Глава 8

Глава 8

Ветер гулял в кронах деревьев, играл травой, прятался среди веток кустарника, то и дело, склоняя их к лицу мужчины, полулежавшего у большого дерева. Листья щекотали кожу, кончик носа и, наконец, веки риора дрогнули. Ветер, будто обрадовавшись, что нашел себе товарища для игрищ, кинул лежебоке в лицо прядь длинных темных волос. Мужчина мотнул головой, пытаясь понять, что с ним произошло. Он поморгал, провел кончиком языка по пересохшим губам и пошевелился, с удивлением обнаружив, что у него связаны руки.

- За каким Архоном? – сипло спросил высокородный риор и повернул голову, осматриваясь.

Он был в лесу. И это было правильным, потому что он и должен быть здесь, только…

- Али! – выдохнул мужчина и рванул вперед, разом вспоминая о нападении.

Риор сумел подняться на колени, но снова замер. Никого не было. Ни лошадей, ни воинов, ни карет, ни нападающих, ни лиори… Он был совершенно один. Оружия при нем тоже не обнаружилось, и только веревки накрепко удерживали руки за спиной. Как он очутился в одиночестве, и куда девалась процессия Перворожденной, мужчина понять не мог. Он поднялся на ноги, но голова закружилась, и риор, привалившись плечом к дереву, закрыл глаза, давая себе время прийти в себя.

Неожиданно до его слуха донеслось лошадиное всхрапывание, скрип колеса телеги и негромкий мужской голос, что-то негромко бубнивший.

- Эй! – хрипло позвал риор. – Кто там? Помогите!

Мужской бормотание стихло. Некоторое время царила тишина, но вот невидимый некто произнес:

- Тпру.

Вновь послалось кряхтение и бормотание, и из-за деревьев вышел мужик, на могучем плече которого висел моток веревки. Мужик сокрушенно покачал головой и направился к риору.

- Раненько проснулись, риор Дин-Таль, - проворчал незнакомец. – Ехать не близко.

- Куда ехать? – спросил Тиен, напряженно наблюдая за приближением незнакомца. – Кто ты? Где лиори? Почему я свя…

Мужик сильной дланью ухватил высокородного риора за лицо, надавил пальцами на челюсти, вынуждая разомкнуть их. После сноровисто влил в рот жидкость из фляги, отцепленной от пояса. Дин-Таль мотнул головой, пытаясь вырваться из захвата, но незнакомец оказался сильней. Он задрал голову риора, и жидкость потекла в горло. И лишь когда адер закашлялся, поперхнувшись, мужик отпустил его.

- Так-то лучше будет, - пробубнил он. – А то устроите мне тут. Ишь… Госпожа велела доставить в сохранности. Не мне с ней спорить.

Дин-Таль ухватился это слово, он перестал отплевываться и посмотрел на крестьянина… или разбойника, незнакомец мог быть и тем, и другим, и кем-то третьим, но это риора волновало меньше, чем заветное слово.

- Госпожа? Альвия приказала связать меня?

- Мою госпожу зовут – Ирэйн Борг, - наставительно ответил громила.

- Ирэйн… - повторил Тиен, вдруг ощущая слабость. – Где лиори? Что с… Архон… что…

Сознание начало путаться, и мир поплыл перед глазами риора. Он покачнулся, попытался удержаться на ногах, но снадобье оказалось сильней, и адер Эли-Борга сполз по стволу на землю, окончательно теряя связь с реальностью.

- Так-то лучше, - хмыкнул мужик. Он с легкостью подхватил отнюдь не маленького риора, закинул на плечо и понес к телеге, оставленной за деревьями…

Скрип колеса вплывал в сознание, раздражал. А еще бурчание. Ужасный звук, не прекращавшийся ни на минуту, как и скрип колеса. Противно пахло пылью и ржавым железом. Кожа на лице чесалась, но руки не слушались, никак не удавалось поднять их. Тиен уже хотел подать голос, но вдруг вспомнил, как какой-то громила влил ему в глотку зелье. Риор замер, пытаясь восстановить в голове все события, которые произошли с ним.

Он открыл глаза, увидел над лицом мешковину, сразу же понял, что неприятный запах пыли и ржавого железа идет от нее, и лицо чешется тоже от этой грязной тряпки. Прибавил к этому тряску, скрип колеса и осознал, что его куда-то везут в телеге, спрятав от досужих глаз. Громила говорил о том, что ехать им долго, но сколько уже длится путь, Тиен не мог даже предположить. Сколько он проспал? Да и просыпался ли до этого? Быть может в него уже успели влить всю флягу… Да! Еще непонятно куда везут и зачем. «Госпожа велела доставить…».

- Али, - одними губами прошептал Дин-Таль и тут же поморщился.

«Мою госпожу зовут – Ирэйн Борг». Ирэйн… За каким Архоном Ирэйн? И почему госпожа? Госпожа только одна, и имя ей – Альвия Эли-Борг. Мысли адера метнулись к тому, с чего всё началось. Старый лес… Он ехал в голове отряда. От кареты лиори отделяли войны. Литы… Они окружили карету и пали первыми, почти одновременно. Стреляли сразу несколько лучников,… отличных лучников. Ударили без промаха. Альвия не покинула кареты, она осталась внутри под охраной своих служанок. Это правильно, лиори не может рисковать собой.

