Глава 21. Похищение

На школьном выпускном Нура впервые напилась. Наверное, просто поддалась всеобщему веселью, продлившемуся весь день и почти всю ночь. Да и к тому же они с сестрой были одними из тех, кому уже было разрешено продавать алкоголь, и Кея серьезно подошла к «организации». А Нура, как ее близняшка, просто не смела отказать в бокале за компанию. Правда, через какое-то время бокалов стало слишком много, а осмысленности в голове слишком мало. Веселье быстро сходило на нет, уступая место тошноте и головокружению. Из-за этого им с Кеей пришлось уйти раньше.

Следующее утро Нуры выдалось отвратительным. Ее рвало, голова раскалывалась и одновременно кружилась, а мышцы болели, как после длительной и трудной тренировки. Больше так плохо Нура себя никогда не чувствовала. До этого момента, разумеется…

Когда сознание возвращалось, организм тут же начинал этому сопротивляться, пытаясь снова погрузить его в сладкое забытье. Несколько секунд, вырванных у реальности, дали Нуре только воспоминания об опьянении и похмелье, как сравнение с тем, что она чувствовала сейчас, а затем еще несколько смутных образов людей в масках и обрывки разговоров.

– …сообщили. Скоро будет…

Звуки доносились словно из-за стены. А Нура не представляла, где она: пространство смазывалось и плыло.

– …что должны… быстрее и эффективнее, чем ходить за ней и… умоляя о содействии.

– Да. Сама нам все…

Нура рухнула во тьму, придя в себя от резкого запаха у носа. Вновь на нее опустилось тяжелое болезненное состояние, и опять все вокруг медленно расплывалось, будто кто-то водил по пространству рукой, как по воде, заставляя все идти волнами. Вместе с тем стены качались, как корабль в шторм. В пространстве расползались глухие невнятные звуки, источником которых явно был кто-то из вытянутых черных блямб. Мозг едва распознавал в них людей, медленно пытаясь понять, в каком положении находится тело.

Удар по щеке вышел таким, как если бы Нуру били через вату. Однако ее голова мотнулась в сторону, а сама она завалилась набок. Значит, до того она все же сидела…

– …ышишь?

«Слышишь», – радостно достроила Нура, будто сейчас ей выдадут огромную шоколадку с цельным фундуком за догадливость. Она рассеянно улыбнулась.

– …ую дозу?

– Как обычно, – одна из черных блямб пошатнулась, и ее плечи взлетели к потолку.

Нура заулыбалась. Как глупо это выглядело! Почти в тот же момент улыбка ее стерлась, к горлу подкатила тошнота.

– Идиот! Ты вообще ее вес учел? – Крик был достаточно четким, чтобы разобрать его.

– …придет в себя…

– Когда? – снова крик.

– …лежит… потом… расскажет…

Нура изо всех сил пыталась сосредоточиться, старалась вспомнить, что происходит, но не могла. Сознание исчезало во мраке.

Когда Нура очнулась, ей явно стало лучше, но ненамного. Единственное, что она вспомнила, – ее похитили. Но никаких чувств или мыслей при этом не возникло, только опять начала мучить тошнота. Голова кружилась и болела так, словно в череп воткнули несколько спиц. Каждое движение грозило вернуть ее в бессознательное состояние.

С трудом Нура заставила себя дышать глубже и оглядеться. Квадратное крохотное помещение было абсолютно пустым. Источники света – маленькое зарешеченное окно почти у самого потолка и щель между полом и дверью – едва ли отгоняли сумрак. Лежать на бетонном ледяном полу оказалось вполне неплохо, особенно если уткнуться в него лбом, чтобы хоть немного отогнать боль.

Никто не связал Нуру, что, вероятно, было и не нужно – сбежать она все равно не смогла бы. Она даже не была уверена, что сможет стоять дольше пары секунд, не говоря о том, чтобы куда-то идти, а тем более бежать.

