Глава 15

Кора идти с ними не пожелала. Не хотела больше ничего знать о пройдохах, решивших обманом и подлостью пролезть в родственники к герцогу. И еще противнее ей было видеть их родителей и слушать просьбы и уверения, что детки просто шутили. Слышала уже, и не раз.

Поэтому девушка велела ожидавшему её за углом телохранителю показать дорогу в лазарет. И ничуть не удивилась, заметив, что Ирджин невозмутимо идет рядом. Даже более того, отлично понимала, что значительно больше её изумил бы его уход.

Потому и злилась на саму себя за несвойственное поведение. Хотя и признавала, что до сих пор маг не сделал ни одного из тех поступков, за которые она ненавидела охотящихся на нее любвеобильных лоботрясов. Но пока не верила, что ей повезло встретить исключение из правил.

Такое, как ее отец, как Дорс, никогда не позволявший себе хлопнуть служанку по мягкому месту, или Дарвел, следящий за Эни с таким восхищенным обожанием, что от радости за нее перехватывало горло. И чуточку, совсем немного, становилось жалко себя.

– Чезен, сходи наверх, проверь, освободились ли комнаты над лазаретом и вызови мастеров. Нужно поставить тут и наверху надежные двери, чтобы лейда Нетанья могла спокойно размещать там подопечных.

Кора чуть замедлила шаг, слушая эти указания и слегка удивилась, когда телохранитель немедленно направился в тупичок, откуда вела наверх неширокая лестница.

– Почему он тебя послушал? – не выдержала она.

– Дарвел дал мне право ими командовать. – сухо пояснил маг, и нехотя добавил, – белые маги доверяют собратьям.

– Но он же только ученик? – задумалась Кора, наблюдая как приветливо распахивается перед спутником прошитая стальными полосами дубовая дверь.

– Кто там? – выглянула из ближайшей комнаты худощавая девушка и крикнула в глубь коридора, – Лейда Нетанья, это светлый лэрд!

Лейда Нетанья понравилась Коре с первого взгляда, еще вчера, когда их знакомили перед ужином. Но тогда спокойно поговорить им не удалось, зато теперь Кора намеревалась расспросить бывшую подругу прежнего герцога обо всем, что казалось ей важным в её новом доме.

И как выяснилось очень скоро, их желания совпадали… но не полностью. Нетанья намеревалась побеседовать с Ирджином.

– Милиса, будь добра, помоги накрыть стол к обеду, – с мягкой улыбкой отправила она из гостиной худенькую помощницу. – Лейда Энилия назначила меня старшей фрейлиной, а Милису первой, но пока наше главное задание – следить за лазаретом. Но мы и не против, скучно целыми днями сидеть в гостиных и обмениваться ядовитыми шпильками.

– Вы хотели что-то сказать, лейда Нетанья? – прямо спросил Ирджин, вслед за Корой опускаясь на диван, – говорите без опаски, я закрыл нас куполом.

– Да, – обеспокоенно оглянулась она на окно, за которым пышно цвели клумбы целительского садика, – и это очень серьезно. Вам известно, что я много лет дружу с некоторыми слугами… и они делятся со мной всеми секретами и слухами… а также подслушанными разговорами. Нет… не фривольными, это мне не интересно. А теми, которые иногда ведут некоторые чиновники и знатные лэрды.

– А они ведут разговоры? – догадливо справился Ирджин.

– Чем же им еще заниматься? – невесело усмехнулась Нетанья, – когда был жив Конрад, он постоянно давал им задания и спрашивал ответа, как со школяров. Даже специально поселил во дворце, чтобы были под присмотром. Но Вандерт не смог их заставить это делать… они нашли сотни отговорок. Мне в тот момент было не до них… но много позже, когда я смогла рассуждать более здраво, начала понимать, что Конрад нечаянно прикормил стаю гиен. Впрочем, герцог всегда был о них не лучшего мнения, я сохранила его тетрадь с записями. Он собирался со временем заменить почти всех, ждал, пока повзрослеют и наберутся опыта выбранные им способные помощники. Но не успел…

– Нетанья… а можно взглянуть на те записи?

