Глава 12. Подарок

– Диша…

За дверью скрывался короткий коридор, утыкающийся в помещение, обставленное как рабочий кабинет. Комфортный кабинет. С мягкими креслами и всякими любопытными штуками на полках.

Я залюбовалась на снежный шар.

– Стоит ждать, что сейчас сюда вломятся люди моего брата и разнесут тут все? – Она заняла хозяйское кресло и вроде бы держалась нагловато, но от меня не укрылось застывшее в плечах напряжение.

Нет. Увы, нет. Слоттерс Миры, мы улизнули от охраны, и я так и не успела связаться с Эрихардом…

– Смотря что ты собираешься делать. – Я вовремя вспомнила, что из нас двоих она не эмпат, и постаралась держаться уверенно. – Что здесь вообще происходит? Что это за место?

Понятно уже, что Диша скрывает не роман.

А в снежном шаре, хоть к нему никто не прикасался, кружили снежинки и влюбленная парочка мчалась на коньках по замерзшим каналам, ныряла под горбатые мосты, останавливалась, чтобы поцеловаться…

– Мой бизнес, – как бы очень нехотя призналась сестра кронса, но чувствовалось, что ее буквально распирает от гордости.

– Что?

Я растерянно моргнула.

– Думаешь, я слишком тупа, чтобы сделать что-то стоящее? – От нее только что искры не брызнули. – Да у меня тут оборот в месяц, как у самого большого торгового центра в год!

– И… чем же ты занимаешься в этих трущобах?

– С другой стороны здание выглядит попрезентабельнее, – зачем-то взялась оправдываться Диша. – Просто мы подлетели к черному ходу.

– Отлично.

– У меня тут клуб, наверху место, где можно перекантоваться какое-то время, иногда я устраиваю игры или закрытые аукционы. – Раз уж все равно попалась, она решила хоть похвастаться.

– Почему-то мне кажется, что все это не совсем законно, – вздохнула я. – И Эрихарду вряд ли понравится.

– Само собой.

Под ее взглядом стало неуютно.

Нет, понятно, что ничего она мне не сделает, только… так хотелось наладить отношения со всеми сестрами жениха! Но, похоже, облом.

– Сдашь меня?

Вокруг парочки в шаре закружился серебряный вихрь. Волшебно.

Они рассмеялись и поцеловались.

– Однажды он все равно узнает, – выговорила я отстраненно. – Ты же это понимаешь.

– Да возьми ты уже эту безделушку! – Дишу окончательно взбесило, что я больше внимания уделяю красивому сувениру, чем ее находчивости и сообразительности. – И обрати уже внимание на меня!

– Э-э…

– Бери, бери, мне не жалко. К тому же мы почти родственницы. Считай, подарила на девичник.

Лишнее подтверждение того, что у Эри с сестрами больше схожести, чем ему самому нравится думать.

Собиралась сказать об этом Дише или хотя бы поблагодарить ее, но… в голове щелкнуло.

Подарок!

– А у тебя есть другие магические сувениры? Что-нибудь необычное?

– Выпрашиваешь взятку?

Ну и язва она все-таки!

– Ищу свадебный подарок для жениха, у которого уже есть все и даже больше, – поделилась я актуальной проблемой.

– В таком случае ты попала по адресу, – просияла почти родственница. – Бери свой шар и пошли! Приготовься разориться, сестричка!

Прозвучало не слишком убедительно с учетом того, что понравившийся сувенир мне попросту подарили. Но я улыбнулась и позволила увести себя в сторону чего-нибудь интересного.

В приступе хвастовства Диша провела меня по своим владениям. Ну, клуб и клуб. С дым-машиной, вращающимся шаром под потолком и развеселой публикой. Помещения для игр на деньги и аукционов сегодня пустовали. В целом за обшарпанным фасадом скрывалось вполне приличное место, правда, нелегальное. Но Дишу распирало от гордости, а я, подыгрывая ей, вежливо улыбалась.

Улыбка, впрочем, наполнилась искренним восхищением, как только мы добрались до зала с многочисленными полками, стеллажами и сейфами, забитыми всякой всячиной. Драгоценности, книги, непонятные магические штуки, флаконы с крайне подозрительным содержимым… Все имело свою цену.

– Уговори его, – попросила Диша, пока я вертела головой по сторонам.

– М-м?

– Все знают, что ты можешь убедить моего брата сделать что угодно. – В ее представлении все было просто. – Уговори его позволить мне заниматься чем я хочу.

Большая семья – это… вечная проблема, на чью сторону встать!

Я неопределенно улыбнулась.

Покидала злачное место с подарком. Мы с Дишей перерыли три стеллажа и продвигались бы дальше, но тут во мне опять щелкнуло. Она как раз предлагала мне перчатки. Жутенькие, надо сказать. На руках совершенно не видны, и ощущения – будто трогаешь человеческую кожу. Еще та гадость. Но артефакт. Если верить Дише, одна пара предназначена, чтобы безопасно брать руками предметы с самой темной магией, а другая позволяет травмировать врага. Обе на мужские руки и для мага, потому что без внутреннего дара артефакт не активируешь. Понятия не имею, почему моя эмпатия решила, будто это именно то, что мы ищем. На полках встречались и куда более красивые и интересные вещи.

Ну да я уже давно перестала удивляться предчувствиям и странностям.

Побег от охраны остался безнаказанным. Эрихард лишь насмешливо сообщил, что мой мобильный отслеживается, так что у меня изначально не было шансов. Потом было знакомство с подругами, и даже под настороженным взглядом Флэи он вел себя безупречно. Время, которое получилось урвать на двоих, мы предпочли потратить на поцелуи и прочие замечательные вещи, а не на ссоры. Когда же прилетели родители, дворец захватила суета последних приготовлений.

