Глава 13. Слишком много льда

Ноги сами привели меня к нужному кабинету. Сила эмоциональной связи иногда пугала: стоило чему-то задеть меня, появлялась почти болезненная потребность поделиться этим с Эрихардом. Вот и сейчас я толкнула дверь, совершенно не задумываясь о том, что могу помешать.

Обозрела удивленного старшего министра.

Вспомнила, что мой муж – кронс с горой обязанностей и ледяной глыбой ответственности на плечах.

И пролепетала:

– Прошу прощения, я…

– Мы закончили, – спокойно сообщил Эрихард собеседнику и встал.

Изменению планов тот не обрадовался.

– Но…

– Вы собрались мне возражать. Я бы слушал ваш бред с непроницаемым лицом. А потом все равно оставил бы указания в силе, – нетерпеливо выставил вперед ладонь кронс. – Давайте в этот раз пропустим лишние этапы и сэкономим время.

Недовольный министр поднялся, скривился от боли в спине и с медлительностью, свойственной пожилому и не слишком здоровому человеку, направился к выходу.

Я посторонилась.

И получила вынужденный кивок.

– Прости, – прошептала подошедшему мужу. – Не хотела мешать.

– Нам нужен министр помоложе. – Он притянул меня к себе и так замер, будто подзаряжался от батарейки. Ну и ассоциации у меня! – Брось, Ллана, мы достаточно вместе, чтобы я тебя хоть немного изучил. Ты еще никогда не врывалась ко мне ради какой-нибудь ерунды.

Снова побуду заезженной пластинкой и повторюсь: мне достался самый умный и понимающий мужчина.

– Что случилось? – Эрихард отстранился и заглянул мне в глаза.

– Я должна кое-что тебе рассказать. – Выпуталась из его рук и нервно прошлась по кабинету. Не помогло. Внутри я чувствовала себя как взбесившийся уррг в клетке. – И это правда срочно. И важно. И… это про семью.

Эрихард присел на угол стола, затолкал усталость подальше и теперь смотрел сосредоточенно.

Знаю, сообщать новости у меня получается так себе.

– Давно надо было сказать, но все было так хорошо, и я не хотела портить. – Набрать воздуха. Сейчас решусь. – Только спокойно, ладно? Обещай, что постараешься быть снисходительным.

– Говори уже. – Он начал терять терпение.

Ладно.

Все равно от этого не уйти, сколько не оттягивай момент.

– Помнишь те перчатки? Ну, мой свадебный подарок. Я купила их у Диши. У нее ночной клуб в одном из неблагополучных районов. Еще аукционы и много редких вещей. И это все не очень законно… Почему ты улыбаешься?!

Не жестко или с предвкушением, как открутит провинившейся голову.

Искренне. И с малой толикой гордости.

– Самая безнадежная из моих сестер оказалась все же на что-то годной. – Заявление вышло полностью в тенерском духе. – Не вижу причин для недовольства.

– То есть ты позволишь ей заниматься этим и дальше? – недоверчиво переспросила я.

– Деятельность придется уместить в рамки закона, – кивнул брат, внезапно ставший почти хорошим. – Я поручу кому-нибудь проверить, что там и как. И, возможно, конфискую несколько магических штук в качестве штрафа. Воспитательную беседу проведу. Но если честно, я рад, что она занята делом.

Первая часть разговора вышла проще, чем я ожидала. Настраивалась на бурю, но не подул даже холодный ветерок. Похоже, шаг с коронами полностью себя оправдал.

Внутреннее ликование подавила.

Еще не время.

– Это не все. – Я подошла к нему и облизала пересохшие от волнения губы. Поймала на них жаркий взгляд. Блин. – В тренировочном зале… ну, где бледно-желтые, но все равно холодные стены… есть видеонаблюдение?

– Нет.

– А скрытое? О котором известно тебе и нескольким наиболее доверенным людям из службы безопасности?

Эрихард удивленно изогнул бровь.

Я тыкала пальцем в небо, но все еще надеялась на успех.

Через пятнадцать минут выяснилось, что Нэйл все же перестраховался и установил дополнительное наблюдение почти по всему дворцу. Кажется, кого-то ждет серьезный разговор! Но сейчас я попросила его удалиться, и впервые за все время Нэйл сделал что-то, не пререкаясь и не испепеляя меня взглядом. Надеюсь, он просто устал за день, а не его подменили на кого-то более приятного.

Выбрав нужный зал и названную мной отметку времени, Эрихард запустил видео.

Наверное, стоило рассказать ему словами, но у меня все еще есть пределы взаимодействия с людьми. И рассказ мужу о весьма странных любовных приключениях его сестры точно находится за их границами. Где-то очень далеко от этих границ.

Ну? Он будет ругаться и крушить все вокруг?

– Что-то мне подсказывает, с братьями было бы проще, – заметил он, остановив видео.

Мрачно, но спокойно.

Мне определенно нравится это его равновесие.

– Прости. – Я обхватила его шею руками и поцеловала куда-то справа от подбородка. – Но надо же было тебе сказать.

– Перестань извиняться за каждое слово. – Муж меня успокаивающе обнял в ответ. – И иди спать. Уже поздно.

– А Диша?!

– Воспитательных бесед будет две, – невесело пошутил мой кронс. – Обещаю никого не бить и не ссылать в Пустоши.

Может, и хорошо, что он не испытывает к сестрам горячей любви. Иногда холодность чувств помогает сохранить спокойствие.

Ночь я провела одна. Первую ее половину снилась какая-то муть: я застряла в липкой паутине, и сколько ни дергалась, вырваться не получалось. И позвать на помощь голоса не хватало. А вокруг было темно и страшно. Потом… Снежинки внутри моего шара засветились, и кошмар распался клочьями. Улетел. Я перевернулась на другой бок и уснула крепко и без сновидений.

