить хотя бы одной конечностью. Она перестала что-либо чувствовать, но всё её тело находилось в неистовом страхе, будто бы любое малейшее движение могло возобновить прежнюю боль. Собравшись с силами Лисс, подняла трясущуюся руку и поднесла её к лицу, стараясь вытереть слёзы, мешавшие ей разглядеть окружение. С трудом справившись с поставленной задачей, странница взглянула вперёд. Там, по другую сторону потрескавшегося стекла, находилось причудливое здание, словно подражающее форме планеты. Оно состояло из множества мостов, узорчатых башен и растений больше похожих на гигантские переплетающиеся между собой мраморные водоросли. Но гораздо больше Лисс удивилась, отведя взгляд в сторону от масштабной постройки. Вокруг была абсолютная тьма, ни одной даже самой крохотной звезды. Странница вытянула руку, пытаясь достать до приборной панели, но та никак не реагировала на нажатия. Не было слышно гула двигателей, или лёгких щелчков, которые обычно издавали отдельные части электроники корабля. Тишина пробралась на борт, туда, где ещё никогда прежде не бывала, и мгновенно заполнила собой всё доступное пространство. Лисс поджала губы, она должна была что-то сделать, но тело наотрез отказывалось её слушаться. Будто бы столько времени спустя, оно решило разорвать любые отношения с разумом, лишь бы избежать новых страданий. – Мы всё ещё живы, так? – спросила девушка у самой себя, сделав небольшую паузу, словно ей хотелось услышать ответ – Значит нам нужно двигаться, черт возьми! Преисполненная гнева девушка оторвала себя от кресла и неуверенно встала на ноги. Она не могла позволить себе проявлять слабость. Не теперь, не сейчас. На это быть может найдётся время в будущем, когда главная цель будет достигнута. Тогда-то она возьмет заслуженный отпуск и будет сутками неподвижно лежать на песчаном берегу моря, пока игривые волны будут пытаться её достать. Но до этого ещё нужно дожить, и что гораздо важнее, это необходимо по-настоящему заслужить. Лисс достала свой складной шест и выдвинула его нижнюю половину, сделав для себя некоторое подобие трости. Держатся за него было несколько неудобно, но другого решения в данной ситуации не было. Медленно, словно заново обучаясь ходьбе, девушка начала перемещаться по кораблю, включая приборы и двигатели. Панель тускло засветилась, и судно также неторопливо направилось к таинственному сооружению. Приблизившись к поверхности одного из мостов, странница остановилась и посадила корабль. Стоило только ему коснуться земли, как все приборы снова потухли, истощенные после мучительной встряски. Тяжело вздохнув Лисс, направилась к выходу, стараясь не упасть на ровном месте. Открыв дверь, она увидела высокую фигуру в белом блестящем костюме, терпеливо дожидающуюся её появления. У незнакомца не было четко выраженной головы и уж тем более лица, вместо него лишь плотная светящаяся дымка, чем-то напоминавшая густой туман. На его руках были перчатки, однако из-под рукавов пиджака струились легкие клубы такого же белоснежного дыма. – Северелисс Морган Шэдоу, я полагаю? Вы прибыли несколько позже, чем я ожидал, – мягкий спокойный голос раздался откуда-то из глубин костюма. Лисс мгновенно замерла на месте, уставившись на своего нежданного собеседника. Она с трудом могла припомнить последний раз, когда кто-то называл её полное имя. Никто не знал его, по крайней мере не должен был знать. Его не было в базах и документах, и ни один человек даже не догадывался о его существовании. Сокращенная форма её имени мгновенно приросла к ней, с момента самого первого её путешествия, и она никогда не стремилась это изменить. Новое имя, новая жизнь. По крайней мере так должно было быть, вплоть до этого момента. Теперь же некто совершенно ей незнакомый произносил его вслух так, будто бы знал его всю свою жизнь. – Вы знали, что я окажусь здесь? – наконец спросила путешественница, слегка изогнув одну бровь. – Полагаю Вы находитесь в некотором замешательстве, но я должен сообщить вам, что это совершенно нормально. Если позволите, я буду рад разъяснить Вам сложившуюся ситуацию и ответить на любые вопросы. – Что ж, извольте. Думаю, мне не помешает немного… объяснений. – Лисс неуверенно спустилась к своему собеседнику, провожая