Сам Тиен обернулся на свист стрел. Нелепый звук, которого не должно было быть. Он даже не сразу понял, что происходит, до того было дико увидеть тела, падающие с лошадей. Тут же сработали несколько ловушек. Упало дерево перед началом процессии, кажется, и в хвосте тоже, закрыв возможность каретам выбраться из западни. Из-за кустов выскочили воины, лучники продолжали стрелять. Началась мешанина. Адер бросился к карете лиори, успел крикнуть, чтобы боржцы закрыли госпожу в кольцо. А дальше? На лошади были не подобраться, он спешился и пытался прорваться… Дальше всё, дальше память обрывалась.

Дин-Таль нахмурился. Выходит, его вырвали прямо из боя, еще в его начале. Оглушили и вытащили из месива. Связали и опаивают, потому что «ехать долго». Но Альвия? Что стало с ней? И почему… Глаза риора сузились, и он осознал главное: Ирэйн знала, что должно произойти нападение. Знала и не предупредила! Предала? Предала свою сестру?! Выходит, что так. Но почему? Альвия заботилась о ней с того дня, как отец Ирэйн погиб во время второй войны с Эли-Хартом.

Но если лейра предала Перворожденную, зачем ей понадобился адер? Чего она ждет от верного пса Альвии? Архон! От избранника Альвии! Или все-таки от адера Эли-Борга? Ключи от крепостей риората, или же подчинения? Кому? Вопросов оказалось слишком много, а ответов на них не было. Как не было понятия о том, что творится за пределами вонючей мешковины. Но главное, не было даже догадки, что могло произойти с Перворожденной.

Представить, что она мертва, оказалось невозможным. Это было сродни… сродни тому же предательству! Как вообще можно такое вообразить? Молодая, полная сил и устремлений женщина, которая, наконец, сумела найти согласие с собой и решила жить дальше, больше не оглядываясь назад. По крайней мере, она сделала шаг вперед… Нет, ее не могло не быть! Не могло!

Тиен Дин-Таль медленно выдохнул и закрыл глаза, отключаясь от мира телеги и мешковины. Он вспомнил, сколько воинов взяла с собой лиори. Много. Гораздо больше, чем придворных и сановников. Но не достаточно, чтобы окружить себя ратью. А напавших? Сколько было их? Адер не мог вспомнить, для него схватка прекратилась слишком быстро. Еще почти все были живы… Альвия осталась в карете, риоры и ратники закрыли ее собой. Боржцы – отличные воины, они должны были отбить госпожу. И если так, то сейчас она едет в Борг, а он… не пойми куда.

Зачем он понадобился Ирэйн? Что она хочет от жениха своей кузины? Или же его везут к Эли-Харту, чтобы выведать секреты, которые имелись у Эли-Борга? Вопросы, вопросы, вопросы… Их не становилось меньше, как не прибавлялось ответов. Риору требовалось понять происходящее, но пока он не представлял, как это сделать. Если подаст голос, не вольет ли громила в него новую порцию своего снадобья? Да и где они вообще сейчас едут? Если попробовать привлечь к себе внимание, найдется ли кто-нибудь, кто готов прийти на помощь? Или же нужно просто дождаться, когда телега доберется до своей цели? И откуда у затворницы Ирэйн мог взяться такой подручный?

Тиен старался думать о чем угодно, только не о том, чем закончилось нападение в Старом лесу. Эти мысли он гнал от себя, потому что понимал – засаду готовили. Готовили на земле Эли-Борга! Пока лиори и ее свита пировали, им готовили ловушку. И это были не хартии. Свои! Это сделали свои! И выбрали самый подходящий для нападения кусок дороги: от взоров дозорных первой крепости уже уехали, до второй не добрались. И он хорош! Расслабился, размечтался, витал в облаках, совсем, как Кейр в тот день…

Кейр. Дин-Таль усмехнулся и откинул это подозрение. Как бы ему ни хотелось обвинить Райва, но Тиен не стал лгать самому себе – это всего лишь ревность. Она вспыхнула заново в день появления посольства Эли-Харта и еще долго бурлила после его отъезда. И все-таки это не склока на торжественной трапезе – это засада, спланированная и подготовленная врагами лиори. Здесь чувствуется полноценный заговор, и управляла им невидимая длань правителя Эли-Харта. Только что ему это дает?

- Ирэйн, - прошелестел адер.

Конечно, Ирэйн! Единственная Борг после Альвии. Она не могла бы претендовать на трон Эли-Борга, даже если бы вылезла из кожи, но за неимением других претендентов… Тиен задохнулся. Воздух, только что наполнявший его легкие, вдруг исчез, словно на шее риора затянули петлю, потому что… Потому что невозможно призвать нового лиора, если жив прежний! Чтобы властитель сменился, предыдущий должен умереть! Только лиор может отказаться от венца в пользу своего наследника, но Альвия никогда добровольно не передаст трон своего отца. Только смерть. Смерть!