Заметила, что Эрихард не ложился в постель, только утром.

Но никакие предчувствия душу не терзали, мне было хорошо и спокойно.

Надеюсь, он просто заработался.

И как примерная жена, поворчу по этому поводу немножко…

Составив план на ближайшее будущее, я отправилась приводить себя в порядок. Но желаемо быстро покинуть комнату не удалось: сначала макияж с первого раза не получился, потом уррг пришел гладиться и получать законную порцию ласки, а потом я наткнулась на Ингверду.

– Мама просила передать тебе благодарность за приглашение на свадьбу и возможность побыть в Редстауне некоторое время.

Разумеется, ее позвали, и мне даже не пришлось упрашивать тогда еще жениха. Тьера Ильмара привезла подарок и нескольких дочерей дальних родственников – по слухам, одной из них даже нашла мужа, – познакомилась с моими родителями и улетела обратно. И все как-то тихо, почти незаметно. Мне показалось, что она не несчастна. Но все равно изнутри грыз неугомонный червячок: никогда не смогу привыкнуть к таким вот прохладным отношениям внутри семьи!

У нас с Эрихардом все будет по-другому!

Пф. Вначале, подозреваю, все так думают.

– Я ни при чем, это все Эрихард, – сказала вежливо, выныривая из своих мыслей.

– Должна заметить, ты на него все лучше влияешь… – Почему-то показалось, что Ингверда недовольна, чем-то мелким, на бытовом уровне.

Ох уж эта моя восприимчивость!

Никакого с ней покоя.

– Он лучше, чем вы все о нем думаете. – Защищать его получалось как-то само собой, и я совершенно не могла этому сопротивляться.

– А что насчет тебя? – сузила глаза Ина… и ощущения подсказали, что сейчас будет то, к чему она аккуратно подводила разговор.

– Все чудесно. Правда.

– Но ты замужем уже полтора месяца. Притом замужем за кронсом, – назидательно напомнила Ина, как будто эта информация могла каким-то образом вылететь у меня из головы. – Ему нужен наследник. Особенно если он собирается со временем отменить испытания Снежного Круга.

Лицо и все тело обдало жаром.

Собирается, это изначально планировалось, он делился со мной.

Но лично я не желала своему ребенку жизни под гнетом титула кронса.

– Знаешь… – Я аккуратно обогнула непрошеную советчицу. – Мне пора.

– Не обижайся, я же забочусь о вас!

Заботой можно задушить.

Но Ина, видимо, не в курсе.

Найдя в приложении дворцового распорядителя, я дошла до него и выяснила, что кронс, то есть Эрихард с Дишей и тренировочным роботом еще ночью улетел в больницу. До этого они не ругались, спокойно разговаривали в кабинете. А под утро к нам отправились наш техник и Хайшай Догрин, который, как выяснилось, тоже жил во дворце. Пора было привыкнуть, что здесь обитают десятки, если не сотни совершенно разных и зачем-то нужных людей, и перестать удивляться. Но Догрину я была рада.

Звонок остался без ответа. Писать сообщения я не видела смысла, изведусь же, пока Эрихард хотя бы его прочитает! Поэтому уведомила охрану и пошла к своему слоттерсу.

– Ур-р! – догнал меня уррг, взбив тучу снежных брызг.

Я рассмеялась и опустила ладонь на лобастую голову.

– Прости, дорогой, но ты остаешься дома.

– Мр-ры? – переспросил зверь обиженно, и его морда будто погрустнела.

– Представляешь, как перепугаются врачи и пациенты, если я прилечу с тобой? – Я объясняла и гладила. – Мы же не хотим никому навредить?

Слов потребовалось чуть больше, и смирившийся с положением дел уррг нашел себе новое развлечение – бегать по сугробам с другой стороны дворца.

Да, теперь в больнице были пациенты. И они получали реальную помощь. Эрихарду пришлось поменять какие-то там правила, отстранить от дел несколько чиновников, из которых от старости уже песок традиций сыпался, и нанять специалистов из смежных измерений. Результат того определенно стоил.

– Вы с ним прямо как с разумным, тьера Ллана, – заметил один из подошедших охранников.

Я улыбнулась от поднявшейся внутри непонятной гордости за найденное когда-то в снегу мохнатое создание.

– Такой он и есть.

Долетели быстро. Все потому, что нас попытались снимать, а водитель устроил гонки с камерами – в итоге мы и от пристального внимания ушли, и до места добрались скорее, чем я рассчитывала. Сплошные плюсы.

Когда выбирались из слоттерса, на парковку как раз поднялись Эрихард, Диша и остальные.

Чуть не разминулись!

Я быстрым шагом направилась к ним… но на середине пути застыла, чуть не подвернув ногу.

Игра «вспомни, где ты его уже видела» явно набирала в моем мозгу популярность. Сначала женщина в первый раз подменила мое полоскание, а во второй вообще попыталась убить, теперь – тренировочный робот. Или кто он там? О да, я видела его раньше!

– Он был в числе других роботов, когда они напали на нас. Тогда он сбежал, – громко сообщила Эрихарду, не обращая внимания на остальных. – И потом он танцевал с Дишей на приеме, когда тебя объявили победителем Снежного Круга.

Значит, у них не только дополнительные развлечения в спортзале, а Диша не просто использует робота как эротическую игрушку. У меня сейчас голова взорвется!

– Позвольте уточнить, – первым среагировал на мое выступление как раз таки робот. – Тогда я не нанес ни одного удара. Розис Го-Ринг, к вашим услугам, кронс-тьера.