взглядом закрывающуюся дверь корабля. – Следуйте за мной, – не дожидаясь ответа фигура направилась вдоль по мосту, достаточно медленно, чтобы странница могла за ним угнаться. Зайдя внутрь одной из башен Лисс, почувствовала, как медленно спускается под землю. При этом вокруг не было никаких привычных ей атрибутов лифта: кнопок, закрывающихся дверей или гулкого скрежета. Но не успела она погрузиться глубоко в размышления об устройстве этого места, как спуск прекратился, открыв перед странницей необъятный по своим просторам зал. Всё вокруг было заполнено высокими книжными шкафами, на которых располагались сотни и тысячи различных текстов, как рукописных, так и электронных. В центре комнаты стоял небольшой фонтан, украшенный фигурой, отдаленно напомнившей собой атом. Однако в ней было гораздо больше колец, сфер и неизвестных символов. Лисс принялась оглядываться вокруг, стараясь ухватить взглядом как можно больше. Она видела, как множество других дымчатых фигур в костюмах и платьях ходили среди широких стеллажей и полок, переносили с места на место различные бумаги и файлы. – Добро пожаловать в Вэли-Кир – квантовую библиотеку всеобъемлющего знания. Лисс обернулась, озадаченно уставившись на своего спутника. – Вэли-Кир? Но… Это же… – Место из старых и давно забытых легенд? Да. Но я думаю, Вам, как никому другому известно, что легенды не основываются на пустом месте. – Да, но я никогда не думала, что эта легенда может оказаться правдой. Об этом месте нет никакой информации, ничего, кроме несвязных сказок, далеких от правды. – Сюда довольно сложно попасть. Хотя изначально планировалось, что любой сможет посетить библиотеку, позже было принято решение скрыть её от посторонних. Оказалось, что не все могут грамотно распоряжаться знаниями и использовать их во благо. – Но почему тогда я смогла оказаться здесь? – Библиотека впустила Вас, поскольку вы ищете ответы, а не власть или оружие. Более того, Ваше появления здесь было предрешено заранее. Лисс сдвинула брови и слегка поджала губы. – Предрешено? – Не совсем в том смысле, в каком Вы это понимаете. Вэли-Кир существует в нескольких вселенных одновременно, а также находится сразу в нескольких точках времени и пространства. Таким образом мы можем получить всю необходимую информацию и своевременно её обновлять. Но также это значит, что мы здесь становимся непосредственными свидетелями сразу нескольких различных потоков событий. По сути, они происходят одновременно. Между данными событиями можно углядеть интересные, порой абсурдные на первый взгляд, взаимосвязи. То, что люди обычно называют «совпадения». Иными словами – если бы Вы вместо блокнота взяли один из множества листов на вашем столе, то ваше приключение закончилось бы летальным исходом, поскольку Вы по ошибке записали в блокнот на один прыжок меньше, чем нужно, что и спасло Вас от попадания в небытие. – На один прыжок меньше? – Именно. Последняя точка Вэли-Кир оказалась временно перекрыта черной дырой. Мы… работаем над этим. Лисс приподняла брови и сжала свободную руку в кулак. Она могла бы погибнуть, так легко и так быстро, раздавленная если не пространственными прыжками, то сразу черной дырой, и её собеседник говорил об этом с таким спокойствием, будто бы рассуждал не о гибели, а о сортах чая. – Я понимаю Ваше негодование. Ситуация не из лучших, но я уверяю, что к следующему веку она будет полностью решена. Над этим вопросом работают наши лучшие специалисты. – Искренне сомневаюсь, что в следующем веке мне понадобится вновь посетить это чудное место, – проговорила девушка, расставляя ядовитые паузы между каждым словом. – Ах да… Прошу прощения. Сложно рассуждать о продолжительности каких-либо событий, как и о времени в целом, когда существуешь за его пределами. Ещё раз приношу извинения. Странница выдохнула. Она никогда не была чрезмерно эмоциональной или раздражительной, однако некоторые вещи выводили её из себя. Судьба, время, предопределенность. Когда кто-то начинал легко и беззаботно рассуждать об этих понятиях, раскидываясь ими во все стороны, это начинало действовать на нервы. Хотя, конечно, Лисс могла понять своего собеседника. Он существовал по другим правилам и законам, для него время и впрямь могло быть