- Нет! – вскрикнул Дин-Таль, в одно мгновение забыв об осторожности.

- Тпру-у. Никак очухался высокородный.

Мешковину откинули, и на адера взглянул уже знакомый громила.

- Что с лиори?!

- Ну, чего же это вы безобразничаете, высокородный риор? – покачал головой мужик. – Кричите тут.

- Что с лиори?! – вновь выкрикнул Тиен, пытаясь вырваться из стянувших его пут. – Отвечай, мразь!

- Померла, наверно, уже. Откуда ж мне знать, - ответил возница, уже знакомым жестом хватая адера за лицо. – Обзывается еще, - проворчал громила, заливая Дин-Талю в рот свое зелье. – Я с ним, как золотом, а он ругается. Спите себе и не буяньте. Придет время, всё узнаете. А я ничего не знаю, я только приказ госпожи исполняю.

- Отпусти меня, скот, - прохрипел Тиен. – Я с тебя шкуру спу…щу…

Но зелье уже попало в кровь, и веки риора сомкнулись, он вновь затих. Громила укоризненно покачал головой и накинул на пленника мешковину.

- Угрожает он, понимаешь… Но, кривоногая, - и телега возобновила свое движение.

Замок Фарис затих. Гости получили приказание разъехаться, едва успели открыть глаза после ночных возлияний. Хозяин замка, бледный и не понимающий, в чем провинился, выслушал гневную отповедь лиора. Бедный Дин-Фарис даже не мог предположить, что Тайрад просто вымещает на нем злость. А лиор злился, у него был для этого отличный повод. У него была тысяча поводов! И один из них – Райверн Дин-Одел, урожденный Кейр.

Он пил. Пил без продыху уже два дня. На брань лиора внимания не обращал, ему было попросту плевать. И даже если бы изо рта Тайрада полился чистый яд ему на голову, Райверн откупорил бы новую бутылку.

- Как ты меня бесишь, животное! – в сердцах возопил Эли-Харт, рассматривая своего риора. Тот сидел на полу, подтянув колено к груди. Неопрятный, с бессмысленным взором. На призывы и увещевания отвечал только одно:

- Она умерла.

- Тьфу! – сплюнул лиор и умчался прочь, оставив риора зализывать новую рану.

Тайрад еще никогда так сильно не хотел свернуть шею бывшему боржцу, как в эти два дня. От него не было толку. Никакого! Еще в ночь казни, вместо того чтобы бежать вниз и разыскивать тело Альвии, Райверн ушел в покои, которые занял по собственному почину, когда заявился в замок в ночь после свадьбы, и с тех пор только и делал, что гонял прислугу в винный погреб. Хвала Богам, хмельного зелья в замке имелось немало, все-таки Дин-Фарис готовился к свадьбе, пусть и не к своей.

- Вылить бы в Архон это проклятое пойло, - проворчал Тайрад, устремляясь в замковый двор.

Стражи стремительно склонились при его появлении, но господин не обратил на них внимания. Он миновал открытые ворота и направился на ту сторону, где пробегала проклятая река. Здесь бродили ратники, разыскивая хладный труп лиори Эли-Борга.

- Бараны, - выругался Эли-Харт, рассматривая показательную суету, которую развели воины из его сопровождения.

И дураку было понятно, что тела здесь нет, и не могло быть. Река протекала слишком близко к склону, на котором стоял замок Фарис. Лиор задрал голову, посмотрел на крепостную стену. Там до сих пор свисала веревка. Добротная, крепкая. После скользнул взглядом вниз, уперся в склон, почти лишенный растительности, и переместился к реке. Альвия, сорвавшись с развязавшейся петли, свернула себе шею при падении, в этом не было никаких сомнений. При падении с такой высоты не выживешь, но потом тело скатилось в поганую реку. И хоть ширина речушки была невелика, но течение было быстрым, и теперь лиори болталась где-то там, дальше, а стадо тупых баранов продолжало изображать бурную деятельность.

Впрочем, по берегам реки рыскали, искали тело, сюда людей лиор отправил уже для очистки совести. Он не мог просто сидеть на месте и ждать, а ничего иного не оставалось. Столь тщательно подготовленная интрига, взлелеянная, продуманная, воплощенная с филигранной точностью, рушилась на глазах. Да, он все-таки поймал Альвию, да, уничтожил. А толку?! Без тела боржской гадюки невозможно было довести до конца задуманного и усадить на трон сопливую дуру Ирэйн с этим слизняком, с этим племянничком, который уже готов есть с рук своей юной жены. Хотя Тайрад и ожидал чего-то подобного. Как там сказала Альвия? Теленок? Вот уж точно. Даром что вымахал великаном, но в мальчишке нет ни родовой хватки, ни жесткости, ни решительности. Совершенно бесполезный увалень. Вместо того, чтобы сделать из жены послушную куклу, он сам виснет на ней, словно перезрелое яблоко. Ну… ничего. Ничего. В этом тоже есть польза. Во всем можно отыскать пользу. Даже в отсутствии тела Альвии.

