Глава 7. Гениальные стратегии

В лавке возвращения хозяйки с волнением ожидали Тира и Айя. Всевидящая любопытная соседка поведала девушкам, что в дверь вначале стучались гвардейцы и ушли. Что потом вернулась нэсса с корзинами, полными трав, а сразу вслед за этим примчалась карета с гербом службы имперской безопасности, из которой вышел сам глава печально знаменитой конторы и нэссу-то забрал! На этом моменте соседка трагически всхлипнула, и девушки её успокоили, что прибытие за их хозяйкой гвардейских отрядов и высшего начальника всех гвардейцев империи — дело обыденное и довольно часто повторяющееся. В итоге старушка прониклась великой значительностью персоны, поселившейся с ней по соседству, и даже девушек-помощниц проводила с поклоном, вручив им ещё два десятка яиц.

Кэсси велела девушкам яйца поделить поровну и забрать себе, поблагодарила за наведение финального лоска в лавке и попрощалась с ними до завтрашнего утра. Закрывая дверь, она задумалась, от чего её колотит нервной дрожью: от событий дня сегодняшнего или от ожидания дня грядущего. Присев на диван у столика для клиентов, она обняла ветки склонившегося к ней Коки. Питомец был особенно благодушно настроен, и куча крошек в вазочке объясняла почему: помощницы заранее выложили печенье для гостей, а ушлая лиана слопала его подчистую, прикрыв от глаз девушек край стола пышными ветвями.

— Если завтра снова объешься сладким, несварения нам не миновать, — предупредила Кэсси, но её слов, разумеется, не поняли.

Собравшись с силами, Кэсси отперла замок на задвижке подвала — хотелось бы завтра распродать основную часть вещественных доказательств, чтобы никто не успел их счесть таковыми. Рассортировав всех спасённых, посадив их в горшки с вензелем своей лавки и запрятав среди сородичей, Кэсси облегчённо выдохнула — теперь и она не отличила бы один саженец от другого. Оставалось надеяться, никому не придёт в голову с пристрастием допросить её или Фица.

Надо было разложить по пакетикам семена и сушёные травы, тоже хранившиеся в запертом подвале и оттого не разобранные помощницами. Вечер плавно перетекал в ночь, большинство зелёных обитателей лавки погрузились в сон, который по науке правильно было называть периодическим снижением активности. Скалолаз забрался повыше на кадку Коки и затих, все виды перекати-поля попрятались по углам, только кладбищенский страж воинственно распушился, радуясь темноте, да хищные лианы оживились в ожидании нашествия ночных насекомых. Да, питания в лавке им хватало вдоволь, но радостное возбуждение охоты — это же совсем другое!

«А ведь через недельку-другую они сообразят, что дом — не улица, насекомых тут нет, и перестроят свои циклы активности. Что это, как не выработка условного рефлекса?» — подумала Кэсси, невольно вернувшись мыслями к предложенному Левиттом эксперименту. И сухие горошины выпали из её пальцев, дробно застучав по половицам.

Встав на колени, чтобы собрать рассыпанное, она глухо вскрикнула, заметив быстрое движение на лестнице, ведущей вниз со второго этажа. Змея пробралась в дом?! Нет, змея намного у же. Кажется, будто вниз скользит маленький коврик…

«Скалолаз наставницы Лиеры! Господи, он же был оставлен в гостиной, в моих личных комнатах, куда никто не заходит! Воду в его маленьком контейнере никто сегодня не менял и минеральными добавками не подкармливал. Я и вчера наверх не поднималась, забыла про беднягу в суете и треволнениях», — виновато спохватилась Кэсси и бросилась смешивать концентрированный питательный раствор.

Наливая готовую смесь в распылитель, она обратила внимание на странное поведение скалолаза. Притормозив у подножия лестницы, он подхватил усиками несколько горошин и добрался до столика. Проигнорировал гневное колыхание былинок второго скалолаза, успевшего притихнуть на кадке Коки, и пополз вверх по ножке столика для клиентов. Прошуршал до вазочки, кинул в неё горошины и суетливо «затоптался» на месте, явно чего-то ожидая.

Потрясённая Кэсси машинально вытянула руку и опрыскала его питательным раствором. Скалолаз издал звук удовольствия (будто булькнула болотная трясина), шустро слетел вниз и подобрал ещё несколько горошин. Тут окончательно вышел из себя скалолаз, подаренный Левиттом, сполз с кадки и ринулся защищать территорию от наглого сородича. У этого вида полуразумных мхов не было принято жить тесными группами, и в зависимости от размеров особи ей требовалось личное пространство радиусом от одного до трёх метров. Пространство тщательно охранялось от собратьев, хоть близость всех других видов флоры и фауны скалолазов не задевала. Собственно, по этой причине непереносимости соседей второй скалолаз и был поселен на второй этаж.