– Я потому их и упомянула… что решила отдать. Но сначала скажу про советников… замены герцога желают далеко не все. Главный казначей давно не разговаривает ни с кем из них и не даёт ни одного лишнего медяка на содержание их ведомств. Не помогли никакие уловки, ни насильно приставленный к казначею преданный заговорщикам третий помощник, ни жалобы Вандерту. Поэтому, принимая новых чиновников из числа своих родичей и сторонников, они убавляют жалованье старым работникам. Или вообще отправляют их на пенсию. Но многие не уезжают из дворца, им просто некуда. Вот и переселяются в комнатушки на чердаке или в пустующую казарму, пристроенную к северной стене. Несмотря на то, что дворец насчитывает более чем полторы тысячи помещений, в последние годы здесь невероятная теснота. До придуманной Анвиезом проказы младшие служанки жили в комнатах по шесть человек, спали по двое в одной кровати. Пажи вообще спали на шкурах у каминов. И никто этого не замечал. Афорс однажды даже меня попытался поселить с кем-то из бедных фрейлин, но ему не позволил лэрд Вандерт. Сейчас во дворце стало легче дышать. Но советники этим сильно недовольны.

– Почему?

– Дарвел нечаянно выставил часть тех, кто должен был в назначенный час взять в руки оружие. Ещё сменил прикормленного ими генерала на преданного ему Таубена, выставил дурака Файзена и привез Бремера, знающего во дворце каждую крысу. Они недаром так усиленно его выживали, боялись, что пронырливый повар раскроет их заговор. Ведь ими затрачено много времени, денег и сил, подкуплены некоторые градоначальники и старосты поселков, запущена байка про подставного герцога, припасено оружие, и обычное и магическое.

– Они совсем дураки? – изумилась Кора, – не понимают, что Дарвела охраняют белые маги? Даже мне уже это ясно.

– Ты себя просто недооцениваешь, – неожиданно светло улыбнулась ей Нетанья, – а мне видно, как много в тебе и твоей младшей сестре сходства с герцогиней. Я говорю не о внешности… хотя для некоторых она имеет очень важное значение. Думаю, в расчете на это советник Пангерт и отправлял старшего сыночка, ловеласа Юнгельса, очаровывать тебя.

– Мне уже хочется посмотреть, как их будут вешать, – кровожадно буркнула Кора, – если я правильно понимаю, что они собирались выдать меня за Эни.

– В королевстве отменены смертельные приговоры, – тихо сообщил ей Ирджин, но жесткая усмешка мага сказала девушке, что она не одинока в своем желании.

И это неожиданно согрело её душу. Крайне редко Коре встречались люди, полностью согласные с ее взглядами и принципами.

– Но хуже всего, – продолжила Нетанья, – что они и так спешат, а Дарвел снова их подстегнул… указом о запрете на амулеты. И я очень боюсь, как бы они не решили использовать новый указ о столовых как повод для начала мятежа.

– Я схожу, поговорю с Анвиезом, – сообщил Ирджин, забрав шкатулку с потрепанной толстой тетрадью, – а вы заприте все двери и окна. И временно не выходите в садик. Хотя тут всё защищено, и никакая опасность не угрожает, но мятежники могут попытаться вас обмануть или чем-нибудь шантажировать. Не стоит полагаться на их порядочность, у тех, кто так рьяно рвётся к власти она обычно отсутствует.

Выйдя из лазарета Кора столкнулась с мастерами, деловито измеряющими проходы в галерею и поразилась скорости, с какой они приступили к нежданной работе.

– За внимание к нашим заказам мы лечим рабочих от застарелых недугов, – пояснил Ирджин, внимательно поглядывающий на девушку.

– А им… ничего не угрожает? – задала она неожиданный вопрос.

– Вот доберемся до Анви и все узнаем, – туманно намекнул маг, но Кора внезапно рассердилась.

– Если ты считаешь меня легкомысленной болтушкой, то зачем преследуешь и сопишь в спину? Судя по Анвиезу, пустоголовые кокетки белым магам не подходят. – девушка резко отвернулась и почти бегом ринулась прочь.

– Кора… – маг догнал ее подозрительно легко, придержал за локоть, но она резко вырвала руку.

– Мне не о чем с тобой разговаривать. Я не терплю заносчивых снобов, из каждой мелочи строящих тайны.

– Я не строю тайн, – снова ее догнав, терпеливо пояснил Ирджин, – я просто не хотел ничего объяснять в проходных залах. Тут сильное эхо и частенько за занавесями ниш и проходов прячутся слишком любознательные домочадцы.

– А сейчас? – ехидно прищурилась она.