Боржцы немного подергаются, поищут свою лиори и все равно придут на поклон к лейре Дорин. А так как ее положение будет шатким без подтверждения смерти Перворожденной, ей придется опираться на руку нового родственника. Чтобы закрепиться и усидеть на троне, как можно дольше.

- Всё хорошо, - в который раз за эти два дня повторил лиор Эли-Харт. – Но тело все-таки лучше найти. И мне так будет спокойней. Искать! – приказал он ратникам и направился обратно в замок. – Всё будет, как надо. Да.

Тайрад поднялся к покоям, где обосновались новоиспеченные супруги. Это была еще одна головная боль лиора. Его до невозможности раздражала Ирэйн. С виду милое безропотное существо, она выводила из себя Эли-Харта ослиным упрямством, которое он читал в плотно поджатых губках лейры Дорин. И пусть новая родственница продолжала разыгрывать из себя покорную овцу, но Тайрад уже предчувствовал, что ему придется сталкиваться с супругой племянника, чтобы вложить в ее голову нужные мысли. Пустоголовая дура уже мнила себя лиори! Она ничего не понимала в управлении риоратом, но в мечтах примеряла венец власти и видела себя на троне. Ее даже не особо заботило, что тела ее кузины так пока и не было найдено.

- Доброго дня, дети мои, - пропел лиор, без стука входя в покои.

- Мой господин, - риор Дин-Дорин поднялся с кресла, на котором сидел, и склонил голову перед лиором.

Его супруга, стоявшая у окна, обернулась, скользнула рассеянным взглядом по Перворожденному и коротко кивнула, словно равная равному. Тайрад скрипнул зубами, но на губах его расцвела жизнерадостная улыбка.

- Как почивалось, голубки? Поди, ворковали до рассвета. Как скоро я смогу прижать к груди ваше дитя?

- Тела так и не нашли, лиор Тайрад? – спросила Ирэйн, пропустив мимо ушей слова Перворожденного.

- Ищем, лейра Дорин, ищем, - с учтивой улыбкой ответил лиор.

Щеки женщины вспыхнули. Она поджала губы и отвернулась к окну, чтобы скрыть досаду. Тайрад усмехнулся. Он прошел к освободившемуся креслу, уселся в него, закинув ногу на ногу, и коротко вздохнул.

- Я – Борг, - вдруг донеслось от окна.

Лиор обернулся и смерил взглядом женскую фигурку.

- Дорогая моя, - сухо произнес он, продолжая рассматривать Ирэйн, - Борг вы перестали быть три ночи назад. Теперь вы – Дорин, и стать Эли-Борг можете только в своих грезах и благодаря моим интригам. Помимо того, что вы не принадлежите напрямую к роду лиора, так вы к тому же и женщина.

- Она тоже была женщиной! – воскликнула Ирэйн, стремительно обернувшись.

- Неверно, - усмехнулся Тайрад. – Она была дочерью лиора, в ее жилах бежала его кровь, и ни один ребенок мужского пола не смог бы быть в большей степени Борг, чем Альвия. Вы, лейра Дорин, лишь тень угасшего рода, не больше. И вас стоило бы с большим почтением разговаривать с тем, кто добыл вам трон, потому что без меня, самое большое, о чем вы смели мечтать – это плодить род одного из риоров Эли-Борга.

- Трон? – лейра нервно потерла руки и прошлась по покоям. Наконец, остановилась и обернулась к лиору. – Где этот трон? Я всё еще сижу здесь, вместо того, чтобы спешить в свою вотчину.

Эли-Харт склонил голову к плечу, с интересом наблюдая за женщиной, мерившей шагами пространство гостиной. Он ожидал этого разговора, высокомерие маленькой лейры, уже ни раз проскользнувшее за эти дни, все-таки вырвалось наружу, как она ни пыталась скрыть свои мысли.

- Почему вы молчите, лиор Тайрад? – возмущенно вопросила Ирэйн.

- А что вы ожидаете от меня, лейра Дорин? – не скрывая иронию, спросил в ответ Эли-Харт.

- Прекратите называть меня…

- Именем славного рода, которому вы отныне принадлежите? – изломил брови лиор. – Вы хотите оскорбить меня, своего повелителя, тем что пренебрегаете именем моего племянника?

- Вы не мой…

- Ваш, лейра Дорин, именно ваш! – рявкнул Тайрад, ударив ладонью по подлокотнику. – Вы слишком уверились в своих грезах, Ирэйн, и окончательно потеряли разум. Вы – жена моего племянника и подданного. Вы – моя подданная! Я – ваш господин и повелитель! И даже заняв трон Эли-Борга, вы не перестаете быть моей подданной, потому что вы не Борг, вы – Дорин! И чем быстрей вы уложите это в своей головке, тем быстрей начнете думать и воспринимать действительность так, как она есть. Я сажаю вас на трон! Я надену на вас венец власти! И прежде чем задирать нос и хамить своему господину, настоятельно советую подумать о последствиях, лейра Дорин. Я не всегда буду так же добр, как сейчас. И гневаться я умею, поверьте лучше на слово. Не стоит наживать врага в моем лице, вы пока никто, Ирэйн. Никто! – лиор выдохнул, провел ладонью по коротко стриженным волосам и спросил с прежней учтивой улыбкой: - Я был услышан, лейра Дорин?