Он разумен.

И говорит. В смысле, обладает связной речью.

Нет слов.

– Идем. – Эрихард обнял меня за плечи и увлек к своему слоттерсу. – Сейчас все расскажу.

Надеюсь, моя психика это выдержит.

Кронсам вместе с титулом дается умение отдавать распоряжения силой взгляда. Иначе как объяснить, что мы с Эрихардом остались одни и при этом он не сказал окружающим ни слова? Диша с человекоподобным роботом улетели на моем слоттерсе, а Догрин и техник куда-то испарились. Ладно. В конце концов, нам действительно не помешает все обсудить.

Но вместо слов муж притянул меня к себе и поцеловал, безжалостно сминая платье. Я гневно трепыхнулась, высвобождаясь из захватнических рук. Серьезно? После бессонной ночи у него еще хватает энергии ко мне приставать в полете?

– У меня есть кофе в термосе. Хочешь?

Нет, он точно меня дразнит!

– Мой заказ: объяснения, подробности, сверху немного присыпать рассказом о последствиях.

– Снежность, когда ты успела стать такой вредной? – Себе кофе он все же налил.

– Когда связалась не с тем парнем?

Силы на приставания у него сохранились, но не на остроты, поэтому он убрал термос на полку, отпил из своего многоразового кофейного стакана, прикрыл глаза и начал рассказывать.

Правдивость слов Го-Ринга уже проверили, и его дикая история подтвердилась. В своем измерении он погиб. Почти погиб. Три года не приходил в сознание. Потом мать, которая не давала разрешения на отключение от аппаратов, умерла, других родственников не было, и, в соответствии с законами Рейгры больной перешел под ответственность больницы. А использовать человека, которого точно не хватятся, в опытах так удобно… Очнулся он с мельчайшими, невидимыми человеческому глазу проводами и схемами внутри. Внешне облик напоминал человеческий, но кожу невозможно было пробить, глаза светились красным, если включить ночное зрение, и он больше никогда не чувствовал усталости.

Процесс, впрочем, еще не был доведен до совершенства, поскольку человеческие чувства и реакции не ушли полностью, а сделать его мозг подконтрольным компьютеру не удалось. Пока всклокоченный мужик в синем халате, которого следовало именовать не иначе, как Создатель, бился над проблемой контроля, Го-Ринг сбежал.

Через некоторое время попал в Тенерру и в числе прочих роботов затесался в загородные владения Талайских. Надо же было где-то жить. Он полагал, что семья, состоящая из матери и четырех ее дочерей, существует тихо и рядом с ними получится какое-то время скрываться. Но все почти сразу пошло не по плану: жаркий роман с Дишей, возвращение Эрихарда, переезд, потом еще переезд. Вокруг появилось много мужчин, часть из которых нормально разбирались не только в магии, но и в технике. Обнаружить его могли в любой момент. Следовало перебраться хотя бы в комнату в клубе, но он не хотел оставлять Дишу одну в не то чтобы безопасном дворце. В общем, хорошо, что их подловила я, а не кто-то другой.

– Знаешь, он нормальный парень, – подвел некий итог Эрихард. – И я даже рад, что он обратил внимание на Дишу.

– И… что теперь будет? – спросила осторожно.

Откинувшись на мягкую спинку, он еле заметно пожал плечами.

– Иридоль подготовит материалы, и Наари представит эту историю прессе в наиболее выигрышном свете. При активном содействии нашей влюбленной парочки, разумеется. Это им в качестве наказания. Потом пышная свадьба и, в отличие от нас, нормальный отпуск, а не два жалких дня. – Мне достался стальной взгляд с теплыми смешинками. – Еще я передал информацию об этих операциях нашим людям в Рейгре. Посмотрим, что они смогут сделать.

Почему-то любые сильные эмоции – как боль, так и зашкаливающее счастье – в первую очередь проявляются нехваткой воздуха и воображаемыми тисками на шее.

– Ты самый лучший! – порывисто прошептала я, когда дыхание вернулось, и потянулась к своему герою.

Пожалуй, он заслужил поцелуй.

Много поцелуев.

Назначенная встреча с Вауром состоялась еще через полторы недели. Необходимость в ней отпала с уничтожением корон, но я наобещала финансирование и не придумала, как красиво пойти на попятный. Поэтому пришлось лететь в Сталь к почти незнакомому магу. Ладно, заодно прислушаюсь к его ощущениям насчет Крестани.

– Тьера Ллана. – Меня провели в довольно аскетичный и холодный кабинет, который если чем и впечатлял, то количеством книг и разнообразных магических приблуд.

– Благодарю, – вежливо произнесла, когда преподаватель придвинул мне стул.

Он казался самым приятным из всех служивших в Стали.

Влюбленным, это несомненно.

И смущенным самим моим присутствием в его кабинете.

– Кофе? Вино с пряностями? Что вы любите? – Прозрачные глаза смотрели на меня заинтересованно, как на редкий магический феномен.

– Спасибо, не стоит, – покачала я головой. – Что там с вашей теорией?

Эрихард на днях обмолвился, что неплохо бы сюда ректора помоложе и менее консервативного. Думаю, у Ваура есть шанс.

– Вы ведь уже слышали о темных потоках с возможными дополнительными течениями?

Я кивнула.

– Я думаю, это запертая магия тех, кто жил в Тенерре до нас.

Опять кивнула.

Возможно. Я меньше всех в этом разбираюсь.

– Но в последнюю пару месяцев они не активны. Мне не удалось засечь ни единого всплеска.

– А до этого? Вы думаете, кто-то тревожил эту магию нарочно? – Я просто почувствовала, что важно задать именно этот вопрос.

