Канагат

Двигатели неприятно гудели, время от времени издавая истошный скрежет, больше похожий на крики неизвестных науке космических монстров. Казалось, что все самые ужасные и отвратительные твари, которые только могли существовать во Вселенной поселились внутри этого угловатого судна, скрываясь от чужих глаз под толстой обшивкой. Лисс устало оперлась спиной о холодную металлическую стену, стараясь при этом вжаться в неё с такой силой, чтобы минимально касаться пола. Она отчетливо видела неровный зубчатый разрез, тянущийся по нему от стены до стены. Рано или поздно эти плохо соединенные створки начнут сдвигаться в сторону, или же и вовсе опрокинутся вниз, не оставив девушке иного выбора, кроме как камнем упасть в неизвестность. И что бы не находилось там внизу, это определенно будет что-то способное убить её наиболее болезненным и жестоким способом. Может быть, там окажется лавовая река, по которой медленно будут передвигаться обломки горных пород и куски не до конца расплавившегося металла. Или же кислотное озеро, способное растворить странницу за считанные секунды, оставив от неё лишь облако светло-зеленого пара. В конце концов это был бы очень простой план по избавлению от неудачливой путешественницы. Не останется никаких следов, крови или грязи, не придётся избавляться от бездыханного тела. Конечно, возможности наблюдать за её страданиями тоже почти не будет, поскольку любой выбранный способ окажется слишком быстрым, но бандитов мало интересовали пытки. В их планах была лишь месть, и возможность обезопасить себя от любых дальнейших встреч с Лисс. Девушка повернула голову и осмотрела крохотную комнату, в которой её оставили. По сути своей это был небольшой грузовой отсек, в котором обычно перевозят отходы или попросту мусор. Вероятно, именно поэтому углы комнаты были покрыты неприятной липкой жидкостью, а воздух настолько переполнился запахами, что дышать становилось довольно затруднительно. Каждый вдох мгновенно вызывал першение в горле, кашель и слёзы. Странница по началу пыталась задержать дыхание или уткнуться носом в испачканный и запылившийся фрак, но крепко связанные за спиной руки не позволяли ей этого сделать. Глаза начинали болеть, всё вокруг становилось всё более размытым, и Лисс казалось, что она умрёт здесь, так и не дождавшись своей «казни». Девушка погрузилась в свои мысли и воспоминания, стараясь хоть как-то отвлечься от зловонного окружения. Она до их пор хорошо помнила первое свое столкновение с этими бандитами. Тогда у неё ещё не было оружия, навыков и смекалки, чтобы как-то выкрутиться из ситуации, но зато была непомерная дерзость и смелость. Это не так уж и много, но внезапно этого оказалось достаточно, чтобы вернуть украденный корабль и всё, что на нём было, а также завести новых знакомых, хороших и не очень. Некоторые из них со временем стали более близкими приятелями, другие же примкнули к разбойникам и превратились в заклятых врагов. В последнем случае Лисс изо всех сил старалась держать нейтральную позицию, хорошо относиться даже к тем, кто этого не заслуживал, но правда неизбежно настигала её: во Вселенной были те, кто предпочитал ненавидеть путешественницу до глубины души, даже если для этого не было никаких видимых причин. Для кого-то это было простым развлечением, возможностью обвинить другого во всех своих ошибках и глупых поступках, кто-то же делал из соперничества и вражды смысл жизни, за невозможностью найти нечто более достойное. Потратить всю свою жизнь на то, чтобы преследовать одного человека, мстить ему и упиваться фантазиями о расправе и его скорой гибели – то, чего Лисс никогда не могла понять. Ей казалось, что в бескрайнем космосе есть множество более интересных занятий, которые могли бы захватить разум сильнее, чем бессмысленная погоня. Впрочем, возможно, это добавляло в чью-то жизнь больше авантюризма и приключений, но страннице всегда казалось, что есть и другие пути. И она никогда не прекращала их искать. Путешествуя