– Пришлось поставить купол неслышимости…

Сердито поджав губы, Кора прошла еще с десяток шагов, огляделась, и вдруг поняла, что не знает, куда забрела.

– А куда мы идем?

– К канцелярии. Они уже ждут нас в кабинете. Можно снимать купол? У меня сегодня резерв не полон.

– Снимай. Я все равно с тобой не разговариваю, – сухо бросила она.

Не со зла, злопамятной Кора никогда не была, если, конечно, ей не пытались сделать непростительную гадость. Загнать в ловушку, подставить, оболгать, ударить или принудить к чему-то неправедному.

Просто не хотела оставлять за магом последнего слова. Но он всё равно умудрился его изречь.

– И это очень печально, – со вздохом сообщил Ирджин еле слышно, словно самому себе, – но одно утешает, не разговаривает она со мной всё же на «ты».

Кора даже задохнулась от такой наглости, но навстречу откуда-то вывернулась кучка слегка растрепанных и весьма рассерженных лейд, и девушка крепче сцепила зубы. Если ещё допустимо спорить с почти незнакомым мужчиной наедине, то скандалить принародно – непозволительная фамильярность и бестактность.

Канцелярия размещалась в одной из восьми длинных пристроек, ведущих к башням. В ней были солидные кабинеты советников и их помощников, просторная как столовая комната для писарей и младших чиновников. И сравнительно небольшой кабинет герцога. В нем поместился шкаф, рабочий стол и стул самого хозяина да несколько кресел для посетителей. Роскоши тут тоже не было, лишь ковер на полу да вышитые вручную плотные занавеси на единственном окне.

Сейчас Дарвел что-то читал за своим столом, а Энильда и Анвиез с учеником устроились в придвинутых ближе креслах и тихо разговаривали.

– Садись ближе, – позвала герцогиня сестру, указывая на соседнее кресло, – Анви принес признания вчерашних негодяев. Как выяснилось, придумали этот трюк они вовсе не сами.

– Я знаю, – хмуро вздохнула Кора, – Нетанья уже разгадала планы их родственников. Непонятно мне другое… пусть Дарвел был подростком и привык верить советникам… да и никто ничего ему не рассказывал. Но почему Анвиез, такой… умный, а за семнадцать лет не заметил, что вокруг наследника плетется заговор? Неужели не нашлось ни одного честного человека… предупредить, подсказать, хоть тайком? Тот же казначей…

– А про него… тоже Нетанья? – Живо заинтересовался ничуть не смутившийся Анвиез.

– Да. И еще она отдала тетрадь высокородного лэрда Конрада… он писал свои заметки о советниках…

– Где? – Дарвел отбросил допросные листы, уставился на нее так пронзительно, словно в чём-то подозревал.

– У меня, – Ирджин достал из-за колета шкатулку, протянул герцогу, – мы даже не смотрели.

– Почему… – сразу охрипнув, прошептал тот, раскрыв крышку, – почему она… ни слова?

– Боялась за тебя… – вздохнул его учитель, – ты бы их сразу выкинул, и взвалил все заботы на Вандерта. А ему и так доставалось… многим не понравился сделанный Конрадом выбор регента. Такова печальная закономерность, чем меньше человек достоин короны правителя, тем сильнее жаждет ее получить. А лейде Коралии за смелость и неукоснительную логичность сделанных ею выводов я обещаю выполнить любое желание. За все годы моего пребывания в этом дворце ни одна лейда не задалась этим вопросом. Более того, даже среди советников, чиновников и знатных лэрдов, считающих себя многоопытными и проницательными, таких нашлось не более десятка. И лишь двое из них поддерживали тайных заговорщиков. Но один оказался умнее, и как только поговорил со мной, в одночасье оставил пост, продал имение и особняк в городе и уехал к морю. А второй пожадничал… решил просто отойти от мятежников, пообещав, что никого не выдаст. Разумеется, они не поверили… пришлось мне его спасать и прятать. Теперь живет в укромном месте под чужим именем и ждет момента, когда бывшие дружки получат по заслугам.

– То есть… ты хочешь сказать, что все это время знал про их замыслы? – пораженно уставился на него Дарвел.

