Глава 5

Если вы думаете, что лес, в котором предстояло пройти испытания был обычным, то вы, как и я, сильно заблуждаетесь в своих предположениях. В детстве я глубоко полюбила “Холодное сердце” Гауфа, которым ещё очень долго грезила в своих мечтаниях. Эта история запала в сердце даже не из-за того, как Петер Монк в итоге рвал душу из-за собственной глупости, а благодаря мрачности и какой-то реалистичности созданного автором мира. Но больше всего, я запомнила образ Шварльцвальда. Только в тех местах можно увидеть такие могучие и высокие ели. Прямые, стройные с серыми стволами и тёмной хвоей, стоящие так плотно, что, когда смотришь в чащу леса, её чернота поражает даже в полдень. Я видела его собственными глазами, трогала длинные, тонкие еловые иголки могучих елей, которые своим смоляным ароматом сводили с ума. А мягкость той земли? Она будто пружинила под ногами, издавая потрясающий тихий, ни с чем не сравнимый хруст. А ещё помню ощущение чужого взгляда в спину, но каждый раз, как я оборачивалась, я видела лишь зелёные глаза Жени, который наблюдал за моими восторганиями с едва заметной улыбкой, и я точно знала, что рядом с ним защищена, как президент.

Но и этот лес настолько поражает, что нет сил не вспомнить и о другой картине, приводящей в ужас от одной только мысли о том, что там, в чаще, может оказаться ОН. Герой германских легенд. Высокий мужчина, который нападал на детей и утаскивал в непроглядную чащу. Позже их находили насаженными на ветви деревьев и с перегрызенными глотками. В румынских сказаниях этот же герой истреблял целые семьи, виртуозно принимая их облик и выслеживая тех, кто сумел сбежать. Его называют Высокий Дух, или Дер гроссман, или… Слендермен. Обитатель чернолесья имел неординарную внешность. Рост примерно два с половиной метра и длинные руки, которыми он ломал хребты сбежавших, и не всегда детишек. Это существо преследовало меня в детских кошмарах и не только. Ночью мерещился за окном многоэтажки, за дверью старой кладовки, а порой и под кроватью, как какой-то бугимен. Мама промучилась со мной не больше недели, после махнула рукой, когда я пролезала в её кровать. Ещё через неделю запретила это делать, напутствовав бороться со своими страхами, а вернее трястись в одиночестве. Потом вернулся Женя из командировки и стал укладывать меня спать самостоятельно. Он подолгу сидел возле моей кровати, рассказывая те самые сказки про красноволосых принцесс и уходил только убедившись, что я крепко сплю. Не знаю сколько времени понадобилось, чтобы я забыла о своём ночном кошмаре, но точно не один месяц.

Думала обо всём этом, пока мы брели по давно заросшей тропе, я то и дело ощущала десятки взглядов из густого тёмного леса. Сквозь крону этих деревьев едва ли пробивались крохи света, казалось, что мы бредём в сгущающихся сумерках, и по земле начинал стелиться туман, дурманящий и без того встревоженный разум.

- Такое чувство, что за нами наблюдают… - Прошептала светловолосая девушка из тех адептов, что плелись позади.

Этот шепот для моего чуткого слуха оказался громом среди ясного неба. Я, конечно, не из пугливых, но что может быть страшнее для человека, чем его собственное воображение? Ведь именно оно рождает самые страшные плоды, когда направлено во тьму. А тьмы здесь было…

- Там кто-то есть! - Взвизгнула Аскара, одна из рыжих подруг Карисы, направив указующий перст вправо.

Мы резко остановились, вглядываясь в бесформенное пятно, достаточно быстро приобретающее чёткость линий. И именно в этот миг, я будто услышала десятки шепотков, окруживших нас со всех сторон. Пожалуй, столько монстров мне не доводилось встречать ни в одном фильме ужасов. Твари скалили пасти, тянули руки-лапы, наплывали и наступали, беря нас в плотное кольцо. Что делать в кругу необученных адептов я не знала, зато сразу сообразила, что хоть я и сама сюда полезла, это всё-таки их испытание. Моя роль не велика в этом ужасе, но я должна понять в чём заключается сила хардаяров и кто пойдет испытательным материалом в мою группу.