Медленно и осторожно Нура приподнялась на руках, силясь принять сидячее положение. Она уперлась спиной в стену, тяжело дыша. Перед глазами появились пятна, предвещающие, что вот-вот сознание снова отключится. Организм явно на пределе. Сжав зубы, Нура подняла голову, стараясь увидеть хоть что-то в окне. За ним были дорога и стена серого здания. Комната была подвальной.

Тошнота подкатила к горлу, и Нуру вырвало. Она только и успела, что повернуть голову так, чтобы хотъ попробовать не заляпаться. От резкого движения, впрочем, она опять потеряла сознание.

На сей раз прийти в себя удалось быстро. Во рту остался мерзкий привкус, а сама рвота расползалась лужей рядом. Нура вытерла губы и обтерла пальцы об штанину. Теперь ей стало чуть легче. По крайней мере, она достаточно уверенно сидела и даже рассеянно подумала, что, оказывается, ей холодно. Кожа была усыпана мурашками, а тело дрожало.

Зато не было страха. Впрочем, не было ничего, кроме мучительно отвратительного состояния и коротких логичных мыслей. На последнем Нура пыталась сосредоточиться.

– …разрешение? – донесся знакомый голос. – Чей приказ?

Нура заморгала, вслушиваясь. Однако ответ был тихим.

– Если бы она узнала, то я бы был в курсе, полудурки!

Чей же голос? Будь ее разум в лучшем положении, она бы точно поняла это за пару секунд, а теперь оставалось лишь хмуриться, борясь с тошнотой.

– Она ничего не выяснила! И что теперь?

– Ликвидируем проблему. Если подсказки для нее, а она ничего не нашла, значит, и другие не найдут. Хватит орать! – раздался громкий ответ.

– Не найдут? Уверен? Твоя мать тебя башкой в детстве приложила? Ты действовал в обход приказов, без уведомления старшего агента, выродок! Привлек к этому дополнительно людей. Выслужиться захотел? Выслужился!

Нуру снова едва не вырвало, когда она вздрогнула от осознания того, чей голос слышала – Лерос. Лерос – это Служба. Нуру похитил правоохранительный орган кантона? Да, она вляпалась… Но судя по тому что Лерос так вопил, он явно недоволен… Может, они ее отпустят?

– Жить захочет – поможет, а нет…

Нура задышала громко и часто, заглушая реплику. Нет, ее используют, и это будет не игра змей, а старое доброе насилие. Нужно выбираться. Нужно… Как?

– Духи предков, – одними губами зашептала Нура, пробуя встать на ноги, – помогите…

Особо верующей она никогда не являлась, но сейчас была бы рада любой помощи. Кое-как поднявшись, Нура уперлась плечом в стену и прикрыла веки, стараясь отдышаться.

Тук-тук.

Мерный стук по стеклу вынудил глаза распахнуться. За небольшим окошком показалась фигура на корточках – она наклонялась так, что заметны были два зеленых огонька.

– Уроборос! – Нура так хотела бы воскликнуть с облегчением, а получился только едва слышимый выдох. Но Морок подери, она была безумно счастлива видеть своего Змея. – Пожалуйста…

Договорить она не успела, услышав шаги и приближающиеся голоса. Она в панике уставилась на Уробороса, но тут же сощурилась от вспышки яркого света. Он потух мгновенно, оставив вместо стекла и решеток оплавленную дыру. Ее красноватые края быстро гасли, охлаждаясь, а вокруг расползались странные черные вены…

Все здание сотряс оглушительный звук. Вероятно, включилась сирена.

Уроборос почти лег на землю, протягивая руку в образовавшуюся дыру. Нура собрала все силы, чтобы успеть сделать последний рывок и ухватиться за своего Змея, позволяя ему вытянуть ее наружу. Позади со стуком распахнулась дверь, Нуру схватили за щиколотку. Она задергалась, попадая по кому-то одной ногой и высвобождая вторую. Перед глазами опять поплыли пятна, головокружение стало мучительным, сердце, казалось, бьется из последних сил и вот-вот встанет. Раздались выстрелы.