Мама нашла какие-то поручения даже для программистов из трех залов, нашпигованных техникой.

О, их вытянутые физиономии надо было видеть!

Немного неудобств перепало и нам с кронсом.

– Хочешь, они могут остаться жить с нами? – Эрихард собирал вещи, чтобы провести ночь отдельно от меня и потом подготовиться к церемонии вне наших покоев. Мама настояла. Видите ли, какая-то там традиция. – Где-нибудь здесь.

– Вряд ли им это нужно. Пусть лучше прилетают в гости хотя бы иногда.

В его выдохе мне почудилось облегчение.

А потом взгляд стальных глаз остановился на снежном шаре, который я поставила на самое видное место.

– Мне кажется или этого здесь два дня назад еще не было?

Надо думать, мне достался самый внимательный мужчина смежных измерений.

– Диша подарила.

Тайну самой Диши я решила открыть ему после свадьбы. Ни к чему ее портить семейными разборками.

Эрихард взял шар в руки, задумчиво повертел его. Совершенно счастливая парочка внутри выделывала какие-то пируэты.

– Мне нравится, – резюмировал кронс.

– Правда? – Сама не знаю, чему так удивилась.

– Да. Если где-то существует абсолютно светлая магия, положительная энергия и вся вот эта вот чушь, то это оно. – Он вернул шар на полку. – Пусть здесь и стоит.

Быстро, но весьма многообещающе поцеловал меня в губы и ушел. В следующий раз мы должны были увидеться уже во время церемонии.

«Подружки невесты» собрались в комнате Наари и устроили пижамную вечеринку. Даже Фели примкнула к ним. Я слышала, как дворцовый управитель ябедничал Ингверде, мол, они танцуют неприличные танцы, а кошка лакает из блюдца шампанское. Он весь трясся от шока. Старшая сестра обещала разобраться. Мне же хотелось посоветовать кое-кому не подглядывать.

Надеюсь, Наари воплотит это мое желание.

Судя по тому, что Фели до утра так и не появилась, разогнать веселье нашей домашней мегере не удалось.

По-хорошему, ничто не мешало мне к ним присоединиться, но… невесте в Тенерре в ночь перед церемонией полагалось спать. Или, точнее, ворочаться с боку на бок и думать всякие мысли. Нервничать. Скучать по твердому боку любимого, к которому прямо сейчас не прижмешься.

В этом плане я оказалась традиционной невестой.

Волнения почти не испытывала. Разве что о том, как бы и этот праздник не испортили попыткой убить меня, Эрихарда или обоих сразу. Но если никаких эксцессов не произойдет, то я должна буду выдержать очередное скучнейшее сборище, присыпанное мишурой традиций. Жаль, мы не можем тихо пожениться и сбежать ото всех на пару дней.

Перевернулась.

Зарылась поглубже в одеяло.

Кто вообще придумал, что жених должен готовиться к церемонии отдельно?!

Ставлю камеру на то, что он там работает.

Но я не угадала: Эрихард тоже думал обо мне. Может, тоже ворочался с боку на бок и скучал. Потому что за темным окном вдруг закружила такая же серебристая метель, как в моем шаре. Вызванная магией.

Я приподнялась на локте, глаза недоверчиво расширились.

На стекле стремительно проступала надпись:

«Не смогу без тебя».

Сердце пропустило удар.

В душе поднялась такая волна нежности, что стало трудно дышать.

Выбравшись из-под одеяла, я подбежала к окну. В темноте было видно, что в противоположном крыле дворца одно окно распахнуто и мерцающая метель летит ко мне оттуда. А сам маг немного растрепан и рубашка на груди расстегнута. И пальцы сияют наколдованным инеем.

Я тоже попыталась открыть окно, но потерпела поражение.

Ну да, помню, в Тенерре в принципе не принято делать открывающиеся окна!

Просто кронсу не писан и этот закон.

Упомянутый кронс рассмеялся и слегка пошевелил светящимися в темноте пальцами. Снежинки беспрепятственно просочились сквозь стекло, принесли с собой холодок и осыпали меня бриллиантовым бисером. Ай! Так нечестно! До мурашек и сбившегося дыхания.

Переглядывания, воздушные поцелуи и снежная магия закончились через минуту.

Продрогшая и совершенно счастливая, я вернулась под одеяло, закрыла глаза… и мгновенно провалилась в безмятежный сон.

После ночной романтики пережить монотонную и довольно энергозатратную свадебную церемонию оказалось легко. У меня было совершенно потрясающее платье и много маминого внимания. Не только маминого, невыспавшиеся «подружки невесты» тоже вертелись рядом и помогали кто чем мог. Но в основном все болтали и смеялись.

– Нервничаешь? – Мама поправила и без того идеальную прядку волос, что выдало ее с потрохами: из нас двоих волновалась как раз она.

– Это просто еще один день. – Я пожала плечами. – Хоть и в красивом платье.

– Ты – лучшая из моих невест! – Ее глаза сияли.

– Потому что твоя дочь?

– Разумеется. Но, кроме этого, ты просто живешь, не выделываешься и не пытаешься пустить окружающим пыль в глаза своим праздником.

Я обошлась бы и без него, но по-простому замуж за кронса не выйдешь.

Кажется, привыкаю мыслить его категориями.

Прошлась по комнате, приспосабливаясь к каблукам. С каждым разом получается лучше и лучше!

В дверь еле слышно поскреблись.

– Нельзя! – дружно вскинулись подружки невесты.