Ирэйн в бессильной ярости стиснула кулаки. Лицо ее пылало от унижения и гнева, но возразить она не посмела. Как бы ей ни хотелось опровергнуть слова Тайрада, но он был прав.

- Да, - еле слышно выдавила женщина. – Простите меня, господин, я… погорячилась.

- Рад слышать, дорогая Ирэйн, - мило улыбнулся лиор. Он поднялся с кресла и поманил за собой племянника: - Идем, Лотт, мне нужно переговорить с тобой.

Мужчины направились на выход из покоев. Лейра провожала их взглядом исподлобья. Она покусывала губы и напряженно думала. Меньше всего Ирэйн хотелось сидеть в замке Фарис. Ее, как и Тайрада, угнетало бездействие, но если лиор собирался набраться терпения и ждать, то у лейры Дорин терпения не хватало. Ей нужно было вернуться, она хотела вернуться назад, будет ли найдено тело кузины, или нет. У лейры имелись собственные устремления.

- Подождите! – окрикнула она Тайрада. – Мой господин!

Лиор обернулся и насмешливо изломил бровь.

- Вы что-то еще хотите мне сказать, лейра Дорин?

- Да, спросить, - кивнула Ирэйн и приблизилась к мужчинам.

- Спрашивайте, - кивнул лиор.

- Не пора ли мне отправиться в Эли-Борг? – Тайрад открыл рот, но женщина спешно продолжила, не дав Эли-Харту ответить ей. – Известие о нападении на лиори уже достигло Фариса. Я взволнована и хочу знать, что сталось с моей сестрицей. Это же каждому понятно! Кроме нее у меня никого и не было. Альвия привезла меня в Борг после смерти моего отца, воспитывала, заботилась, и моя тревога будет каждому понятна. Я вполне могу обосноваться в Борге, пока ее разыскивают. А там совет риоров придет к выводу, что риорату нужен новый правитель, и ко мне обратятся. Разве же это не разумно?

- Нет, - коротко ответил лиор.

Он вновь развернулся к двери, но Ирэйн бросилась следом и схватила Тайрада за руку. Эли-Харт обернулся, его взгляд остановился на руке лейры, и Ирэйн отдернула ее.

- Мой господин так поспешен, - заговорила женщина, цепляясь взглядом за взгляд лиора, - а меж тем я права…

Тайрад сдержал раздражение. Он полностью развернулся в лейре, сжал ее плечи и заговорил, тщательно подбирая слова:

- Дитя мое, вы ошибаетесь. Вам не следует появляться в Борге раньше, чем совет риоров примет важное для вас решение. Поймите, Ирэйн, поспешность будет играть против нас с вами. Подозрения и без того падут на мою голову, и это совершенно разумно, потому что я сам в первую очередь начал бы себя подозревать в вероломстве, если бы уже не успел приложить к заговору руку. А если в нападении могу быть замешан я, значит, у меня есть цель. А какая цель может быть в устранении лиори, если не поставить на ее место свою подданную?

- Но…       

- Задумайтесь, дитя мое, это крайне полезное занятие, - терпеливо продолжил Тайрад. – Вы – скромная послушная девица, по крайней мере, такой выезжали из Борга. Стало быть, вы спешите сейчас в замок своего мужа, как и должно поступить любой благородной лейре. И когда вас достигли слухи о прискорбном событии, вы, испросив позволения у мужа, пишите письмо одному из советников, чтобы узнать, верно ли то, что вы узнали, и всё ли хорошо с вашей любимой сестрицей. Это правильное поведение, лишенное ненужных нам подозрений. В то время как ваш приезд только насторожит советников и приближенных Альвии. К тому же ваш супруг вовсе не порадует боржцев, он – хартий. А без Лотта вы явиться не можете. Он ваш муж, Ирэйн. Но хартиям не место в Борге до того момента, пока Совет не призовет вас. Услышьте меня, дитя мое, и собирайтесь в замок Дорин, там вам сейчас место, а не в Борге.

- Мой господин…

- Разговор окончен, - отрезал лиор. – Лотт.

- Я следую за вами, дядя.

- Хоть кто-то в этой семье еще в разуме, - фыркнул Тайрад и покинул покои супругов Дорин.

Ирэйн некоторое время смотрела на закрывшуюся дверь, стискивая кулаки. Наконец, вскинула руки и вскрикнула:

- Архон!

Лейра заметалась по покоям, пытаясь найти выход. Она зависела от Тайрада, и от послушания зависело ее будущее, это Ирэйн прекрасно понимала, как понимала и разумность его слов, но… Но! Ей нужно было вернуться, необходимо! И всё вышло бы, как нужно, если бы проклятая кузина повисла, как должно, на крепостной стене, а не отправилась ломать кости на дно пропасти.

- Всё испортила, - прошипела лейра. – Гадина!