с планеты на планету, с одного мира на другой, ей приходилось видеть безумное количество людей, вещей и явлений, находить и открывать для себя новые технологии и новые смыслы. Всё, что она узнала, всё что смогла сохранить в голове за столь большой срок, она продолжала хранить с одной единственной целью – чтобы рассказать обо всём в конце. Когда она вернётся назад, а это рано или поздно случится, и не обязательно туда, куда она так стремится, но быть может просто в те иные миры, где ей уже приходилось бывать, она обязательно встретится со старыми приятелями и знакомыми и поведает им истории, которых они ещё не слышали. И в них обязательно найдётся место и для живой планеты, способной обладать, но не любить, и для одинокого ледяного великана, которого звёзды манят своими песнями, и даже для хитрого тирана, который совершал отчаянные поступки ради достижения своей цели. Того самого тирана, который почему-то не выходил у Лисс из головы. Она старалась о нём не думать, погружалась в мысли о прошлом и потенциальном будущем, размышляла о вечном, но он всё равно находил способ перетянуть её раздумья на себя, просачиваясь в каждую идею или воспоминание словно неостановимый холодный поток. Где он был сейчас? Чем занимался? Думал ли о ней, или же решил вернуться к прежним делам и планам, отринув мысль о сердце Вселенной в сторону. Она не могла знать наверняка. В конце концов он больше не гнался за ней, хотя найти её было довольно легко, не пытался вернуть себе своё бесценное оружие, будто бы оно ничего не стоило. И это казалось не просто подозрительным, но по-настоящему странным. Может быть, он продумывал новый план, с помощью которого ему удалось бы вернуть себе меч, и быть может даже загнать странницу в очередную ловушку. Но только этому плану, каким бы он ни был, не суждено было свершиться, ведь Лисс погибнет раньше, чем Эшер решит задуматься о ней всерьез. Мужчина прерывисто большими глотками ловил ртом воздух. Он чувствовал, как по подбородку и виску стекали капли густой рубиновой крови, слышал, как они звонко ударялись об металлический пол и превращались в крохотные яркие лужицы. Казалось, что сердце его могло остановиться в любую секунду, или же просто выпрыгнуть из груди, оставив лишь бледное худое бездыханное тело, крепко сжатое когтистой рукой. И эта смерть, как ему сейчас казалось, была далеко не самой худшей. Она бы спасла его от всех тех мучений и неистовой боли. Ему следовало догадаться, что именно так и произойдёт, что его план выйдет ему боком. Угольно черный глаз неподвижно смотрел ему в душу, заставляя в очередной раз задуматься о всех когда-либо совершенных ошибках. Тех, из которых он прежде выбирался хитростью и запутанными речами, и которые привели его в этот самый момент. – Я спрашиваю последний раз, и лучше бы тебе ответить. Девушка, которой принадлежит этот корабль, где она? – Эшер говорил медленно, расставляя между словами паузы настолько большие, что в них можно было бы провалиться. Одной рукой он прижимал худощавого воришку к стене, а второй держал свой блестящий разгоревшийся до красна меч. Всего один удар этим острым раскаленным клинком и незнакомец мог лишиться какой-либо важной конечности. Но рана его мгновенно прижжется, чтобы он не мог истекать кровью, не мог умереть раньше времени. Он всё ещё был нужен тирану живым. – Я уже всё рассказал… – раздался в ответ сдавленный хрип. Эшер разъяренно сдвинул брови и слегка прищурил глаза. Ему нужно было действовать быстрее, чтобы не допустить печального исхода. Он должен найти Лисс, и неважно сколько людей должно будет погибнуть ради достижения этой цели. Один, два, десяток, сотня. Не имеет никакого значения. И лучше бы ему удалось найти её живой, ведь в противном случае счёт жертв пойдёт на тысячи. Все, кто будет к этому причастен, их друзья, родные, хоть даже сама Судьба. Он готов бросить вызов Вселенной если до этого дойдёт, столкнутся с её величайшими войнами, которые до этого казались