– Не очень-то и хотелось, – сообщил с той стороны Нэйл. – Но цветы заберите. От жениха. Иначе он кого-нибудь казнит.

Флэя вздрогнула.

Неудачная шутка.

Но поскольку мама сразу схватилась за вазу, Ньята с Наари окопались в гардеробной и, похоже, уже свили там гнездо, Мира зависла у снежного шара, а Диша развалилась в кресле, лопала клубнику в шоколаде и демонстративно не собиралась шевелиться, выйти к Нэйлу досталось Флэе.

Она просто открыла дверь и взяла у него охапку алых роз.

«В одну вазу не поместятся», – мрачно решила я и покосилась на букет невесты.

Крупные фиалки – какой-то местный сорт – белые тюльпаны и серебристые листья папоротника. Опять-таки какого-то местного.

Нэйл бесцеремонно заглянул в комнату, уделил внимание выдающейся груди Миры, вполне слышно хмыкнул и обжег каким-то странным взглядом Флэю. Так явно, что та оступилась, подвернула ногу и со вскриком полетела… едва не полетела на пол, ее Диша поддержала. Но дождь из роз усыпал полкомнаты, и о шипы фернийка укололась до крови.

– Ну, вы тут собирайтесь, – кивнул Нэйл. – На церемонии увидимся.

И поспешил смыться, пока его не покалечили.

– Не обращай внимания, – тронула Флэю за плечо Диша. – Кое-кто еще не вышел из пубертатного периода, хотя по возрасту пора уже.

– Угу, – пролепетала Флэя.

Встречу Нэйла на церемонии, точно прибью.

Ей только внимания тенерца для полноты ощущений не хватало!

Цветы собрали. Мой и без того сказочный облик раз десять поправили, чтобы было уж совсем совершенство. Ингверда привела Мериэль в платье принцессы. Крестани с Вауром вызвались доставить к месту церемонии уррга, и на ближайшие часы он был поручен их заботам.

Понятия не имею, когда успела обзавестись ближним кругом…

Пора.

Покои покидала под шуточки насчет брачной ночи.

Не дождутся, не покраснею!

Церемония проходила в историческом центре, в том же здании, где несколько месяцев назад короновали Эрихарда. Только не внутри, а на крыше. Оказалось, среди башенок и скульптур там была площадка. На нее допустили только нас и пожилого мужчину в мантии. Последний держал искрящийся магией серебряный жезл и документы. Остальные наблюдали из слоттерсов.

Невесте полагалось пройти к жениху через всю площадку, сквозь снежные вихри и туманы. Игнверда накануне предупреждала, что они будут создавать препятствия. Мягко говоря. Когда она сама выходила замуж, то подвернула ногу и чуть не свалилась с крыши. А были случаи, что девушка разбивалась. Часто были. Примерно каждый месяц.

Садистские у них какие-то традиции.

Даже свадебные.

Ну да… ничего нового.

Предупрежденная заранее, я готовилась ко всякому и начинала свой путь осторожно, но это стало напрасной мерой. К местным пронизывающим ветрам я давно привыкла. Наступать на что-то скользкое – тоже. В остальном же было даже красиво. Белесые от снежной крошки ветры стали моим шлейфом. И точно меня не пытались убить. Разнообразия ради.

Я торжественно дошла до улыбающегося жениха.

Тип в мантии указал на нас жезлом, напевно произнес что-то непонятное и заверил документы.

Когда Эрихард меня поцеловал, нас осыпало колкой снежной крошкой, конфетти и лепестками цветов.

Все!

Женаты.

Даже живы.

И если нас не прикончат на праздничной части во дворце, брачная ночь все же состоится. При мысли о ней внутри что-то сладко затрепетало от волнения.

Ночь и наступила, хотя пошла не совсем так, как мне желали. Но это же мы! Иначе у нас не бывает.

Начиналось все предсказуемо: я на полчаса скрылась в ванной, а выпорхнула оттуда в кружевах, летящем пеньюаре и с подарком, красиво упакованным и перевязанным золотистой тесьмой.

Утонула в лиловой дымке.

С трудом справилась с дыханием и дрожью в руках.

Тем временем взгляд Эрихарда остановился на свертке.

– Ты не должна была.

Загадочно улыбнувшись, я устроилась на подлокотнике кресла, где он сидел, и вручила ему сверток.

– Можно сказать, они сами прыгнули мне в руки.

Он потянул за концы тесьмы… а стоило мне расслабиться, перетащил к себе на колени. Коварно улыбнулся, лизнул в уголок рта и окончательно распутал завязки.

Хмыкнул.

Удивленно приподнял брови.

Надел по перчатке из каждой пары и каким-то образом понял, что это артефакт.

– Пока не скажу, – предугадала вопрос я.

– А потом расскажешь? – уточнил муж.

Небо… я правда вышла замуж?

Я?!

– Да. Попозже.

– Договорились.

Люблю наши отношения.

Можно считать невероятным везением, что когда-то будущий арлорд Талайский решил шантажировать именно меня.

Его ладони медленно двигались по моим бедрам, подбираясь к почти прозрачным лоскуткам. Внутри… будто тлело что-то. Сладко. Я прикрыла глаза и запрокинула голову. Задрожала, когда шею обожгло его дыхание.

– А мой подарок увидишь утром, – прошептал муж.

Мне определенно нравится это слово.

Ласки становились все более чувственными.

Мм…

Разве меня сейчас могут интересовать подарки?

Как оказалось – да. И на вечно мешающую эмпатию не сошлешься. Просто в голову пришла идея. Неплохая. И требующая немедленного осуществления. Точнее, сработать она могла только сейчас, пока Эрихард без короны, расслаблен и вроде бы готов на все.

