Глава 6

Но вскоре мне стало гораздо лучше. Приняв решение немного проветриться, я намеревалась пройтись по усадьбе. Солнце клонилось к закату, скрываясь за вершинами высоких деревьев. После небольшого дождя воздух был пропитан свежестью. Терраса, по которой я разгуливала, продолжалась крытой оранжереей — одним из тех мест, где побывать мне еще не удалось из-за болезни. Я поспешила войти туда. Белая дверь, отворившись, показала спину хозяина этих владений. Я сразу замерла, подобно ребенку, совершившему шалость, забегала глазами, когда Тэль обернулся.

— Айви, вам уже лучше? — Он улыбнулся, смотрел по-другому, как-то иначе. Изменившийся взгляд с тревогой осмотрел меня с головы до ног. — Может, вам стоит присесть? Здесь есть скамья. — В приглашающем жесте он протянул руку вперёд. Сердце сильно застучало, разум кричал, что из этой встречи ничего хорошего не выйдет.

— Мне не следовало сюда приходить, простите, я, наверное, пойду. — Я поспешила ретироваться и даже попятилась назад. Тэль, сделав несколько поспешных шагов, бережно обхватил меня за локоть и осторожно остановил, не давая возможности продолжить отступление.

— Прошу, не уходите, Айви. В тот день… — Генерал запнулся, опустив глаза, и после поднял уже виноватый взгляд. — Простите мне мою вольность, я повел себя бестактно в тот момент. Нас могли увидеть. Я не имел на это права, Айви. — И опять этот бархатный голос, который звучал почти шёпотом. И рисовал в моей душе красочные узоры, от которых перехватывало дыхание. А после он шутливо добавил:

— Я надеюсь, вы не заставите меня умолять? Признаюсь, я совершенно не умею этого делать! — Тэль засмеялся, и весёлый взгляд создал некую лёгкость между нами в этот момент.

— Вы удивили меня тем, что вы не верующий! — Я вернула ему милую улыбку. Мужчина сделал немного виноватый вид, затем, чуть склонившись, начал говорить низким голосом, будто ведая некий секрет:

— Только обещайте, что эта тайна останется между нами!

— Я должна подумать. Молчание слишком дорого стоит, не вам ли, как военному, об этом не знать?

— Ахах, Айви, неужто вы думаете, что вас кто-то станет пытать ради подобных сведений?

— Как знать как знать! — Ответила я игриво и немного отодвинулась от генерала.

Мы одновременно зашагали вглубь помещения. Аромат разнообразных диковинных цветов заполнял легкие, разливая внутри некую сладость. Под шуршание подола моего шелкового платья между нами зародилось молчание.

— Какие вам нравятся цветы? — Тэль начал разговор первым.

— Надеюсь, вы спрашиваете не с целью подарить мне букет в качестве извинений за тот ужин? — Сказав это, только после осознала, насколько двояко прозвучала моя шутка. Он вновь громко рассмеялся, и я вслед за ним. Дойдя до скамьи, присели на расстоянии, которое полагается по этикету. Я несколько раз неловко осмотрела Тэля — его черное одеяние добавляло ему мужественный шарм. Наткнувшись на его внимательный взгляд, я поспешила отвернуться, делая вид, что рассматриваю растения.

— Прежде я не видела таких цветов, этот сорт вы привезли из ваших земель? — Я повернулась к нему и уловила его грустную улыбку.

— Это цветы иллюзии. Вы знали, что при прикосновении эти белые лепестки окрашиваются в тот цвет, который желает видеть ваш разум? Выращивать их здесь очень сложно — погода слегка холоднее, чем в наших землях.

— Удивите меня и скажите, что сами ухаживаете за ними! — Сегодня я была отчего-то весела и не чувствовала тревог. Потом вспомнила о настоях из трав с успокаивающим действием, которым меня сегодня напоил врач. Мужчина тихо рассмеялся — настолько тепло, что неожиданно его лицо лишилось последних крупинок серьёзности.

— За распространение этой информации вам точно придётся дорого заплатить, Айви! — От очередного обращения ко мне в такой форме я смутилась. — И, да, знаете, держать в руках вместо меча маленькую лопатку для заботы о растениях тоже бывает полезным делом. — Он склонил голову, и, кажется, этой откровенности он слегка стыдился.

Я решила ответить на недавно заданный им вопрос.

— Всегда любила полевые цветы. Они такие непритязательные, им не нужны особые условия для цветения. Никаких запретов, высоких требований — просто растут и радуют своими необычными ароматами.

— Так вы любите простые цветы? — Тэль сделал задумчивый вид и после продолжил: — Помнится мне, за усадьбой росли ромашки. Если их там нет, придётся мне пуститься по лугам и полям.