И Тайрад хорошо. Чтоб его пожрали твари Архона! Зачем ему понадобилась эта казнь, когда можно было удавить Альвию, не сходя с места? Достаточно было приказать, и в Эли-Борге уже оплакивали бы труп лиори. А теперь что? А теперь тело Перворожденной унесло течением, и боржцы, эти упрямые ослы, будут разыскивать свою драгоценную Альвию в то время, когда могли бы уже предложить венец последней Борг! И всё потому, что вмешался этот мерзкий предатель…

- Дин-Кейр, - выдохнула Ирэйн. – Ну, конечно, Дин-Кейр!

Просияв, лейра Дорин подхватила юбки и бросилась на поиски риора. Она уже знала, где он обосновался, и очень надеялась, что Дин-Одел по-прежнему сидит у себя. Ирэйн мысленно потерла руки, она до зубовного скрежета надеялась найти союзника, и изгнанник казался именно тем, кто ей нужен.

Уже приблизившись к нужным ей дверям, Ирэйн остановилась. Она прикусила кончик ногтя на большом пальце и задумалась. Лейра знала, что предложить Дин-Оделу, но вдруг вспомнила взгляд, который бросил на нее изгнанник, когда всё уже было кончено. Нет, Ирэйн не пошла на стену, ей было достаточно потом увидеть мертвое тело, чтобы убедиться в том, что дорога к мечте свободна, но смотреть на то, как кузину повесят, женщина не хотела. Не из-за сожалений или раскаяния, нет, просто до ужаса боялась услышать, как захрустят переломанные кости, когда петля сдавит шею Альвии. Это было отвратительно. Да и супруг начал настаивать, что ей, нежной и впечатлительной не стоит смотреть, как умирает лиори. Спорить с ним Ирэйн не стала, потому осталась ждать, когда сообщат о том, что казнь свершилась.

Однако вместо вожделенных слов, Тайрад обрушил на всех, кто подвернулся под руку, целую кучу брани. Орал, размахивал руками, обещая самые страшные кары, а потом умчался прочь из замка, чтобы отыскать пропажу.

- Что произошло?! – воскликнула лейра, так ничего и не поняв из потока ругани лиора.

- Крушение надежд, - мрачно ответил Дин-Одел, как раз появившийся в дверях. А затем смерил лейру таким неприязненным взглядом, словно перед ним была мерзкая гадина, а не хорошенькая женщина.

Ирэйн развернулась и сделала несколько шагов прочь, однако заставила себя снова остановиться. Ей нужно было в Эли-Борг, нужно! Каким угодно путем, с чьей угодно помощью, но лейра Дорин собиралась туда попасть в ближайшее время. Ради этого она готова была вновь выдержать тот тяжелый взгляд, лишь бы изгнанник согласился помочь.

- В Архон, - тихо выругалась лейра, вновь развернулась и направилась к дверям Дин-Одела.

Она несмело постучалась, вдохнула поглубже, словно собиралась нырнуть в ледяную реку, и распахнула дверь, не дождавшись позволения войти.

- Кто бы там ни был, убирайся в Архон, - услышала Ирэйн и зажмурилась, благодаря Богов за то, что риор находится в покоях. – Хотя… Если ты принес еще вина, то можешь быть даже тварью из Архона, я позволяю тебе войти.

Лейра прокралась туда, откуда слышался голос, и остановилась, рассматривая мужчину, развалившегося в кресле с пустым кувшином в руках. Райверн поднял голову, закрыл один глаз ладонью и всмотрелся в нежданного посетителя.

- И вправду тварь, - пьяно хмыкнул Райверн. – Зачем вылезла из Архона, лейра?

- Риор Дин-Кейр, - высокомерно произнесла Ирэйн, - вы пьяны. Только этим я могу извинить вашу грубость…

- Плевать, - махнул рукой риор. – Вина ты не принесла.

- Разумеется, нет…

- Тогда катись назад в ту дыру, из которой вылезла. Мне твоя компания без надобности.

- Да как вы смеете?! – воскликнула возмущенная лейра.       

Райверн уже потерял к ней всякий интерес. Он поднялся на ноги и, покачиваясь, направился к столу, на котором стояли еще кувшины. Проверив каждый, риор протяжно вздохнул, уперся ладонями в столешницу и мотнул головой.

- Какой горький пьяница вылакал мои запасы? – пробурчал он.

- Риор Дин-Кейр… - попыталась воззвать к нему лейра Дорин.

Райверн обернулся, но рука его дернулась, и риор повалился на пустые кувшины. Они попадали со стола, разлетелись на черепки с громким звуком, и Дин-Одел укоризненно взглянул на Ирэйн.

- Смотри, что ты наделала лейра.

- Я хочу с вами побеседовать, риор Дин-Кейр…

- Нет вина, нет беседы, - Райверн был категоричен, и Ирэйн едва не расплакалась, понимая, что от пьяного мужчины ничего не добьется.

- Ну, послушайте…

- Нет вина, нет беседы, - риор хлопнул по столу ладонью. – У тебя в Архоне есть вино?

- Прекратите меня оскорблять!