– Эри?..

Я перехватила его руки рядом с местом, где начиналось кружево, отстранилась и серьезно посмотрела в любимое лицо.

– Да?

– А можно… – Вдох. Набраться смелости. Или безумия. – Можно мне попросить у тебя особый подарок? Самый дорогой из всех возможных. Буквально. Но это важно для меня.

Замереть и ждать.

Впрочем, я была уверена, что он не откажет.

Дымка в любимых глазах сменилась искрами, свидетельствовавшими о мелькнувшей надежде превратить все в шутку, а через секунду там застыла серебристая задумчивость.

– Ллана, ты же знаешь, что самое ценное в этом дворце – мы. Наша любовь. Наше будущее, – отвечал он размеренно и обдуманно. – Без остального я точно смогу прожить. Что ты придумала? Надеюсь, речь не идет о завоевании Ферны и попытке спасти эмпатов от медленного самоуничтожения?

– А если бы я попросила? – Куда меня несет? Зачем вообще поддержала эту тему? Наверное, просто тяну время. – Ты бы согласился?

– Я бы не пришел в восторг, но для тебя – да.

Сильно. В смежных пространствах около трехсот лет не случалось не одного вооруженного конфликта. Выкини мы подобное, против Тенерры бы ополчились все. Невероятно, что Эрихард подумал об этом. И еще более невероятно, что готов был хоть сейчас рискнуть для меня целым измерением. Это придавало смелости.

– Люблю тебя больше всего на свете! – Я потрясла головой и вновь нашла его руки.

– Так что ты хочешь?

Вдох и собраться – как перед прыжком в ледяную воду.

Лучшего момента не будет!

– Твои короны.

Стальные глаза изумленно расширились. В них застыло недоверие и… борьба. И руки у него похолодели.

– Что?

– Не буквально, – уточнила я и соскользнула с его колен. – Идем, покажу что-то.

Ни капли не сомневалась, что меня он любит больше, чем атрибуты власти. И лиловая дымка в конце концов победит холод, который пока сопротивляется, разливается морозом по телу и нашептывает обо мне плохое. Поэтому уверенно направилась к двери – и уже в нашей личной маленькой гостиной обнаружила, что муж идет за мной.

Послала ему через плечо улыбку.

– Ллана, ты вообще в курсе, что люди в брачную ночь занимаются другим? – уточнил Эрихард обреченно.

– То нормальные люди, а то мы, – фыркнула я.

Можно подумать, он не знал, на что подписывается.

Знал же?

До хранилища дошли, никого не встретив, и мне даже не понадобилось приложение с планом дворца. Эрихард, казалось, совсем не удивился, что я уже посещала его и знаю дорогу. Если и удивился, то не показал.

Разблокировала дверь я сама, и при этом у меня заметно дрожали руки.

А если он мне не поверит? Если не согласится?

Вдруг именно сейчас короны предстанут чистыми и безупречными? К такому повороту я не подготовилась. А следовало! Сфотографировала бы их хотя бы.

Или он не справится с давлением древней магии?

Пф-ф!

Дверь беззвучно открылась.

Внутри вспыхнул свет.

Я вошла первая.

Есть!

И даже больше, чем я ожидала.

Пятна обнаружились почти на всех коронах. Уродливые кляксы, похожие на плесень. И драгоценности переливались как-то не так. Воздух показался спертым, и почти сразу начала немного болеть голова.

Нельзя раскисать.

Не сейчас.

Я повернулась к Эрихарду и постаралась поймать его взгляд.

– Заметил, что после дня, проведенного в короне, ты сам не свой? – спросила наугад и изо всех сил понадеялась, что попала в точку. – Но сил, льда и самоконтроля с ними, наверное, больше.

– Традиции не возникают на пустом месте, – криво усмехнулся кронс, оглядывая наследство от предшественников. – Выходит, что за абсолютную защиту, которую кронсу дает Тенерра, надо заплатить человечностью.

Невидимые щупальца, сжимавшие душу, исчезли.

Все хорошо.

Он все тот же Эрихард, с которым мы сидели под пледом и говорили о сокровенном. И, несмотря на сложнейшие месяцы и всю магию этого жуткого ледяного измерения, для него важны те же самые вещи.

– Их надо уничтожить, – договорила я осторожно. – Лучше все.

– Скорее всего, короны служат проводниками, – оценил масштаб катастрофы Эрихард. Потом всмотрелся в меня. Не знаю, что он там увидел, но следующее он сказал с уверенностью, даже с какой-то горячечностью: – Если тебе станет от этого спокойнее, мы избавимся от этого драгоценного мусора. Сейчас же.

Эмоции захлестнули. Я бросилась к мужу и повисла у него на шее.

Заодно обнаружила, что сердце все это время бешено колотилось.

Зажмурилась, сдерживая слезы.

– Снежность, ну ты что… – По спине скользили стремительно теплеющие ладони. – Сейчас мы избавимся от старого хлама. А потом вернемся в спальню и хоть что-то сделаем как нормальные люди.

Улыбка получилась сквозь слезы.

Кажется, я подпортила нам первую брачную ночь, но еще остается шанс спасти хотя бы несколько часов от нее. Замечательно, что в Тенерре рассветает поздно.

К хламу, от которого предстояло избавиться, присоединились и тиары, сделанные для меня. Понятия не имею, когда их стало три, я до сих пор видела только одну. И хоть все они были в порядке и искрились бриллиантами, мы с Эрихардом решили не рисковать зря. Неизвестно, как среагирует магия, лишившись привычных переходников. Вполне возможно, что выберет новые. Наиболее логичные.