совершенно несущественным, а смерть могла отсутствовать вовсе. Девушка задумалась. Если всё, что она так хотела получить от сердца Вселенной – это ответ на вопрос, то быть может она сможет найти его здесь. Тогда её путешествие будет закончено, и не будет нужды в длительных скитаниях или преодолении опасных трудностей. Она может получить всё здесь и сейчас, и больше не прилагать усилий к тщетным поискам места, затерянного в веках. Эшер вернулся обратно в свой кабинет, после длительного совещания. Погоня за странницей по всем окрестностям галактики не освобождала его от прежних обязанностей. Впрочем, в скором времени он снова погрузится в них с головой. Гнаться было уже не за кем, и ничего не оставалось, кроме как заняться работой. Тем, что было действительно важно, реально и эффективно. Нужно было планировать ход сражений, отдавить приказы, подавлять остатки сопротивления, управлять экономикой. Все то, чем он занимался до того, как Лисс ворвалась в его жизнь. Но по какой-то причине вся прежняя рутина уже не казалась такой интересной, в ней не было смысла, а стремление ей заниматься таяло на глазах. Эшер не мог, не должен был позволить себе размякнуть и потерять хватку из-за девушки, тем более что её уже не было в живых. Он даже не должен был он ней думать, однако всё равно все его мысли вертелись вокруг неё, словно она самолично с того света контролировала его разум. Столько вопросов осталось без ответа, а он занимается тем, что отдает приказы, которые и так отдадут за него. Сев за свой стол, мужчина машинально включил монитор, даже не задумываясь над тем, что смотреть на нем, по сути, уже было нечего. Он ожидал увидеть шум, сотни и тысячи ярких искрящихся точек, но вместо этого видел изображение, слышал её голос. Вокруг было множество странных существ, разодетых в человеческие одежды, книжных шкафов и небольших столиков, за которыми обычно в библиотеках люди могли записать на себя нужную им книгу. Эшер замер, подперев рукой подбородок. Ему казалось, что иначе у него просто отвалится челюсть. Он не мог понять и уж тем более не был способен поверить в то, что видел перед собой. Странные мысли и эмоции заполнили его разум. Был ли он счастлив тому, что Лисс всё ещё жива? Мог ли принять этот факт, после того как решительно намерился забыть о ней навсегда? Мужчина не был уверен. Ни в чем. Даже в самом себе. Лисс набрала в грудь воздуха. Она была не уверена, что готова задать этот вопрос. Что готова на самом деле поднять эту тему. Ей казалось, что именно к этому она шла всё это время. Но тогда почему? Почему она не могла произнести ни единого слова? Для этого ей придётся признать собственную глупость, некомпетентность. Она совершила эту ошибку, эту оплошность много лет назад, и думала, что уже давно простила себя. Смогла принять себя такой, какая она есть. Но в глубине души девушка всё равно продолжала винить себя за всё. Так, словно это произошло вчера. Быть может дело в том, что рана всё ещё не зажила, она продолжала кровоточить, окрашивая всю жизнь странницы одним и тем же цветом, одной и той же навязчивой идеей. Но тогда, возможно, что нужный момент никогда не настанет. Рана не станет меньше, и не перестанет причинять всю ту же боль. Лисс стремится к тому, чтобы всё исправить. И если она не попытается сделать этого сейчас, то в будущем наверняка будет жалеть об этом. – Если здесь есть такое огромное количество знаний, то должно найтись и то, что мне нужно, верно? Дымчатая фигура пристально посмотрела на странницу. Девушка была даже не уверена откуда шло это ощущение «пристальности». Возможно, в глубине, среди плотного белого тумана на самом деле были глаза. Или же они таились в крохотных пуговицах костюма. Впрочем, даже если они отсутствовали вовсе, она всё равно была уверена, что собеседник видел её, и не просто видел, но внимательно изучал взглядом, словно вглядываясь ей в душу. – Это зависит от того, что именно Вы хотите. – Найти свой дом, – Лисс тихо и несколько зажато произнесла эту фразу, пока на другом конце галактики Эшер, упираясь руками в столешницу по несколько раз перематывал её снова и снова. Это был один из ответов, которые он так хотел получить, но которого совершенно не ожидал. – Вашу родную