Возможно, именно поэтому я чуть отдалилась от них, желая детально видеть картину.

- Третья хатра! - крикнул кто-то из девчонок.

- Кому?! - Рявкнули ей в ответ. - Наши парни не боевики, не справятся!

- Тогда сорок первая, а парни пусть защищают!

Упомянутые мгновенно вышли вперёд, загораживая собой девчонок, и не зря. Потому что те молитвенно сложили руки, закрыли глаза, опустив головы и принялись что-то читать. Монотонно и синхронно, создавая неповторимую композицию хорового пения.

Это была самая настоящая молитва, а девушки смахивали на ангелиц, взывающих к своему отцу. И чем выше и напряжённее становился их голос, тем сильнее было физическое ощущение пространства.

Когда это началось, я с любопытством склонила голову, пытаясь понять, как ведут себя твари, а те в свою очередь подступали всё ближе, протягивая конечности к живому оцеплению.

Одно существо, имеющее невообразимое количество зубов и шипов бросилось на барьер, и судя по выданному фальцету, твари было очень неприятно слушать, как девчонки поют. Похоже, что это сильно оскорбило чувства неверующего монстра. Взмахнув чёрной конечностью, оно ударило парнишку, а после и остальные подобрались. Рёв парней, в котором послышались все ноты от ужаса до боли разнеслись по пространству. Поняв, что они не справляются, я уже почти сделала шаг в их сторону, когда над моей головой раздалось устрашающее “Ш-ш-ш-ш”…

Медленно задрав голову, я едва ли не вскрикнула от страха. Мой личный кошмар, преследовавший меня всё детство, смотрел на меня своим безглазым лицом, неестественно выворачивая шею.

- Дер гроссман, Вать Машу… - Выдохнула, едва дыша от ужаса.

В глубине души, может быть, я понимала, что он не настоящий… Но, а как ты себя поведешь, глядя в лицо собственному ужасу? Я впала в какой-то ступор, отчаянно стараясь вырваться, закричать, ударить, сесть на пятую точку в конце концов… но вместо этого только продолжала глядеть во все глаза, вжимая голову в плечи.

Кажется, один жизненно важный совет Жени не работал в такой ситуации. Он всегда говорил, что чтобы решить проблемы, нужно смотреть в лицо своим страхам. Совершить самое отчаянное действие, например, посмотреть под кровать, когда кажется, что там сидит ОН. И знаете, что? Смотрю я в это безглазое, безгубое и безносое лицо, пока совсем рядом поют, кричат и рычат, и… НЕ РАБОТАЕТ! От слова “совсем”! И почему-то складывается такое впечатление, что меня жестоко обманули.

- Ш-ш-ш-ш… - Потянул к моему лицу свои длиннющие руки Дер гроссман, и я наконец сбросила с себя это минутное оцепенение и резко развернулась, хватая его за протянутую к моему лицу конечность.

Я же давно уже повзрослела, чтобы понять очевидное - чудовищ не существует. Ну ладно, может и есть, но конкретного этого быть не может! Ну… По крайней мере, точно ни в этом мире! А если уж совсем мозг включить, то это виконтальский лес, где, возможно, самые страшные чудовища обретают форму живых существ, хоть это и выглядит, как дикий баян-баян.

Именно эти мысли предали мне сил, чтобы вспомнить, что я ванпайр, а не человек. Пары приёмов будет достаточно, чтобы укоротить кое-кому и руки, и ноги.

Резко дёрнув на себя чужие тонкие конечности, я услышала согревший душу хруст, будучи почти уверенной, что вытянувшееся лицо шипящего чудовища означает его немалое удивление, однако на этом не остановилась. И чтобы уж совсем бедного монстра шокировать со всего маха треснула между его тонких ног. “Ш-ш-ш-ш” превратилось в приятное девичьему сердцу “Кх-кх-х-х”.

Со стороны доносились хрипы, нарастающий гул женских голосов и какой-то странный клёкот, но как только я развернулась, чтобы броситься на помощь в глаза врезался невероятный образ, который ещё долго не давал мне покоя.

