Глава 6

Мы миновали такое бесчисленное количество комнат, лестниц и коридоров, что я перестала нагружать свою голову попытками все запомнить. Если придется бежать, буду импровизировать.

К тому времени к нашей группе из герцогини, меня и пятерых девушек в белом — похожих на служанок, но занимающих статус чуть выше, так как встречные придворные тоже им кланялись, присоединился молодой парень с высокомерными замашками. Белоснежный камзол, расшитый жемчугом, намекал на его принадлежность к грандам, но замашки — жаргоны и жесты, похожие на те, которые применяли на конюшне Йоганов, выдавали в нем простолюдина.

Вспомнив, что меня должен осмотреть лекарь, который в гостевые комнаты не явился, я решила, что это он самый — опоздавший. Взгляд плута удивительным образом казался одновременно мудрым и проницательным. Кожа немного бледнее обычного, но чего ждать от того, кто целые сутки проводит в замковых стенах. Все цвета с его лица забрали брови с ресницами — черные, будто углем крашеные, да губы — чересчур красные, вероятно, искусанные. Какое-то время парень шептался с одной из девиц в белом, а потом вдруг схватил меня за руку и втолкнул в одну из комнат.

Хлопнула закрывающаяся дверь, а я успела услышать, как та девушка щебечет впереди идущим:

— Вы идите, у нас тут каблук подломился, сейчас догоним.

Мне не нравилось ни бежать по коридорам вслед за герцогиней, ни осознавать, что я стала участницей какого-то сговора.

— Мне уже оказали медицинскую помощь, — выдавила я из себя, стараясь оставаться спокойной. Это далось не легко, потому что парень прижал меня к стене, стиснув руки.

«А что ты хотела?» — горько спросила я саму себя. Герцогиня ничего не скрывала, сразу сказала, что все знают, зачем я здесь. Шлюха для Алана вполне может стать шлюхой для кого-то еще. К тому моменту я уже убедилась, что другой причины в том, что меня так резко вызвали во дворец, не было. Принцев я не знала, но догадывалась, что они, как и все люди при власти, развратные, капризные и эмоциональные. Далия — красивая, безвольная и больная. Ее портрет вполне мог сдать кто-нибудь из докторов, кто ее пытался лечить весь год в Дакомаре. Или не пытался, а приходил к ней для вида. Она ли не идеальный кандидат в игрушку на пару ночей? Возможно, специальные слуги искали подобных девиц по всему королевству — тех, о пропаже которых не будут печалиться родственники. Далия хоть и была замужем, но уже больше года болела и не показывалась людям. Семья Йоганов же ее берегла только на ближайшие пять месяцев, затем они, скорее всего, сами сдали бы ее тем же принцам, возникни у тех такое желание.

Инстинкты сработали раньше, чем я успела подумать, правильно ли поступаю. Я схватила парня за большой палец, собираясь осуществить болевой захват с последующим опрокидыванием на пол, но… ничего у меня не вышло. Как и классический удар коленом между ног. Придворный оказался ловким, сильным и, вероятно, с боевыми навыками, потому что не только отбил все мои атаки, но и применил тот же захват ко мне. Я и не заметила, как оказалась прижатой к ковру, подвывающей от боли в онемевшем большом пальце. Его колено, придававшее меня в спину, вскоре исчезло, а на ухо жарко зашептали:

— Как мило. Скажи еще раз, — велел он мне, нажимая на палец. Что с этим миром не так? Он будто мстил за всех тех мужчин, которых в своем мире и в свое время обидела Северина Ромова.

— Медицинская помощь? — прошептала я, пытаясь вывернуть голову и его разглядеть. Зрительный контакт иногда помогал.

— О да, я пущу тебе кровь детка! — над моих ухом что-то клацнуло, а по шее скользнули влажные губы. — Нельзя же, чтобы все вкусное доставалось братцу. Ай!

Это уже закричал парень, а в следующий миг я увидела юбки герцогини, которая незаметно вошла в комнату. Мой палец отпустили, а перед лицом промелькнула уверенная рука Гротаны Кармандер, которая держала за ухо… лекаря? Только я вдруг поняла, что никаким лекарем он не был.

— Принц Клементин, как вам не стыдно! — сокрушалась герцогиня, которая, очевидно, обладала достаточной властью, чтобы не бояться трепать наследника за ухо. Тем более, наследника с такой репутацией. Что он там болтал? Что пустит мне кровь? Неудивительно, что его называли «вампиром». Ох, уж эти садисты при власти!