Уроборос закинул Нуру на плечо и побежал. Она отключилась почти мгновенно, думая только о том, как бы ее не вырвало уже на ее спасителя.

* * *

Уроборос благодарил богиню за то, что решил раскрыть окно мобиля, возвращаясь на знакомую улицу. Иначе он бы не уловил тонкий аромат Пташки, когда белый фургон промчался мимо. Не раздумывая, Уроборос рванул следом. Он быстро отстал, потому что понял, куда едет фургон. Недалеко были полузаброшенные здания Службы. Их использовали только тогда, когда агенты действовали в обход системы. А действовали они так почти всегда…

Уроборос развернулся, чтобы навестить гнездышко Пташки и забрать то, что могло помочь Службе. И все же… Какая глупость похищать Нуру. Зачем это агенту Гаинху? Впрочем, по прибытии на место стало ясно, что Лерос не планировал этого. Он прибыл гораздо позже и явно не был доволен…

Уроборос же нашел свою Пташку и успел ее освободить. Она явно была не в состоянии разглядеть фальшивое лицо, а по дороге к мобилю и вовсе отключилась. А агенты, которых застали врасплох, услышали сирену артефакта, сработавшего на использование Древней магии, и уже выбегали следом. Уроборос не беспокоился о них – защититься от пуль щитом проще простого, а вот откат не заставил себя ждать…

Обычно приходилось направлять откат, чтобы избежать ненужного шума, но теперь это играло на руку. Он породил природное проклятие. Сравнительно небольшое – по капоту уже застучал дождь из черной слякоти, похожей на мазут. Дворники едва справлялись с его потоками, а стрельба прекратилась. Погоня едва ли будет. Ливень усиливался, и Уроборос гнал, стараясь как можно быстрее выбраться из-под радиуса действия отката. Но в город так въезжать не стоило…

Нура, лежавшая на заднем сиденье, мучительно застонала. Уроборос мельком глянул в зеркало: она очнулась, но только для того, чтобы, чуть свесившись, опорожнить желудок на пол мобиля. По салону пополз неприятный запах.

– Ничего, Пташка, скоро ты будешь в порядке.

Очевидно, ей что-то ввели, чтобы избавиться от ненужной для пленницы активности. Нура ничего не ответила, она снова закрыла глаза. А Уроборос облегченно выдохнул, заметив, что по крыше больше не стучит. Он затормозил, с трудом открывая окно. Черная жижа все еще обрушивалась на землю позади, а на мобиле она медленно застывала… Лучше побыстрее избавиться от этого транспорта и добраться до логова…

Впереди виднелось начало Великого леса. Здесь, ближе к городу, деревья были не такими высокими, как в самом Великом лесу, там в некоторые из них врезались облака. Их громады пугали сами по себе, а еще сильнее – когда приходило понимание, что аномальная длина – следствие того, что они вобрали в себя магию духов. Те обычно терялись между стволами и зарослями, пока не находили живых существ, которых смогли бы использовать как сосуды. Духи вынуждали их размножаться, чтобы было куда переселяться и дальше. Конечная цель – человек, а точнее, его энергия. Но пока граждане Конфедерации оставались защищены магическим щитом, преграждавшим путь духов к людям.

Уроборос ехал к лесу, где скрыться мобилю, который впитал проклятие, куда проще. Приближаться к гигантским стволам желающих было мало, но главное – фон магии духов там достаточен, чтобы в нем затеряться. Так что Уроборос остановился у одного из деревьев. Выскочив и спешно достав Нуру, он отошел до того, как ветви наклонились и, словно жуткие щупальца, обхватили опустевший мобиль, приподнимая его. Затрещала кора, разевая темную пасть, и транспорт вместе с проклятием исчез, навсегда став частью леса…

Уроборос поспешил вглубь чащи. Некоторые даже небольшие деревца здесь тоже были напитаны магией духов и тянулись к любому, кто очутился рядом, но им не хватало скорости. Обойти их было просто. Наконец показалась знакомая местность. Зачарованные ветви приоткрыли проход к полуразрушенному зданию.