Подхватив питомца на руки и предотвратив драку, Кэсси унесла его на место и поменяла воду в контейнере. Немного побултыхавшись, скалолаз залез на стену и затих, а Кэсси вернулась в лавку.

Скалолаз Левитта лежал под столиком, дожидаясь врага, — мало ли, тот вздумает вернуться на чужой участок! Собрав горошины, Кэсси, затаив дыхание, вооружилась распылителем. Кинула в вазочку горошину — и прыснула питательным раствором на скалолаза. Кинула ещё одну — снова прыснула. Когда распылитель опустел, она полчаса просидела на диване, наблюдая за питомцем. Тот ничем не показал заинтересованности в продолжении подпитки. Полежал-полежал и, не дождавшись возвращения нарушителя границ, залез на кадку и затаился под листьями Коки.

— У тебя нет глаз и ушей, однако ты чрезвычайно чувствителен к колебаниям. Ты шуршание по полу другого скалолаза вмиг отличаешь от всех прочих видов звуковых колебаний. Посмотрим, сколько тебе потребуется времени, чтобы соединить воедино стук падения горошины и полив питательным раствором, — прошептала Кэсси. — Раз логическую параллель смог провести твой собрат, то и у тебя получится. Примечательно, что ты всегда вернёшься на своё место, тебя ни искать, ни звать не надо. Я бы сказала, при определённых усилиях из тебя возможно сотворить идеального отравителя, которого не заподозрят в убийстве, даже если застигнут на месте преступления. Подумаешь — мох. Растёт и растёт, погреться в дом залез. На данный момент только Левитт и я способны заподозрить неладное при виде скалолаза рядом с бездыханным телом. Надеюсь, с уходом Лиеры убийства, совершаемые с помощью растений, прекратились раз и навсегда.

…

Безумно начавшийся день не имел тенденции к окончанию. На вечернем срочном собрании руководители всех отделов СИБа вынужденно признали, что задержать диверсантку по горячим следам не удалось.

Другие новости были более обнадёживающими. Королева отбыла наконец-то в удалённый монастырь, сойдя с шахматной доски вечных политических интриг. Эмират официально признал события утра форс мажором, за который принимающая сторона ответственности не несёт. Эмир выразил согласие дождаться урегулирования ситуации и разрешения инцидента, его супруга уже помогала дочери обживать гостевые покои во дворце. Принцесса планировала с начала недели приступить к занятиям на боевом факультете, его высочество Стэн вызвался свозить её завтра в академию на ознакомительную экскурсию. Но все замечательные шаги навстречу друг другу (весьма редкие в практике политических союзов!) ничего не будут стоить, если не удастся разрушить магическую связь принца с неизвестной авантюристкой-вредительницей.

— Раз мы допустили её побег, придётся вычислять девицу логическим путём, упорно и, желательно, недолго: эмир не будет битый год ожидать результатов нашей работы, — холодно отчеканил Мар. — Кто что имеет сказать по данному поводу?

— Нелегальные переходы границ в последние годы фиксировались единичные. Всё как обычно: точечно взламывался магический полог, шпион проскакивал на нашу территорию и пытался скрыться от погранотряда. Как известно, у границы стоят мощные глушители магии, и при преодолении заградительных препятствий диверсантам приходится полагаться лишь на физическую силу и выносливость. Кому-то скрыться от нас удавалось, но женщин среди них не было, — рапортовал глава таможенного отдела. — И размер отпечатков ног на контрольных полосах рыхлой земли, и сохранившийся в ловушках запах, и зафиксированный при проходе через колючие ограждения размах плеч шпионов никак не соответствуют женским параметрам. Даже если предположить, что в мире есть женщины, способные…

— Без лишних подробностей, мы все доверяем квалификации друг друга. Раз таможня зуб даёт, что женщин извне к нам не проникало, примем это как факт. Что ещё?

— Чужестранка, недавно прибывшая к нам, не смогла бы так быстро бесследно раствориться в столице. Все виды таверн, гостиниц и доходных домов мы проверили — постоялиц-магинь молодых и незамужних не нашлось. Девушек-гостей, приехавших к столичным друзьям-родственникам, тоже проверили и тоже подозрительных особ не обнаружили.

