18 глава. Талхан/Марина

Талхан – Сказал, не оставлю здесь. – Нет, я не могу, бабушка снова совсем одна останется, а я только вернулась. – Значит, бабушку мы тоже забираем, – ответил я, поедая вишневые пирожки. Марина хлопнула пару раз ресницами и сказала: – Она не согласится. – Согласится. Поверь, я умею убеждать, – только я это сказал, как послышался хлопок двери, чуть сильнее, чем требовалось. Это Арсеньевна оповестила нас о своем приходе. Я же говорю: «Умная женщина». Заходит на кухню уже без верхней одежды, проходя к столу, поглядывает на нас. – Ну, вот… теперь я вижу, что помирились. Это хорошо. Марусечка, а сделай мне тоже чайку. Попью с будущим зятьком-то. – Ба… не забегай вперед. – Так, а кто забегает? Вон, как суженый твой, с тебя глаз не сводит, я серьезность его намерений вижу. Вот хоть завтра умру и спокойна за тебя буду, что в надежные руки передала. Но прежде, чем передам, должна убедиться в хорошие ли… Тут понимаешь, любовь любовью, а быт тылом должен быть подкреплен. – Согласен, Мария Арсеньевна. Что уготовили мне, какие круги ада надо пройти, чтобы окольцевать свою женщину? – Ишь ты, прямо таки уже и твоя? – Моя. – Спасибо, Марусенька, садись, детка, в ногах правды нет, – и вновь перевела взгляд на меня. – Не переживай, все семь и пройдешь кругов-то. – Ба, я прошу, не разговаривайте так, словно меня здесь нет. – Ну говори тогда, твой жених? Мне слово твое нужно, чтобы понимать. Коли твой, тогда и разговоры вести будем. Марина посмотрела на меня и, улыбнувшись и чуть покраснев, произнесла: – Мой. – Ну вот, а теперь, детки мои, с этого момента подробнее, почему от бабушки скрывали? – Мария Арсеньевна, я вам, перед тем как вы меня впустили в свою обитель, объяснил. – Ну ладно-ладно… вижу у обоих глаза светятся… Но негоже от бабушки жениха было скрывать… негоже. Марина потупила взгляд, молчит. А я слушаю все, что говорит бабуля, не перебиваю и не спорю. Как только она закончила свою речь по поводу наших светящихся глаз и так далее, я перевел разговор в другое русло, чтобы не ходить вокруг да около. – Я вас выслушал, теперь мое предложение… Я забираю Марину и вас тоже. Так что к вечеру будьте готовы. – А ты шустрый… Марина подняла на меня округлившиеся глаза, в которых читалось: «Это так, ты умеешь убеждать?». Я переключился на бабулю. – А что тянуть, намерения свои я вам уже обозначил. Предлагаю перейти к действиям. Она положила руки на стол и переплела пальцы в замок, ее улыбка говорила о том, что ей очень нравится моя идея. – Действительно… ну, допустим, а дальше-то что? Свадьба или ты все же решил, что так и будете жить? – Нет, так не будем. Свадьбе быть, но гуляем в отцовском доме. – И где ж отцовский дом находится? – В Осетии. – Ого… далековато, зятек. – Вижу, что мы уже договорились, раз называете меня «зятьком». – А ты не торопись, старая я, может, оговорилась. Я засмеялся, она мне нравится. Посмотрел на Марину, на лице – явное волнение, как и положено невесте, которую сватают. Взял ее ладошку и поцеловал внутреннюю часть. – Не переживай, Мариша, все будет хорошо, – шепнул ей на ушко. Мария Арсеньевна внимательным взглядом проследила за моими действиями и продолжила беседу: – Так ты что же, хочешь увести мою единственную внучку в Осетию? – Если вы о свадьбе, то да, и вы тоже летите с нами. – Что удумал? Рано, видать, я тебя зятьком нарекла. – Мария Арсеньевна, у меня комфортабельный джет… то есть самолет, с комнатой отдыха. Не переживайте, мы только отгуляем и сразу назад, домой. Живу-то я здесь, и уже очень давно. – Что значит «есть самолет», собственный? – Собственный. – А наш жених-то, не промах, Мариша? – Ба! – Ну, ладно-ладно тебе, – сказала она Марине. – Мне главное, чтобы ты мою девочку не обижал, а то знаю я вас, богатеев. – Мария Арсеньевна, за это будьте спокойны, в нашей семье не принято своих женщин обижать. – Ну, вы все так поначалу говорите. – Не сравнивайте меня со всеми. – Хм… смотри, какой