Уроборос поднялся по винтовой лестнице в свою комнату. Там, в окне, виднелись огни города, а на полу лежал матрас со смятым пледом. Нура снова болезненно застонала, когда Уроборос уложил ее. Он нащупал капюшон и накинул его на голову, чтобы Нура не смогла случайно заметить лицо. Серые глаза приоткрылись, они были пугающе пустыми, с огромными зрачками.

– Ур… – промямлила Нура. Она явно была неспособна произнести сейчас слово полностью. – Ты… сон?

– Нет, Пташка, я настоящий. И я позабочусь о тебе.

Да, он позаботится о ней. Он защитит ее от всех врагов, чтобы она знала, что принадлежит ему. Только ему.

* * *

Нуре хотелось пить. Это единственная вещь, которая ее волновала, – вода. Во рту словно обосновался филиал пустыни Кракум, а голова раскалывалась. Зато больше не тошнило, тело не дрожало, а мыслить удавалось более или менее ясно. Пробуждение выходило медленным, но кое-что Нура уже понимала.

Во-первых, Инти клонилась к горизонту, разливая по небу закатную кровь.

Во-вторых, было понятно, что Нура не у себя. Она находилась в просторном помещении с тремя окнами, одно из которых было заколочено. Здесь же стояла вешалка, как в магазинах. На ней висела одежда. Преимущественно черная. Рядом – полка с обувью, сверху там валялась пара кепок. В стороне хранились стопки книг, одноногая высокая лампа и старое кресло. Нура же лежала на матрасе, ее прикрывали тонкое одеяло и плед. На стенах облупившаяся штукатурка, а пол – посеревшее старое дерево. Что это за место?

В-третьих, Уроборос. Он пришел за ней, но воспоминания Нуры обрывались, оставляя ее без деталей побега от Службы.

Она привстала на локтях, тут же заметив лежащую рядом бутылку воды и упаковку обезболивающего, а еще обувную коробку, от которой до сих пор пахло магазином. Нура жадно глотала воду, сделав перерыв только для того, чтобы принять таблетку. И лишь когда литровая бутылка была ополовинена, можно было заглянуть в коробку. В ней лежали новые сандалии.

– Как мило, – пробормотала Нура, потирая лоб и выбираясь из-под одеяла.

Она опустила взгляд, обнаруживая, что абсолютно голая, а еще от нее не пахло ни рвотой, ни потом, зато от волос исходил отчетливый аромат мужского шампуня. Уроборос… помыл ее? О духи!

Нура с подозрением осмотрела грязный пол и обулась, перебежав к вешалке с одеждой, чтобы прикрыться. Тело побаливало, но, к счастью, обморок уже не грозил. Среди одежды нашлись мужские штаны, футболки и худи, а еще костюм, брюки и две рубашки. Нура напялила первую попавшуюся черную футболку, которая доходила ей до середины бедра. Пока и так сойдет, а Уроборос… Что ж, он все равно видел ее голой…

– Надеюсь, я на него не блеванула, – фыркнула Нура.

Почему-то ей не хотелось показаться ему противной. Это было странно, учитывая, кто он, но… Змей стал спасителем. И судя по тому что боль осталась в мышцах, но не между ног, он не пытался ничего с ней сделать…

Нура тяжело вздохнула. Она заметила кучу одежды, в которой сверху валялись и ее собственные вещи… Очевидно, они были грязными, и переодеваться в них не хотелось. Впрочем, мысли об одежде тут же исчезли, стоило лишь обернуться к окну. Лежа, снаружи можно было заметить только кусочек неба, теперь же открылся обзор и на громадные деревья. Сердце тут же забилось быстрее от страха. Посещать Великий лес не входило в планы на ближайшую жизнь. Однако маячивший между ветками город явственно намекал, что это не сам Лес, а лишь его отголоски – то, что когда-то успело подобраться почти вплотную, но было остановлено магами Империи. Формально отсюда начинался Великий лес, но темная чаща с кучей духов была гораздо дальше.