— Я просто познакомился, — улыбка Клементина, который уже освободил свое ухо, была обворожительной, но на меня такие трюки давно не действовали. — Я и не собирался трогать этот прелестный цветочек, а вы, тетя, сразу руки распускаете.

Значит, «тетя». Я сначала подумала, что мне повезло, что она вернулась, а потом вдруг осознала, что у принца Алана меня ждало, вероятно, то же самое. Просто герцогиня работала на Алана, а не на Клементина — вот и все отличие. Взгляд мелькнул к распахнутому окну. Может, броситься вниз? Вдруг мне повезет, и там невысоко? Будто отвечая на мой вопрос, мимо пролетела птица, попавшая в луч зеркальных фонарей, освещавших замок снаружи. Вот и ответ: если бросаться вниз, то насмерть.

Тем временем герцогиня уже нетерпеливо тащила меня за руку.

— Какая ты невезучая, — бубнила она. — Еще и полчаса в замке не провела, а уже попалась на глаза Клему. Держись от этого урода подальше, иначе, что я Алану скажу? Простите, ваше величество, но ваша гостья скоропостижно скончалась?

Ого, присвистнула я про себя, волочась за ней по коридорам. А у них тут все серьезно. Значит, Клемент играет по-крупному, и девиц уносят от него вперед ногами. Надо запомнить. Не то чтобы мне полегчало, но из слов Гротаны следовало, что от Алана я уйду хотя бы живой.

Если буду послушной.

И как же мне выкрутиться из всего этого?

Принц Алан — тот, который, по словам девушек из моей провинции, «самый-самый», не произвел на меня такого впечатления, как принц Клементин. Внешность у него была довольно заурядной: высокий плечистый шатен в синем камзоле, бриджах и высоких сапогах. С Клементом его роднили глаза — такого же темного, нечитаемого цвета, и бледная кожа.

Принц Алан уединился с группой придворных в комнате рядом с танцевальной залой, через которую мы с герцогиней с трудом протолкались. Когда о нас доложили, и мы вошли внутрь небольшого, но уютного помещения, я, как и Гротана, была обсыпана цветами, а цветочный аромат, казалось, впитался в мою кожу навсегда. Только от большой скуки можно устраивать такие праздники. Никогда не понимала подобных увеселений — обсыпания сухими красками, обливание водой… Все это было не про Северину. Однако замерев на пороге комнаты и пытаясь отдышаться, я всячески пыталась подавить мысль, что на какой-то момент мне тоже захотелось пуститься в пляс, обвешавшись цветочными венками. Конечно, о том мечтала Далия, не Северина, но разве сейчас одна могла отделиться от другой?

Принц Алан сидел на богато украшенном кресле, сразу выделяясь среди других мужчин. Остальные расположились на кушетках и табуретах — тоже украшенных, но все же чем-то обделенных, в частности, спинкой. Надо бы запомнить эту часть дворцового этикета, подумала я, но поняла, что все равно забуду, как только начну убегать отсюда. А это случится рано или поздно. Быть шлюхой принца я не собиралась.

Пару глубоких вдохов, и я успокоилась. Меня никто не осматривал, значит, интима не предполагалось. Ведь не допустят же они первую встречную, да еще с репутацией больной, до постели принца? Тогда что? Развлечения иного толка? Судя по виду и Клемента, и Алана, который непонятно чем завоевал сердца всех девиц королевства, оба они были явно пресыщены сексуальными удовольствиями. Моя богатая фантазия сразу подсказала, как еще можно развлекаться с девушками: например, травить их собаками себе на потеху.

Некоторые мужчины курили, но, несмотря на плотную завесу дыма, цветочный аромат, который просачивался из танцевальной залы, оказывался сильнее. Меня тошнило то ли от него, то ли от волнения.

— Минутку, милая, мы сейчас закончим, — при виде нас с герцогиней принц Алан поднял вверх палец, показывая, что беспокоить его нельзя. Он играл в настольную игру, похожую на шахматы, с каким-то синеглазым бородачом в мундире. За бородачом собралось еще несколько типов возрастом ближе к шестидесяти, которые недобро на нас покосились.

Я узнала остроскулого Лоредо, который со скучающим видом сидел у окна и делал вид, что потягивает вино. Компанию ему составлял лысый худой человек в ритуальной рясе священников Первосвета — я таких уже видела во дворе. Кажется, тут собралась верхушка королевских управленцев, и герцогиня, которая вдруг зашептала мне на ухо, только подтвердила эту мысль:

— Слева — клика грандов во главе с генералом Кьяром Грандиром, справа за принцем Аланом — наши люди, включая Лоредо и первосвященника Ярина Ледарта, — вкратце объяснила мне гранд-дама, заодно обдав меня пьяным дыханием. Мотивы, зачем она посвятила меня в расстановку сил при дворце, оставались неясными, но сейчас это волновало меня меньше всего.

