Глава 32

Уйти незаметно — для Челлы запросто: потайная дверь, коридор, потом толкнуть потемневшую от времени доску и оказаться на лестнице. К этому времени Челла практически взяла себя в руки, даже успела переплести растрёпанную косу. Порадовалась, что пошла к Найрину одна, хотя Ману порывалась сопровождать, да и Фай была не прочь, теперь бы их только не хватало! А так…

У выхода ждала верная Урра. Челла обняла её, прижалась щекой к жесткой шерсти на шее серой подруги. И как волчица умудрялась угадывать, где её тани выйдет из потайного коридора? Она умудрялась. Хотя Челла ходила по Дьямону где пожелает, не спрашивая разрешения!

Как волчица по своему лесу.

Челла пришла в свои девичьи покои, которыми теперь пользовалась днём, вместе с Уррой. И тут же отослала всех прочь. Ману сначала подскочила с расспросами, но, наткнувшись на колючий взгляд тани, поспешно отступила. И вот хлопнула дверь, и — никого…

Челла рухнула на кровать и разрыдалась. Было и горько, и больно. Её душа, маленькая волчица, свернулась на дне ловчей ямы — не выбраться, не выпрыгнуть. Так иногда ловят волков там, где их не почитают как слуг Гемм…

От слёз есть несомненная польза — они приносят облегчение. Выплакавшись, Челла села на кровати, вытерла глаза и стала читать древнее заклинание покоя, которому её давно научила Тала, вдыхая и выдыхая в такт словам. По сути заклинание было затем, чтобы не сбиться с ритма. Нельзя ей выходить с красными глазами!

Некуда деться маленькой волчице-душе. Наверху — вольный ветер, голубое небо, свобода, но это не для неё. Между тем как все думают, что она тут хозяйка. Пока — некуда деться. Но надо подождать. Хоть в бараний рог скрутить можно хозяйку Дьямона, но её любовь — только её. Ни один мужчина не дотронется до неё против воли. Даже если она сама решит смириться и уступить — ничего не выйдет. Чувствам не прикажешь, они или есть, или их нет! Дар прабабки-Древней! А хорош он или плох, дар этот — уже неважно.

Урра лежала на ковре и смотрела на хозяйку. Сначала бурчала что-то, насторожив уши и постукивая хвостом по полу, потом успокоилась и даже зажмурилась, не мешая. Она умница. Мешать и не надо. Можно ведь просто побыть рядом.

Челла опустила лицо в ладони. Вспомнилась первая встреча с Найрином. Нет, не самая первая, когда он въехал в ворота, тогда он её и не заметил. Другая первая — когда он пришёл к Урре.

Найрин Кан ей понравился. Как бывает: в полутьме светом лампы осветили кого-то, и продолжаешь видеть его лучше других, остальные остаются где-то в тени. И сердце тогда забилось быстрее… мало ли, отчего оно билось. Она волновалась, конечно, такой был день. Она почти не помнила лица будущего мужа — там, рядом с Уррой. И его сына Делина Кана — тоже. А Найрина запомнила с первого до последнего мига, что он делал, что говорил — могла бы повторить и теперь!

С ним показалось тепло и спокойно. С ним хотелось… остаться. Поговорить подольше. Познакомиться поближе. Тогда было просто хорошо, что он есть, и не такой, как будущий муж. А потом оказалось, что это сила плеснула, и, надо думать, у них случился внезапный обмен силой, и это так подействовало…

Они нравились друг другу — и поэтому был всплеск? Или наоборот — был всплеск, и оттого показалось, что они друг другу нравятся? Что причина, а что идёт следом?..

Алливен проводил с ней много времени, но искусно прятал чувства — если они были. Никогда она не испытывала с ним того тепла и необычайной легкости, хотя ценила, дорожила по-своему, любила проводить с ним время. Она никогда не замечала похожего на то, что творилось с Найрином сегодня, когда вихрь его чувств захватил её и не отпускал. Но утверждать, что она потеряла голову — тоже нельзя. Однако всё, что она говорила и делала, казалось правильным тогда.