Нура отвернулась, оборачиваясь к проходу без двери. Нужно найти хозяина этого места. Без него она не решится идти мимо гигантских хищных деревьев. Бабушка когда-то рассказывала жуткие истории о том, как такие захватывают путников, а на коре некоторых можно было заметить искаженные страхом лица…

Передернув плечами, Нура осторожно выглянула в коридор. Она не сдержала визг, когда откуда-то сверху вспорхнула птица, сбросив вниз щепки. Здесь была довольно крупная дыра, через которую виднелось еще несколько этажей вверх и даже кусок неба. Что-то пробило здание насквозь. Нура сглотнула, медленно двигаясь вперед и касаясь округлой стены. За большинством дверей были лишь пустые помещения, за одной обнаружилась целая ванная комната. А затем Нура вернулась туда, откуда вышла, обойдя полный круг.

Итак, круглое здание, где нельзя найти лестницу… Похоже на Башню – тюрьму для магов. На территории Конфедерации таких было всего две: в Северном кантоне, на острове в Ледяном океане, и в Восточном… Но в Северном она осталась практически нетронутой, а здесь, у Рагнара, были бои. Маги Республики сделали своеобразный форпост из Башни, бросив бывших заключенных в смертельный марш. Однако столица Восточного кантона устояла благодаря Одержимым и Иным. Магов удалось оттеснить, а вскоре получилось заключить мир, который длился уже почти семьдесят зим.

Тем не менее Башня так и осталась магическим строением даже спустя столько времени, и выбраться отсюда так просто не удастся…

– Отлично! Я в капкане! От одних похитителей к другому!

Нура чувствовала себя запертой в ловушке недолго, стена вдруг зашумела, скребя кирпичами, и раскрылась. В проходе никто так и не появился. Значит, Башня сделала это не по чьему-то приказу, а… Что? Была живой и сама решила показать выход для своей гостьи?

– Спасибо, – на всякий случай шепнула Нура, выбираясь к винтовой лестнице.

Выглядела она жутковато. Словно небольшие платформы выдвинулись из стен. Ни перил, ни нормальных ступенек, только узкие выступы с провалами между ними. Упасть между такими – плевое дело, а внизу не менее трех этажей… Проверять удачу и спускаться Нура не собиралась. Если головокружение хотя бы на миг усилится, а она потеряет равновесие, то свернутая шея станет безвестным финалом.

Помявшись еще в проходе, Нура решила, что в целом ей и тут неплохо, потому вернулась в комнату. Чтобы чем-то себя занять, она села в кресло, перебирая книги. Среди них были совершенно разные – от сборника сказок Шарана и Древней родины до учебника по высшей математике. Нура вытащила сказки, раскрыла титульную страницу, где кто-то подписал: «456 стр.», а затем принялась листать книгу. Зевки сдерживать не удавалось, а яркие иллюстрации смешались в одну… Похоже, так она и заснула, а когда открыла глаза, закатное небо уже окрасилось кобальтово-синим тоном.

Нура потянулась под одеялом. Кто-то снова положил ее на матрас и накрыл. Уроборос вернулся? Она ухватила бутылку, сделала глоток и насторожилась. Снаружи слышался шелест деревьев, а внутри…

Раздался приглушенный плеск воды. Совсем недалеко. Может, это в ванной, которую удалось обнаружить раньше? Нура приподнялась, разглядывая комнату, залитую светом растущей Магны. Ничего особенно не поменялось, разве что на обувной полке между кепками стоял бумажный пакет. Интересно, что там?

Нура обулась, поднялась и, ежась от холода, подошла к пакету. Внутри оказался летний белый сарафан с широкими бретельками и застежкой на спине. Судя по бирке, он был новым… Было бы неплохо переодеться, но… Нура неуверенно повернулась к вешалке. Она бы сейчас не отказалась от теплого худи. Из-за близости Великого леса ночью воздух тут был почти ледяным.

– Зря из-под одеяла вылезла, – насмешливо произнес тягучий, с легкой хрипотцой голос Уробороса.