планету? Понимаю. Но мне нужно больше параметров, чтобы найти её в системе нашей библиотеки. Её размеры, ландшафт, характерные растения, климат, примерное расположение. Хоть что-то, чтобы сузить круг поиска, и чем больше, тем лучше. Лисс приложила свободную руку ко лбу и слегка прикрыла глаза, стараясь ухватиться за обрывки воспоминаний из далёкого прошлого. Она никогда не видела свою планету со стороны, не знала, какие у неё отличительные черты, которые могли бы выделить её среди других похожих. Умение определять, запоминать и различать планеты пришло к ней намного позже и вырабатывалось с опытом, иногда далеко не самым приятным. – Там было море, хвойные и лиственные леса, горы, отвесные скалы, торф, сланец, песок… из разумных обитателей только люди, колонизаторы, пришедшие туда в поисках удобного жилья без затрат на терраформирование. – Что-нибудь еще? – Не знаю… Нет. Думаю, больше я ничего не вспомню. Это было довольно давно… – Понимаю. Но боюсь, что этой информации слишком мало. Она безусловно позволит найти определенный тип планет, но в одной только Вашей галактике таких гораздо больше миллиона. Потребуется очень много времени, чтобы проверить их все. – Но, если Вы знаете мое полное имя, не значит ли это, что… – Нет. Как я уже говорил, мы наблюдаем за множеством параллельных потоков событий. А значит, что мы также наблюдаем и за множеством Ваших копий, существующих независимо друг от друга в разных ветвлениях. Далеко не все из них так похожи как вы думаете. У них могут быть разные родные планеты, разные судьбы и даже разный характер. Я могу назвать Ваше имя, поскольку оно остается практически неизменным, но я не могу найти Вашу родную планету ориентируясь исключительно на Вас. – Тогда… Я должна вернуться к своему первоначальному плану. Мне нужен осколок Пути, и насколько я знаю, он должен быть у Вас. – Всё верно. Но боюсь, что я не могу отдать Вам его. Он находится в центре библиотеки и снабжает её необходимой энергией для поддержания всех основных функций, в том числе для поддержания размытого расположения и отрешенности от времени и пространства. – И нет никакого способа заменить его чем-то другим? – Если Вам есть что предложить… Лисс приложила руку к губам. Единственный источник энергии, который она могла предложить – двигатель её корабля. Он был гораздо мощнее и лучше некоторых более современных аналогов, поскольку был сделан специально по её заказу. Двигатель, входивший в изначальную комплектацию корабля, был ни на что не годен и не мог соперничать с другими по скорости. А ведь это было критично важно. Поэтому Лисс практически в самом начале своего пути заменила его другим, более опасным, неопределенным, но подходящим ей как нельзя лучше. Он был создан в кузнице черных дыр, которая пусть и была ныне заброшена, пользовалась в свое время большим спросом, поскольку была единственным местом в галактике, где силу и мощь чёрной дыры смогли обуздать и пустить в мирное русло. – Двигатель. – Хм? – Я могу отдать Вам двигатель своего корабля, в обмен на осколок Пути. – Это, бесспорно, неплохой обмен. Я знаком с характеристиками данной конкретной модели и не сомневаюсь, что им можно будет заменить осколок, по крайней мере на тот период времени, пока мы займемся поиском нового источника энергии. Но в таком случае Ваш корабль останется без важной для его функционирования части. – Я знаю. И прошу Вас после произведения обмена отправить меня вместе с кораблем, туда, где я смогу его заменить. Если, конечно, это возможно. – Можно будет исказить пространство таким образом, что Вы окажетесь в нужном месте. Это рискованно, но сдается мне это никогда Вас не останавливало. – И впредь не остановит, будьте уверены. Лисс устало улыбнулась, заранее предвкушая огромный объем работы, который ей предстоит проделать в одиночку. Сократить путь до дома не получилось, и оставалась только одна надежа на первый и самый главный план – достичь сердца Вселенной. Но на душе у неё теперь было спокойно, хотя легкая тревога за свое будущее не покидала её ни на шаг, но она будто бы растворилась, перекрытая умиротворением от признания себя, своих ошибок и истинных желаний. В своих намерениях странница была честна сама с собой, отныне и впредь.