— Откуда уверенность, что они не «подозрительны»? Мы о диверсантке практически ничего не знаем, — проворчал глава криминалистов, недовольный отчётом сыщиков.

— Мы опросили слуг и поговорили с гостеприимными хозяевами домов. Видите ли, аристократке довольно трудно незаметно исчезнуть из дома на полдня, чтобы её отсутствие не бросилось с глаза, а гости тем более у всех на виду. У девушек алиби на время совершения диверсии.

— Получается, действовал кто-то из местных? Собственно, священник горцев предполагал, что диверсантка скорее всего знакома с принцем, так что версия логичная. Значит, ищем девушку, давным-давно живущую в столице, чьи приходы и уходы из дома никем из родных не отслеживаются с особой тщательностью? — подытожил Мар.

— Да, а таких магинь чересчур много для оперативной проверки их сегодняшних перемещений, а через несколько дней и проверять будет нечего — никто уже не вспомнит давние случайные встречи или отсутствие таковых.

— Много-то много, но с магическими растениями возятся далеко не все, — вновь влился в обсуждение глава криминалистов. — Ни Кассандра Валенса, ни штатные эксперты-биологи, изучившие улики, так и не смогли сказать, для чего девица притащила в подземелье ничем не примечательные кустики-цветочки и будто нарочно раскидала листья по углам.

— А у меня идея есть, — задумчиво произнёс Мар, и все с надеждой уставились на своего главу. — Никто из вас не задумался, насколько хлопотно содержать подпольный питомник растений. В питомнике академии под руководством нэссы Валенса трудятся десятки ассистентов, и это не считая сотен студентов, в поте лица полющих, поливающих, удобряющих грядки и разносящих навоз. Купив лавку и нацелившись развести сад и огород, нэсса сразу наняла двух помощниц, а пожилая Лиера, болевшая из-за проклятья весь последний год, со всем справлялась одна? И с садом, и с питомником, и с домашними многочисленными питомцами? Список растений, переданных королевскому питомнику, очень обширен, а ведь в нём не было того, что мы обнаружили в подвальной лаборатории.

— У Лиеры тоже были помощники! Вы правы, глава!

— Помощники или ученики. Девица, создавшая нам столько политических проблем, раскиданными «уликами» оставила прозрачный намёк, что у Лиеры была ещё одна любимая ученица, которую та скрывала ото всех. Та ученица, которая в отличие от нэссы Валенса готова пойти по кривой дорожке наставницы.

Собравшиеся выразили своё согласие с версией главы угрюмыми кивками, а своё отношение к версии — крепкими словечками.

— Выясните, кто из магинь присутствовал на похоронах Лиеры, и поинтересуйтесь у кладбищенских сторожей, кто приносит на её могилу свежие цветы, — велел Мар. — Мало ли, появятся интересные зацепки.

В зале собраний повисла многозначительная тишина. Все взгляды с ожиданием скрестились на лорде Кэшвелле, и тот хрипловато закашлялся.

— Есть любопытные моменты в журналах учёта особо редких растений? Одно перекати-поле должно было проходить по отчётности, — встрепенулся Мар.

— Да, одно такое растение официально принадлежало Лиере, потом отошло Кэсси. Особей того же вида в столице ещё пять штук, все на месте, молодые девицы с ними никак не контактировали, — доложил глава Магпотребнадзора к вящему разочарованию Мара. — Мы с коллегами обсуждали возможности «зацепок» до вашего прихода, и меня назначили глашатаем совместно разработанной стратегии. Хорошо бы собрать всех юных незамужних магинь в одном месте, чтобы внимательно к ним присмотреться, а ещё лучше — чтобы предоставить его высочеству принцу Стэну возможность пообщаться с ними. Клятву он отдал диверсантке специфическую, и должна как-то проявиться реакция на близость единственной доступной ему женщины. Ну, вы понимаете, глава.

Да, Мар прекрасно понимал, что имеет в виду Кэшвелл. Если ещё возбуждающего зелья принцу накапать, то реакция его тела на… хм-мм… «разрешённый вариант» должна быть заметной. Кроме того, все «запрещённые» варианты даже под действием зелья принц должен проигнорировать, что сильно сузит им область поисков.

— Идея блестящая, — от души одобрил Мар. — Предлагаю устроить во дворце грандиозный бал в честь наших высоких гостей из Эмирата, король инициативу точно поддержит. Что-то вы не слишком вдохновились… У вашей совместной стратегии есть особые условия?