Юна, чтобы избежать свадьбы с Фуниром, попросила помощи у тана Суреша. Если бы отец отказался от Юны, он точно сохранил бы в тайне её предложение. Именно это пообещал ей сегодня Найрин.

Надо подождать? Хорошо, так и быть.

Звякнули колокольцы у входа, и заглянула Ману.

— Моя тани? Прошу прощения! — Ману так и впилась глазами в Челлу.

Вряд ли что-то разглядела, Челла уже сидела на кровати, скрестив ноги, и была спокойной, как холодные горные вершины.

— Да, Ману?

— Моя тани, тан-кандриец просит его принять, — выпалила девушка, — младший тан…

— Найрин? — Челле опять расхотелось дышать.

— Нет, самый младший. Точнее, не самый. Сын твоего супруга.

— Делин? — Челла удивилась.

После того знакомства в первый день они почти не виделись — Делин Кан явно избегал к ней приближаться. Поздравил после свадьбы, пробормотав заученные слова, и всё. И вдруг пришёл?

— Проводи его в мою переднюю. Я сейчас туда приду.

— Тани, а что младший тан-кандриец? Ну Челла… — на правах подруги не выдержала Ману.

— Тан Найрин! Выучи, наконец, как его зовут! — сердито поправила Чела. — И как зовут его брата, тоже выучи. Тан Сайгур Кан! Он владетель здесь!

— Ой ли? — приподняла Ману красивую тонкую бровь и многозначительно улыбнулась. — Ну какой он владетель, если главным так и не овладел, за столько-то дней?

— Чтобы я не слышала больше ничего подобного! — вскипела Челла. — И ступай прочь!

Не то чтобы она горевала, что муж не стал мужем — всё как раз наоборот! Но и слушать пустую болтовню об этом она не желала тоже.

Она зашла в комнату вдвоём с Уррой. Делин поморгал от неожиданности, глядя на волчицу, потом спохватился и поклонился Челле.

— Здравствуй, — она улыбнулась. — Ты меня больше не боишься? А то сначала дружить предлагаешь, а потом убегаешь.

— Что вы, леди, леди, я не боюсь. И прошу простить меня, я не хотел…

— Дружить не хотел? Или звать меня чучелом?

Делин кивнул и покраснел.

— Это не страшно, — заверила Челла. — Ты ведь помочь хотел, и отцу, и Урре. Урра, это Делин, он приносил тебе лекарство, помнишь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Волчица подошла и ткнулась мордой мальчику в бедро. Он растерянно вытянулся, и точно чувствовал себя неуютно, и неуверенно погладил, потом ещё раз — уже спокойнее.

— Боишься волков?

— У нас дома волки только в лесу или в клетке, миледи.

— С раненой Уррой ты был смелый! — усмехнулась Челла. — Ладно, ничего. Она не страшная, скоро привыкнешь. Расскажи, что случилось. Случилось ведь?

Делин закивал.

— Я пришёл к вам, миледи. Моему брату нужна помощь лекаря. Или скорее колдуна.

— Даже так?.. Малышу Рону? — удивилась Челла.

Она сразу вспомнила, как леди Аста металась по замку наутро после свадьбы, искала Рона и твердила, что с ним что-то может случиться.

— Я верю вам. Простите… Я… Я думаю, Рона зачаровали, и ему надо скорее помочь,

— Зачаровали Рона? — Челла не поверила. — Откуда у тебя такие мысли?

