Глава 14

Вошла Эме.

– Что он говорил? Собирается жаловаться на нападение?

– Не думаю. – Об этом я его даже не спросила, однако теперь мне абсолютно наплевать. Как ни крути, а поступать он будет только так, как считает правильным.

Эме шагнула к раковине и занялась отчаянно капающим краном.

– Ты его включала?

Я помотала головой.

– Нам надо поставить Конгрегацию в известность, что у тебя проявились первые способности стихийной ведьмы. – Она нахмурилась. – Возможно, нам удастся скрыть обстоятельства, при которых мы это поняли. Все-таки никто не ранен. Только сорвало пару крыш, о чем уже позаботилась Роза. Но по деревне поползло много слухов. Большинство предполагает, что Конгрегация наконец пришлет войска для обороны.

– Давайте пока не отнимать у них надежду. – К нам присоединилась Маэль. – А тем временем они продолжают тайно вывозить ведьм и колдунов за стену. Калеб снова это подтвердил.

– И откуда у этого демона такие сведения? – фыркнула Эме, но я заметила тревогу у нее на лице.

– Эш утверждает, что это просто слухи, – вставила я.

– Можешь спокойно спросить у Калеба сама, – ответила Маэль на вопрос Эме. – Уверена, не пройдет много времени, как он снова сюда явится. Недавно я встретила его у Констанс. Она ему что-то испекла.

– Рада за него. Я сказала ему больше сюда не приходить. Нам нельзя иметь дело с демоном, даже если в нем на удивление мало демонического.

– Верно, он слишком милый и вежливый для монстра, – отозвалась Маэль.

– Вообще-то я считаю, что он слишком наглый и бесстыжий, – парировала Эме.

– Не ко мне. Однако я и не пыталась отравить его любовным наркотиком.

Эме залилась краской.

– Это вышло случайно.

– Да, конечно, а я могу затмить солнце, – посмеялась над Эме Маэль. – Признайся уже, что он тебя пугает. Ты боишься, что не сумеешь противостоять его шарму. У меня для тебя хорошие новости – ты и не сумеешь, если он доведет дело до этого.

Эме в панике сглотнула. Кажется, мне пора вмешаться.

– У нас есть более важные темы для обсуждения. Вариант с черномагическими артефактами отметается. В наших руках только атаме. Между прочим, а где кинжал? – спросила я у Эме. Со всем этим дерьмом я про него совсем забыла.

– Я убрала его в шкаф. Тебе нужно решить, что ты будешь с ним делать. Он очень ценный.

– Мы собирались предложить его Регулюсу. Так или иначе, но новые территории он получить не должен. Богатств Ложи он не хочет, а Эзра не позволит Софии и Михаилу вести с ним переговоры один на один. К тому же мы даже не в курсе, что они планируют ему предложить. Может, ему окажется достаточно кинжала.

– Я не ощущаю на клинке черной магии. Для чего он ему тогда? На твоем месте я бы оставила кинжал себе.

Я покачала головой. Он всегда будет напоминать мне об Эзре, Гламоргане и том поцелуе.

– Существует вероятность, что собственными переговорами София и Михаил стремятся лишь потянуть время, чтобы перевезти всех ведьм и колдунов из Франции, – рассуждала Маэль. – Это означало бы, что они окончательно сдают Францию, так как ждут скорого прорыва. Возможно, используя тех ведьм и колдунов, которых сейчас вытаскивают, они хотят укрепить оборону по ту сторону стены.

Эме кивнула.

– По сути, самым разумным для нас было бы тоже уехать. Мы могли бы взять с собой Розу и Констанс. Тогда за нами последуют еще Адриан и Тереза. Свою миссию мы провалили.

Да, провалили, и почему? Потому что я надеялась на что-то, что потеряла уже два года назад. Мне следовало не целоваться с Эзрой, а взывать к его совести. Но я думала исключительно о себе и о своих чувствах, а не о том, что грозит людям, которые зависели от решений Эзры – а каким-то образом мы все от них зависели.

– А других бросим тут без защиты? – задала вопрос я. – В замке полно женщин и детей. Эзра со своими магами одни мало что смогут сделать против Регулюса. Ведь кто знает, сколько ведьм и колдунов останутся, если получат шанс покинуть Францию? – От угрызений совести у меня практически сдавило горло.

