Глава 36. Откровения в службе имперской безопасности

Помощник целителя, вошедший в двери, был насторожен, как дикий дракон, попавший в загон ловца магических животных. Оков на нём не имелось — гвардейцы не сочли нужным надевать наручники на безоружного простолюдина, тем более перед встречей с одним из сильнейших магов королевства. Окинув просторный кабинет беглым взглядом и надолго задержав его на спящей девушке, Зетри с ухмылкой уставился на светлое пятно на паркете, оставшееся от унесённой кадки с лианой. Вокруг пятна лежали опавшие листочки, как и на подоконнике, а на стене болтался опустевший подвес под кашпо. Мар всегда воспринимал обстановку кабинета как данность, не акцентируясь на деталях, и только сегодня обратил внимание, что флоры в нём, оказывается, много.

— Глупо не учитывать способности противника, особенно, если те выходят за рамки твоих собственных возможностей, — невозмутимо подтвердил Мар догадки молодого человека. — Конечно, я могу отбить нападение лианы шквалистым огнём, но не хотелось бы расстроить Кэсси гибелью ещё одного растения, пусть и не слишком редкого. Она имеет удивительную способность расстраиваться не из-за стоимости пострадавших кустов и даже не из-за их уникальности, а просто в силу любви и сострадания к живым существам.

— И вы коварно пользуетесь её добросердечием! — вспыхнул Зетри.

— К сожалению, не только я. Присядьте. Мой кабинет невозможно прослушать, так что предлагаю поговорить начистоту. Почему вы скрывали от Кэсси, что одарены той же способностью влиять на растения через эмоции, как и она? Не отпирайтесь, у нас мало времени, а вы крепко подставили Кэсси.

— Букетом? — помедлив, буркнул Зетри.

— Да. Я помню, что вы помогали ей в лавке в день открытия, в том числе — вели записи в журналах учёта. Заметили, что количество проданных растений по нескольким позициям заметно отличается от количества растений заранее купленных и, вероятно, сообщили о том Кэсси. Что дальше?

— Она заметно испугалась, что я обратил внимание на расхождения, и соврала, чтобы объяснить их. Кэсси не умеет лгать правдоподобно, и когда вынужденно изрекает ложь, та и слепому видна. С учётом, как лихо раскупались эти цветочки, причём явно с подачи службы имперской безопасности, я пришёл к выводу, что вы подвели-таки Кэсси под крупные неприятности.

— Поэтому вы решили перевести возможные наши подозрения на Мэгги Мейс, пользуясь её явной сердечной склонностью к вам. Поступок неблагородный, но куда хуже, что крайне глупый. Да, мои следователи внимательно прошлись по созданному вами подложному следу, но в итоге разобрались в его фальшивой природе. Никогда не водите за нос профессионалов сыскных служб, если не обладаете всей полнотой информации, поскольку при таком раскладе шансы на успех заведомо равны нулю.

— А при наличии информации — можно попробовать? — насмешливо переспросил Зетри.

— Лично я собираюсь, — невозмутимо подтвердил Мар, — и рассчитываю на вашу помощь. Кто ещё входит в круг уникумов с таким же даром, как у вас?

— Дар был у Лиеры, я действительно помогал ей взамен на подсказки и помощь в исследовании границ своих возможностей. Правда, Лиера отмечала, что Кэсси гораздо талантливей, её дар сильней и многогранней. Если вы загубите такое чудо…!

— Обойдёмся без угроз. Я ничуть не меньше вашего желаю оградить Кэсси от всех бед и несчастий, — сухо заверил Мар. Ему не понравились ни горячность молодого человека, ни нежный взгляд, брошенный на девушку. Смирение с тем, что стоишь одной ногой в могиле, оказывается, вовсе не означает смирения с наличием у лучшей на свете девушки страстных поклонников, метящих в женихи. Однако необходимость заниматься высокой политикой развила в Маре умение договариваться с людьми, независимо от симпатий к ним и пересечения сфер интересов. — Вернёмся к моему вопросу: кто ещё?