— Вроде того. Визит эмира хорошо подходит для официальной причины бала. Однако для б о льшей заманчивости мы бы пустили по столице слух, что вы, глава, намерены присмотреть себе невесту на этом балу. Прошедший в том месяце королевский приём в вашу честь после назначения на должность главы службы имперской безопасности вызвал огромнейший интерес у женского населения столицы, а если тот ещё и подстегнуть… Скажем, ваша матушка могла бы интервью газете дать, излив свои надежды на скорое обретение невестки, вы бы там-сям намёки кинули, его величество бы буркнул, что дал вам наказ остепениться и так далее и тому подобное.

— Вы намерены меня превратить в приманку для девиц?! — Все дружно кивнули, преданно смотря на него. Оглушительно расхохотавшись, Мар зааплодировал. — Не бережёте вы нового главу, ой не бережёте!

— На что только ни пойдёшь ради блага государства, — степенно заметил Кэшвелл, приглаживая и без того идеально уложенную шевелюру.

— Ладно, бес с вами, договорились. Однако я на месте диверсантки поостерёгся бы являться во дворец независимо от масштабности приманки.

— Так особое внимание мы уделим как раз не явившимся магиням, — ухмыльнулись руководители всех подразделений службы имперской безопасности.

К тому моменту, как удалось сговориться с кузеном-королём о бале и разговор с ним перешёл на обсуждение сущих мелочей вроде выбора блюд меню и музыки с учётом вкусов высоких гостей королевского дома, Мара атаковало рассерженное послание от матери. Чтоб ему сквозь землю провалиться, безумные события дня напрочь вымели из головы воспоминание о приёме уже устроенном! Сегодня вечером его явятся поздравить с продвижением вверх по карьерной лестнице все друзья и родственники (среди которых опять обнаружится множество новых «давних приятельниц» матушки, окружённых выводком дочерей брачного возраста). С учётом времени на часах в королевском кабинете, все уже явились… кроме виновника торжества.

— Тётушка в ярости, — с сочувствием заметил Карил. — Лети, организационные моменты без тебя решим. Может, записку тебе выдать за королевской печатью, мол: «Данной мне властью приказываю считать причину опоздания предъявителя сего документа делом государственной важности особой секретности»?

— Лучше написать, что причина в составлении списка отборных невест для моей блистательной персоны, тогда матушка обратно во дворец меня отправит, извинившись за доставленное беспокойство, — вздохнул Мар.

— Держись, один бал — не конец света, — поддержал Карил, вдохновлённый простотой и гениальностью стратегии вычисления диверсантки и не сомневающийся в успехе замысла.

Ещё в молодые годы, прожив в родительском доме четверть века, Мар обрёл уверенность, что работа в имперской безопасности мало что прибавит к его познаниям об интригах, коварных уловках и тайной разведывательной деятельности. К слову молвить, уверенность оправдалась. Куда там иностранным агентам до материнских хитростей! С добрейшими и светлейшими намерениями творится куда больше заговоров, чем с намерениями тёмными, преступными. Служба в СИБе убедила Мара в одном: ключевое отличие матушки от террориста-смертника в том, что с последним хоть иногда получается договориться. С матушкой, страстно мечтающей о счастливом будущем сына, сие представлялось решительно невозможным сделать.

Явившись на празднование в свою честь, когда гостей уже позвали к столу, Мар со всей вбитой воспитанием учтивостью извинился за опоздание, честно сославшись на внезапное возникновение политических задач, требующих срочного решения. И в заключение горячо попросил дам не гневаться на него настолько сильно, чтобы лишить согласия на танец на грядущем королевском балу. Упоминание о скором бале (и завуалированное обещание пригласить на танец всех присутствующих на ужине юных леди) перевело разговор в более удобное для него русло. Мар пространно и завлекательно рассказывал о готовящихся увеселениях и грандиозности бала и окончательно заслужил всемилостивейшее прощение, когда заверил, что во дворец будут приглашены все !

— Все аристократки? — кокетливо уточнила дочь члена Королевского Совета. Точнее: дочь советника по экономическому развитию. После назначения Мара на должность главы Всея Конторы контингент приглашённых матерью «давних знакомых» подскочил до высшей ступеньки великосветского общества. Рядом с отцом гордо восседал дальний родственник короля Бирма — тоже с дочерью.

— Более того, прекрасная Луиза: все магини столицы, — лучисто улыбнулся Мар, а вот сияние улыбок девушек несколько померкло. М-да, как сказала бы Кэсси: «Ничто так не поднимает настроение и не повышает прибыли, как отсутствие конкурентов. Зато большое их количество способно погубить самое перспективное дело». Похоже, рассуждения девушек шли в том же ключе.