Он уставился куда-то сквозь меня.

Надо признать, некоторые люди в моменты задумчивости выглядят весьма странно.

– Думаю, да. Но это исключительно личное мнение, не подкрепленное результатами исследований, – прозвучал ответ истинного ученого.

– Зачем бы это могло кому-то понадобиться?

Ваур развел руками.

Мы проговорили недолго, во всяком случае о серьезном. Он еще сказал, что если знать точки наибольшей концентрации и принципы действия, то теоретически ту магию можно растревожить и вернуть в Тенерру. Но она вступит в противоречие с современной ледяной магией, и всему измерению может наступить эффектный конец. Практически без вариантов. То есть надо быть полным психом, чтобы в это полезть.

Потом пришли Ньята с Крестани, и о серьезном мы больше не говорили.

Старшая из сестричек тоже была влюблена, но пока боязливо и осторожно.

Чаепитие все-таки состоялось, после чего мне устроили экскурсию по, пожалуй, самому древнему замку в Тенерре. Впечатляюще, надо признать. Пугающе, давяще, но впечатляюще.

Я садилась в слоттерс, когда уже начали сгущаться сумерки. Перекинулась несколькими фразами с сопровождающими, забралась внутрь и устроилась на сиденье. От переизбытка общения немного мутило, но я чувствовала, что с обязанностями кронс-тьеры справилась.

Извинившись, опустила перегородку.

Лучшим сейчас было бы проспать весь полет до дворца, но мысли никак не желали покидать мою бедную голову.

Итак, что у нас получается?

Кто-то протянул клешни к давно похороненной магии… и кто-то же восстанавливал реликтовых тварей. Только мне кажется, что тяга к древностям проснулась у одной и той же компании? Надо будет поделиться этим наблюдением с Эрихардом, он лучше разбирается в местных реалиях.

Смущало еще вот что: лишь одно живое существо в Тенерре знает достаточно о тех потоках. Фели. Но она давно не человек и вряд ли могла поделиться секретной информацией или использовать ее сама. Загадка.

В любом случае кругом все спокойно. За всеми подозрительными личностями, включая сосланного жениха Адаль и самых рьяных приверженцев старых традиций, следят. С помощью магии, техники и гениальных мозгов Лиалека Хеннингсена кронс обзавелся какой-то хитрой системой наблюдения, и теперь ничто на улицах Редстауна не являлось тайной для Нэйла и его людей. Убийцы затаились. Мы расслабились и почувствовали себя в безопасности.

Однако это приятное ощущение слегка пошатнулось, когда из-за перегородки, отделяющей меня от водительского места, прозвучало:

– Тьера Ллана, достаньте из верхнего правого ящика кислородную маску и воспользуйтесь ею. Срочно!

Ситуация, похоже, вправду сложилась острая, потому что водитель самовольно поднял перегородку. Наверное, ему нужно было убедиться, что я сделала, как сказано.

Я и сделала.

Сгустившееся в воздухе напряжение ужалило кожу.

Из-за него я не сразу почувствовала, как ее же ужалил мороз. Прямо внутри слоттерса. И отопление ему не было помехой. Не прикрытые ничем ладони мгновенно покраснели, покрылись бугорками и начали сводить с ума зудом. А скоро еще и трещины добавятся. Аллергия во всей красе.

Ну вот… Что за ледяная задница?! Опять.

Автопилот с треском отключился.

Водитель ругнулся и перехватил управление слоттерсом. Оба охранника пронзительно вглядывались в снежно-белесую пелену за окном.

– Нас пытаются сбить? – Я сразу предположила худшее.

– Нет, просто погода взбесилась, – успокоил один из парней. – То есть магия.

– Здесь такое случается иногда, – добавил второй.

Ага. Ладно.

Бедный слоттерс кружило и швыряло, как снежинку внутри бури. Раз даже перевернуло. Еще раз я свалилась с сиденья, но без проблем забралась обратно. Уф… В целом тенерцы вели себя так, будто не происходит ничего особенного. Ситуация неприятная, но не непривычная. Это и меня немного успокаивало.

– Кро-2, вы целы? – протрещало из штуки, похожей на рацию, которой на моей памяти вообще никогда не пользовались.

– Порядок.

– Летите в башню Алай. Жду подтверждения.

– Принято. Цель – башня Алай. Время в пути – две с половиной минуты.

Треск стих. Я сидела как мышка, вжавшись в мягкую спинку. Никогда! Никогда больше не буду летать сама! Меня даже не предупреждали, что здесь в норме такие вот выбрыки природы. Ах да, магии. Но местные хотя бы знают, что делать, а я нет. Я бы даже не догадалась использовать маску, поскольку понятия не имела, что она есть в одном из ящиков. Что сказать, Тенерра не перестает удивлять. Тем временем водитель поменял направление, и…

Хотела бы я сказать, что мы без проблем добрались до башни, но увы. Видимо, никто из сидящих внутри слоттерса не был настолько везучим.

Нас снесло. Потом закинуло в еще один порыв. В общем, с оценкой ситуации некоторое время назад я угадала. К счастью, компьютеры в слоттерсе второго (если верить моему кодовому обозначению) человека в Тенерре работали безукоризненно, и довольно быстро мы подстроились к специфике полета. Но не успели все выдохнуть, как снежное безумие за бортом взорвалось чем-то черным.

Живым черным.

Почему-то настигла уверенность, что оно пытается нас схватить. Или сбить. Или еще что-нибудь нехорошее.

М-м-мама…

– Что это?! – голос звучал совсем тоненько, с паническими нотками.