— Никто, — честно ответил помощник целителя. — С чего вы вообще взяли, что есть кто-то ещё? Мне другие неизвестны, и Лиере тоже не были известны: она частенько повторяла, что мы с Кэсси — единственные такие, и хорошо бы нам…

Молодой человек смущённо осёкся, но продолжение фразы было очевидно.

— Нэсса Лиера чересчур увлекалась идеями селекции, — желчно процедил Мар, — и совершенно необоснованно распространяла их с растений на людей.

— Почему необоснованно? Разве маги женятся исключительно на магинях не из желания передать детям ценные способности к магии? — с сарказмом парировал Зетри.

— И снова вернёмся к моему вопросу. — Железная выдержка Мара порой изумляла его самого. — По столице последние лет десять бродит человек с таким же даром управлять растениями, как у вас. Это факт доказанный — он убивает с помощью растений, а кроме того, уже дважды нападал на Кэсси.

Пока Мар кратко рассказывал истории нескольких убийств и покушений, выражение лица молодого человека менялось с недоверчивого на ошеломлённое и испуганное. Он боялся не за себя — он боялся за Кэсси, и постоянно бросал на неё тревожные взгляды.

— Когда я встретил вас с Кэсси на Восточной площади, вам кто-то подсказал в тот вечер усилить напор в ухаживаниях за ней? Мне же не показалось, что вы тогда настойчиво склоняли её выбрать вас? — вкрадчиво спросил Мар.

Зетри вспыхнул, дёрнулся, но взял себя в руки и кивнул:

— Лиера посоветовала перестать играть роль всего лишь друга.

— И вас ничто не насторожило? Как это удобно: не замечать, как уходят н а сторону смертельно опасные растения; не удивляться, что девушка вдруг начинает благоволить к вам больше, чем прежде, — язвительно протянул Мар и резко, отрывисто заговорил о другом: — Если других уникумов нет, то вынужден арестовать вас за покушение на убийство эмира и чуть было не удавшееся убийство младшего принца. То, что вы находились достаточно близко, чтобы командовать лесом, — факт. То, что вы действительно влияли на него — тоже факт, Кэсси подтвердит.

— Я влиял, чтобы ей помочь! — вспылил Зетри. — Только думал, что растения взбунтовались под воздействием каких-то зелий, а Кэсси пытается их успокоить.

— Она пыталась выхватить контроль из рук убийцы и вычислить его стратегию. И судя по всему, убийцей были вы!

— Прекрати давить на него, — донёсся тихий шёпот со стороны дивана, и увлёкшиеся противостоянием мужчины вздрогнули и обернулись к бледной девушке. — Я прокрутила в памяти последовательность боя с армией растений: не Зетри зачинщик нападения флоры, он подлетел после начала атаки. Он действительно пытался мне помочь, сейчас я понимаю, что из-за него вдруг схлынул накал сражения и снизилась агрессия зелёных хищников.

— Ты почувствовала эффект от моего вмешательства? — просветлел Зетри, и Кэсси кивнула. — Значит, у меня хоть что-то получилось сделать! Не зря настраивался на миролюбие до полуобморочного состояния. Погоди, деревья и кусты в лесу действительно вела чья-то злая воля?! Воля человека с даром, как у нас?!

— Да, это абсолютно точно. Я иногда улавливаю от растений эмоции, совершенно не свойственные флоре, транслируемые им кем-то другим. Эмоции чисто человеческие. Жгучую ненависть, например. — Кэсси содрогнулась, и Мар вернул её голову на подушку и подтянул повыше одеяло.

— Спи! — скомандовал он и освежил сонное заклинание и звукозаглушающее. Ресницы Кэсси вновь сомкнулись, она задышала тихо и спокойно. — Зетри, в последний раз возвращаюсь к своему вопросу: кто? То, что убийца хорошо знаком с Кэсси и всеми её друзьями, несомненно — слишком близко он к ней подбирается, слишком много о ней знает.