— Ты присутствуешь при историческом событии, девочка, — не унималась ее светлость, которой, видимо, было трудно молчать. — Каждая сторона считает, что завтра-послезавтра корона будет у нее. А что? Король еле дышит. Наши лекари каждый день его хоронят, но он еще живет. Завещание составлено на принца Алана, поэтому он и главный регент, но никто не теряет надежды, потому что в последний момент всякое может случиться. Дорогие принцы Брай и Йон, репутация которых еще хуже, чем у Клема, уже мчат сюда на всех парах, и скоро ты с ними встретишься. Сегодня мы отмечали Цветочную Луну, а завтра, вероятно, будем праздновать воссоединение королевской семьи. Жаль, что король не увидит, какими прекрасными выросли его детки.

— Хватит болтать про моего отца, Грота, — одернул герцогиню Алан и швырнул фигурку в генерала, очевидно, проиграв. — С делами на сегодня покончено. Ладно, Кьяр, твоя взяла, завтра мы поговорим о твоей военной реформе у меня в кабинете. Подготовь документы, я их посмотрю.

Принц Алан выбирает, нужна ему реформа или нет, посредством игры? Тогда королевство точно ничего хорошего не ожидает. Я опустила глаза в пол, стараясь скрыть неприязнь во взгляде.

Генерал с довольным видом пожал принцу руку и принялся расставлять фигурки по новой.

— Нет, я серьезно, надоел уже твой квач, — мотнул головой принц Алан, отказываясь от игры. — Пусть Клемент меня заменит. Зря, что ли, он прячется за портьерой? Выходи, братец. И так все знают, что ты подглядываешь.

Занавесь скользнула в сторону, явив озорное лицо принца Клемента, улыбка которого обескураживала. Я поглядела в единственное окно, пытаясь сообразить, как принц попал в комнату. Вероятно, где-то имелась тайная дверь. Вот бы мне такую найти…

— На деньги я не играю, только на кровь, — хмыкнул Клемент. Если это была шутка, никто не засмеялся.

— Побойся бога, — выдавил из себя первосвященник, но как-то робко. Они перешептывались с Лоредо, недовольно посматривая в мою сторону.

Скорее бы уже начиналось, недовольно подумала я. И будто прочитав мои мысли, принц Алан махнул герцогине.

— Представь нашу гостью.

— Далия Ле Грасс Йоган, мистресса из «Фруктовой усадьбы» Дакомара, — улыбаясь прошелестела Гротана и, взяв меня за руку, вывела в центр комнаты. Я сдерживалась из последних сил, но наличие потайных дверей придавало надежды. Судя по тому, как быстро перемещался по этажам тот же принц Клемент, замок буквально был ими пронизан. Вот как я отсюда сбегу.

— Зачем она здесь? — недовольно повел плечами генерал Кьяр Грандир.

От волнения я даже дышать перестала. На мне скрестились пристальные взгляды всех присутствующих. Кажется, надо было присесть или поклониться, но я ничего не знала об этой стороне этикета. Как там говорила Грота? Улыбайся? Поморгав, я улыбнулась и спрятала глаза в пол. Так и останусь до конца представления. Показывать зубы и острить перед этими акулами не имело смысла. Мысленно меня уже раздели и съели.

Принц Алан выдержал театральную паузу.

— Мне нужна новая фрейлина, — торжественно сообщил он. — Эта девушка подходит мне идеально.

— Где ты ее достал? — с восхищением отозвался Клемент. — Мне она сразу понравилась. Поделим?

— У тебя свои фрейлины, — хмыкнул Алан.

«Фрейлины — это дворцовые шлюхи?» — спросила я саму себя, но тут встал Грандир, и лицо его было мрачнее тучи.

— Насколько я помню, каждому принцу полагается не больше восьми фрейлин, — заявил он. — Лоредо не даст мне ошибиться. Этот закон установлен королем, и до сих пор не отменен.

— Будет, — широко улыбнулся Алан, впервые обратив на меня взгляд своих темных глаз.

Я, вроде бы, повидала всякого, но тут меня прошиб пот — от внезапного страха и дурного предчувствия. Спроси меня, чего боюсь, не ответила бы. То был ужас на грани инстинкта самосохранения и… узнавания. Мне показалось, что во взгляде Алана промелькнуло что-то знакомое. И это, конечно, не могло быть правдой, потому что в здешнем мире я не знала никого — даже Далию, которая постоянно устраивала сюрпризы.