Тринадцать девушек раскинув руки и задрав головы к небу, парили в двадцати сантиметрах от земли, издавая при этом этот странный гул раскрытыми ртами. Их тела светились, заливая пространство пока ещё тусклым, но уже нарастающим белым сиянием, пока парни сдерживали слабеющих на глазах монстров, но уже сейчас было ясно, что они справляются своими силами. Глядя на девушек, в мою голову пришло сравнение с нашими компьютерными играми. В ММОРПГ таких персонажей называют “шаманами”, которые увеличивают силы и способности других игроков за счёт божественных заклинаний. И я прямо сейчас ощущала, как пространство наполнялось звенящей энергией, а когда прикрыла глаза, чтобы увидеть энергетические нити и вовсе обомлела. Они вели себя так же, как в момент моего пения! Тянулись к девушкам, ластились, но не стремились попасть к их рукам, а просто разворачивались и будто выстреливали в пространство, растворяясь в итоге в воздухе. А когда девушки перешли на ультразвук, терзая мои бедные перепонки, их сияние стало стократ ярче, нити звенели и разрывались в воздухе, пронзая чудовищ.

Издав последний рык, монстры рассеялись, а девушки прекратили гудеть и сиять, опустившись на землю. Я смотрела на них, как на чудо, сама себе пообещав, что, когда подобное повторится, я свалю, как можно дальше, чтобы не слышать этого терзания ванпирских перепонок.

- Ну и что это было? - Решила поинтересоваться я, находясь под впечатлением от встречи с детским кошмаром.

Я вот на всё сейчас согласна. Пусть это будут галлюцинации. Массовые, да. Только не говорите всерьёз, что в этом лесу оживают самые страшные кошмары, потому что, я боюсь представить, что нас ожидает впереди. Всем же известно значение фразы “Чем дальше в лес, тем толще партизаны”? Так вот, мои партизаны просто зажравшиеся свиньи в виду проживания на планете, где фильмы ужасов очень быстро приедаются зрителю, и он всеми силами ищет нечто такое, отчего кровь стынет при просмотре. А знаете, что самое неприятное во всём этом? Я вхожу в число этих людей, для которых в детстве любимым ужастиком был фильм “13 призраков”. Я и сейчас могу вспомнить самые животрепещущие моменты, запомнившиеся остротой и атмосферой. А такие картины, как “Астрал”, “Звонок”, “Зеркала”, “Паранормальное явление”, “Сайлент Хилл”..? И никогда мне не забыть тварь из фильма “Чужой”. Господи, да их сотни в моей голове! А представьте, что будет, если всех собрать в одном месте?

Мои мысленные метания были не видны другим, однако я всё равно схлопотала парочку подозрительных взглядов.

- Только не говори, что ты не знаешь куда попала? - Возмутилась Кариса, делая страшные глаза.

“Главное, что не на ТиВи!” - Мелькнула судорожная мысль в голове, от которой легче измученному мозгу не стало. Что может быть страшнее, чем осознание того, что тебя жестоко разыграли?

Я подошла к ним ближе, становясь в командирскую позу с руками за спиной. Пыталась лучиться железобетонным спокойствием, заразить уверенностью, которой во мне не было ни грамма.

- Прежде, чем мы продолжим дальнейший путь, я хочу знать, какие ещё маленькие сюрпризы нас ожидают.

- “Маленькие сюрпризы”? - Хлопнула ресницами Аскара, пытаясь сопоставить произошедшее с неважной мелочью. - Нет, вы слышали? Какая невероятная и наглая глупость! - Обратилась девушка ко всем. - Если бы не мы, тебя бы сожрали!

- Аска, хватит. - Осадила ту Кариса - У меня самой к этой ванпирше очень много как вопросов, так и претензий, но сейчас не время, чтобы выяснять отношения и устраивать перепалки.

Это заявление заставило меня нахмуриться. Нет, мне изначально было очевидно, что Кариса меня знает, но понять откуда и каким образом было делом невозможным в связи с отсутствием информации.