— Мне неизвестен верный ответ на ваш вопрос, — приглушённо ответил помощник целителя. — О любых вариантах страшно даже подумать, если убийца кто-то из них — Кэсси этого не переживёт.

— Она не переживёт, если след от букета и ключа-артефакта, тщательно проложенный убийцей, в итоге доведёт до неё, — мрачно уверил Мар.

— Её же не обвинят в убийствах? Тем более — десятилетней давности! — разозлился Зетри.

— В убийствах — нет, всё намного хуже.

— Хуже?! Вы не шутите? Чёрт, что ей грозит?

— Её казнят.

— И вы не спасёте?!!

— Велика вероятность, что меня признают её сообщником, причём и веское, неопровержимое доказательство отыщут.

Мар еле удержался, чтобы не коснуться клейма на груди, скрытого одеждой. Поразительно ловко их оплели сетями интриг. Вот вам диверсантка, а вот её преданный сторонник, замысливший пойти против короля, оставить трон без прямых наследников и всё специально подстроивший для достижения цели. Очень достоверно, сам бы поверил!

В форточку влетела очередная порция вестников и спланировала на стол. Надпись на одном письме привлекла внимание главы службы имперской безопасности. Он распечатал его, вчитался и помрачнел, как туча. Зетри немного подождал в гробовой тишине, затем кашлянул, напоминая о своём присутствии в кабинете.

— Простите, — вздохнул Мар, складывая послание. — Я велю проводить вас в камеру, посидите у нас пару дней, дознавателям прикажу вас не беспокоить.

— Арестовываете, потому что подозреваете во мне убийцу, — поморщился Зетри.

— Наоборот, как раз потому, что не подозреваю. Вам никогда не приходило в голову, что наилучшее алиби человеку обеспечивает тюремная камера?

Когда помощника целителя увели, Мар склонился над Кэсси, ласково провёл по распущенным шелковистым волосам и с состраданием прошептал:

— Бедная моя девочка, ты ничем не заслужила такой судьбы. Самые большие счета нам выставляют за талант и доброе сердце.

Второй раз в жизни, пробудившись утром и открыв глаза, Кэсси сразу увидела перед собой лицо спящего мужчины.

Стоит отметить, лицо Мара напугало её куда меньше королевского, даже, прямо сказать, не напугало вовсе, а побудило думать, что сон ещё продолжается. Трепетно-сладкий сон, в котором её нежно целовали твёрдые губы, широкие ладони скользили по плечам, а её пальцы зарывались в его растрёпанные чёрные вихры.

Рука Мара лежала на подлокотнике дивана, касаясь её волос, оберегая даже во сне, а сам он неловко скособочился в кресле, слишком маленьком, чтобы в нём мог с удобством спать широкоплечий человек высокого роста. Помнится, кресло стояло за столом? Он сам перетащил его поближе…

Зелёные глаза распахнулись и сонно уставились на неё. Во взгляде промелькнули нежность и ласка, а потом он затуманился грустью и настороженностью, как бывает у людей, когда они хотят сообщить пренеприятное известие.

Хм-мм, король решил, что по причине ужасной невезучести его семейства, ему и сыновьям требуется личный телохранитель, защищающий от хищной флоры? У неё теперь новое место работы — во дворце, а в разделе «расторжение трудового контракта» значится единственный пункт: «через плаху»? Или премия за спасение принца ожидается в разы меньше премии за короля, поскольку постоянным потребителям её услуг положена семейная скидка? Может, её лавку конфисковал Магпотребнадзор в качестве компенсации за грубое нарушение договора на содержание Эспаргус Архаик? Её ничуть не удивит, если размер неустойки сильно превысит размер королевских щедрот!

О по-настоящему страшных вариантах она задумываться не хотела. Но не могла не спросить:

— Что с Энни и Зетри?