— Надеюсь, его величество позволит тебе присутствовать на балу в качестве частного гражданского лица, а не в качестве главного ответственного за безопасность, — произнесла леди Левитт. Как всегда, матушка не спешила радоваться хорошим вестям: образование артефактора приучило её во всём искать тёмную подоплёку и скрытые смыслы, начертанные мелкими рунами на обороте привлекательного глянца.

— Он приказал мне явиться именно частным порядком и напомнил, что пока переловишь всех шпионов, так и жизнь пройдёт, — скорбно вздохнул Мар и обвёл показательно приветливым взором всех девушек за длинным родительским столом. Мнение матушки, что ребёнку всегда надо предоставлять право выбора, явно расширилось до мнения, что выбор надо предоставлять большой и разнообразный.

Ого, одна из девиц уже появлялась у родителей раньше. Мар и под пыткой не вспомнил бы имя «милого создания», когда-то вручившего ему книгу о биографиях и подвигах видных деятелей СИБа, но про отворотные чары на подарке он не забыл. Мать пришла к выводу, что старания девушки заслуживают поощрения, так же как проявленные ею познания в прикладной артефакторике и умение «работать на перспективу»?

Задержавшись взглядом на гостье, Мар с неким удивлением обратил внимание на необычность её украшений — бутоньерки из свежих цветов и вплетённую в локоны веточку лианы. Хм-ммм, опять «работа на перспективу», но уже с другого ракурса? Даже забавно! Девушка, приунывшая было в окружении статусных соперниц, воспрянула духом от проявленного им интереса и прощебетала, коснувшись зелёного венка:

— Камни и металл так холодны, а цветы несут с собой солнечный свет. Как вы относитесь к живым украшениям, лорд Левитт?

— Прекрасно отношусь! — с энтузиазмом ответил Мар, от прилива вдохновения чуть не подпрыгнув на старинном резном стуле с тонкими хрупкими ножками и страшно жёсткой спинкой. — Из цветов мне больше всего п о сердцу…

Благословляя своего преподавателя магической ботаники, Мар перечислил с десяток известных ему магических растений, у которых был сейчас разгар цветения.

«Сразу, как разъедутся гости, надо приставить соглядатаев ко всем лавкам, торгующим магической флорой! Сверим списки тех, кто закупил живые украшения к балу, с теми, кто явился в цветах, но в лавках не бывал. Ну и к ассортименту «украшений» тоже приглядимся, иногда и в очевидные ловушки люди попадаются», — довольно потёр ладони глава службы имперской безопасности, смотря на воодушевлённое личико милого создания с подзабытым именем и расстроенные лица остальных, твёрдо намеренных исправить свой «промах». Разыскиваемая его службами девица постарается ничем не выделиться из толпы, но зачем ей выкидывать деньги на то, что и так под рукой имеется, верно? В списках, составленных Кэсси, было несколько видов цветов, которые он предусмотрительно включил в свой перечень «особых ботанических пристрастий».

Поцеловав на прощанье последнюю протянутую ему ручку и помахав вслед веренице уезжающих карет, Мар театрально недоуменно вскинул брови, обращаясь к хмурой матери:

— Передумала меня женить? Главе самой влиятельной из государственных структур обязательно требуется жена, это истина в последней инстанции, что бы там ни думал очередной глава этой структуры, так? Я ведь прозрачно намекнул, что намерен последовать мудрым советам и подобрать себе супругу?

— Ты намекнул достаточно прозрачно, не волнуйся. Однако такие намёки и устроенное тобой шоу ботаника-любителя внушают мне смутные подозрения, что на бал ты таки явишься с секретной миссией спасителя империи. А нам с отцом отводится скромная роль твоего прикрытия, этакой дымовой завесы, уверяющей всех усомнившихся, что семейство Левиттов озабочено исключительно поиском невесты для наследника.

— И ты можешь на нас положиться, сынок, — торжественно провозгласил отец, похлопав его по плечу. — Мы будем лучшей дымовой завесой в истории дворцовых интриг!

Искоса глянув на ошарашенное лицо сына, леди Левитт укоризненно хмыкнула.

— Ты правда думал обвести нас вокруг пальца россказнями о женитьбе? Ты вовсе говорить не умел, когда я научилась распознавать готовящиеся тобой проказы по одному лишь выражению лица. Размах «проказ» с той поры существенно подрос, но не до такой степени, чтобы мать с отцом обманулись.