— Не будь скучным, Кьяри, — промурлыкал принц Клемент, отлипая, наконец, от своей портьеры. Я решила, что тайный ход, в первую очередь, надо искать в том месте.

— Смотрит, какая породистая особа, — сказал он и приподнял мой локон, который заиграл в блеске свечей. Что и говорить, а волосы у Далии были красивые. Клемент был опасным придурком, но теперь мне казалось, что главное чудовище скрывалось за маской другого принца.

— Если вы хотите инициировать процедуру изменения дворцового законодательства, то нам потребуется неделя, чтобы ее начать, — вмешался остроскулый Лоредо. — И еще месяц, чтобы ее осуществить, при условии, что все члены королевского совета выразят согласие.

А этот принц Алан не был популярным среди своих управленцев. Иначе они бы ему так рьяно не возражали.

— На каком основании мистресса Ле Грасс-Йоган будет находиться при дворе? — продолжал нудить Лоредо, который неожиданно встал на сторону генерала и… мою. Уж мне точно бы хотелось, чтобы нас с Йоганами отправили восвояси. Впрочем, Йоганов можно было и оставить.

— Закон Божий не одобряет, чтобы замужние мистрессы участвовали в увеселениях, вроде сегодняшнего праздника, — вставил первосвященник, как его там Ледарт, и тоже мне понравился.

Я не сомневалась, что среди танцующих за дверью полно замужних дам, в том числе, мистресс, как наверняка имелось много способов узаконить пребывание подобных гостий в замке, однако мой вопрос, кажется, принял политический характер. Принц хотел изменить порядок, заведенный его отцом. Если гранды позволят ему это сделать, они, считай, признают его право на трон. Может, не все так буквально, но, мне казалось, я угадала причину заминки.

— Фрейлин должно быть восемь, — заявил Лоредо и махнул в мою сторону. — У нас многолетняя очередь из аристократок на эту должность, а вы вызываете из провинции замужнюю особу, которая, по моим сведениям, еще и больна.

— Разве? — вмешалась в дискуссию Гротана, которая не могла молчать долго. — А ну покажи язык, дорогая.

Я встрепенулась, осознав, что пора выбирать сторону. Я уже во дворце и выберусь отсюда нескоро. Меня, очевидно, ждали неприятности, так, может, попробовать найти и преимущества?

— Хочу выразить свою благодарность за приглашение, — я поклонилась, как умела, решив, что провинциальной даме незнание тонкостей этикета просительно. — Хотела бы заверить его величество и всех присутствующих в моем полном здравии — как душевном, так и физическом.

— Поверим красотке на слово или тщательно осмотрим? — хмыкнул принц Клементин.

— Восемь, — громыхнул со своего места генерал Кьяр, решив не сдавать позиции по этому вопросу. — И я лично проконтролирую, чтобы их столько же и оставалось.

Принц Алан встал, собираясь что-то сказать, но Клементин, который явно находился на стороне брата, успокаивающе похлопал его по плечу: мол, сейчас все улажу.

— Ой, какие вы принципиальные, — принц Клемент отвесил генералу шутливый поклон. — Но, вообще-то, не вижу проблемы.

Распахнув дверь в танцевальную залу, он окликнул кого-то по имени. Играла тихая музыка, и голос принца зычно прокатился над головами танцующих. И вот уже к нам направлялась прелестная девушка с ясными синими глазами. На вид ей было не больше двадцати — юная, красивая, воспитанная и с манерами. Сразу видно, что из знатной семьи.

Никто не успел ничего сделать. Или не захотел. Принц Клемент только что стоял рядом с мной, а в следующее мгновение его рука обняла молодую красотку за шею. Она улыбнулась ему, ничего не подозревая, да так и умерла с улыбкой на губах. Клементин впился ей в горло, буквально разорвав нежную кожу на глазах у всех. Белое платье девушки спереди стало алым, а те, кому не повезло очутиться поблизости, оказались забрызганы кровью, которая хлестала из разорванного горла несчастной.

Принц Клементин вытер губы кружевным платком и выронил мертвую девушку на пол, потеряв к ней интерес. Все глазели на девицу, я — на его зубы. Острые белоснежные клыки, которые могут быть у зверя. Или у вампира.

— Теперь у принца Алана семь фрейлин, — продолжал паясничать убийца. — Одно место свободно.