— Отправлены по домам. Я взял на себя смелость отменить твоё сегодняшнее дежурство в скорой магической помощи и перенести на следующую неделю все экзамены по магботанике. Лорд Дэкет и лорд Кэшвелл отнеслись к моей просьбе с пониманием, — хрипловатым со сна голосом поведал Мар.

О, она бы поразилась, вздумай лорды без  понимания отнестись к просьбе главы службы имперской безопасности! Крайне недальновидно игнорировать вежливые пожелания человека, которого вынужденно слушаются даже короли.

— По какому поводу мне организованы выходные дни? — опасливо поинтересовалась Кэсси. Матушка поучала, что лёгкие деньги сбивают с праведного пути, и преждевременный отпуск, по мнению Кэсси, относился к той же категории.

— По семейным обстоятельствам. Вот прилетевшие вчера письма, полагаю, они сообщают о тех же событиях, о которых уже доложили мне. Кэсси, жизни твоего отца ничто не угрожает, он под присмотром.

После такого предупреждения Кэсси поспешно распечатала магические вестники. Первое письмо отправил единственный на весь её родной городок лекарь, сухо сообщив, что господин Валенса пытался совершить самоубийство, сбросившись с крыши своего дома. Точнее, дома уже не своего, поскольку вчера утром дом отобрал банк и выставил на торги. Лекарь писал, что психическое состояние её отца уже стабилизировалось, и требовал заплатить за его пребывание в маленькой городской больнице с тремя палатами, поскольку у самого господина Валенса денег нет, и даже в таверне его поселили в долг, по старой дружбе.

— Я же отправляла ему деньги, и билет до столицы он уже купил, — недоуменно прошептала Кэсси, ужасаясь истории с отцом. Почему он так поступил?! Ведь охотно планировал переезд, верил в свои силы и ожидающее его светлое будущее!

С тяжёлым сердцем распечатала она письмо от мачехи.

« Кэсси, увози уж поскорее своего отца! Даже после того, как мы разъехались, он умудряется портить мне жизнь и репутацию! Объясни своему папаше, что такими демонстративными выходками, как прыжки с крыш, он меня не вернёт, как и подарками наподобие простеньких колье.  — Ага, стало ясно, куда ушли отправленные отцу деньги. — Жаль, что его успел подхватить и спасти не вовремя приехавший смотреть дом покупатель, оказавшийся магом. В статусе вдовы мне жилось бы куда комфортнее, на меня бы не бросали косых взглядов. Но твой папаша ничего толком делать не умеет, даже на тот свет отправиться ».

— Гадина! Душегуба ползучего на тебя не хватает! — с чувством высказалась Кэсси. — Храни бог того мага, что спас моего непутёвого папу. Странно, что банк так быстро отыскал покупателя в нашем захолустье, да ещё и мага… — Она задумалась, и в голове забрезжила догадка. — Погоди, что значит — тебе доложили о происшествии с моим отцом? За ним следили?!

— После того, как ты рассказала мне об уходе мачехи, я пожалел, что ещё раньше не велел присматривать за твоими родными, и промах исправил, — невозмутимо подтвердил глава СИБа.

— «Покупателем» был переодетый гвардеец, — криво ухмыльнувшись, подытожила Кэсси. — Спасибо…  Мар .

Впервые она открыто, а не в собственных мыслях, назвала его так, как называли только близкие люди. Невыносимый брюнет заметно вздрогнул и отвернулся.

Он лично проводил её до лавки и обещал прислать карету, которая быстро довезёт до родного городка. Заверил, что её будут охранять, но сто раз попросил быть начеку, поскольку — мало ли что. Наконец поток вестников, разыскавших главу службы имперской безопасности, достиг критической массы, и лорд Левитт отбыл обратно в центральный корпус конторы. Кэсси осталась в лавке — принимать сочувствие от помощниц и нэсса Годри, читать такие же соболезнования и пожелания доброго пути от Энни, коллег и ректора, и собираться в дорогу. В отдельной карете, которая не останавливается, как почтовая, на час-другой в каждом городке и посёлке, она уже к ночи доберётся до дома. Вернее, до таверны, так как в отчий дом её уже не пустят.