— Фагунда, ведьма. Я ей совсем не верю. Она и Асту зачаровала, потому что Аста твердит, что с Роном все хорошо, хотя ясно ведь, что не так. Тут есть знахарка, я слышал, но… Я её тоже боюсь, она дружна с Фагундой. Я спросил у служанки, которая помогает Асте, она посоветовала обратиться прямо к вам…

Понять, что к чему, было не так и просто. С Астой Челла хоть и ладила последнее время, и даже училась у неё стряпать, но не сближалась, лишь присматривалась. И считала её слегка странной. Фагунда? Это злая ведьма из страшных историй, которые рассказывают зимними вечерами. Что Тала дружит в Фагундой — это как понимать? Да Тала ни с кем не дружна, в этом Челла даже не сомневалась…

— Что именно случилось с Роном? — уточнила она.

— Он спит. Много спит. Это неправильно.

— Э, погоди, сон полезен… Рон просто спит? Что значит много?

— Большую часть дня, и потом ночью. Леди Юна подарила Рону волчонка и разрешила гулять с ним дважды в день.

Историю с волчонком Челла знала, от Юны. Первые дни после того случая Юна сама по утрам выходила погулять с Роном и волчатами, но прекратила после того, как к ним стал присоединяться Сайгур. Решила, что отец — лучшая компания, а её присутствие может выглядеть двусмысленно.

— Если утром удаётся, то вечером точно нет, — продолжал Делин. — Я знаю это от стражника, который приставлен ка волчатам. Это он сказал, что с моим братом неладно, потому что нельзя быть таким сонным. Он раньше таким и не был. Я ещё дома слышал про ваши сонные заклинания, которые у вас тут всем накладывают. От них ведь умирают?

— Прямо-таки всем? Что-то я такого не знаю, — Челла не удержалась от улыбки. — Постой, как долго это длится?..

— Четыре дня, примерно, миледи…

— И где, ты думаешь, Рон и Аста могли встретить злую ведьму Фагунду?

— Но ведь это рабыня отца. Он купил её. Фагунду и Фай, её внучку. А она всех обманывает. Фагунда. Я ведь вижу…

Вот теперь всё сложилось. Фагунда — это Сару, бабушка Фай. Добрую женщину — по крайней мере, раньше о ней не говорили плохого, — зачем-то назвали именем злой ведьмы. Значит, Аста уверена, что всё в порядке, и поэтому Делин считает, что колдунья и её заколдовала.

— Постой-ка, ты говорил это всё своему отцу? — уточнила Челла.

— Я его почти не вижу, — поник головой Делин. — Думаю, что Фагунда и его…

— Заколдовала и его? Дорогой, а это не слишком?

— Чтобы прогнать из Дьямона. Он потом спохватится, и будет поздно! Мукарранцы проиграли честную войну и теперь хотят победить отца с помощью своих колдуний! Простите, миледи, — спохватился он вдруг. — Но вы ведь жена отца, так? И тоже колдунья, значит…

— И я колдунья. Ни слова больше, Делин Кан! — вот теперь Челла рассмеялась.

Нет, не от веселья, скорее от несуразности происходящего. Хотя…

Ну конечно, младший сын лорда Кана. Наверняка ради ребенка её муж пойдет на всё. Кто знает, сам ли Делин придумал про колдовскую войну мукарранцев с Канами, но какой-то смысл в этом был.

— Пойдём-ка посмотрим, что с твоим братом, — решила она, и потерла кончики пальцев, их немного покалывало от избытка силы.

Когда недавно Челла уходила от Найрина, она ощущала себя выжатой, хоть падай. Но, видно, то чувство было обманчивым — она снова была полна. Опять всплеск? Определенно, Челла становилась сильной знахаркой, да чего там скромничать — колдуньей! Ежедневный доступ к силе — это уже неплохой уровень! И отлично, сила — это возможности, это точно не помешает.

Урра первая, впереди них, направилась к выходу, а потом вниз по лестнице.

Выходя, Челла сделала знак ожидающей распоряжений Ману, и несколько девушек тут же пристроились позади — чтобы исполнять распоряжения. И двое стражников из охраны тани. Вот так, лорды-кандрийцы, тани Челла таскает за собой свиту, как положено хозяйке Дьямона!