Официально: это самые долгие две с половиной минуты в моей жизни.

– Кто его знает?.. – Водитель безуспешно напрягал глаза. – Ничего не видно.

Вильнул резко в сторону, уходя из метившей в нас черной ленты. Живой ленты.

Разочарованное шипение мне сейчас послышалось?!

– Помнишь, в учебнике было, что у взрослой имры на макушке похожие штуки? – с некоторым удивлением откопал в памяти информацию один из охранников. – Она захватывает ими добычу, обездвиживает, иногда душит, а потом…

– Не помню и не хочу, – буркнул его коллега и выразительно покосился на меня, мол, не пугай кронстьеру.

Парень умолк, хотя я чувствовала, как его распирает желание поделиться страшненькими знаниями с миром.

Имра, значит. Помню, Эрихард однажды упоминал это создание, и мне даже было интересно, но… некоторых вещей лучше не знать.

Паршивка до нас все-таки дотянулась и долбанула по слоттерсу с такой силой, что его чуть не впечатало в одно из исторических зданий. Чудом пронесло. И тройным чудом выровняло. Небо, где уже эта башня? Какие там две минуты?! Даже если с половиной.

Уклонившись от очередного нападения, водитель сообщил:

– Так будет быстрее.

И куда-то там потыкал в кнопочки.

– Отлично! – воодушевился младший из охранников. – Всегда хотел это попробовать.

Э-э? Минуточку. У меня что, боевой слоттерс?!

А почему я об этом не знала?!

Оранжевая вспышка. Нас даже не тряхнуло.

Болезненный рев.

Я постаралась вернуть на лицо спокойное выражение. Разумно, что «кро-2» охраняют, особенно после всего, что со мной уже случилось и чуть было не случилось. Но я все равно задам кое-кому вопросы… Потом еще раз постаралась и запретила себе думать о способе, которым получились агрессивные монстры.

Зато теперь мы знаем, зачем их восстанавливали.

Страшно подумать, кем надо быть, чтобы использовать такие вот методы и считать, что жертвы стоят того.

Пф-ф. Не думать. Тем более об этом. Иначе свихнусь.

Расчищая себе дорогу, мы действительно добрались за пару минут. И на площадку, перенесенную на крышу, в таких условиях сесть оказалось проще. Водитель от решения кронса был в восторге. Потом, правда, смутился меня и замолк, но я уже как-то привыкла «слушать» эмоции, а не слова.

По пути к лифту меня чуть не сдуло.

Наконец безопасность!

– Ллана! – Наари бросилась ко мне и обняла так крепко, что я еле сдержалась, чтобы не раскашляться.

Дрожь пробилась.

Понимание пережитого приходило постепенно.

– Где Эрихард? – спросила, лихорадочно оглядывая зал.

Здесь были Адальон, выполнявший теперь обязанности арлорда, и еще несколько магов. Судя по фамильным украшениям, они тоже какие-то родственники. Но Эрихарда не было!

– В эпицентре, конечно. На то он и кронс, – подтвердила очевидное Наари. – А я как раз возвращалась из торгового центра, когда все началось.

Из меня… будто выбило дыхание.

Штук шесть больших экранов транслировали происходящее в разных частях города. Не то чтобы в снежной мгле получалось многое разобрать. Но собравшиеся в этом зале знали больше меня, так что хотя бы разжилась информацией.

Когда погода испортилась, никто не придал этому значения. Магии свойственно иногда выходить из-под контроля. Контролировать ее – одна из обязанностей кронса. Собственно, он и вылетел сразу к точке наибольшего напряжения. Но таких точек оказалось несколько, а быть одновременно в разных местах даже Эрихард не мог. Концентрация увеличивалась. Для немагов это ощущалось лишь в том, что сухим воздухом стало почти невозможно дышать. Мне еще было холодно. Но, похоже, только мне. Потом к выплескам добавились твари, которые напали на дворец, на Сталь и еще на несколько важных мест. Везде пока справлялись, но люди пострадали и… как всегда, творящиеся ужасы имели скрытый смысл.

Первой его нашла Наари, она же у нас отвечает за информационное поле вокруг кронс-дома. Просто сидеть в башне ее деятельной натуре стало скучно, и она заняла один из компьютеров. А там…

«То, что случилось, является реакцией на попрание традиций кронсом».

«Тенерра недовольна. Иначе почему улицы кишат монстрами, которые вымерли столетия назад?»

Потому что их кто-то воссоздал, мать вашу ледышку!

Фото монстров прилагались. Должна сказать, разнообразие магическо-животного мира, когда-то существовавшего в Тенерре, впечатляло. Как собственно разнообразием, так и жуткими тушами, зубищами, когтями, лапами и дополнительными конечностями, которым я в принципе не могла подобрать название. Как у той же имры.

«На Изишталь после нападения ледяного аспида обрушился дом. Три семьи до сих пор остаются под завалами».

«Не хочется этого признавать, но, похоже, кронс не контролирует ситуацию».

Вброс был сделал талантливо. Как бы между прочим, емкими фразами в числе других обсуждений. Время рассчитали идеально: Нэйл и его люди помогали Эрихарду спасать город, контролировать панику у них не было времени. А напуганным людям свойственно верить в худшее…

– Он справится, – прошептала я и обхватила себя руками за плечи. – Справится.

Мне тоже было страшно. Так страшно, что слезы на глаза наворачивались.

Не за себя.

– Конечно, справится. – А что еще Наари могла мне сказать? – Мой братик еще не из таких передряг выходил.

Нет, увы. В таких он до сих пор не был.

Одно дело спасать себя, и совсем другое – нести ответственность за всю Тенерру.

Я тихонько вздохнула и решила не спорить.