Когда крикнули, что карета прибыла, Кэсси спустилась вниз и увидела, как нэсс Годри грузит на запятки её скромный багаж, а рядом пристраивает свой саквояж Зетри. Радость, что видит друга не в тюремной робе, быстро сменилась недовольством от его твёрдого намерения поехать с ней.

— Дружеская поддержка не помешает, — заявил Зетри. Отвёл её в сторонку и тихо, убеждённо заговорил: — Ты ни разу не была дома после отъезда на учёбу, а мне доводилось ездить к своим родителям и я представляю, что тебя ждёт, тем более ты — девушка. Поверь, сопровождение мужчины тебе не помешает, а ещё лучше будет, если ты сразу всем представишь меня как жениха. Обещаю никогда не напоминать тебе об этом. — Помощник целителя шкодливо усмехнулся.

— Надо было попросить Левитта в камере тебя запереть, — проворчала Кэсси, и тут тёмное подозрение змеёй вползло в её светлую душу: — Или он велел тебе сопровождать меня?!

— Ну-ууу, можно сказать, это было условием освобождения меня из камеры, — пожал плечами Зетри. — Глава имперской безопасности умеет вынуждать людей очень многое делать добровольно.

Ах так! Кэсси стало до нелепого обидно. Королевский кузен, часом, сватать её не намеревается, как некогда Лиера? Сам-то он в райские кущи собирается, так отчего бы с барского плеча и ей счастья не скинуть, и её жизнь не наладить? Она его на балу от невест защищала, а он вот так за всё хорошее платит? Да не вопрос, она вернётся и такую экспедицию к нему невест организует — только держись! По всей столице слух пустит, что укус горявки обладает выраженным приворотным действием, особенно, если приходится в мягкие места предмета приворота! Всем расскажет по секрету, что её «горячая дружба» с великолепным лордом Левиттом началась с того, как он ароматом галлюциногенума «ночной кошмар» надышался! Ах да, и рецепты «своих уникальных приворотных зелий» (с основой из трав слабительного действия!) тоже «отыщет» — дамы так стремились угадать их состав. Глядишь, от полезных травок и проклятье естественным путём наружу выйдет!

Она не замечала, что гневно сопит, уставившись в серую брусчатку мостовой, пока не расслышала тихий смешок нэсса Годри.

— Разгневанная женщина — страшная сила, ужасней голодных дьявольских силков! Не хотел бы я оказаться на месте главы имперской безопасности, когда ты вернёшься в столицу. Может, каких растений заранее докупить надо? Кусачих, жгучих, плюющихся ядом? — веселился нэсс Годри, разыгрывая усердную услужливость. Ничего, она и на его долю горявок и зубастых мухоловок закажет! — Не расскажешь, что вчера произошло на королевской охоте, отчего вас, вместе с Энни, в контору на всю ночь забрали? В газете какая-то чушь написана — такая же, как ложь про твоё пребывание в больнице.

СИБ успел сделать официальное заявление о происшествии? Что же сочинили умники по связям с общественностью на этот раз? М-да, на достоверную версию им явно не хватило времени.

— Кто мы такие, чтоб опровергать сообщения властей? — пробурчала Кэсси, возвращая газету нэссу Годри. — В ящичке под конторкой стопка зачарованных писем и пачка наличных — на всякий случай, вдруг мне придётся задержаться на пару дней из-за отцовских дел.

— Не переживай, не развалим мы твоё предприятие за пару дней, тут минимум неделя нужна, — авторитетно заявил Годри и подсадил её в карету.

Зетри молча забрался следом, и они тронулись в путь.