В отсутствие бай Туану, авторитет которой не оспаривался никем, среди девушек привычно распоряжалась Ману. И теперь Челла отметила, что Ману не взяла Фай в свиту. И напрасно. Она обернулась к Ману и велела позвать Фай.

— Да, моя тани, — изобразила послушание Ману, но надулась.

Не в первый раз Ману третировала новых девушек, опасаясь за своё положение при Челле. Надо поговорить. Но это потом.

Внизу им встретился худощавый парень-кандриец, одетый в цвета Канов. Поклонился Челле и так и впился взглядом… в кого? Челла мельком оглянулась.

Кандриец смотрел на Фай. Фай встретила его взгляд, кивнула чуть заметно — это был привычный «разговор» двоих. Хорошо…

Челла оставила всех за дверью, а Фай позвала идти за собой.

Рон Кан спал, обхватив руками подушку. На первый взгляд — действительно всего лишь спокойно спал. Показался исхудавшим, но Челла до сих пор почти не видела мальчика и не могла утверждать…

Она наклонилась к Рону и принюхалась к его дыханию, чистому и теплому.

Легкий запах пустынника и кошкиной травы? Челла сунула руку под подушку и достала маленький, с ладонь, льняной мешочек с травами. Никаких чар, только травы. Уснуть помогут, но не свалят с ног надолго. От бросила мешочек подальше. Да этими травами пропахла вся постель!

Челла осматривала больных, больше полагаясь на знахарское чутье — если позволял запас силы, — и только потом на знания и опыт. Она имела дар, поэтому такой способ был для неё лучшим. Сегодня получалось легко. Она положила руку на лоб Рона, слушая — на наведённый сон было не похоже.

Уже вечер. Заснуть в это время — неудивительно.

— Как давно он спит?

— С полудня, — ответил Делин, который топтался у входа. — И вчера так же спал! Я еле растолкал его утром!

— Что думаешь, Фай?..

— Я потрясена, моя тани, — пробормотала девушка растерянно. — Госпожа Аста не жаловалась. Я не приходила сюда. Госпожа Аста не звала…

— Это всё Фагунда! — подал голос Делин. — Не верь ей!

— Нет-нет, — заволновалась Фай. — Бабушка не виновата. И я тоже! И я бы знала, если бы бабушка…

— Тут нет чар. Знаешь, это похоже на какое-то простое зелье. Поищи тут? Посмотри вон там, все чашки! — она махнула рукой в сторону стола.

Опытный колдун зачарует так, что она и не услышит. А осторожный отравитель вымоет ту самую чашку. Но проверить надо. Тем более что зелье дают уже не один день.

— Да, моя тани, — Фай кинулась исполнять.

Внучка Сару сходу понимала, что делать, и была по сути готовой помощницей знахарки.

— Попробую его разбудить. Если получится, значит, дело в простом зелье, — сказала Челла.

Она успевала и прислушиваться к Фай — волнуется ли, лжет? Нет. Внучка Сару была ясной и открытой, а все её эмоции — настоящими. Замечательно, Фай просто находка.

Знахарское чутьё Челлы было обострено. Вообще, чтобы слышать ложь, существовали свои заклинания, они «съедали» немало силы и требовали умения — с ними Челла ощущала чужую ложь как укол тоненькой холодной иголочки в глубине сознания. Теперь и это получалось почти само собой. И это ей нравилось. Быть сильной — хорошо.

Она начала растирать Рону виски, прикладывая сил по крошечной капельке — тут нельзя торопиться. Скоро мальчик задышал чаще и открыл глаза.

Ну вот и всё.

— Не забирайте Каррона! — громко попросил Рон. — Я хочу сходить с ним до ворот! А он ведь может подняться на стену? Отпустите!

Рон отвернулся от Челлы, потерся лбом о подушку — и проснулся, сел на постели.

— Здравствуйте, тан Рон! — шутливо поздоровалась Челла. — Вы нас немного напугали. Всё в порядке?