- А ты прекрати орать, голова от тебя трещит, - Райверн поморщился и вернулся в кресло. – Надо же, какой мерзкий голос.

- Риор Дин-Кейр…

- Дин-Одел, - усмехнулся риор. – Даже в твоей гадючьей яме должны бы знать об этом. Дин-Одел, и никак иначе.

Ирэйн закатила глаза, но взяла себя в руки и решила сразу перейти к делу.

- Нет, высокородный риор, именно – Дин-Кейр. Если вы мне поможете, то я верну вам имя и объявлю запрет на месть. Вы сможете вернуться в Эли-Борг и служить мне, своей госпоже.

Райверн мотнул головой. Затем прочистил ухо и снова посмотрел на лейру. Та, посчитав внимание риора добрым знаком, улыбнулась и продолжила:

- Да-да, риор Дин-Кейр, у вас есть шанс начать всё заново не на чужбине, а на родной земле. Мне нужна за это небольшая услуга, всего лишь помогите уговорить лиора отпустить меня в Эли-Борг. И как только я надену венец власти, указ о вашем помиловании будет одним из первых, что я оглашу принародно. Подумайте, риор Дин-Кейр, сущий пустяк за возвращение на родную землю.

Райверн снова встал с кресла. Он неспешно наступал на лейру Дорин, не сводя с нее мутноватого взгляда суженых глаз. И она дрогнула. Уверенное выражение сползло с лица вместе с чуть лукавой улыбкой. Ирэйн гулко сглотнула и отступила назад. Она пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в стену. Риор упер ладони по обе стороны от ее головы и приблизил свое лицо к женскому личику.

- Стало быть, вернешь имя, - заговорил он, обдав лейру винным перегаром. – Как только наденешь венец…

- Д-да, - запнувшись, ответила Ирэйн. – Отойдите, риор Дин-Одел, я буду кричать…

- Мра-азь, - протянул Райверн, не обращая внимания на слова лейры. – Ее тело еще даже не предано земле, а ты уже измеряешь своим задом ее трон.

- Но я буду лиори…

- Она была лиори, а ты так и останешься змеей, предавшей свою госпожу, - криво усмехнулся риор и оттолкнулся от стены, чтобы отойти от Ирэйн.

- Ты тоже предатель! – воскликнула она, и Райверн стремительно обернулся.

Его пальцы сжались на горле лейры Дорин. Он вновь склонился к ее лицу.

- Я. Не. Предавал, - отчеканил мужчина, глядя в глаза Ирэйн.

- Но ты сам назначил ей смерть… - просипела Ирэйн, пытаясь разжать пальцы риора.

- Тайрад наказал меня этим за ослушание! И не ответь я ему, он бы заставил меня убить Альвию своими руками.

- Пус…ти, - прохрипела лейра.

Райверн отшвырнул ее в сторону и отвернулся спиной. После закинул назад голову и накрыл лицо руками.

- Риор…                  

- Убирайся! – вдруг заорал Дин-Одел. – Ползи назад в Архон, гадюка, и не смей возвращаться со своими придумками! Лиори… - выплюнул Райверн и побрел к своему креслу.

Он поднял кувшин, снова заглянул внутрь, затем размахнулся и швырнул в сторону Ирэйн. Кувшин ударился о стену и разлетелся на черепки. Женщина взвизгнула и бросилась прочь из покоев пьяного риора.

- Пошипи прислуге, чтобы мне еще принесли этого замечательного пойла! – крикнул ей вслед Райверн и криво ухмыльнулся, когда дверь захлопнулась: - Лиори… Тьфу, мерзость.

Ирэйн обернулась, взглянула на двери покоев. Злые слезы обиды и разочарования бежали по ее щекам. Женщина стерла их и выругалась:

- Провались ты в Архон, проклятый пьяница! – после поспешила к своим покоям, надеясь, что ее отсутствие еще не обнаружено.

Райверн ссутулился, уперся локтями в широко разведенные колени и с тоской посмотрел на разбитый кувшин. После протяжно вздохнул и поднялся на ноги.

- Чтоб твари Архона драли Фариса, - проворчал мужчина. – Как можно было сделать пол таким кривым? Наверное, специально, чтобы высокородные риоры оступались на нем и разбивали свои благородные носы. Не иначе заговор.

Качаясь и опираясь рукой о стену, он добрался до выходов из покоев и крикнул, открыв дверь:

- Эй! Кто там есть?

Никто не отозвался. Должно быть, устав бегать в подвал, слуги поспешили покинуть эту часть замка. Покричав еще, Райверн выбрался из покоев и побрел по коридору, продолжая бранить хозяина замка за кривые полы и стены. Остановившись, чтобы перевести дыхание, риор услышал голоса. Он узнал лиора, усмехнулся и направился к нему.

- Тряпка! Телок! – бушевал Тайрад, кого-то отчитывая. – Твоя мать, моя кузина, должно быть, сама пришила тебе естество, чтобы выдать девицу за мальчика!

- Господин… - раздался в ответ голос его племянника.

- Молчать, недоразумение! – гаркнул лиор.

- А я вовремя, - ухмыльнулся Райверн. Он толкнул дверь и ввалился в покои господина.