– После свадьбы на его стороне будут Аарванд Коралисский и Альтаир де Маскун, – напомнила мне Маэль. – Вместе им точно удастся победить Регулюса. Тогда мы всегда сможем вернуться.

– Неправильно просто уйти, – спорила я. – Мы говорили, что останемся. И если будут раненые, то должен быть и кто-то, кто о них позаботится.

Погрузившись в собственные мысли, Маэль кивнула.

– У нас еще есть несколько дней, необязательно торопиться. Посмотрим, что скажет по этому поводу Эш. Можем подождать с принятием решения, пока он не приедет сюда с Софией и Михаилом.

– А до тех пор нужно выяснить, какая стихия тебе подчиняется. Вода или воздух, – деловито заявила Эме. – Было крайне опрометчиво с твоей стороны призывать грозу, но я за тебя рада. Твоя магия вернулась. – Она вся буквально светилась. – Ты так об этом мечтала.

– Если воздух, то это отличный способ защищаться, – добавила Маэль. – Кто бы мог подумать. Моя младшая сестренка управляет стихией. Надо было тебе намного раньше поцеловаться с Эзрой, и не отнекивайся. Эта Вега вас застукала. Вот почему ты была вне себя. Давай отпразднуем возвращение твоей магии.

– Откуда ты знаешь, что мы с Эзрой целовались?

С оттенком сочувствия на лице Маэль покосилась на меня:

– А ты как думаешь? Аделаиза рассказала Лорану, а тот, в свою очередь, Констанс. Та передала мне, а до меня – Калебу.

Я застонала:

– Можно было бы просто повесить плакат в Le Coq, – предложила я. – Чтобы никто не пропустил такую новость.

Маэль оскалилась.

– А уже нет смысла. Само собой, Аделаиза поделилась с Розой, и когда сегодня утром Адриан занес хлеб, то попросил меня передать тебе, что Эзра для него умер.

Я спрятала лицо в ладонях.

– Напомните, почему я так хотела возвратиться в это проклятое захолустье? – протянула я, выглядывая между пальцами.

– Потому что хотела заново отыскать свою магию. – Эме утешающе погладила меня по руке. – И ты это сделала. Это единственное, что имеет значение. Пусть себе болтают.

Я отняла руки от лица, которое, вне сомнений, все еще оставалось ярко-красного цвета.

– Итак, воздух или вода? – чтобы сменить тему, спросила я Эме. – Как ты считаешь?

– В пользу воды говорит дождь, а в пользу воздуха – ураган. – Первое время способности стихийников часто были неопределенными.

– Чтобы по-настоящему овладеть стихией, потребуются годы подготовки. Вот засада. Почему я не унаследовала папин дар? Тогда я могла бы отправиться в другое время и оттуда попробовать что-то изменить.

– Как раз это-то и запрещено. Мы заставим тебя еще раз наизусть выучить свод правил. Время нельзя менять.

Дурацкие всезнайки. Я закатила глаза.

– У нас в семье когда-нибудь рождались стихийные ведьмы?

– Не знаю, но, скорее всего, да. Наш род такой древний, когда-то такая сила наверняка проявлялась.

На самом деле с уверенностью сказать невозможно. О способностях отца нам, например, тоже больше ничего не известно, кроме того, что он был колдуном времени. Какими силами обладали предки по линии его семьи, тоже непонятно.

– Да и неважно. Как мне это выяснить? Ваши предложения? Мне попытаться устроить бурю в стакане с водой?

Маэль ухмыльнулась.

– Тогда на улице, пожалуйста, не хочу, чтобы ты затопила дом.

– То, что вчера ты так управляла воздухом, вероятно, действительно во многом связано с выплеском эмоций. В этом проявился твой дар, – вслух размышляла Эме.

В результате окажется, что я еще должна быть благодарна Эзре за то, что он вызвал у меня такие эмоции. Все лучше и лучше.

– И что мне делать?