обидчивый. – А я не женщина, чтобы обижаться. То, что вы сказали, задевает мое мужское эго. – Ну, тут одним словам трудно верить… только время покажет. – Не сомневайтесь. – А это не мне решать, а моей Марусечке. Ну что, Марусь, пойдешь замуж за своего Талхана? – Вот так, сразу? – замялась Марина. – А чего тянуть? Я не сегодня-завтра помру. – Ба… – Ладно, стесняется невеста, – сказала мне бабуля. – Моя невеста скромная, но я знаю, что согласна. – Да… согласна, – улыбаясь, тихо ответила. – Мне надо ехать, у меня в городе деловая встреча. Заеду за вами к шести, будьте готовы. – Будем, не сомневайся, должна же я видеть, где моя внученька жить будет. – Может, вам понравится, останетесь с нами. Вы не переживайте, я и вас потяну. – Мариша, проводи жениха своего, – решила отмолчаться Арсеньевна. Марина встала и пошла меня провожать. Оказавшись на пороге, подальше от глаз ее бабушки, повернулся к ней и, взяв в кольцо своих рук, сказал: – Маленькая моя, прости, что так все спонтанно. Твоя бабуля не позволит тебе просто жить со мной. Поэтому придется поторопиться. А если честно, то не узнаю себя, я, взрослый мужик, потерял голову… – Я тоже… потеряла ее. – Это хорошо… было бы хуже, если только я ходил без нее. Она улыбнулась, и я притянул ее ближе, вдыхая запах ее тела. По пути в город созвонился с другом: – Привет, Андрюха. – Привет, Хан. – У меня вопрос, ты своей Вике украшения у какого ювелира заказываешь? – Стоп, брат. Ты что это, жениться собрался? – С чего ты взял? – Блять… значит, точно женишься! Я не трепло, но ради такого случая, хрен с ним, пусть так, я всем нашим расскажу. – Андрюх… если скажу правду, могу рассчитывать, что твой язык останется за зубами? – Не томи уже. – Ладно… так и есть, женюсь. – Ха! Я так и знал!!! – Ну, все, я оглох на правое ухо. – Кто она, я должен все знать… где ты ее нашел? Как она смогла тебя захомутать? – Андрюх, притормози, – я уже начал смеяться. – Дай мне контакты своего ювелира. Мне нравятся работы, что он изготавливает для твоей жены. – Скину тебе номер. Черт, ну ты и темная лошадка, конечно. Такие видные красавицы пытались накинуть на тебя узду, а тут такой поворот. Твоя избранница мне определенно нравится. – Ты словами-то не разбрасывайся, – сказал я предупреждающе. – Ого… да ты круто попал… «Отелло». Я отбился. Андрюха – мой друг, но даже ему не позволено говорить такие слова. Копирую номер ювелира, звоню, и пока шли гудки, усмехнулся, думая: «А я, оказывается, очень ревнивый». Договорившись, не откладывая, поехал к тому самому ювелиру. По моему желанию он выполнил набросок нескольких изделий. Для своей будущей жены не жаль раскошелиться. Одно кольцо должно быть готово через неделю, за скорость – бонус, тоже договорился. После отправился на встречу для подписания договора на поставку вин и коньяка. Это очень важный для меня партнер, эту сделку никому не доверю, только лично. Мои юристы уже ждали меня, подготовив все сопутствующие документы до моего появления. Поздоровавшись с моим партнером, Кириллом Васильевичем, подписали документы… По возвращению набрал отца. Полагаю, надо бы порадовать родителей, они так долго этого ждали. – Алло. Привет, отец. – Здравствуй, сын. Как твои дела? – Спасибо, отец, все в порядке. – А… слышу, сынок, по голосу понимаю, что все более чем хорошо. – Интересно даже, – улыбнувшись, сказал я. – Да… и мне тоже. – Что имеешь ввиду? – Хочу знать, что за девушка, как зовут? – Ты что, ясновидящий? Отец хрипло засмеялся и сказал: – Вот станешь отцом, вырастишь сына, и будешь знать каждую его интонацию, и что она значит. – Хорошо, отец. Я женюсь. – Ну, вот… дождался, наконец. Кто она? – Простая девушка, она русская. Отец тяжело вздохнул, я даже чувствую, что он закивал головой. – Она моя, – четко дал понять, что решение окончательное и бесповоротное. – Хм… я это уже понял… небось уже и присвоил девушку? – Да, – ответил, собрав брови у переносицы, играя желваками. – Я надеюсь, свадьба, хотя