лишь невидимыми бессмертными силами. Он уничтожит саму Смерть, сотрёт её в порошок и разделит на атомы, мельчайшие частицы, как бы глупо это не звучало. – Я так не думаю. Кончик меча взмыл в воздух приблизившись к телу дрожащего пленника. Воздух вокруг наполнился неистовым жаром, казалось, что сама реальность плавилась под чёрным сверкающим лезвием. Прозрачный клубы пара поднимались в разные стороны, огибая раскаленный металл. – Канагат! Они собирались отвезти её на Канагат! – Мужчина начал сильно дрожать и чувствовал, как зубы его стучали, делая и без того хриплый голос ещё более невнятным и прерывистым. Эшер опустил клинок и резким движением руки швырнул пленника через всю комнату, под ноги двум неподвижным охранникам. Они быстро наклонились, схватили бледного вора за плечи и вынесли за дверь, в неизвестном направлении. Он всё ещё будет жить, по крайней мере до тех пор, пока Эшер не проверит истинность его слов. Но потом… Он однозначно поплатится за своё предательство и ложь, за всё, что когда-либо совершил, и даже за то, чего не делал. Но сейчас на решение его судьбы нет времени. Нужно решать другую, более важную судьбу. Вернее, в корне её изменить. Лисс почувствовала, как корабль слегка тряхнуло из стороны в сторону. Скорее всего, это значит, что она уже близко к пункту назначения. Ещё пара часов, или даже минут, и её жизнь завершится. С этим ничего нельзя сделать. Никто не может услышать её через толстые металлические стены, пропитанные едкими отходами. Впрочем, никто всё равно не стал бы её слушать. Все, кто находится по другую сторону ненавидят её, и не станут идти на уступки. Ей всё равно было нечего им предложить. Ни корабля, ни денег, ни ресурсов. Ничего такого, чем можно было бы откупиться. И даже самый хитрый и пронырливый человек во Вселенной не смог бы выбраться из подобной ситуации, ведь в ней нет никаких других вариантов, никаких способов побега. Лисс оставалось лишь ждать, что, быть может, у Судьбы есть какой-то невероятный план, что она смилостивиться над странницей, простит ей ошибки прошлого. Но это звучало совершенно нереально. В конце концов у путешественницы и Судьбы были старые разногласия, которые теперь давали о себе знать. Она бросила вызов силам, которых не понимала, думала, что может что-то изменить, но по итогу попала в хитроумную ловушку, пытку, которая тянулась годами, и, возможно, совершенно не имела конца. У неё было много возможностей остановиться. Каждый второй, кто встречался ей на пути пытался предостеречь её от плачевного исхода, но она никого не слушала. Следовала своим стремлениям, потому что была уверена, что может иметь всё и сразу. Прошлое и настоящее. Быть может, если бы она выбрала что-то одно, то Вселенная оставила бы её в покое, позволив довольствоваться тем, что есть. И, может быть, Лисс даже могла бы обрести счастье. Чье-то чужое, ненужное, то, которое ей внушили, которое никогда не будет ощущаться как её собственное. Словно она его не заслуживает. Словно она его недостойна. Она прикладывала усилия к тому, чтобы его достичь, но оно всё равно ощущалось пустым и блёклым. Комната наполнилась лёгкой прохладой, откуда-то снизу даже начал сочиться свежий, хоть и тяжелый воздух. Однако его было недостаточно, чтобы перебить ту духоту, которая поселилась в этом крохотном пространстве, зажатая между одинаковых ржавых стен. Но страннице всё равно удалось уловить лёгкое дуновение ветерка, старавшегося пробиться внутрь закупоренного хранилища. Он метался из стороны в сторону, заставляя корабль слегка накреняться в бок, бился об стены и пробирался в двигатели, создавая причудливый гулкий звук. Лисс вымученно улыбнулась, уловив в тонких струйках воздуха нотки морской соли, которая едко впивалась в нос, отчего всё лицо начинало щипать. Если она права, то внизу вполне может находиться море, или даже целый бескрайний океан, наполненный тёмно-синей водой. Однако улыбка довольно быстро исчезла с лица девушки, сменившись на нечто