Девушка зло на меня зыркнула и глубоко вдохнув пояснила:

- Во-первых, виконтальский лес - это последнее место, которое посещают адепты ШАХа при выпуске. Во-вторых, это не просто лес, а как видишь, испытание на прочность. В-третьих, это последнее место, куда пошел бы каждый из нас, но не пройдя это испытание, мы не можем покинуть ШАХ.

- Почему? - Резонно спросила я, чуя во всей этой фигне дикую подставу.

- Выпускной гриб. - Тихо ответил какой-то парень сбоку. - Всё дело в нём. Это клятвенник.

- Эва как. - Удивилась я, припоминая несколько весьма познавательных занятий по магбилогии.

Грибочек этот заряжен принудительной магией до самого “не могу”. Даже просто держа его в руках, когда тебя спрашивают, нет ни единого шанса солгать. То есть получается, что хардаяры пройдя испытания ещё и клятву дают служить своему народу? Умно. Очень умно. А главное, что клятву вовек не обойти. Она намертво в ауру въедается. Но, знаете, что из этого всего мне на руку? Там, где растут грибы, я могу найти и горлодёры, собственно, из-за них я в эту глушь и поплелась. Когда ещё выйдет шанс создать звуковую гранату узконаправленного действия?

- А что ты улыбаешься? - Ехидно спросила Кариса. - Тебя это тоже коснется. Когда будем выходить из леса, каждому из нас зададут вопрос, на который ты не сможешь солгать из-за клятвенника в руках.

Я хлопнула ресницами, слегка не понимая в чём заключается проблема. Ну принесу я клятву Этраполису… Мне деваться теперь некуда, это же моя историческая родина, которой я буду служить до последнего вдоха.

- Не вижу проблем. - Хмыкнула я. - Ну мы идём или так и будем тут торчать?

Мы нестройным шагом двинулись дальше по тропе, во все глаза глядя по сторонам. Было всё так же жутко, особенно от понимания того, что в любую секунду из-за черного дерева может выскочить Фредди Крюгер с криком: “Добро пожаловать в прайм-тайм, су#и!” и это, пожалуй, был бы самый безобидный монстр, мелькавший в моих мыслях.

- Дон говорил, что в чернолесье всего три испытания. - Протянул кто-то задумчиво.

- Это какие же?

На меня посмотрели, как на умалишенную, но всё равно соизволили ответить.

- В том-то и дело, что никто не знает. - Ответила мне Геля, вторая рыжая подружка Карисы. - Первое было испытание страхом. Наверное, и остальные будут в том же духе.

- Это вряд ли. - Задумчиво протянула я, вспоминая про огонь, воду и медные трубы. - В любом случае, нам нужно быть готовыми к чему уг…

Тропа неожиданно резко привела нас к полуразрушенному дому, что был будто высечен в скале. Он напоминал здания викторианской эпохи с теми же нагромождениями всяких башенок на крыше, кучей окон и несколькими балконами. Попытка обойти скалу не привела нас к успеху, тогда же стало ясно, что следующее испытание ждёт нас внутри.

Любому дураку известно: если ты заблудился в лесу, а перед тобой странный заброшенный дом, которого здесь в принципе быть не должно - беги! Мало ли какая ведьма там живёт. Я вот совсем не удивлюсь, если на вид она будет доброй бабушкой божьим одуванчиком, а на деле сунет в печку, потому что голодно.

У дома был один единственный вход, отнявший у меня всякую надежду на неожиданное появление перед хозяевами. Окна на первом этаже были крепко заколочены изнутри. Попытка прорвать оборону не увенчалась успехом, однако проникнуть внутрь было нужно и важно для дальнейшего продвижения по этому испытательному полигону.

- Деваться некуда. Надо идти внутрь. - Уныло прогундосила блондинка со странным именем Татьярина, сверля взглядом дверь.

- Тебе надо, ты и иди! - Рявкнул кто-то из парней. - А я возвращаюсь!

- А так можно? - Удивилась я.

- Это же не тюрьма. - Хмыкнула Аскара. - Те, кто отказываются могут вернуться в исходную точку и продлить обучение.

Одиннадцать человек отправились в обратный путь, одарив нас тяжелыми взглядами. Самое странное в том, что парней не осталось. Кончились. Итого нас было восемь.

Восемь девчонок на дом мертвеца! Ё-хо-хо, без бутылки рома!