бы, у нас состоится? – Да, отец, через месяц. – Хорошо, как раз в новом году отгуляем… Распишитесь, чтобы вопросов лишних не было. Не могу же я сказать, что сыну моему невтерпеж было. – Отец! – Что, отец? Ты не знаешь, как могут вывернуть? А так, не возникнет никаких вопросов. – Договорились… Завершив разговор, выругался… Черт возьми… Марина Глубоко вдохнув, задержала дыхание… я пребывала в возбужденном состоянии, в предвкушении чего-то нового… выдохнув, улыбаясь, пошла на кухню, но перед дверью остановилась, взяла себя в руки, сделала лицо серьезным, открыла двери и вошла. Немного некомфортно себя чувствую, после нашей близости с Талханом, взяла подушечку, что сшила бабушка, положила на стул и села к ней за стол. – Почему сразу не рассказала мне? – Так получилось. – А получилось не так, а вот как… Пришел твой суженный ни свет ни заря и стал на тебя свои права заявлять. «Это он может», – думаю я. – Каково мое удивление было, когда он сказал, что ты его невеста. – Да… я и сама не знала, все так быстро закрутилась, может, мы торопимся… – Так вот, – продолжала ба. – Смотрю на него, вроде солидный, я его этот «броневик» сразу срисовала… Мне стала смешно, и я засмеялась. Бабушка так эмоционально рассказывает, говорю: – Ба, это внедорожник, машина такая. – Ой! – махнула она рукой. – Кто их разберет, этих богачей, на чем они ездят. Ну, я его, значит, жениха-то твоего своим зорким глазом рассматриваю. Гляжу, не русский парень, красивый… что правда, то правда. Но вот, знаешь, сразу меня к себе расположил, то ли искренность в его словах была, то ли сам человек такой, внушающий доверие. Сказал, что ты его, и не уйдет… А я люблю настойчивых, твой дед меня также добивался. Ой, отвлеклась, ну вот… решила впустить. – Прямо кино, бабуль, рассказываешь, – улыбаюсь, а самой интересно. – Ага, кино… это ты, внученька, точно подметила. С тобой я могу не просто в полный метр, сразу в сериал попасть. – Прости, ба… – Все уже, прощать-то и нечего. Не стоило скрывать, только и всего. Что же я, молодой не была? Ладно, в общем, посмотрела на его руки, ухоженные, но мозолистые. Первый этот… как там его, что вы там сейчас всем подряд ставите в своем компьютере? – Лайк? – Ага… он самый. Значится «лайк» ему за руки, что работящие. Впустила его для разговора, думаю, что ж мы цивилизованные люди, тем более я… – развела она руками. – Да уж, бабуль… это очень цивилизованно было. Поверить не могу, ты действительно разглядывала его ладони? – А что такого, хотела сразу понять, стоит ли он моего внимания? Оказалось, стоит. – Твоего? – Моего. Внучка у меня одна, абы кому не отдам. Деньги – это хорошо, только ведь они не в радость будут, ежели любви в семье не будет. – Бабуль… – у меня глаза увлажнились, оттого, что есть у меня родной человек, который готов стоять за меня до последнего. Как же это важно, знать, что тебя любят. – Ну, будет тебе, внучка… будет, – погладила меня по волосам, я прильнула к бабушкиным шершавым ладоням, так и слушала ее, а слезы сами катились из глаз. – Работящий мужчина у тебя, видно непросто в кабинете сидит «бумажули» подписывает. Не боится работы – это хорошо… у нас там во дворе летний домик, ему отделка нужна, вот пусть он сделает там ремонт, заодно покажет, на что горазд. – Ба! – подняла я голову, шмыгая носом. – Ты серьезно? – Ишь ты, уже защищает его… не убудет от твоего жениха. Вон какой здоровый, ниче… пусть поработает. В кои-то веки мужик появился, должна я его использовать? Или так, пылинки сдувать будем… – Ба… ну, ты даешь. – Пусть не думает, что мы на его костюмчик лощеный повелись. – Как скажешь, бабуль, – улыбалась я уже во весь рот, представив картину, как моя маленькая ба командует грозным и здоровым Талханом. – Он любит тебя, деточка. – Что? Правда, ба? – Правда, – показывая свои ямочки, улыбалась бабушка, собрав морщины в сеточку у глаз, а глаза голубые, как небо. – А как поняла? А, ба? – Ой, Марусь, какая ты у меня