Нура охнула, оборачиваясь и тут же краснея. На Змее было только полотенце, закрывающее пах и бедра. Его тело же оставалось открытым, и удержаться от разглядывания влажно блестящего пресса было сложно. Рельеф мышц прорисовывался так четко, будто у Уробороса попросту отсутствовал жир. Его накачанная грудь вздымалась от каждого вдоха. На ней была татуировка в виде змея, кусающего свой хвост. Татуировки покрывали и накачанные руки, по ним вились неизвестные надписи. А на шее изображения двух человеческих кистей тянулись друг к другу пальцами.

Уроборос шагнул вперед, сокращая расстояние между ними. Нура вздрогнула, но не отступила, а задрала подбородок, пялясь в зеленые огоньки глаз с вызовом. Змей негромко хмыкнул, а затем чуть наклонился, кладя свою ладонь на бедро Нуры. Она взвизгнула, а он притянул ее к себе, вжимая в свой безупречно твердый торс.

– Пташка, все в порядке, я тебя согрею…

– Не надо меня греть! – покраснела Нура, упорно отталкивая Уробороса, словно действительно могла сдвинуть его несправедливо теплое тело. – Лучше скажи, что случилось?

– М-м-м… Тебя похитили. А я похитил тебя у похитителей, – самодовольно ухмыльнулся Змей. Он подхватил ее и понес в сторону матраса.

– Значит, я снова пленница?

Уроборос прыснул:

– Моя милая Пташка, ты иногда очень забавная. Нет, ты вольна уйти в любой момент.

– Даже сейчас?

– Хочешь уйти сейчас? – Змей явно насмехался. Он медленно положил ее на одеяло. – Тебя ищут твои похитители. Твой дом – первое место, за которым будут следить. Так что я бы предпочел, чтобы у тебя был план получше, чем в ночи идти в руки тех, кто украл тебя посреди улицы.

Нура глубоко вдохнула. Вот Морок! Она сбежала от Службы, которая теперь с большой вероятностью попытается вернуть ее для изощренного допроса. Уроборос прав, она не может просто уйти, ей нужен план…

– Я долго была без сознания?

Нура следила за тем, как ее Змей опускался перед ней на колено. Он обхватил ее щиколотку и приподнял ногу. Его пальцы порхали по ее коже, пока он разделывался с застежками сандалий и нарочито медленно стягивал обувь.

– Тебя похитили вчера утром.

Что ж, по крайней мере, прошло не слишком много времени.

– Я чувствую сонливость, – осторожно сказала Нура.

– Последствия вколотого препарата. Но, судя по всему, очень скоро твой организм окончательно выведет его. Еще вопросы, моя Пташка, или отдохнешь?

– Нам нужно, – она подавила зевок, – поговорить.

– Утром обязательно. А теперь… Я бы тоже поспал.

Уроборос встал, стягивая полотенце. Пришлось спешно перевернуться на бок, чтобы не увидеть чего-то… шокирующего.

– Что ты творишь? – прошипела Нура.

– Я сплю голым. Мне так удобнее.

– Ну так раздевался бы у своей кровати, а не… тут…

– Но это и есть моя кровать.

Нура зажмурилась, ярче чувствуя движения Уробороса, который ложился рядом.

– Я не собираюсь спать с тобой!

– Мы уже спали, Пташка…

– Когда ты лег в мою кровать в квартире? Я тебе не позволяла!

– Вчера мы спали вместе. И сегодня мы тоже будем спать вместе. Если тебя опять затошнит, я предпочту снова подать ведро, а не позволять тебе облевать мой пол.

Нура пристыженно смолкла.

– Так что просто ложись, я не собираюсь сейчас тебя домогаться.

– Сейчас? А потом?

– Я не сделаю ничего из того, что ты не захочешь. Я помню, что ты… В общем, ложись уже. Спорить будем утром.

Нура заползла под одеяло, повернувшись спиной к Уроборосу. Виновна была то ли усталость, то ли остаточное действие препарата, но сон настиг почти мгновенно.