- Это как раз-таки тюрьма. - Наставила я девушку, глядя в след удаляющимся заключённым. - Я вообще не понимаю, как ваша страна ещё существует.

- Как-то так. - Рыкнула хмурая Кариса. - Долго ещё болтать будем?

Девушка боднула меня плечом, вызвав усмешку на губах, и чуть ли не взлетела на крыльцо дома. А вот дверь распахнулась уже сама, являя своё пыльное нутро, затянутое паутиной.

Меня передёрнуло, когда воображение услужливо подкинуло картину ужаса арахнофоба. Пауки на стенах и потолках бегущие по своим делам. Кошмар! Желание идти внутрь отвалилось само по себе, но…

- Эй, ванпирша, тебя долго ещё ждать?

- Меня Лиса зовут. - Выдала я ровным голосом, держа свои эмоции, в которых преобладало отвращение, под контролем.

- Да хоть Великая! - Рявкнула черноволосая и скрылась за дверью, пропустив девчонок вперёд.

Мне показалось или кто-то только что пренебрег своей историей?

Постояв так с минуту и не услышав криков о помощи, я преспокойно поднялась на крыльцо и открыла дверь. Нутро старого дома встретило меня звенящей тишиной. Странно, не так ли? Заподозрив неладное, я сделала несколько шагов вглубь здания и только убедилась в том, что девочек внутри не было.

Вы когда-нибудь задавались вопросом почему все герои фильмов ужасов, заходя в жуткий дом, обязательно спрашивают: “Здесь кто-нибудь есть?”. Конечно, есть! Там всегда кто-нибудь есть, и он никогда не отвечает: “Прохады, дарагой, гостем будэшь!”.

И вот бреду я по пустынному коридору заброшенного дома, дёргая за ручки закрытых дверей и давлю в себе этот чёртов вопрос, срывающийся с языка. Уж лучше молча, да. Целее буду.

Здесь темно, а поворачивающий коридор лишь углубляется в скалу. Звуков, кроме хруста пыли под подошвой сапог, нет. Но должна же быть где-то развязка у этого испытания? Чудовище там, или, может быть, проверка на вшивость… Нет?

Я сильно слукавлю… Да кого я обманываю?! Откровенно солгу, если скажу, что мне не страшно, и я вся из себя такая терминатор в леопардовых лосинах. Страшно, аж жуть!

Посторонний звук, раздавшийся впереди, привлёк не только моё внимание, но и больное воображение, нарисовав монстров на расстоянии вытянутой руки. С трудом усмиряя колотящееся сердце и раз за разом повторяя себе, что я, вроде как, не человек и силушки богатырской во мне ого-го, я продолжала двигаться вперёд, до последнего надеясь, что не раскрою черепушку кому-нибудь из девчонок.

Впереди показалась узкая полоска света, высказывающая из-под двери. Странно, тут каждая комната заперта, а эта светом встречает… Прилагая все усилия, чтобы не создать малейшего шума, я подошла к помещению и сильно удивилась, услышав до боли знакомый голос. Мой детский голос.

- Жень, что такое “сие”?

- Что ты там читаешь, маленькая моя? - Раздалось так нежно, что даже сердце защемило.

- Юлию Друнину. - Отозвался мой детский голос. -

Во все века, Всегда, везде и всюду Он повторяется, Жестокий сон, — Необъяснимый поцелуй Иуды И тех проклятых сребреников звон.

Сие понять — Напрасная задача. Гадает человечество опять: Пусть предал бы (Когда не мог иначе!), Но для чего же В губы целовать?..

Я дёрнула дверную ручку, но та не поддалась мне, а ответ прозвучал несмотря на созданный мною шум.

- “Сие” - значит “Это”.

- А почему она пишет, что предательство Иуды повторяется?

Недолгая пауза и тихое:

- Все предают, малышка. Кто-то предаёт чувства, кто-то близких, а кто-то себя. И у каждого своё оправдание.

- Но, если Иуда предатель, тогда зачем он поцеловал Иисуса. Разве предатели целуют?