– Сначала тебе нужно принять дар. – Эме отодвинула стул и села. – Стихийницам всегда приходилось нелегко. Их силы огромны, и ими нередко злоупотребляли. Ими одновременно восхищаются и боятся их, потому что эти силы часто непредсказуемы.

– Все это я знаю, но все равно их хочу. Ты реально думаешь, что именно сейчас я от них откажусь? Это же безумие.

– Тут она права, – вмешалась Маэль. – Вианна может оказать большую помощь.

– Но еще пара дней в запасе у нас есть, – сказала Эме. – Если не контролировать эту способность, она принесет больше вреда, чем пользы.

– Тогда мне надо как можно быстрее начать ее тренировать. Я понимаю твои опасения, но не откажусь от дара, даже если ты из кожи вон вылезешь.

– Упрямая и своенравная, наш маленький Скорпион, – засмеялась Маэль. – Готовь свое жало, оно тебе поможет.

– Ладно-ладно, – сдалась Эме. – Но потом не говори, что я тебя не предупреждала. Ты чувствуешь себя достаточно сильной для них? Ты должна овладеть магией и не дать ей завладеть тобой. Если допустишь это, она может тебя уничтожить.

– Да, да. – Любая магия имела шансы стать необузданной, если не держать ее в узде, а я свою спустила с поводка. Такого со мной больше никогда не повторится.

– Хорошо. Я позвонила Розе. Она скоро будет здесь. Конечно, она не стихийница, но у нее есть опыт в ритуалах принятия. Тут она тебе поможет.

Мы с Маэль уставились на нее, но Эме лишь самодовольно улыбнулась. Она все еще была в той смешной кофте. Но сейчас хотя бы надела под нее брюки и футболку.

– Я знала, что мне тебя не переубедить, поэтому приняла необходимые меры заранее.

Маэль весело расхохоталась и чмокнула Эме в щеку.

– Что бы мы без тебя делали?

В этот момент в дверь постучали, и вскоре на кухне уже стояла Роза. На локте у нее висела корзина.

– Девочки, – поздоровалась она и обняла нас. – У нас мало времени. Давайте сразу приступим. Может, это вообще была ложная тревога из-за сами знаете кого, – предостерегла меня она.

– А может, и нет, – вскочила я. Точно нет. Я чувствовала эту магию внутри. Она там и отныне никуда не уйдет.

– Не хочешь взять с собой атаме? – спросила Эме, уже направляясь к шкафу.

Сестра протянула мне клинок, и Роза с интересом взглянула на него.

– Откуда он взялся?

Я ненадолго замешкалась.

– Я принесла его из Гламоргана.

Она тихо присвистнула и покачала головой.

– Клянусь богинями, – прошептала она, – этот подарок потребует свою цену.

– Тебе известно, кому он принадлежал? Выглядит ценным.

– Мне это известно даже слишком хорошо, – сказала она. – Он передавался в вашей семье от поколения к поколению.

Теперь уже мы втроем уставились на нее.

– Я еще ни разу не видела его до сих пор, – первой заговорила Эме. – Как он попал в Гламорган?

Роза явно боролась с собой.

– Ваша бабушка вам этого не рассказывала, да и вы тогда были чересчур маленькими, но когда ваш отец пропал, он забрал с собой не только сердце вашей матери. Кроме него, он украл атаме и гримуар вашей бабушки. И то и другое более трех столетий принадлежало вашему роду. Такой позор. Мы пытались его найти. Я даже искала его через сны вашей мамы. Но все оказалось безнадежно. Он слишком хорошо спрятался во времени. – Роза была сомнией. Она умела входить в сны других людей, влиять на них и управлять ими. Дар, которым она нечасто пользовалась.

– Он украл и то и другое? – не веря, переспросила Маэль. – Как он посмел так поступить?

– Возможно, изначально он просто собирался взять их на время. – Слова Розы прозвучали не очень убедительно. – Это случилось в ночь твоего рождения. – Теперь она перевела взгляд на меня. – В любом случае ты теперь полноправная хозяйка атаме. Он тебя узнал.

– Мы втроем, – задумчиво произнесла я. – Он принадлежит нам троим. – Больше всего мне хотелось его бросить. Клинок словно обжигал мне пальцы.