— Обещаю, я высоко оценю эту жертву! — Не удержавшись, я расхохоталась, совершенно позабыв о приличиях.

— Ах, Айви, вы на удивление яркая и простая, совсем как полевой цветок.

Долгое и неловкое молчание окутало уютом. Поймала себя на том, что не желала уходить. А думать, насколько это все неправильно, не хотелось — лишь наслаждаться обществом этого мужчины. Снова осматривала его — пожалуй, с таким красивым мужчиной прожить жизнь пожелала бы каждая. Только вот интересно, почему он до сих пор один? Вслух произнести этот вопрос я, конечно бы, ни за что не решилась.

— Не желаете прикоснуться к ним, Айви? — Слегка смутившись его пристального взгляда, я за озиралась по сторонам. — Или вы боитесь собственных иллюзий? — Я посмотрела на него с вызовом, поднялась и уверенно зашагала к ряду горшков. Белые узкие лепестки множественными рядами исходили из середины, делая бутон невероятно пышным.

Протянув робко ладонь, я коснулась, мягких и нежных лепестков. Ни о чём не думая, затаила дыхание, внимательно ожидая результата. Лепестки начали окрашиваться в разноцветные оттенки. От удивления я шире раскрыла глаза.

— Какая красочная фантазия! Даже ваши иллюзии прекрасны, Айви! — Шепот возле уха прозвучал, обжигая кожу; дрожь прокатилась по телу, волнуя все внутри.

— Ну, это всего лишь иллюзия. Стоит убрать руки — и она исчезнет! — Утвердительным ответом стали приобретающие вновь белый цвет лепестки. Разочарование наполнило, огорчая своей нереальностью.

— Вы опечалены, Айви? — Тэль коснулся моей руки и прижался ближе. — Самый красивый цветок здесь — вы, и самое большое украшение этой оранжереи. Пусть же все эти растения завидуют вашей красоте.

— Я не столь прекрасна, вы преувеличиваете, — стыдливо вымолвила я.

— Ещё вдобавок и скромны, как же вы похожи на луговой цветок. Идеально!

Он, на удивление, спешно отдалился. И все последующие дни держался на расстоянии, вынуждая внутри меня расти желанию сблизиться. Возможность стать собой стала такой неожиданной реальностью, где бегать босиком по траве оказалось редкостной радостью, а за громким смехом не следовало осуждающего взгляда.

Ведь в ответ Тэль хохотал громче меня. Таких мужчин я определённо не встречала: на вид серьёзных, а на деле — подобных маленьким детям. Еще одним совместным занятием стало поедание мандаринов, которые я так обожала. Сегодняшняя шалость выдалась верховой ездой по лесу. Свежий воздух обдувал лицо и приятно проникал внутрь.

На маленькой кромке поляны мы остановили безумный бег лошадей.

— Ахах, Айви, вы умелая наездница! — Тэль широко улыбнулся, отпуская мне комплимент. Взъерошенные порывами ветра волосы растрепались, создавая ему забавный вид.

— Вы мне льстите, генерал.

— Неужели мой радостный смех лишил правдивости сказанных мной слов? — Посмотрев на меня неким вопрошающе милым взглядом, мужчина спрыгнул с лошади и подошел ко мне.

— Вы мне поддавались, это была нечестная победа, генерал!

— Отчего же? Я был ослеплен вашей красотой и совершенно не видел дороги. И пусть заберёт меня Разлом, если в моих словах есть хоть доля лжи!

— Ну, значит, я подожду, пока вас настигнет кара богов. А если же этого не произойдёт, то что ж, я буду вынуждена вам поверить. — Театрально закатив глаза, я вздохнула, а потом громко засмеялась — и, конечно, неподобающе для юной леди.

— Такое милое создание, как вы, разве может быть настолько жестоким? — Мужчина протянул мне руку в желании помочь спешиться с лошади. Приняв его добродушный порыв, я почувствовала, как ноги утонули в высокой траве.

— Прогуляемся среди подобных вам, вы же любите их, Айви?

Простой, еле уловимый аромат цветов стал приятнее дорогих духов. Присев на землю, мы долго вели непринужденную беседу. Жизнь стала казаться светлее, почти забылась необходимость выходить замуж за Элла. Долгие часы смешных историй о детстве генерала, о его юности, полной приключений. Потом на миг он замолк, будто дальнейшую жизнь не желал ведать. А я, набравшись смелости, решилась задать вопрос.

— А почему вы до сих пор не женаты?.. Зря спросила, извините! — Я замялась, не зная, куда деть глаза. На миг наши взгляды зацепились. В очах напротив я увидела глубокую осень — тоскливую пору, которая кутает, подобно одеялу, тоской и одиночеством. Тэль смотрел, не отрываясь; хотелось бы мне отвернуться, но не могла.