Экраны бесстрастно передавали события на улицах города. Снег и ветер, жутких монстров, кричащих людей… Эрихарда посреди ревущей бури. Он пригвоздил острыми ледышками к земле уже знакомую мне имру, добил ее клинком черненого серебра и поднялся в воздух, чтобы исправить магические линии. Я не могла видеть подробностей, но глаза Наари блеснули неприкрытым восхищением. Я же смотрела на его развевающееся от ветра пальто, отросшие в последние месяцы волосы и кровоточащую ссадину на подбородке, и сердце замирало. Небо, он такой красивый! И точно сильнее этой дряни. Намного сильнее.

Картинка сменилась. Я стряхнула оцепенение.

– Мы возвращаемся во дворец.

Как в сцене какого-нибудь фильма, присутствующие все одновременно открыли рты, чтобы начать возражать, но я оказалась быстрее:

– Это приказ. Когда Эрихард появится, я уже должна быть там.

Не знаю зачем. Я просто чувствовала это.

И еще чувствовала себя полноценной кронс-тьерой, потому что никто не осмелился спорить.

Долетели до дворца быстро, но пришлось использовать оружие дважды. Мои сопровождающие были в полном восторге! Что тут сказать, у взрослых мальчиков свои игрушки. Я же, как только выбралась из слоттерса, бросилась по крутой тропе к главному входу, в холле обогнула причитающую Ингверду, лестниц и коридоров вообще не заметила и вбежала в зал с экранами.

Почти пустой, в отличие от похожего зала в башне Алай.

Но те немногие, кто здесь оставался, разумеется, внимательно следили за происходящим.

Взбесившиеся вихри возле самого крупного торгового центра. Невероятная красота, но… острые точно бритвы снежинки ранили людям лица, прорезали одежду. Наши маги, конечно, справились, но самый младший упал без сознания.

Его отправили в больницу.

Кое-что в местных порядках кронсу Эрихарду Талайскому все-таки удалось поменять к лучшему.

Следующая картинка.

Наш дворец. Кошка с лохматой гривой и кисточкой живого пламени на хвосте сложила ограждение, словно оно было картонным. Зло рявкнула. Затрещали магические линии, уничтожаемые огнем. Жалкая секунда. Техники даже не успели послать навстречу лазутчице охранных роботов… С гневным мрявом на паршивку прыгнул мой уррг. Серебристо-рыжий клубок покатился по снегу и обломкам. Уррг явно не обрадовался вторжению незваной гостьи на свою территорию и когтями и зубами объяснил ей, кто здесь хозяин.

А потом урчаще ябедничал своему смотрителю и выпрашивал угощение.

Мармелад? Мой хищник питает слабость к мармеладу?!

За короткий перерыв, пока камеры выискивали наиболее важные события сейчас, я поняла, что неведение и ожидание напрягают хуже многих ужасов. Подспудно ждешь чего-то особенно плохого.

И дергаешься в три раза сильнее.

И мерзнешь.

И…

Эрихард.

Он сражался с ледяным аспидом. Яростно. С твердым пониманием, что выживет только один. Два здания рядом уже были разрушены до состояния руин. Причем одно из них историческое, такое с помощью местных технологий не восстановить. Небо… В сердце впились десятки незримых иголочек. Очень острых. Он справится! Справится! Это же Эрихард. Попытавшиеся набежать слезы, кажется, замерзли в глазах. Больно. И трещины на руках все же появились. Видимо, концентрация магии в воздухе достигла предела. Значит, сейчас решающий момент битвы.

Помоги ему Тенерра!

Только пусть выживет!

Аспид тоже мог пользоваться магией. Я бы даже сказала, почти разумно. Не из страха, как мой уррг. Он нападал зло, агрессивно и в каком-то смысле выверенно. Менялись потоки воздуха, то с острыми льдинками, то с обжигающими серебристыми искрами. Создавались и рушились ледяные стены. Летали огромные сосульки. Решающий бросок змея, но Эрихард в последний момент успел уйти в сторону. Увы, это оказалось отвлекающим маневром. Графитовые чешуйки встали дыбом… и смертельной дробью полетели в кронса. Мое бедное сердце провалилось куда-то в глубинные слои местных промороженных почв.

Почти все Эрихард сумел развеять. Лишь одна рассекла ему бровь, и еще три прорезали пальто на груди, превратив его в лохмотья. Порезы сразу же покрылись корочкой льда. Розоватого льда. Видимо, под ним прятались раны.

Змей победно взревел. Но, как выяснилось, кронс тоже выжидал удобный момент для решающего удара. Ему потребовались все силы, я даже на расстоянии это чувствовала. Совсем все. Другого шанса ударить уже не будет.

Поднявшееся облако снежной пыли осело, а аспид застыл на месте. Покрытый корочкой льда, промороженный насквозь, напоминающий скульптуру, которые иногда появлялись на улицах Редстауна. Мгновение. Мой судорожный вздох. Ветер отчаянно трепал волосы кронса, сдул с лица капельку крови, покрыл ресницы белым. Набрав воздуха, Эрихард что-то выкрикнул в бурю. Какое-то время ничего не происходило, а потом… с оглушительным грохотом аспид развалился на ледяные куски, и они рассыпались по улице.

Все.

Ветер начал стремительно стихать.

Белое марево таяло, возвращая пострадавшему городу очертания.

Вокруг меня гудели голоса:

– Концентрация падает.

– Еще минута, и станет можно дышать без маски.

– Мы победили!

События, передаваемые камерами, меня больше не интересовали. Я покинула зал с экранами и пошла в холл.

Скоро Эрихард вернется, и, что-то мне подсказывает, я ему понадоблюсь.