Маэль отстегнула ремень, на котором сама носила атаме. Обычно ведьма получала такой кинжал лишь после ритуала посвящения. Сестра вытащила свой клинок и отдала мне ремень.

– Вот. Надень его и возьми клинок с собой. У меня предчувствие, что он тебе сегодня понадобится.

Роза ободряюще кивнула:

– Она права. В будущем носи его с собой.

Трясущимися руками я надела пояс и закрепила атаме в шлевке. Теперь я готова. Эме и Маэль обняли меня.

– Мы подождем здесь. – Эме поцеловала меня в щеку. – Не бойся.

– Да ладно, ты крута, сестренка. – Маэль погладила меня по волосам. Я заметила влажный блеск в ее глазах. – Мы так тобой гордимся.

На какой-то миг мне вообще расхотелось куда-то идти. И захотелось остаться на кухне, в окружении тепла и заботы сестер. Но я задолжала это себе и им. А потому кивнула и пошла к Розе, которая с улыбкой дожидалась меня возле кухонной двери.

– Как же я желаю, чтобы твоя mémé могла сегодня сделать это для тебя. Но для меня честь быть здесь вместо нее.

– Почему дар обнаружился лишь сейчас? – спросила я Розу, пока мы шли в дальний конец сада. – Разве я не должна была ощущать что-то еще в детстве? – В случае с Эме и Маэль мы довольно рано узнали, какие способности будут развиваться у каждой из них. У меня же в первые пятнадцать лет все казалось весьма непонятным. Это всегда сбивало меня с толку.

– Магия стихийной ведьмы проявляется так поздно, поскольку требуется очень много самообладания, чтобы овладеть такой мощью. Видимо, сейчас ты достаточно сильна для нее.

– Надеюсь. При Эме и Маэль я бы никогда не призналась, но все-таки это немножко пугает.

Роза улыбнулась:

– В следующий раз ты будешь лучше ее контролировать. Похоже, вчера был по-настоящему волнительный вечер.

Я покраснела.

– Твои бы слова да Керидвен в уши, – пробормотала я и замерла, когда она остановилась. Оглядевшись, Роза удовлетворенно кивнула. Здесь внизу росли только наши фруктовые деревья. Эта часть сада не просматривалась с улицы. Перед нами протекал ручей, в котором сегодня утром исчез Калеб.

– Хорошо, – сказала Роза, еще раз окинув взглядом окружающую обстановку. – Давай-ка посмотрим. Что тебе известно об энергии стихий? Она вытащила из корзины три длинные ленты, и я шарахнулась в сторону, потому что они напомнили мне веревку в Зале мистерий.

– Их четыре: воздух, вода, огонь и земля. На самом деле есть еще пятая – эфир. В круге стихий вода и воздух расположены рядом и образуют полюс, противоположный огню и земле. Эфир объединяет оба полюса и стоит выше четырех других стихий. Это единственная стихия, которой нельзя управлять.

Роза довольно кивнула.

– Когда Эме позвонила, я уже догадалась, что у этой грозы неестественная причина. Водная стихия тебе подходит, и ясно, почему она высвободилась лишь сейчас. Она помогает рожденным под знаком Скорпиона наконец отпустить то, за что они слишком крепко держатся. – Я внимательно ее слушала. – Но водная магия может нанести большой вред, если ты к ней прибегнешь.

– Заклинания на поражение запрещены, – на автомате выпалила я, так как каждой ведьме твердили это практически с рождения.

– И всегда об этом помни, юная леди. – Само собой, она в курсе заклятия Nocere, которое я сотворила прошлой ночью. – Чувства и магия – плохая смесь. Проявляй уважение ко всем стихиям. Сними обувь. Тебе нужна непосредственная связь с богинями. – Она терпеливо ждала, пока я стягивала ботинки и гетры. Из-под них сверкнул браслет Арианы, но я не знала, видим ли он для Розы. Позже спрошу у нее, что думать о приглашении богини.

– Теперь выложи руну воды. – Роза передала мне яркие ленты.

Взяв их, я изобразила на траве три изогнутые линии. Земля под моими ступнями казалась теплой и в то же время сырой.

Роза осталась довольна, кивнула и достала из корзины четыре листа. Все они были разных цветов. Красный для огня, синий для воды, зеленый для земли и желтый для воздуха.