Трудности начались, когда Эрихард потянулся к ближайшей короне, чтобы снять ее с подставки. Она лишь слегка пошла темной рябью. Кронс прошипел ругательство, одновременно прикрывая пальцы льдом, и отдернул руку.

Лед сошел, но после него осталось пугающее бордовое пятно.

Я с трудом подавила желание взять его за руку и совершенно по-детски подуть на пострадавшее место.

Из-за меня пострадавшее. Как обычно.

– Похоже, твой подарок придется весьма кстати, – спокойно заметил муж.

Мой… а, перчатки!

Боясь, что вот сейчас он истолкует историю как-то неправильно, я торопливо уточнила:

– Я ничего не планировала. Вообще не думала, что тебе придется их использовать.

– Знаю. – Он взъерошил мне волосы и едва заметно поморщился: магический ожог штука болезненная.

Дальше… было немного странно, да. Просто это не тот случай, когда можно попросить кого-нибудь принести нужное и сделать остальное, не таясь. Поэтому мы ушли из хранилища. С помощью приложения и каких-то магических трюков еще из студенчества Эрихард изменил обзор камер так, чтобы они показывали то, что нас не выдаст. И мы сами вернулись в спальню за перчатками. Он надел одни поверх других, почему-то это должно было сработать. Ну, магу виднее… Я же чувствовала себя спецагентом на задании, когда мы, прячась от камер, охраны, персонала и местных обитателей, пробирались обратно к хранилищу. Дух захватывало, и бояться совершенно не получалось. Только не рядом с Эрихардом!

По дороге стало ясно, что моя эмпатия нас закрывает. Непроизвольно получилось. И нечего так улыбаться, я же это не контролирую! Так что остаток пути преодолели уже свободно, но почти бегом, действие моих способностей могло прекратиться в любую секунду.

Есть!

Эрихард запер нас в хранилище и активировал защиту.

– Стой там, – велел мне, и я послушно застыла у двери.

А ведь хотела быть с ним рядом, обнять – опыт показывал, что наше странное единение иногда усиливает его.

Неважно.

В этот момент он вновь взялся за корону. Реликвия опять пошла рябью, блеснул лед, и брызнули золотые искры от перчатки. Я приготовилась вскрикнуть, но кронс победно ухмыльнулся, швырнул на пол нечто обугленное и скукоженное, шагнул в сторону и потянулся к следующей жертве.

Истерить я передумала.

Перевела дыхание.

Получается!

Неужели получается?!

Останки второй короны полетели на пол, а за ними третьей, пятой, десятой и так далее. С моими, одной из старых и самой новой, данной Тенеррой Эрихарду, ни вспышек, ни искр не было, впрочем, мы заранее решили, что это ничего не значит.

Сорок пять минут – и кучка оплавленных драгоценностей на полу.

Эрихард переступил ее и стянул местами порвавшиеся перчатки.

– Надеюсь, все же ты признаешься, где смогла купить перчатки, – заметил муж. – Я бы не отказался иметь еще несколько артефактов с такой магией. Сделали их явно не в нашем измерении и не в наше время.

Я кивнула, не в силах спрятать широкую, совершенно счастливую улыбку.

Ради меня он уничтожил не только традиции, но и короны!

Не то чтобы это самое большее, что он для меня делал…

– Как-то легко все получилось. – Хранилище не такое уж большое, но показалось, что пройдет вечность, пока он доберется до меня. – По всем правилам должен был быть откат… Ллана?

Жарко.

Волна жара поднялась изнутри с такой силой, что показалось, кожа сейчас начнет плавиться. Я почувствовала себя огнедышащим драконом. Задыхающимся драконом. Тело покрылось противной испариной.

– Ллана?!

Он поймал меня, не дал упасть.

М-м-м. И голову давит.

– Что происходит?

– Кажется, у меня жар, – прошептала я… потому что говорить нормально не позволяло саднящее горло. – Пить хочется.

И в глазах плывет.

И…

Симптомы простуды навалились все разом, не прошло и нескольких секунд. Можно было бы, конечно, обвинить местные холода, мою к ним непривычность и придумать еще с десяток правдоподобных объяснений, но к чему прятать голову в песок? Откат все же случился. Только не у Эрихарда, а у меня. Притом не совсем обычный ввиду отсутствия во мне какой-либо магии.

Кронс выругался и подхватил меня на руки.

Врача ко мне провели темными коридорами с частичным отключением камер. Знали только Эрихард, Наари и дворцовый управитель.

– Судя по вашему рассказу, повышенная температура вызвана магией. Лекарства здесь бессильны, – сказал доктор Роуен ровно то, чего от него ожидали.

Наари мягко тронула мою руку, в ответ на что я дернулась и слабо застонала: боль воспаленной коже причиняло даже присутствие одежды.

Ее брат скрипнул зубами в бессильной ярости:

– Предлагаете просто стоять и смотреть?

Жаропонижающее мне все же дали, потом антибиотик несколько часов спустя, и еще позже – травяной сбор. Ничего не подействовало. Горло даже сильнее разболелось, а одурманенное высокой температурой сознание начало показывать картинки.

Яркие.

Побережье, где я выросла, море, белый песок и большое солнце в лучах-завитушках. Оно каталось по небу туда-обратно и широко мне улыбалось. М-м-м, плохо-то как…

Эрихард что-то взволнованно говорил врачу или сестре, я не поняла.

Простыни казались раскаленными, как если бы я вновь была на том пляже. И солнце теперь улыбалось ехидно, будто вознамерилось в этот раз меня спалить. И изнутри тоже жгло.

– М-м-м.

– Лланочка…

– Не говорите родителям, что я заболела, – прошептала еле слышно.