— Здравствуйте, миледи! — мальчик взглянул на неё и заморгал, и стал оглядываться.

Увидел Фай и уставился на неё настороженно.

— Вы с Фай ссорились? — Челла «услышала» некое недовольство, которое появилось в ребенке при взгляде на девушку.

Ответила Фай:

— Моя тани, я разве что ссорилась с госпожой Астой. Точнее, она со мной. А Рон не любит тех, кого не любит она. Вот, я нашла, — она протянула Челле одну из чашек со стола.

Челла покрутила чашку перед носом. Да, и дара не нужно, чтобы по явному запаху определить сонное зелье. Кошкина трава, пустынник, черный репей и белая левея, и ещё несколько не совсем отчётливых составляющих, скорее всего, усиливающих. Известный и действенный состав. Но поить им здорового ребенка? Зачем?..

— Кто последний раз давал тебе пить из этой чашки? — спросила она Рона.

Мальчик молчал, опустив голову.

— Кто такой Каррон? Это и есть твой волчонок?

— Да, миледи, — ответил вместо брата Делин.

— А где же леди Аста?

— Она в кухне, миледи. Готовит пирог. Вечером в кухне меньше работы, печи не заняты, — опять ответил Делин.

Что-то следовало предпринять, и Челла размышляла недолго. Она выглянула на улицу и позвала кандрийца, который переглядывался с Фай. Спросила:

— Ты служишь лорду Сайгуру? Как тебя зовут?

— Да, я присягал лорду Сайгуру. Меня зовут Клай Вин, миледи, — тот с достоинством поклонился.

Челла и его «слушала» — парень вполне стоил доверия и был не трусливым, и терпеливым, что важно.

— Вот что, отныне ты будешь опекать младшего сына моего супруга, пока лорд не решит иначе. Рон будет под твоим надзором постоянно, здесь должен появляться лишь с тобой, и с тобой вместе есть и пить. Вы будете жить и спать с оруженосцами. А пока идите на кухню, вас накормят. Думаю, Рон скоро проголодается. А потом погуляйте с волчонком. Ночь — волчье время. Ты всё понял, Клай Вин?

Клай был вынужден признать, что понял всё, продолжая таращиться на нее изумлённо. Его удивило, что у тани Челлы вдруг прорезался голосок? Верно, с самой свадьбы и до сих пор она держалась так, словно её ничего не касается. Но ведь так не может продолжаться вечно?

— Идите. Делин, помоги брату собрать вещи.

Следующий приказ получили девушки из свиты: передать на кухню об ужине для Рона и его воспитателя, и экономке — чтобы Клаю Вину выдали всё для нового обустройства. Клай Вин увёл Рона.

— Боюсь представить, что будет с госпожой Астой, — тихо сказала Фай.

Они с Челлой уже успели выйти во двор, оставив в комнате служанок и Делина.

— Если это она давала зелье, то с ней была бы порка, — пояснила Челла очевидное. — Не будь она родственницей. А так не знаю, на усмотрение лорда. И я больше не подпустила бы её к своему сыну. Зачем было это делать? Ты знаешь?..

— Догадываюсь. Она боится, моя тани, — ответила Фай ещё тише. — И зелье ведь не опасное, верно?

— И не полезное в этом случае. Чего она боится?

— Что заберут Рона. И что он начнёт любить что-то… кроме неё. Он с ней всю жизнь. Она его тоже очень любит. И всё то, что он даёт ей…

— Кто, Рон?..

— Скорее лорд Сайгур. Она считает, что пока дети с ней, лорд… — Фай нерешительно взглянула на Челлу, — лорд не оставит её, моя тани.

— Ты думаешь? — Челла внимательно посмотрела на Фай. — Он её и так не оставит. По словам тани Юны, мечтает пристроить её в Дьямоне. На кухне, например, — Челла улыбнулась. — Значит, мальчика просто не пускали к его волчонку? Что ж, пусть лорд Сайгур сам решает…