– Разложи их по кругу вокруг рун.

– Воздух на востоке, – пробормотала я. – Огонь на юге, земля на западе и вода на севере. – В магическом ритуале следовало соблюдать точный порядок. Всему этому научила меня mémé. Достаточно одной-единственной ошибки, и все пойдет не так. Рисковать мне не хотелось.

– Твоя стихия примет тебя и признает твое влияние. Но ты никогда не должна ею злоупотреблять, – произнесла Роза.

Я встала около нее. Рядом тихо журчал ручей. Ветер шевелил цветы на фруктовых деревьях. Трава щекотала мои голые лодыжки, и я ощущала пульсирующие волны энергии, поднимавшиеся глубоко из недр земли. Броселианд со всеми его мистическими уголками неспроста находился в Верхней Бретани. Здесь пересекались два мощных силовых потока и питали это место энергией, которая теперь росла во мне.

– Встань на колени и закрой глаза. Тебе надо молчать. Свяжи свой дух с землей, воздухом, водой и огнем внутри тебя. Богини укажут тебе путь. Им ты обязана этой силой – и не забывай, они могут вновь ее отнять. – Она поставила чашу, насыпала в нее трав и подожгла уголек. В небо сразу взвился дымок, образуя странные маленькие кружочки – так, как нормальный дым себя никогда не ведет. Я раскрыла ладони и прижала их к земле. Роза встала у меня за спиной и распустила мне волосы. Ими тут же принялся играть ветер. – Это ты должна сделать одна. Желаю тебе удачи, маленькая моя.

Как она уходила, я уже не слышала, потому что в меня хлынула энергия. Меня подкинуло вверх, хотя я понимала, что все еще стояла на коленях на теплой влажной земле. Затылок начало покалывать от жара, который распространялся по всему телу. За закрытыми веками мерцало пламя, в то время как ледяной пот холодил мое слишком разгоряченное тело. А затем все ощущения пропали. Жар, холод, капли пота на теле. Впечатление было такое, как будто с моего тела и души спали невидимые оковы. Надо мной надрывался ледяной ветер, пока по спине хлестал дождь из искр. Я стиснула зубы и держала глаза закрытыми. Роза о подобном ничего не говорила, но несмотря на это, я рылась в своей памяти, подбирая заклинание, способное меня поддержать. Заклинаний я выучила бесчисленное множество, просто уже несколько лет не могла ими пользоваться. А сейчас самое подходящее время облегчить боль. Мой разум окутала тьма, перед внутренним взором вспыхнул огонь, и я вложила в него руку. Полился дождь, затушивший пламя. Вода собралась в лужицу, в которой отражалось мое лицо. Из земли прорезались маленькие зеленые листочки какого-то растения и, раскрываясь, поднимались выше и выше. Налетел ветер и сорвал листья с хрупкого стебелька. Картинка померкла, однако потом в воде отразилась холодная полная луна, и секунду спустя на нее закапала кровь. Клубы тумана помешали мне увидеть, что произошло дальше, но я услышала звон мечей. Запрокинув голову, я распахнула глаза и моментально выругалась. Я прервала ритуал. Звуки битвы наверняка испытывали мою концентрацию, а я не справилась.

С удивлением я начала озираться по сторонам. У меня галлюцинации? Теперь я упиралась коленями не в траву, а в прохладный темный мох, и была уже не в нашем саду, а в дубовой роще. Солнечные лучи пробивали себе путь через молодую насыщенно-зеленую листву. Посреди рощи стоял гигантский котел, над которым вился светлый дым. В таких рощах жрицы былых времен проводили свои ритуалы. Многие из них сегодня забыты. По сути, мы, ведьмы, обладали сейчас лишь крупицей той магии, которую жрицы и друиды считали само собой разумеющейся. Но мы все еще молились тем же богиням. И это связывало нас сквозь время. Но почему я здесь? И прежде всего – это реальность или иллюзия?