Наари склонилась надо мной и ласковым голосом что-то обещала, слов не разобрать. Знала бы я, чем для меня обернется авантюра с коронами… все равно бы в нее ввязалась, чего уж там. Если Эрихард теперь свободен от изматывающего вымораживающего влияния, оно того стоило! Что угодно.

– Так, все, меня это достало! – рыкнул кронс и решительным движением отстранил от меня заранее скорбящую парочку.

На возражения даже ухом не повел.

Вынул из-под одеяла и подхватил на руки.

Пол с потолком поменялись местами… стремительных раз шесть, уши заложило, к горлу начала подступать тошнота.

– Закрой глаза и положи голову ко мне на плечо, – приказал муж.

Наари что-то еще пролепетала, но кто бы ее слушал.

Чувствуя себя так, словно умираю, медленно и мучительно, я подчинилась. Через минуту ощутила, как становится легче. Нет, жар не спал, даже не собирался, но Эрихард нес меня по коридорам, и от его движений разгоряченную кожу гладил прохладный воздух. Ммм… Да. Только пусть не останавливается. Еще мой нос утыкался в воротник его рубашки, пахнущий морозом и свежестью. Странным образом, несмотря на мое плачевное состояние, этот запах прочистил голову и прогнал часть неприятных ощущений.

– Не отпускай меня, – не уверена, но… возможно, я сказала это вслух.

Веки отяжелели.

Все еще было душно и муторно, но меня начала затягивать сонная темнота. Возможно, получится спрятаться в ней хотя бы ненадолго.

– Держись, снежность.

Как и за что, интересно, я должна держаться, если он опустил меня на сиденье слоттерса?

– Кажется, я придумал, как тебя вытащить.

Ощущение кожаной обивки отозвалось болью на моей собственной коже, но зато сиденье оказалось прохладным. Это было последнее, что я осознала перед тем, как отключиться.

Жар спал ровно на середине перехода, словно кто-то невидимый щелкнул пальцами.

Или мы пересекли несуществующую, но очень даже реальную границу… Это уже не Тенерра. Здесь магия теряет свою власть.

Наверное, дальше можно было и не лететь, но Эрихард даже не думал поворачивать обратно.

– Мы сбегаем? – Я опасливо глянула на подсвеченную панель управления.

– У нас медовый месяц, забыла? – Стальные глаза смотрели с жаркой нежностью.

– Целый месяц? – Нервным движением поправила норовящие разойтись полы халата. Да, было как-то не до одевания. – Честно?

– Два дня, – спустил меня на реальную землю Эрихард. И тут же поправил себя: – Или вся жизнь. Я собираюсь торговаться с магией за твою неприкосновенность.

Изумление, восхищение, немножко страх… Я мысленно махнула рукой на шелковый халатик с кружевами, упорно не желающий вести себя прилично. Особе, которая чудом осталась жива, простителен любой внешний вид. А если кто-нибудь посмеет косо посмотреть, мой ледяной кронс тоже на него посмотрит, как только он умеет, и все лишние комментарии, даже мысли, отвалятся, как сосулька с крыши.

Жаль, если не получится вернуться в Тенерру. Я уже как-то привыкла считать ее новым домом.

С коронами мы поступили правильно, я чувствовала это. Надеюсь, Наари сумеет избавиться от следов нашей деятельности, не привлекая постороннего внимания. Очень надеюсь. Эрихард все больше доверяет сестре, даже доступ в хранилище дал. Вынужденно, но какая разница.

В том, что пострадала я, тоже было что-то закономерное. Кто зачинщик – тот и отвечает. Но эта магия… как будто разумна. Не в человеческом смысле, в каком-то другом. Знаю, это странно, но странной девочке странные мысли. М-да. Так вот, магия. Почему она не убила меня? Ведь могла. Думаю, могла. Но позволила нам сбежать. Или смысл в другом? Тенерра же нам благоволила? Ну, до определенного момента. Тогда, может, дело было в коронах, накопивших слишком много холода и воспоминаний? Мы уничтожили их, и я словила откат, потому что… слабее, или стояла на линии удара, или есть еще одно объяснение, которого я пока не знаю.

Пф-ф-ф!

Голова сейчас просто взорвется от противоречивых мыслей.

Я прикрыла глаза, устроилась удобнее и постаралась отрешиться от всего.

Проблемы можно решать по мере их обострения.

Вяло отметила, что на вылете из перехода нас не остановили. Опять мои способности нас прикрыли.

Еще было жарко и влажно, и где-то недалеко шумела вода.

– Ллана? – Прохладные пальцы пощекотали плечо. – Ллана.

– М-м-м.

Я шевельнула ногой, показывая, что жива.

Как же здорово спать без одеяла и не мерзнуть…

– Снежность, просыпайся.

Моргнула.

Еще же даже светать толком не начало!

– Я готова выполнять супружеский долг, честно, – пробормотала в подушку. – Но давай чуть позже, когда я досплю.

Настырный ледяной тип рассмеялся и бесцеремонно погладил мои выпуклости, все еще затянутые в кружева.

– Предложение мне нравится, так что поддерживаю, – заявил он. – Но сейчас подъем.

С трудом разлепила глаза и нашарила смартфон. Пяти утра нет! Мы спали хорошо если часа полтора. Нет, он точно издевается!

– Проснулась? – Вездесущие прохладные пальцы нежно тронули мой подбородок. – Идем.

Трудно угадать, задумывал ли Эрихард два дня в пляжном домике на берегу океана заранее или организовал все, пока мы летели, но я была искренне благодарна судьбе за глоток солнца и свободы. Пусть короткий, пусть доставшийся через боль, но это лучше, чем совсем ничего, да и когда еще удастся вырваться?