совсем глупенькая. Такое скрыть невозможно и не подделаешь, ложь-то, она сразу видна, я ее, вообще, за километр чую. – Знаю, бабуль, – мечтательно вздохнула я. Ба встала, убирая со стола кружки, и я за ней, помогла собрать со стола. – Ба, я обед приготовлю, а ты иди, отдохни. – Приготовь, только не пересоли, знаю я вас, влюбленных, а я пойду во двор схожу. – Не пересолю. Тебе если помочь надо, ты скажи. – Не-не… не надо. Только ба надела на себя бушлат и собралась во двор, услышали стук в дверь. – Кто это там еще? – спросила у себя бабуля и пошла к двери, выглядывая через окно. – Принесла нечистая, – запричитала бабуля и пошла открывать. Слышу сквозь открытую дверь, до кухни доносится разговор. – Ну, чего приперлась? – Вот поэтому к тебе и заходить неохота, Маша. – Так и не заходи, все равно кроме сплетен ничего не услышу, а они меня не накормят, Тая. – Все, ладно тебе, уже ворчать начала. – Ну, говори? – сказала ба, пропуская в дом соседку, Таисию Степановну. – Да я тут видела, к тебе важные люди на крутых машинах ездят. – А-а-а… че-то ты припозднилась, час уже, как уехал, а ты только надумала прийти. – У меня дела были. – Ну, оно и понятно, шутка ли, всем такую новость разнести надо было, абы кому не доверишь, самой надо. – Вот че, Маш начинаешь, нет, чтобы соседку чайком отпоить. – Ну, пошли, отпою. Услышав, что идут на кухню, я зашла за нишу. За ней меня не видно, прошла к столу и стала разделывать курочку. Неприятна мне Тая Степановна, знаю, что некрасиво – надо поздороваться, но уже решила, что не выйду. И потом, чувствую, сейчас затронет меня, а так есть надежда, что избегу лишних вопросов. – Так что же это хозяин завода у тебя в доме забыл? – А тебе-то что? – Да вот, думаю, какие у него с тобой интересы… – попивая чай, поинтересовалась соседка. – А ты не думай… лишние мысли могут на здоровье отразиться. – У меня крепкое здоровье, не переживай. – Вот еще… пусть, твоя Инесска переживает. – Ой, молчи, повадилась таскаться с этим Антоном, нет, чтобы бизнесмена какого подцепить, ну красивая же деваха. Я слышу, что говорит соседка и понимаю, что, скорее всего, она говорит о Тохе… он Инесске еще со школы нравился. – Ты что, думаешь, бизнесмены твою внучку сидят и ждут что ли? – Ну, так и твою не ждут. – Че это… мою не ждут, очень даже ждут. – Поди, еще скажи, что к твоей внучке свататься приезжали, – усмехнулась Таисия Степановна. – А что, должны сначала твоего разрешения спросить? – Серьезно?! – Так, кажись, ты засиделась, уже и кружка пустая. Все, вставай, мне некогда— у меня дел невпроворот. – Маш, так ты не сказала, к Маринке приезжали?! – Меньше знаешь – крепче спишь… Стихло в комнате, видимо бабуля выпроводила соседку. Ну что поделать, думаю у многих своя «Таисия Степановна» есть… Вечером за нами заехал Талхан и мы отправились к нему… – Как прошел твой день? – спросил он, пока мы ехали. – Все хорошо, а твой? – Плодотворно, – улыбался он мне, поглаживая пальцами мой подбородок, а моя ба смотрела в окно… – С завтрашнего дня начинаю подготовку к свадьбе, – моя улыбка сползла с лица. – Что-то не так… тебя что-то тревожит? – Я хотела спросить, не торопимся ли мы… все как-то быстро у нас. – А зачем нам терять драгоценные минуты, переходящие в дни? – Ну… обычно, так не делают… – Кто тебе сказал, девочка моя? Многие так делают. Мой отец женился на моей матери, пришел, посватал и все, они вообще не виделись. – Но ведь это ваши традиции. – Ну, так я согласно традициям и действую, а ты согласилась. Разве нет? – Да… – Что касается традиции. Марина, надо будет расписаться в России, мы приедем на собственную свадьбу уже в качестве супругов. – А почему? – Я тебе потом объясню. – Ладно… Тетя Галя вышла встречать, обняла меня и поздоровалась с бабушкой. – А я вас именно такой и представляла, – сказала она приветливо моей ба. Бабуля ничего не ответила, лишь поздоровалась, но я знаю, что они найдут общий язык. Как же я рада вернуться в этот дом…