Из-за деревьев вышли четыре женщины – первая носила темно-красное одеяние, на котором сверкали звезды. У нее были длинные медно-рыжие волосы. Вторая полностью в белом, даже ее волосы, кожа и брови казались лишенными цвета. Третья женщина оказалась блондинкой, одетой в голубое платье с синими полумесяцами. Оно оставляло открытыми ее руки, до самой шеи увитые серебряными нитями. Они образовывали красивое переплетение магических заклинаний, но покрывали обожженную кожу. Ее я узнала моментально и отступила на шаг назад. Это Ариана, колдунья. Она улыбнулась, словно почувствовав мой страх. Четвертая женщина была вся в черном, а ее волосы имели оттенок самой мрачной ночи. Они остановились рядом с котлом и молча смотрели на меня. Я моргнула, но галлюцинация не исчезла. Передо мной стояли четыре богини. Бригида – богиня света. Керидвен – богиня-мать, Ариана – колдунья и Морриган – великая королева и богиня теней и ночи. Они вчетвером вершили судьбу мира, распоряжались жизнью и смертью, началом и концом, светом и тьмой. Они не выглядели злыми, тем не менее при виде них меня затрясло.

– Чего ты желаешь, дитя мое? – ласково спросила Бригида. – Как ты прошла через Завесу?

Этого я не знала. Но это не тот ответ, который дашь богине.

– Я ее пригласила, – к моему удивлению, сказала Ариана. – Она дитя детей и сестра сестер. – Голос Арианы был звонким и чистым. – На ней знаки Морриган, и она побывала в Гламоргане.

Морриган прищурилась:

– Хочешь остаться с нами? Мы научим тебя всему, что знаем сами. Ты станешь нашей первой послушницей после Вивианы.

– Как надолго мне придется задержаться? – глухо спросила я.

– Десятилетия и столетия ничего не значат. Время рождается и умирает, – нараспев пояснила Керидвен. – Наша мудрость бесконечна. Мы могли бы учить тебя чему-то до скончания времен, и это все будет лишь толика от того, что мы знаем.

– Тогда мне нельзя оставаться, – заявила я твердым голосом. – Мне надо обратно. Я нужна своим сестрам.

Морриган изогнула бровь:

– Ты отклоняешь предложение богинь?

– Я не могу бросить в беде людей, которых люблю. Они нуждаются во мне сильнее, чем я в ваших знаниях.

Бригида удовлетворенно кивнула.

– Мудрый ответ, девочка, – произнесла она низким, очень мелодичным голосом. – Ты в любой момент сможешь пройти к нам сквозь Завесу, когда твоя миссия будет завершена. Она много от тебя потребует. Я вижу в тебе боль, страх и гнев. Отпусти эти чувства и доверься нашей мудрости. Людям предстоят тяжелые времена.

– Тогда вы должны что-то для них сделать! – вырвалось у меня.

Морриган поджала губы в ответ на мое наглое требование, но Ариана миролюбиво улыбнулась:

– Нашим созданиям нужно найти свой собственный путь, – объяснила она. – Мы можем только направлять их.

Максимально неудовлетворительный ответ. Бригида вышла вперед и приблизилась ко мне. С каждым шагом она все сильнее поражала меня своим величием. Я хотела отойти, но ноги словно приросли к земле. Возле нее кружился ветер. Когда богиня дошла до меня, то взяла за руку и начертила на ней несколько линий.

– Доверься своим чувствам и своей вере. – Бригида накрыла мою щеку ладонью, а затем у меня перед лицом опустилась прозрачная пелена.