Ах да, важный момент: нас занесло в измерение, с которым прямо сейчас переход Тенерру не связывал. Следовательно, к удавшейся конспирации мои способности не имели отношения.

Песок хрустел под ногами, как если бы мы шли по снегу. По теплому снегу, на который упоительно приятно наступать. Волшебные ощущения. Как брызги солнца и шампанского внутри. Я прикрыла глаза и тихонько промурлыкала что-то счастливое.

Эри шикнул и приложил палец к губам.

Тропический рай скрывал редкие домики за многочисленной и разнообразной растительностью. В нее мы и углубились… шагов на десять. Там Эрихард остановился, опустился прямо на песок и потянул меня за руку. Вид у него был по-мальчишески таинственный, и сразу становилось понятно: проще подчиниться и принять активное участие в затее, чем выспрашивать подробности и отпираться. Рано или поздно все сама увижу. И более чем уверена, что мне понравится.

Люблю, когда он такой. И когда у него глаза блестят.

Сидеть в засаде пришлось примерно четверть часа. То ли мой неуемный муж не идеально рассчитал время, то ли просто хотел провести со мной несколько лишних минут под звездами. Изумительно приятных минут, надо заметить. Я откинулась ему на грудь и с восхищением эти самые звезды рассматривала, даже парочку созвездий вычислила. Жаль, камеры с собой нет… И меня совершенно не смущали руки, пробравшиеся под халат и медленно исследующие кружева. Для него же надевала. Правда, когда вернемся в домик, мне лучше их снять и отправиться в душ, ибо после нескольких часов в горячке и ползанья по песку я явно не самое приятное создание.

Но одно из самых счастливых точно.

И почему не отпускает ощущение, что это затишье перед катастрофой?

Ллана, стоп. Дара предвидения у меня нет, это всего-навсего мнительность.

Дерганые мысли нарушил треск. Слабый-слабый, на грани слышимости. Эрихард встрепенулся и увлек меня еще глубже в заросли, при этом передвигаться следовало на корточках и предельно тихо.

Ах нет, широколистая растительность как раз расступалась, и за ней открывался пляж. Но мы туда не выбрались, замерли, скрытые зеленью.

Сонливость слетела.

Я вдруг почувствовала себя бодрой и отдохнувшей.

И мне стало интересно.

– Смотри, – одними губами, почти без звука велел муж.

Куда?

Белоснежный чисто убранный пляж, стремительно наступающий рассвет, довольно спокойные воды… потому что их сдерживали искусственно сделанные насыпи, но не сплошные. Что из этого должно было меня поразить?

Я уже решила, что дело в том, что Эрихард кроме ледяной Тенерры мало что видел, а я выросла на побережье, потому и не могу сейчас разделить его восторги, для меня это все обыденно… Но тут песок дрогнул. И зашевелился. Треск стал громче.

На мой вопрошающий взгляд кронс отреагировал коварной улыбкой.

Ладно-ладно!

Еще минута ожидания, на этот раз щедро сдобренного любопытством и предвкушением…

В песке обнаружились яйца. Коричневые, в бордовых и зеленых прожилках. Крупненькие, размером с два моих кулака. Ни одного предположения, что бы из них могло появиться. Впрочем, сейчас узнаем. Яйца подрагивали, похрустывали, шли трещинами.

От одного откололся кусочек.

Другое укатилось почти к коленям Эрихарда.

Наконец скорлупа начала распадаться, и на свет выбирались… э-э-э… что-то среднее между черепахой и мультяшным драконом. Умильно пучеглазые малыши. Но от их многоголосого попискивания быстро начало звенеть в ушах.

Смешно дергая нетвердыми пока лапками, живность пробиралась к воде.

От восторга что-то сжалось в груди.

– Небо…

– Моя жена должна говорить «льды», – поправил Эрихард и аккуратно скорректировал направление вылупившегося прямо возле его колена пищашего монстрика.

Косолапя и через каждые два шага падая на песок, малыш поковылял к воде.

– Пф! – фыркнула я с некоторым опозданием.

– Это черепаховые шорны, – пояснили мне.

Да кто угодно! В любом случае они классные.

Действо заняло совсем немного времени, даже рассвело еще не окончательно. Но синеватую дымку остаточной тьмы уже пронзили ярко-розовые солнечные лучи. Они еще успели захватить последних черепах… черепаховых кого-то. Местная природа бесподобна! А у меня даже нет камеры, чтобы это снять! Немного жаль, но… зато ничто не мешает наслаждаться моментом.

– Брачная ночь спасена, – объявила я, прикидывая, как бы разогнуться и выползти из зарослей.

– Точно? – насмешливо прищурился кронс.

Я должна была поймать изменившееся выражение в его глазах, но…

– Несомненно, – подтвердила с кивком.

– Тогда моя очередь. – Он легко поднялся на ноги и не менее легко закинул меня на плечо. – Несколько часов не могу перестать думать о кружевах на твоем теле.

Опыт странная штука. Не тянуло ни отбиваться, ни протестовать. Я отмахнулась от упавших на лицо волос, закатила глаза, а потом мстительно извернулась и лизнула обнаженную спину. Заметила, как он вздрогнул. Что ж, впереди незабываемое первое брачное утро…

Возвращение в Тенерру подкралось как-то внезапно. Помня слова Эрихарда, я думала, потребуется какой-то ритуал. Как еще он собирался торговаться с магией? Но ничего подобного не было. Мы провели два бесподобных дня, дурачились, плавали, обзавелись красными зудящими носами и любили друг друга до тянущей боли в теле. В определенные моменты мне даже казалось, что Эрихард не возражал бы остаться в такой жизни навсегда. Но когда наше время вышло, он начал собираться домой.