– Конечно. А как ещё можно бороться со злом, если не разведать всех его намерений? И не влезть под личиной в число предводителей переворота? Его намечали на день твоей свадьбы… и оказались абсолютно не готовы к выступлению, когда вы так внезапно решили соединить судьбы. Пришлось переиграть все прежние планы, и выбрать третий день сбора орехов. Но ты то выгоняешь за ворота их соглядатаев и шпионок, то пытаешься собрать всех в столовых, даже не предполагая, что в некоторых покоях живут люди, которые никогда не получали разрешение на въезд во дворец.

– Как интересно, – насмешливо протянула Ильда, – а скажи пожалуйста, учитель, чем они вооружены? Случайно не магическими жезлами? И не знаешь ли ты, кто продает им это оружие?

– Знаю. И не случайно. Я и продаю. И даже учу им пользоваться… но каждый раз забываю пояснить, что боевое оно лишь в руках белых магов. А у всех остальных вместо опасных зарядов выпускает иллюзорные.

Ильда начала смеяться первой, мигом представив, как ошалеют заговорщики, начав обстрел герцогских егерей, а через секунду к ней присоединились и все остальные.

– Это очень правильно… – просмеявшись, проговорила Кора, – но как в таком случае их потом наказывать? За что судить? Ведь они никому не принесут ощутимого вреда, который можно предъявить в обвинении?

– Я их уже судил, – невозмутимо заявил Анвиез, – за преступный замысел. Еще много лет назад, в тот самый день, когда подслушал тайное совещание зачинщиков. Если бы я был простым судьёй, то сразу бы принес Вандерту доказательства их вины и помог отправить мятежников в тюрьмы. Но я маг… и мог в любой момент остановить их в одиночку. И потому решил немного присмотреться… дать заговорщикам время проявить себя, показать глубину ненависти или заблуждений. Вскоре я знал все планы их главарей так подробно, как не знал ни один из исполнителей. Бунтовщики собирались привлечь на свою сторону недовольных чиновников и лэрдов по всей долине, подкупить при надобности продажных, припугнуть трусливых… и этот их план мне подходил. Ведь значительно проще позволить им сделать всю грязную работу по выявлению недобросовестных и нечестных мэров, стражников и старост, чем отправлять на разведку толпы тайных сыщиков, которых видит насквозь каждый опытный трактирщик. С тех пор они прилежно тратят свои жалованья и состоянья на подкупы, оплату оружия и отрядов охранников, которые в момент мятежа должны стать их армией. Большинство из главарей уже почти нищие, но надеются возместить все потерянное многократно, захватив герцогскую казну. Поэтому назначить им наказание будет очень легко, просто лишить должностей и титулов и выставить из замка вместе со всей родней, слугами и наемниками.

– Служанкам я уже пообещала помощь, – напомнила Ильда, – большинство из них ни в чем не виновны. А те, кто преданы мятежникам и сами тут не останутся.

– Мне интересно… – герцог смотрел на учителя задумчиво, словно видел впервые, – а кто те семь или восемь человек, не поверивших в твою недогадливость?

– Почти всех из них ты давно знаешь, это лэрд Вандерт, Герс, главный казначей Кезорт, лейда Вильдиния, лэрд Таубен, лэрд Урбелиус и Ледтон, самый молодой из советников. Он отвечает за охотничий и рыболовный промысел. Ну и Бремер.

– А как Ледтону удается оставаться в стороне от мятежа? – мгновенно заинтересовалась Ильда, поглядела в хитрющие глаза учителя и с нарочитой печалью вздохнула, – ну и зятя нам лешие приманили, не белый маг, а бродячий фокусник.

– А ты против? – Вроде в шутку спросил магистр, но блеснуло мимолетно в его взоре что-то болезненное, горькое.

– Нет, я очень рада, – твердо ответила знахарка, – особенно тому, что ты не стал её испытывать… как у вас принято. Лиата конечно пройдет любые проверки… но обязательно поймет, что это был экзамен… и ей будет больно.

– Спасибо, – тихо выдохнул Анвиез, – я сам очень счастлив, что вовремя это понял. А про Ледтона… он выполняет моё задание. И потому я стараюсь его уберечь… хватило и ошибки с Руалией.

– Ты в том ничуть не виновен, – не пожелал даже слушать об этом герцог, решительно вставая с места, – а мы теперь можем спокойно отправиться в свои покои. Сегодня я намерен пообедать там.

– А негодяи? – остановила его вопросом Ильда.

– Ну мы же вместе посмотрим, как они бредут по мосту со своими узлами? – весело подмигнул Дарвел жене. – Я буду с нетерпением ждать это зрелище.