смешанное между непониманием и страхом. Откуда-то со стороны донёсся знакомый звонкий шум, который вечно следовал по пятам за кораблями Бездны. Казалось, что они специально оснащали свои суда различными устройствами, издающими этот характерный звук, хотя скорее всего дело было в моторе. Лисс попыталась аккуратно приложить ухо к одной из стен, чтобы лучше слышать всё, что происходило снаружи, но стило только ей повернуться, как корабль в очередной раз тряхнуло. Странница с грохотом упала на пол. Она могла слышать, как этот звук эхом разносился по комнате, отражаясь от стен. Закрытые створки издали приглушенный скрип, слегка просев под весом девушки. Петли завибрировали, стараясь изо всех сил удерживаться на одном месте, но возраст корабля давал о себе знать. Кусочки ржавого метала посыпались вниз, и всего мгновенье спустя раздался громкий щелчок, ознаменовавший открытие створок. Неожиданно для всех, даже для самих бандитов, люк открылся и Лисс выпала из своего заточения прямиком в холодную солёную воду. Океан быстро укрыл свою гостью высокой волной, утягивая её на глубину. Странница старалась изо всех сил перебирать ногами, чтобы добраться до поверхности и глотнуть свежего воздуха, но тяжелый плотный костюм сковывал её движения, заставляя погружаться лишь ещё глубже в темноту. Это то место. То, куда ты должна попасть, где должна оказаться. И никакое другое его не заменит. Не будет больше мира более тёмного и холодного чем этот, такого, где ты ощутишь всю тяжесть своего одиночества. И пускай над поверхностью скоростные корабли сковывают ржавый мусоровоз гравитационными лучами, пускай кто-то спешит за тобой на глубину, но ему никогда не успеть. В конце ты будешь одна, или по крайней мере так тебе будет казаться. Прими же последний, драгоценный подарок Судьбы, который ты пронесёшь за собой до конца. Твоя награда за упорство, за дерзость, за то, что ты шла против самой Вселенной. Твоё безумие. Лисс почувствовала, как что-то крепко вцепилось ей в ногу, постепенно опутывая её. Она постаралась резко дернуться, но будто бы лишь ещё сильнее увязла в неведомой ей ловушке. Солнечный свет потускнел, оставив на своём месте лишь мрачную синюю рябь. Изредка появлялись блестящие маленькие пузырьки воздуха, стремительно взмывающие вверх. Девушка опустила голову, уставившись вниз в бесконечную тьму. Она видела, как её ногу ухватило нечто, напоминающее длинное черное щупальце, внутренняя сторона которого была частично покрыта крохотными тонкими иглами, почти незаметными из-за воды. Щупальце тянулось далеко в глубь, и, быть может, даже доставало до дна. В темноте появилось несколько желтых точек. Они ярко светились, придавая воде вокруг себя зеленоватый оттенок. Лисс чувствовала, как в горле у неё начало першить, и как сердце медленно сжималось. Она по-прежнему продолжала бороться, старалась сделать хоть что-то, чтобы выбраться из цепких лап морского чудовища, но её силы уже были на исходе. Попытки вырваться наверх ни на что не влияли, заставляя девушку лишь быстрее идти ко дну. Лисс почувствовала резкую боль, словно что-то ударило её током. Ей хотелось кричать, но она изо всех сил старалась держать рот закрытым, чтобы не выпустить то небольшое количество воздуха, которое у неё ещё было. Плотно стиснув зубы, она чувствовала, как пульсирующая боль снова и снова волнами распространялась по телу, проходя по каждому даже самому крохотному кровеносному сосуду. Казалось, что её протыкали множеством копий одновременно, и в этот миг она думала, что быть может боль от нескольких пространственных прыжков была вполне терпимой по сравнению с тем, что происходило сейчас. Но внезапно резкую боль сменил холод, который каждую секунду сменялся нестерпимым жаром. Лисс подумала, что быть может от недостатка воздуха у неё уже началась лихорадка, и задыхающийся мозг старался всеми силами бороться за жизнь, предпринимая любые бессмысленные и радикальные меры. Словно одинокий пилот корабля, который