Тайрад обернулся и скривился:

- Чего тебе, Райв? Фу, ты жутко выглядишь. И пахнешь.

- Я пахну благородным красным из подвалов нашего доброго хозяина, - не согласился Дин-Кейр. – И собираюсь пахнуть им еще больше. Кстати, не прикажет ли мой господин, чтобы его верному слуге принесли еще пару кувшинов, дабы приятный запах не выветрился из моей глотки?

- Животное! – возопил лиор. – Как же вы мне все надоели! Дурачье! Мерзкое безголовое дурачье! Один не может показать своей жене, где ее место! Второй пьян, как свинья! У одного счастливая любовь, у второго несчастная, а страдаю из-за всего этого я!

- Не опошляй моего горя, Тай, - набычился Райверн. – Сначала ты разрушил мои надежды на счастье, после и вовсе убил дорогую мне женщину…

- Восемь лет, Райв! У тебя было восемь лет, чтобы угомониться! – взъярился лиор с новой силой.

- Ее невозможно забыть, - пьяно всхлипнул Дин-Кейр. – А ты убил…

- Тьфу! – сплюнул Тайрад. Он закрыл глаза, медленно выдохнул и вновь посмотрел на Райверна. – Убирайся в Архон, сопляк! Видеть тебя не желаю, скотина. Чтобы сейчас же отправлялся в свой замок и там издевался над слугами. Но как только очухаешься, немедленно в Харт! Будем решать вопрос с дайрами. Понял меня?

- Как угодно моему господину, - в шутовском поклоне согнулся риор.

- Пошел вон!

Вскоре скакун Дин-Кейра уносил своего всадника прочь от Фариса. Стражи с интересом наблюдали эту скачку и даже затеяли спор: сверзится на землю высокородный риор, то и дело кренившийся с седла, или же все-таки удержится. Наконец, конь свернул за рощу, и стражники, ставившие на усидчивость седока, забрали свой выигрыш, риор так и не свалился.

Райверн свернул за рощей на неприметную тропу и добрался до домика егеря, когда-то жившего здесь. Здесь он все-таки съехал на землю, сильно приложился бедром и выругался. Затем потряс головой, достал из кармана маленькую бутылочку с бурым снадобьем и залпом осушил содержимое.

- Дрянь же какая, - скривился риор.

Он откинулся на спину и некоторое время лежал с закрытыми глазами, пока не скрипнула дверь, и к нему не вышел худощавый мужчина.

- Высокородный…

- Помолчи, - велел Дин-Кейр, подняв руку. Он некоторое время просто глубоко дышал, сживаясь с выпитым снадобьем. Наконец, сел и ожесточенно растер лицо ладонями. – Какая же все-таки мерзость.

- Ну и вид у вас, хозяин, - покачал головой прислужник.

- Ты бы в себя столько вина влил за два дня, - усмехнулся риор, поднимаясь на ноги.

Глаза его утеряли пьяную муть, хмель стремительно покидал голову и тело. Отряхнувшись и кое-как пригладив взъерошенные волосы, Райверн направился в сторожку. Он замер на пороге, судорожно вздохнул и шагнул внутрь.

- Кейр-р, твар-рь…

- Как же приятно слышать твой голос, Али, - осклабился риор.

- Убью.                            

- Я рад, что ты благодарна мне за свое спасение.

Он остановился напротив своей пленницы, чьи руки и ноги был связаны путами.

- Развяжи меня, мразь, - ледяным тоном потребовала лиори.

- Непременно, Перворожденная, но не сейчас. Моя шея мне дорога, а ты свернешь ее и не заметишь, - уверил Райверн, присаживаясь на корточки напротив лиори.

- Что ты намереваешься делать? – настороженно спросила Альвия.

- Забрать отсюда, что же еще, - пожал плечами риор, продолжая скользить взглядом по гордым чертам лиори.

- А потом?

- Не знаю, - устало сознался Дин-Кейр. – Сначала мы немного прогуляемся.

Он распрямился и достал из кармана шнурок с невзрачной подвеской. Шагнул к Альвии и опустился рядом на колени.

- Что это? – она мотнула головой, но Райверн перехватил женщину и надел шнурок ей на шею.

- Приятных снов, - усмехнулся Дин-Кейр. – И до скорой встречи.

- Ненавижу, - выдохнула Альвия и повалилась на руки риору.

- Знаю, - невесело усмехнулся Райверн.

После поднял заснувшую лиори и вынес из домика. Там передал своему слуге:

- Подашь.

Забрался в седло и принял Перворожденную. Он бережно поправил голову Альвии на своем плече и посмотрел на слугу.

- Нагоняй, ждать не буду. Если отстанешь, как Путь открыть, ты знаешь. Возвращайся в Одел.

- Понял.

- Умница моя, - усмехнулся риор.

И конь сорвался с места, унося всадника с его добычей. Мужчина проводил Дин-Кейра взглядом и пошел запрягать свою лошадку. Ему спешить было некуда, опасную ношу увозил его хозяин, а свою роль в представлении верный слуга уже отыграл.