- Потому что любил, маленькая моя. Предатели целуют только когда любят…

Голос затих вместе с погаснувшей полоской света, несмотря на то, что эта фраза имела продолжение. “Предатели целуют только, когда любят тех, кого и ради кого предают.”. Она до сих пор остаётся для меня загадкой. Я помню с каким лицом он ответил мне на этот вопрос. Будто испытывал нечто подобное ранее или, может быть, собирался испытать?

Пространство будто замерло, опаляя кожу сухостью спёртого воздуха. Сзади я услышала шум, мгновенно развернулась и уставилась в непроглядную темноту.

Почему-то ранее мне казалось, что было светлее, и сейчас странное ощущение чужого присутствия не оставляет в покое. Чувство надвигающейся бури…

Умом я понимала, что мне нужно отсюда выбираться, а чтобы это сделать, пойти в обратную сторону, но нутро испуганно сжалось, а на голове зашевелились волосы от перспективы двигаться в обратном направлении. Я попятилась назад, по-прежнему глядя в непроглядную тьму, чуя что вот оно… испытание.

- Раз - два - три - четыре - пять, шесть - семь - восемь - девять - десять. - Услышала я сзади детский голос. - Надо, надо, надо спать, и не надо куролесить. - Это была детская считалочка, которую я использовала, когда не могла уснуть. Повернув голову, увидела ещё одну полоску света и немедля направилась туда, стараясь не обращать внимания на неподконтрольную скованность в движениях. - Кто не спит, тот выйдет вон. - Я дёрнула дверную ручку, и она поддалась мне, открывающаяся дверь явила слепящее белое сияние. - Кто уснул, увидит сон.

*****

Открываю глаза и вижу перед собой зелёную поляну с грибом переростком, похожим на наш мухомор. С огромной кроваво-красной шляпкой и белыми пупырышками, и всё той же юбочкой. Конечно, я бы и не подумала к нему притронутся, но голос Татьярины, раздавшийся сбоку вынудил меня изменить своё мнение.

- Это клятвенник.

Я нахмурилась, припоминая события, произошедшие буквально минуту назад. Как-то слишком всё гладко, не правда ли?

Повернулась к девушке, заглядывая в её голубые глаза и весьма холодно спросила, складывая руки на груди.

- Что произошло?

Татьярина пожала плечами и улыбнулась.

- Не знаю. Дом перенёс нас сюда. Вполне вероятно, что мы удачно прошли испытание, а клятвенник будет последним. Не могу знать наверняка.

Девушка сложила руки на груди, а после кивнула на гриб.

- Не забудь. Без него тебе не выбраться отсюда.

Будто сама не знаю.

Вдохнув побольше воздуха, я принялась выкручивать клятвенник вместе с его большой ножкой, вросшей глубоко в землю, а справившись с задачей оглянулась на щебечущих позади девчонок, уже набравших себе «мухоморов». Странно, но мне почему-то казалось, что клятвенник должен выглядеть по-другому, или я просто перенервничала, пока шлялась по этому жуткому тёмному коридору, в котором слышала собственный голос?

Впрочем, не важно. Надо выбираться отсюда, у меня ещё очень много дел запланировано на вечер. В первую очередь встретится со своим отрядом и выяснить подробности произошедшего накануне беспредела.

Тряхнув головой, поравнялась с Карисой, та зыркнула на меня неприязненным взглядом, но промолчала, держа в руках выпускной гриб, что был желанной добычей каждого адепта странной академии хардаяров. Мысль заставила нахмуриться. Слишком легко далось испытание, разве нет? Да это даже на нашу полосу препятствий не тянет. А как же драки? Сердце от страха бьющееся в горле? Запах крови в воздухе… Не верится, что это всё. По-другому я себе представляла огонь, воду и медные трубы. Прям обидно, черт возьми!

Я продолжала думать над этим, когда неожиданно прозвучал совет черноволосой.

- Спокойно подходишь и отвечаешь на вопросы привратника. Имей ввиду, солгать не получится.

Я удивлённо подняла на неё глаза, вспомнив про подставленного ею парнишку, и любопытство пересилило.

- Что будет с тем парнем, Танисом?

- Забей. Он получит своё.

- С козлами только так и надо. - Вставила Геля, поджимая губы.