оказался рядом с взрывающейся звездой, он жал на все кнопки, надеясь, что хоть что-то поможет ему вырваться, хотя отсутствие какого-либо выхода было бесконечно очевидным. Но он не хотел этого понимать, отказывался сдаваться, полностью покорившись панике и безумию. Странница чувствовала, как её глаза медленно закрываются, как со всех сторон начинала сгущаться тьма. Ей казалось, что она слышала чьи-то голоса, они шептались, беседовали между собой на неизвестном ей языке. Лишь изредка она улавливала отдельные слова, которые напоминали ей нечто знакомое, но они не складывались в единую мысль или предложение, существуя оторвано от всего разговора. Казалось, что всё вокруг просто перестало существовать. И океан, и монстр, таившийся в его глубинах, и даже сама Лисс Остались лишь странные голоса, которые не прекращая, не останавливаясь ни на секунду обсуждали что-то неизвестное никому во всей Вселенной. И с каждой секундой они становились все быстрее, накладывались друг на друга. Участников причудливого разговора становилось всё больше, они перебивали других, перекрикивали, шипели, толпились и шумели, образуя своими голосами неразборчивый белый шум, который заставлял сознание разрываться на части. Эшер откинул плащ в сторону, попутно выслушивая тонну ненужных предупреждений от своего помощника. Тот без умолку твердил о том, что затея была слишком опасной, что тиран мог просто погибнуть там на глубине, под толщей холодной воды. Но мужчина игнорировал все предупреждения, пропуская прерывистую, плохо запинающуюся речь мимо ушей. Он отложил все ненужные или тяжелые вещи и нырнул в воду, вооруженный лишь небольшим, но крайне острым ножом. Постепенно погружаясь всё глубже, он осматривался по сторонам стараясь найти хоть какой-то знак, который указал бы ему на местоположение затерянной странницы. Она была здесь, в этом не было никаких сомнений. И он намеревался её спасти, или же умереть пытаясь, если придется. Какой смысл жить дальше, если в мире не останется ни единой загадки, если всё будет известно ему наперёд. Никто не сможет утаить от него секретов, сбежать, и уж тем более не сможет взять в плен. Никаких погонь, историй, приключений, лишь монотонная рутина, которая уже успела засесть у него в печенках. Он всегда шёл по тому пути, который прокладывала ему Судьба. Но всё ещё считал себя хозяином собственной жизни, своих поступков и мыслей. И даже если сейчас он шёл против плана Вселенной, против её замыслов, то это лишь означало, что он всё делает правильно. Хотя бы один раз в жизни. Первый, и быть может последний. Яркий синий свет показался откуда-то неподалёку. Эшер быстро повернул голову, стараясь уловить источник причудливого свечения, но он тут же исчез из виду. Однако секунду спустя искрящийся синий луч появился вновь, и продолжил мигать с определенной периодичностью, посылая сильные вибрации в разные стороны. С некоторой осторожностью мужчина направился к неизвестному огоньку, мерцающему среди бескрайней холодной темноты. Он не звал его, не манил, но всё ещё был маяком, крохотным указателем к заветной цели, оставленным кем-то другим. Эта цель не принадлежала ему, и быть может, по мнению кого-то другого, никогда и не должна была принадлежать. Но истинного хозяина холодного свечения от него отделяли сотни, если не тысячи световых лет. И потому, быть может, этот шанс был передан кому-то другому. Тому, кто был рядом, не только сейчас, но и каждое мгновенье до этого. Кому-то неправильному, сломанному, испорченному, непохожему и в то же время абсолютно идентичному. Верному слуге Судьбы, который, веря, что сошел с пути, всё ещё следовал её плану. Но сможешь ли ты на самом деле сойти с этой тропы? Сделать выбор, который не должен был. Может быть, ты уже его сделал. Или же хранишь его под сердцем, обдумываешь, строишь очередной план, который должен всё исправить. Но такого плана не будет. Ни сейчас, и никогда позже. Чтобы одному спастись, другой должен потерять себя навсегда.