Что ж, все хорошее однажды кончается.

Не то чтобы в ледяном дворце меня обязательно ждало что-то плохое…

Но под ложечкой неприятно засосало.

Очередной приступ мнительности.

Потому что все прошло нормально. Мы вылетели из перехода, и ничто не попыталось меня убить. Я тихонько выдохнула. Кронс улыбнулся. И потянулись насыщенные, но счастливые дни. Родители и подруги задержались у нас на месяц, и я с трудом делила время между пугающе многочисленными близкими и учебой. Нагрузка оказалась такой, что на переживания и страхи времени не оставалось, и в этом был плюс. Зато мы много гуляли, иногда во время этих прогулок даже получалось фотографировать. Мама с папой окончательно убедились, что мне здесь хорошо и новая семья меня любит, и даже Флэя немного оттаяла. Просто Наари с серьезным лицом пообещала ей, что если ее брат вздумает меня обидеть, она ему врежет. И фернийка почему-то поверила.

Удивляться особенно нечему, мы в принципе странные.

В очередной раз доказав, что ей можно доверять, Наари не только избавилась от остатков уничтоженных корон, но договорилась с Хеннингсеном, который сделал убедительные голограммы. Нет, он эти изображения называл как-то по-другому, даже объяснял, как они работают. Кажется, в тонкостях разобрались все, кроме меня.

Эрихард был тотально занят и вырывался от обязанностей кронса порой лишь глубокой ночью, чтобы утром опять куда-то улететь, но заледенения или излишней жестокости за ним не наблюдалось. Может, это было испытание? И от нас требовалось всего лишь правильно отгадать загадку?

Отдельного упоминания заслуживает Флэя. Точнее, Нэйл. Еще точнее, их странные отношения. Ну, насколько с уже обжегшейся фернийкой вообще возможно построить отношения, тем более тенерцу.

Сначала он весьма выразительно поглядывал на выдающуюся грудь Миры. Нет, моя подруга из Грея интересовала его не больше, чем, скажем, Диша или уехавшая с женихом… уже мужем Адаль. Но отчего-то в его голове засела нелепая подростковая идея, что Флэя обязательно, вот просто непременно начнет ревновать и соперничать за него с Мирой. Увы. А я, между прочим, предупреждала, но кто бы меня вовремя послушал! Дальше в ход пошли цветы, сладости и попытки пригласить на свидание, и они тоже провалились. О, я прямо слышала этот треск проламывающегося льда! И, чего уж там, немножко злорадствовала. В основном из чувства солидарности с Наари. Нэйл перед Флэей даже за глупую выходку с Мирой извинился, признал и извинился, но фернийка сохраняла каменную отстраненность. Зато один, видимо, не на шутку влюбленный тенерец свою отстраненность окончательно растерял, потому что не далее как два дня назад напился в хлам и орал признания под окнами на радость всем обитателям дворца. Мама его еле угомонила и загнала внутрь. Ставлю камеру, именно она помогла ему выработать действительно рабочую стратегию: очаровывать надо Мериэль. Ну, в смысле, конфеты, игрушки, катание на коньках по заледеневшей речке. И это действовало! Девочка, которая до сих пор смотрела на Эрихарда, как на чудище из сказки, брала у Нэйла подарки и каталась с ним на какой-то штуке с горы. С визгом и заливистым смехом. Флэя злилась, но куда ей было деваться. Приходилось участвовать, не доверять же дочь этому типу одну.

Могло бы что-то и получиться, но пребывание в Тенерре моих гостей подошло к концу. И как кое-кто ни уговаривал ферниек остаться, они тоже улетели.

А этот «кое-кто» уже два дня ходит бешеный…

Я же, едва стала посвободнее, вспомнила, что надо бы поговорить с Эри о Дише. Давно следовало, но я все откладывала, не желая портить чудесное время. Да и не хотелось демонстрировать неподготовленным близким ледяное лицо моего благоверного, если он поведет себя так же, как с Адаль.

Но сейчас время пришло.

Заглянула в приложение, нашла, в каком именно кабинете окопался сегодня кронс… но по пути решила предупредить Дишу о надвигающейся буре. Все же я ей немного должна. Если бы не те перчатки, с коронами могло и не выйти.

Выяснила у дворцового управителя, что около часа назад она отправилась в тренировочный зал, туда и пошла.

И уже на подходе поняла, скорее почувствовала что-то странное.

Страсть.

Всплеск эмоций.

Протяжный стон.

– Вот блин, – прошептала зачем-то вслух, хоть это и недостойно кронс-тьеры.

Я уже успела посчитать теорию с любовником несостоятельной и решить, что Диша скрывала нелегальный бизнес. На это и ее передвижения указывали комната и зал дома, и посещения злачного района вне дворца. Все.

Зря я забыла, что однажды вот так вот уже подслушивала.

Оказалось, меня легко сбить с толку.

– Ум-м-м… Ох!

Сегодня будет по-другому.

Я уверенно направилась к двери.

Неприятный момент, но…

Если бы…

Есть! Не знаю, как я поняла это, себя-то я нормально видела и чувствовала. Но откуда-то точно знала, что скрыта от всех других. Надежно скрыта. Хоть и понятия не имею, сколько у меня времени.

Приоткрыла дверь.

А в общей реальности она не открылась.

Вот блин!

В топку их ледяные приличия!

Потому что они не работают.

Обнаженная Диша сидела на тренировочном роботе, и не надо было родиться эмпатом, чтобы понять, чем именно они занимались.