— Был… Она умерла… — прошептал мужчина, и там, где-то на дне этой янтарной бездны, я увидела боль. Не свежую, а словно толстый корень дуба, который прочно укоренился в его душе.

— Извините меня, мне не стоило об этом спрашивать! — Виновато опустив глаза, я рассматривала увядшие травинки среди зелени. Подбородка коснулись его пальцы, и он приподнял его, заставляя меня посмотреть на него.

— Не извиняйтесь, Айви. Вы ни в чём не виноваты!

Воздух пропитался печалью, окутав даже меня. Чужая потеря внезапно стала так близка. Печаль Тэля немного угасла, но шлейф ее виднелся на лице. Ревность и стыд укололи меня раскаленной иглой. Как же сейчас я корила себя за эти чувства! От неловкого молчания избавил внезапно хлынувший дождь.

— Скорее, Айви, вернёмся в усадьбу! — Мужчина, подскочив, помог мне подняться и утянул к лошадям.

Вскоре мы неслись обратно. Крупные капли больно били по лицу и телу. Промокшее одеяние отяжелело, его влажность холодила тело.

— Хорошо прокатились мы с вами, Айви, с мокрым ветерком. — Тэль, пропустив меня, зашёл следом сам. С нашей одежды стекала вода, создавая мелкие лужи на белом мраморном полу.

Из-за мокрой одежды я замерзла так, что едва не застучали зубы. Обняла себя руками и повернулась к промокшему мужчине.

— В данный момент вы меньше всего похожи на человека с подобным статусом! — Он стоял, слегка опустив голову; вода с его белых прядей стекала на лоб. Капельные ручейки, блуждая по лицу, спускались, огибая скулы, нос и губы. Я до неприличия задержала взгляд на них, и когда мужчина заговорил, смущённо отвела его.

— На кого же я похож, леди Айвира? — Когда я вернула внимание карим глазам, он играючи вскинул брови, заставляя меня краснеть. Холод ткани сменился жаром тела. С каждой секундой, проведенной вместе, чувства к нему непозволительно быстро росли. Наконец-то вспомнив, что обручена, и опустив глаза, я отступила немного назад.

— Простите, я, пожалуй, пойду, так и простыть недолго.

Уходя, заметила слугу, который спешно шёл к генералу. И после вслед мне донесся его доклад хозяину:

— Господин, к вам прибыл гость…

Я спешно скрылась, не вслушиваясь в дальнейшее. Влажный шелк, касаясь кожи, заставлял ёжиться и неприятно передергивать плечами.

Войдя в комнату, я резко прикрыла дверь. Прислонилась к ней спиной, прерывисто дыша. Ливень барабанил в окно, моё сердце вторило ему вслед своими глухими стуками.

— Что я делаю? Разве подобает подобное чужой невесте? — Прикрыв глаза, крутила в голове воспоминания о том, как Элл шептал, что даже чужая мужская тень не должна коснуться его будущей жены. Пытаясь собраться с мыслями, я направилась к шкафу. Избавившись от холодной ткани, оделась в бархатное платье, сверху накинула теплую накидку в желании согреться. Мокрые волосы распустила и направилась к прислуге.

Горячий чай сейчас казался спасением, подобным серебристой магии для магов. Из приоткрытой двери гостиной доносились голоса; допуская возможность, что это Тэль и некий упомянутый слугой гость, я хотела пройти мимо, но громкий встревоженный голос и услышанное вынудило замереть на месте.

— Тэль, ты совсем с ума сошёл? Неужели ты на такое пойдешь? — Незнакомый голос звучал раскаленной сталью, отталкиваясь грозным эхом от стен.

— Ты не понимаешь, сейчас дело не в этом, — Тэль не кричал, ответил сдержанно.

— А-а, даже так… — Голос зазвучал издевательски. — Это не касается твоего желания, о котором ты твердил столько лет?

Потом голоса затихли, по ту сторону двери повисла тишина. Долгое напряжение прервалось чьими-то шагами в той комнате. Затаив дыхание и осуждая себя за подслушивание, я сильнее прижалась к стене рядом с дверью. Но вместо продолжения разговора услышала приближающиеся в коридоре шаги. Я поспешила выйти из-за угла, прежде чем меня застанут за непристойным занятием. Это оказалась прислуга, несшая чай. Попросив ее принести и мне, я поторопилась удалиться к себе.

В чём была суть услышанного мной разговора и что скрывалось в сказанных словах, я, конечно, не имела ни малейшего представления. Ну и, естественно, это было не моё дело.