Какое-то странное чувство неправильности происходящего царапнуло грудь. Может правильные ответы может получать только привратник? Определённо, что-то не то…

Мы уже практически подошли к огромной увитой растениями арке, за которыми стоял седой мужчина в коричневой мантии. За его спиной находился и Евангелион, на губах которого я отчётливо видела несвойственную ему в обычной ситуации улыбку.

Пришлось долго ждать своей очереди, вполуха слушая щебетание девчонок. Всё моё внимание привлекал мужчина, которого я привыкла видеть человеком весьма закрытым. А он весело улыбался. Всем. Я не могла игнорировать такое его поведение. У меня был разрыв шаблона, грозящий перейти в начальную стадию шизофрении. Поэтому едва сдерживалась, чтобы не послать всех тем же лесом и не отправится выяснять причину Жениного веселья.

Когда моя очередь подошла, честное слово, в моей голове уже зрела мысль о подмене героя моего романа.

- Клянёшься ли ты быть верной и преданной своей стране? - Вопрошал привратник, заглядывая в мои честные глаза, стреляющие в мужчину за его плечом.

- Клянусь.

- Клянёшься ли ты верно служить ванпайрам?

Клятва странная, но я чего-то подобного и ожидала, раз у них такие разногласия, а порой и откровенная вражда.

- Клянусь.

А потом неожиданно для себя задумалась об этой клятве. Вопросы заданы такие, что я на них по-другому и не отвечу. Да, я буду защищать родину. Да, я буду верно служить ванпайнам, потому что сама такая же. В чём подвох, спросите вы?

Я посмотрела на Евангелиона, который мне улыбался. Нежно. Перевела взгляд на гриб в своих руках. Нахмурилась и обернулась на щебечущих без остановки хардаярок. Неожиданно вспомнила зачем вообще пошла в это проклятое чернолесье, как оказалась в жутком доме и крепко выругалась.

Гриб был отшвырнут в сторону, а я чувствовала себя разыгранным ребёнком, которого с невероятной легкостью обвели вокруг пальца.

Присутствующие замолчали и уставились на меня немигающими взглядами.

- Что? - Рявкнула я в лицо псевдо-привратнику, едва сдерживая плещущееся бешенство. - Прекращай беспредел, кто бы ты ни был!

Медленно ко мне подошел Евангелион и с очень обеспокоенным выражением на лице, которое в данную минуту вызывало во мне не самые приятные чувства, спросил:

- Что с тобой, мату маи?

Его руки скользнули на мои плечи, вызывая во мне толпу неправильных мурашек. Не таких, какие я испытывала раньше от его близости. Это была волна содрогания от отвращения.

- Убери от меня руки. - Ровным тоном выдала я. - И верни туда откуда взял.

Евгеша сощурился и попытался притянуть меня за плечи в свои объятия, чего я ему не позволила, скинув с себя его руки и встав в оборонительную стойку.

- Да что с тобой, девочка моя?

- Значит не хочешь по-хорошему, да? - Лицо проректора приняло непонимающее выражение, которое меня дико взбесило.

Я плохо понимала, что происходит, но знала точно, что люди, окружавшие меня не настоящие, и стоит присмотреться внимательнее к декорациям, как можно заметить, что они плывут, будто во сне.

Лицо Евгеши размылось на мгновение и приняло другую форму. Губы, глаза, нос, скулы, волосы… Всё было таким до боли знакомым, что сердце судорожно задёргалось в груди.

- Маленькая… - Прошептал он, раскинув руки для объятий. - Это всего лишь я.

- Женя…

Глубоко вдохнув, я шагнула к нему, чтобы дотянутся ладонью до лица. Вспомнить его черты, запомнить их наощупь, притянуть к себе за затылок, испытывая дикое желание поцеловать. И я почти коснулась его губ, заглядывая в райскую зелень дорогих сердцу глаз, но вместо мягкого касания к нежной плоти… я хорошенько двинула этому уроду в живот, а когда тот согнулся добавила в голову с локтя, отправляя гада в нокаут.

- Не смей притворяться тем, кто мне дорог! - Рявкнула я в отчаянии.

И мир погрузился во тьму.