Ждать пришлось около двух часов.

Какой же он все-таки упрямый!

Все это время я простояла в холле и опять ощущала себя странной девочкой. Очень странной. Но сейчас так было нужно. Необходимо. В груди все будто изморозью покрылось. А этот упрямец решил еще погеройствовать! Пф-ф. Зла не хватает. Но скорей бы он уже вернулся, так хочется обнять… Только тогда поверю, что все закончилось.

На площадку опустилось несколько слоттерсов сразу.

Усилием воли я заставила себя остаться на месте.

Пока Эрихард сам не вошел в дверь.

Выдохнула. Живой, и вроде бы умирать в ближайшее время не собирается.

Но… Эй, куда это он?!

– Эрихард?

Кронс прошел мимо, будто меня там вообще не было.

Он издевается?!

Однако в холл уже вошли маги, одного так вообще внесли. Кричать при посторонних было неловко, поэтому я, стараясь внешне сохранять достоинство, быстрым шагом пошла… чего уж там, практически побежала за мужем.

Нет, он точно издевается. Даже не обернулся!

– Эрихард!

Спина дрогнула, но он упрямо продолжал идти вперед.

На глаза навернулись слезы.

– Эри? Что я сделала? – Получился какой-то жалкий всхлип.

А он закрыл дверь наших комнат у меня перед носом.

Слезинка скатилась по щеке, каплей упала с подбородка, оставив на платье темное мокрое пятнышко.

Если бы не его раны и полное истощение, я бы ушла, но так… В ледники гордость.

Ключ, само собой, у меня тоже был. С равным уровнем доступа.

Чувствую, уже завтра это изменится, но сегодня я толкнула дверь. Ну вот, от меня не так просто отделаться. Сам, в конце концов, подписался. И пусть сколько угодно смотрит на меня с этим тлеющим выражением, будто руки чешутся придушить. Обидно, но я переживу как-нибудь.

Пальто уже было сброшено на пол.

Окровавленное пальто.

И совершенно жутко выглядящие остатки рубашки.

– Тебе нужен врач. – Но я зачем-то закрыла за собой дверь.

– Уходи, – прозвучало бесцветно, но повелительно.

Да что я такого сделала?!

Тянуло громко разреветься, а то и вообще хлопнуть дверью с другой стороны, но я сжала зубы и обошла его, чтобы видеть лицо. Бледное, со впалыми щеками, но нормальное, человеческое. И кровь на брови уже запеклась. Взгляд сполз ниже. Наткнулся на жуткие рваные раны на груди. Небо… Как он вообще еще жив?!

– Эри… – Губы шевельнулись в полном отрыве от разума.

– Беги от меня, я монстр, – с тихой обреченностью произнес самый дорогой для меня человек во всех измерениях. – Снежность, пожалуйста.

Сказал, а сам шагнул ко мне.

Будто тело и разум сейчас жили по отдельности.

И лед, сковывающий смертельные раны, стремительно таял.

– Ни за что, – тихо, но уверенно прошептала я, глядя ему прямо в глаза.

Сбежать бы все равно уже не смогла, даже возникни у меня такое желание. Холодные ладони сомкнулись вокруг моих запястий и резко дернули, притягивая ближе. В месте прикосновения я почувствовала что-то легкое, тянущее… Похоже, он тянул из меня энергию.

Л-ладно.

Вдох-выдох. Получилось немного больно.

Не бояться. Главное, не бояться.

Неприятный внутренний шепоток подсказал, что о принятом решении придется жалеть.

А потом… Меня проморозило насквозь, и мир померк. На время. Он возвращался вспышками и исчезал вновь. Тонул в пучине не самых приятных ощущений. Вот из меня снова тянут силы. Потом почти блаженная темнота. И кровать – влажная от окончательно растаявшего льда. Я полулежала на Эрихарде, он сжимал меня так крепко, будто задался целью сломать. Легкое тянущее ощущение стало почти привычным. Но была еще магия. Она вспышками проходила сквозь мое тело, заставляя выгибаться и кричать от боли.

Небо, это невыносимо… Невозможно.

Голос сорвался. Во рту поселился привкус крови.

Это длилось… и длилось…

Пока раны на широкой груди не растаяли, оставив лишь бледные шрамы. Только после этого мне позволили упасть в темноту.

Наконец не больно.

Но мокро.

Еще кусочек реальности.

Эрихард прижимает меня к себе, водит губами по лицу и тихо шепчет:

– Прости. Прости… Я не знал, что тэнна нужна для этого.

Какой-то глупый сон.

После такой поганой ночи утро просто не могло быть добрым. Я чувствовала себя совершенно разбитой. Горло противно болело, плюс, если верить ощущениям, немного поднялась температура.

Шевельнулась.

Открыла глаза.

С некоторым удивлением нашла себя в подвесном кресле. Подушкой и сухим одеялом меня, конечно, снабдили, но сам факт настораживал. В нашем с Эрихардом личном пространстве витало такое неприятное ощущение… раскаяние, вмороженное в лед.

Шаги за дверью заставили меня подняться и поспешить на их звук.

– Сбегаешь?

Он вздрогнул, как от удара. Наверное, мне следовало сказать что-то другое.

– Ллана… кхм… ты в порядке? – По мне пошарили взглядом, но никаких новых повреждений не нашли, старых, впрочем, тоже.

– Приму душ и буду.

Еще один взгляд, кивок, и кронс попытался продолжить свой путь. Все-таки сбегает. Когда мы разучились все обсуждать?

– Магию не всегда возможно контролировать. – Я бы крикнула ему это в спину, но голос звучал еле-еле. – Главное, что ты жив, и…

– Поговорим позже. – От меня недвусмысленно отгородились дверью.