Открыв глаза, я обнаружила, что лежу на траве. Солнце уже закатилось за деревья. Раздался визг, за которым последовал оглушительный рев. Я выпрямилась. Каждая косточка в теле болела, как будто я простояла тут на коленях много часов. Три ленты лежали на земле нетронутыми, однако листки изменились. Застонав, я осторожно встала и шагнула к листу воздуха. На бумаге была выжжена руна. Так же как и на листке, соответствующем стихии воды. Две стихии. Это означало, что я способна управлять двумя стихиями? Кончиками пальцев я подобрала эти бумажки и направилась к двум оставшимся. И увидев их, не поверила своим глазам. На них тоже стояли руны для ритуального заклинания. Но это невозможно. Не существовало ведьм, владеющих четырьмя стихиями. Тут налицо какая-то ошибка или неудачная шутка богинь. Одним рывком я разорвала все четыре листа. Розе придется провести со мной ритуал заново. Наверное, я задремала, и мне приснился сон. Прошлой ночью я мало спала, а если добавить работу в саду и осознание, что я окончательно потеряла Эзру… Руки от локтей до ладоней пронзила обжигающая боль. Выронив ленты и листки бумаги, я закатала рукава свитера. Разноцветные руны всех четырех стихий прожигались прямо у меня на предплечьях. Каждая руна была написана словно бы другим почерком. Только на моей светлой коже они выглядели как раны. Нет, я этого не хотела. Я начала их тереть, но от этого они жгли лишь еще сильнее. Невидимая рука закончила выводить последний завиток. Мне это показалось настоящей насмешкой. Богини что, наказывали меня за то, что я не осталась с ними? Подобное в их духе. Или они полагали, что я обрадуюсь этому подарку? Больше ошибиться просто нельзя. Такого подарка я не желала. Этот дар наделял меня безграничной силой, а сила способна сотворить с человеком страшные вещи. Особенно когда ее слишком много. Почему богини так со мной поступили? Я просто хотела вернуть свою магию. Ни больше ни меньше. И что мне теперь делать? Роза, Эме и Маэль ждали меня на кухне. Что я им скажу? Правда напугает их точно так же, как и меня. Но если совру сейчас, то придется врать всегда. Я не хотела предавать сестер. Но этот дар подвергнет опасности нас троих. Стоит о нем узнать Конгрегации… Эме меня предупреждала, но теперь уже поздно отказываться от силы. Пора возвращаться, пока солнце совсем не село и они не начали волноваться. Наружу они не выйдут. Если потревожишь магический ритуал, это может обернуться для тебе смертью. Снова послышалось шипение. Но на этот раз совсем близко. Оглянувшись на звук, я попятилась назад. На противоположной стороне ручья стояли три демона. Их тела покрывала чешуя, а ноги заканчивались копытами. Один почесал когтями свою поросшую редкими волосами грудь и наклонил голову, похожую на крокодилью. Он принюхивался, чтобы почуять след. Я отшатнулась, но демон слишком проворно для своего телосложения перескочил через ручей. Другие последовали за ним. За пару мгновений я оказалась окружена. На лбу у меня выступила испарина. Действуя заодно, они втроем смыкали круг. Один зашипел таким высоким тоном, что все нервные окончания у меня будто бы завибрировали. Второй поднял лапы, и когти блеснули, как металлические. А в следующий миг третий демон прыгнул на меня. Я дернулась в сторону, но недостаточно быстро. Когти вонзились мне в ногу, оставляя глубокие порезы. Я громко вскрикнула, однако на ногах удержалась и отпрянула.

– Aeris vertigo! – выпалила я, неуверенная, что это правильное заклинание. Воздух закрутился, как маленькая воронка, и отбросил демона назад. Тот замахал руками и упал в ручей. Воздушный водоворот стих. Второй демон тоже отодвинулся к ручью, в то время как третий наступал на меня. Нога у меня горела огнем, но я стиснула зубы.

– Educia! – Я сунула руки в землю, а потом выбросила их в его сторону. Земля вздыбилась, и демон споткнулся. Воспользовавшись передышкой, я выхватила из пояса атаме. Едва он оказался у меня в руках, позади что-то зашипело. Каким-то образом один из монстров подкрался ко мне со спины. Я развернулась и воткнула лезвие ему в живот. По руке заструилась теплая кровь. В глазах демона отразилось что-то вроде удивления, и он осел вниз. Но оставалось еще двое. С кинжалом наготове я повернулась к ним. Они вновь стояли по ту сторону ручья, уставившись на воду, по которой пошла рябь, а потом она стала бурлить все сильнее. Я сглотнула. Что еще меня там ждало? Один из демонов вскинул голову и, шипя, впился в меня взглядом. Я напряженно задумалась, какие мне еще известны заклинания, которыми можно избавиться от этих двоих. Где носило стражей Эзры, когда они так нужны? Они не слышали визг? Демон одним махом перескочил через ручей, и в тот же момент хлопнула наша дверь.