Блин.

Вот что теперь делать?

Обижаться должна бы я, но я ничего подобного не чувствовала. Оэни нам обоим подкинула сюрприз. Болезненный и пугающий, но… мы оба дышим. А послушайся я вчера, возможно, Эрихард бы не ходил по дворцу мрачной тучей. Оно того определенно стоило.

Тугие струи горячей воды смыли с меня остатки пережитого. Мышцы еще немного тянуло, но после завтрака даже температура пришла в норму. Беспокоило только болящее горло и в который раз сорванный голос, но, похоже, это моя карма.

Занятие с Джейн я позволила себе отменить, решив, что заслужила немного отдыха. Если что, учебники всегда под рукой. Но я бы все равно не смогла на них сосредоточиться, пока не решатся наши с Эри проблемы. Вот что на него нашло? Нет, я понимала. Чувствовала. Но… как объяснить человеку, что он не должен чувствовать того, что чувствует?

Он ни в чем не виноват.

Что за дурацкая привычка взваливать всю ответственность на себя одного?!

Хотелось посоветоваться с Мирой, и в то же время… нельзя жить, постоянно спрашивая у других, как поступить. Некоторые вопросы лучше решать самой. Но как?! Я не особенно сильна в этом.

Ровно на этой мысли зажужжал мобильный.

Эрихард.

«Снежность, пожалуйста, покажись на улицах города. Это подбодрит людей. Сможешь?»

– Ну… наверное да. – Мне почему-то стало тесно в буквах, и я отправила ему голосовое сообщение.

«Отлично. Через два часа тебя будет ждать слоттерс, постарайся выглядеть максимально просто. Только загляни перед этим к Наари, она там с ума сходит, но зайти к тебе боится».

«Ладно».

«Люблю тебя».

От сердца отлегло.

Ему просто требовалось время.

Слоттерс меня действительно ждал, но не тот, оснащенный оружием, на котором передвигалась кронс-тьера, а мой, небольшой, подаренный Эрихардом несколько месяцев назад. На нем тоже были знаки тенерской аристократии – снежинки, – но больше он совершенно ничем не выделялся. Очевидно, это входило в понятие «максимально просто».

Забралась внутрь.

Вчерашний водитель и незнакомый охранник поприветствовали меня, после чего разделили нас перегородкой. Ну… видимо, у них там разговор не для ушек тьеры. Но я не возражала против уединения.

За окно старалась не смотреть, но взгляд невольно убегал туда. Большая часть Редстауна не пострадала или была уже восстановлена. В отдельных местах работали маги. Кое-где попадались темные призраки руин. Другие маги пытались восстановить линии, подозреваю, Эрихард где-то среди них. Часто летали слоттерсы экстренной медицинской помощи. В целом город лишился привычной серебряной холодности и сейчас немного пугал.

Отвлеченная собственными впечатлениями, я до определенного момента не следила, куда мы летим. Когда же обратила внимание на маршрут… сначала не поверила, а потом изо всех сил заколотила по перегородке.

Перегородка осталась глуха, нема и неподвижна.

– Эй! Слышите меня?!

Так, где-то здесь должна быть кнопка.

Но раньше, чем я ее нашла, экран планшета засветился, являя серьезное и немного осунувшееся лицо Эрихарда.

– Ллана.

– Почему мы летим к переходу?!

Недоразумение. Это все какое-то недоразумение.

Самообман не прошел.

Слишком явно я ощущала его эмоции.

– Ллана, послушай меня, – попросил он.

– Внимательно. – Я глупо понадеялась, что Эрихард не настоящий, что это кто-то другой, голограмма, но нет, эмпатию не обманешь.

Блин, блин, блин!!!

Я же только-только поверила, что счастье возможно!

– Снежность… – Слова давались ему с трудом. – Я бы отдал все за наше общее будущее, но, похоже, его нет. Прошлой ночью я не осознавал, что делаю. Льды, я мог тебя убить! А я скорее пожертвую всей Тенеррой вместе с собой, чем причиню тебе боль.

– Нет… – Я бы кричала, но голоса все еще толком не было.

– Поэтому ты улетаешь, – закончил кронс, и его лицо закаменело. Заледенело. На кончиках ресниц проступил иней. – Брак я аннулирую, эта страница просто исчезнет из твоей жизни.

Горло перехватило.

Мне не нужна такая защита!

– Нет!

– Ллана.

Он смотрел так… будто старался запомнить мельчайшие черты. И тоже почти не дышал.

– Я никуда не полечу!

– Полетишь.

– Значит, сразу же вернусь. Попробуй мне запретить!

Теплая улыбка. Небо, неужели я рискую больше никогда ее не увидеть?

– Милая, ты даже не вспомнишь, что хотела куда-то вернуться, – мягко произнес Эрихард. – И меня тоже не вспомнишь, как ни больно это признавать.

– Что…

– С вами в слоттерсе менталист.

Перегородка медленно поползла вверх.

Новый охранник, оказывается, не совсем охранник. Не зря я сразу отметила, что никогда раньше не видела его во дворце.

– Снежность, я люблю тебя, – хрипло произнес кронс. – Так сильно, что даже готов потерять, чтобы спасти.

Экран планшета погас.

С трудом веря в происходящее – может, я все еще отсыпаюсь после выматывающей ночи? – я подняла взгляд… и последним, что увидела, были абсолютно черные глаза на обычном в общем-то лице. Жуткие. Пугающие.

От этого зрительного контакта сразу же начало мутить, но разорвать его не получалось.

Вокруг все закружилось, унося меня в новую жизнь.