– Вианна? – закричала Эме, и меня охватило облегчение.

Ее второй возглас заглушило рычание, и из воды показалась драконья голова. Плохо. Очень плохо. Меня затрясло. С этим демоном мне ни за что не справиться. Маэль и Эме нельзя приближаться.

– Стойте, где стоите! – проорала им я. Силы и магия покинули меня, и я упала на колени. Двумя заклинаниями израсходовалась вся моя энергия. Я просто была совсем не подготовлена. Дракон поднял голову и фыркнул. Третий демон стоял в воде прямо перед ним. Вот только дракон презрительно покосился на него, как будто давая понять, что я его добыча и тот должен сгинуть. За один прыжок второй живой демон оказался на дальнем берегу и стремглав бросился в лес. Меня и своего приятеля он оставлял чешуйчатому чудовищу.

– Вианна, – ахнула у меня за спиной Эме.

– Ради Морриган. – Это Маэль. Своими защитными ядами она вряд ли могла что-то противопоставить покрытой чешуей блестящей голубой коже дракона. Он запрокинул голову, а я в бессмысленной попытке защититься закрыла голову руками. Мимо меня пронеслась волна жара. Ни когти, ни зубы не вонзились мне в кожу. Я выглянула, чуть опустив руки. Третий демон, охваченный огнем, догорал в воде. От него распространялась отвратительная вонь. Перед мощной драконьей мордой танцевало пламя. И на какой-то безумный миг мне показалось, что я уже где-то видела глаза этого дракона.

Маэль положила мне руку на плечо.

– Вставай, Вианна, – велела Эме. – Очень медленно.

– Калеб? – прошептала я. – Это Калеб? – Ответа от сестер я не получила, но Маэль помогла мне подняться. Ногу будто опалило огнем.

Дракон опустил голову чуть вперед. Янтарные миндалевидные глаза наблюдали за мной. Нет, я ошиблась. У Калеба синие глаза. Меж острых зубов показался раздвоенный язык, и я, защищаясь, вскинула руку, в которой до сих пор сжимала атаме. Дракон фыркнул, будто забавляясь, а меня обдало теплым водяным паром. Он неожиданно мирно наклонил голову. Его розовый язык снова высунулся, создавая необычный контраст с сине-черным панцирем. А потом он лизнул рану у меня на ноге. Я в панике дернулась, однако было абсолютно не больно, наоборот. Кровотечение прекратилось, а разодранная кожа начала затягиваться. Не прошло и минуты, как от крови и торчащего мяса не осталось и следа. Маэль оттащила меня подальше, создавая между нами и демоном большее расстояние. В ноге ощущалось лишь онемение, но я без проблем могла ею пошевелить. Дракон отошел назад, кивнул головой, как если бы пытался изобразить поклон, и растворился в ручье. Как загипнотизированная, я таращилась на все еще медленно разбегавшиеся по воде круги. Потом оглянулась на Эме. Вокруг ее ног вился туман. Он скрыл бы нас от дракона, если бы это потребовалось.

– Пойдемте в дом, – выговорила она дрожащим голосом. – Тебе надо принять душ.

– Да что ж такое! – выругалась Маэль по пути домой. – Даже мелкий ритуал принятия ты не можешь провести, не перепугав нас до жути. – Она крепко меня обнимала, хотя я спокойно шла бы и самостоятельно.

Нам навстречу к кухонной двери вышла Роза.

– Сколько? – только и спросила она, и я тут же поняла, что она имела в виду не количество демонов.

– Все четыре, – выдохнула я.

Она прикрыла рот ладонью, но страх в ее глазах было не спрятать. Маэль провела меня мимо нее.

– Сначала в душ, смой с себя демоническую слизь. Тебя облизал дракон. Гадость какая.

– Он залечил рану, – пораженно произнесла Эме. – Как он это сделал и зачем?

– Когда твой Калеб заявится сюда в следующий раз, у меня будет к нему много вопросов, – сказала Маэль и последовала за мной в коридор.

– Он не мой Калеб, – неохотно проворчала Эме. – Все четыре? – донесся затем до нас ее шепот. Ужас в ее голосе слышался даже слишком отчетливо. – Ну и что нам теперь делать?