Глава тринадцатая

Утро подползало очень тихо, холодным воздухом касаясь открытых во сне ногах. В единственный выходной хотелось отоспаться за всю невыносимо тяжёлую неделю. Но рыжая красавица встала и с грустью посмотрела на ещё спящих сестёр, выглядевших немного лучше после весеннего равноденствия. Тёмные круги под глазами не жутко-синие, а щёки приобрели розоватый оттенок.

— Настоящая благовоспитанная сеньорита встаёт рано, дабы не испортить свежесть своей красоты. — вещала матушка когда-то, заплетая ажурную рыжую косу. Хоть и отношения с маменькой были не очень, Иветта помнила все её нравоучения и заветы. И как ни странно, следовала им. Потянувшись, девушка отправилась одеваться, пытаясь при этом не шуршать и не мешать подружкам спать.

Настроение было довольно посредственным: и не хорошим, и не плохим. Так как был выходной день, да ещё и раннее утро — Академия пустовала. Улыбнувшись бледному холодному солнцу, красотка направилась блуждать по территории учебного заведения. Плотный туман окружал Академию, делая её какой-то нежной, словно окутанной в воздушную вуаль. Город ещё не проснулся и поэтому всё было тихо. Лишь лёгкий ветерок и звуки просыпающихся животных и птиц. Одинокая ведьмочка медленно шагала вдоль тропинок, направляясь в главный корпус Академии. Желание узнать что-то важное о ритуалах на магии крови было огромным, а библиотека находилась именно в главном корпусе.

Пустой парадный зал, в котором проходили балы и испытания. Огромный тёмный зал, вечно наполненный всполохами магии, был олицетворением всего прекрасного в мире, словно это другая волшебная планета внутри Академии магии расположилась, маленькая и безмерно чудесная. Отдельная вселенная, галактика. Сами преподаватели, казалось, заходили в него и, каждый раз, будто видели впервые. Рыжая ведьма не спеша прошлась по залу, пытаясь коснуться нематериальной яркой магической материи, хохоча словно игривый ребёнок. Энергия, как будто играясь, специально кружилась водоворотом вокруг маленькой ведьмочки. Иветта счастливо прыгала от одной звёздочки к другой, кутаясь в цветном тумане. Сколько прошло времени — одним Богам известно.

Библиотека, огромная, тёмная, но такая уютная, была наполнена тёплым светом взошедшего солнышка, но будто прибывая ещё во сне. Пустые длинные столы, кое-где заваленные бумагами от нерадивых адептов, тянулись рядами вдоль зала, по стенам которого во всю высоту многоярусными полками стояли книги. Всех цветов и размеров, с пыльными потрепанными от рук множества читателей и с абсолютно новыми глянцевыми обложками. Сам воздух в этом храме знаний располагал сесть и почитать. Но для начала надо было выбрать книжечку… Легко сказать, когда их вон сколько! А нужно найти всего с десяток, а ещё лучше парочку. Парочку книг про кровавую магию и ритуалы.

Эти ритуалы никак не давали покоя девушке. Нет, не в том смысле, что если бы её сестры не погибли при таких ужасных обстоятельствах — ей было наплевать. Нет. Просто хотелось понять, зачем это делают. А главное, кто? Каждое убийство несёт в себе смысл. Человек, убивающий просто так — уже не человек. В случае же с ведьмами — это не так. Марионетками управлял кукловод, а это значит… А это значит то, что злодей добивается определённой цели. Хотя это и так известно и не даёт никакой зацепки. Нужно найти все про этот ритуал. Каждое такое действо — это способ либо избавится от проклятия, либо обрести его. Проклятие силы.' Кто раз испробует силы чужой — не сможет вовек прожить с душою своей'. Снова маменькины фразочки. Пусть красивых женщин считают не очень-то и умными, дворцовые интриганки отличались особым складом не только ума, но и характера. В особенности леди Клауренция Техль. Единственная рыжая бестия в королевском обществе вскружила голову не только многим достойным мужам Дворца, но и даже немного самому королю, до безумия любившего порок во всём его «великолепии». В итоге вышла замуж за очередного старого герцога, который строго-настрого запретил матери общаться с дочерью-ведьмой. На что маменька легко дала согласие. Ради титула и денег, которых ей вечно было мало. Одно утешало. Этот Герцог недоделанный, усатый дед, ещё сполна получит на свою морщинистую филейную часть от Клауренции. Уж Иветта не сомневалась.

Нужных бумажных старых и очень пыльных от давности их использования фолиантов нашлось довольно-таки прилично. Целый стеллаж, высотой до самого потолка необъятной библиотеки. Ведьма вздохнула, почесала затылок с каким-то удовольствием чувствуя распущенные в кое-то веки волосы, и принялась перетаскивать специальную лестницу, приспособленную для лазания по храму знаний. Попыхтев, простонав от тяжести, девушка устало прислонилась на треклятую лестницу лбом.

— А интересно смотреть за Вашими потугами, сеньорита Иветта! — раздался со спины голос, испугав до визга красавицу. Куратор, чтоб её блохи покусали в полнолуние. Именно в это время, потому что тогда оборотни особо чувствительны ко всему. Звериные жёлтые глаза смотрели с привычным уже презрением на лице, не выражающем определённо приятных эмоций по отношению к ведьме. Ко всем ведьмам. Аспирант-некромант обнаружился, облокотившись на стеллаж позади от девушки. И судя по позе, то есть сложенные руки на груди и скрещённые ноги, стоит давно и смотрит. Гад хвостатый просто смотрит.

— Лучше бы помогли! — вторя своим мыслям, сказала ведьмочка, потирая натёртые об лестницу нежные ладошки.

Оборотень скривился, будто разговаривает с букашкой, закатил глаза. Один взмах руки и лестница стоит в нужном месте. Иветта пораженно уставилась на треклятую, которая не поддавалась ни в какую мгновение назад.

— Тук-тук-тук… Входите. Она магическая, надо было просто подумать. Вы это умеете? — оборотень постучал по косячку, приподняв одну бровь. Рыжая зарычала на мужчину, не хуже его самого, раздражённо забираясь на стремянку. А необходимые фолианты все не находились, словно специально спрятавшись подальше от ведьмы на глазах у оборотня. Да ещё и сопение внизу её напрягало и не давало сосредоточиться.

— Может, Вы уйдёте, сеньор куратор, и позволите мне заняться своими делами? Время сейчас не учебное, следить за моим поведением нет смысла. — прошипела девушка, выглядывая из-под руки за мужчиной. Тот лишь бровь выше приподнял и остался стоять и смотреть. Стоять и смотреть. О таком деле, как помощь, он явно не слышал!

— Вы что-то конкретное ищете, сеньорита Иветта? — устало протянул оборотень, словно делая одолжения. Как же, такая глупенькая ведьма его отвлекает от важных дел! Не даёт ему постоять и посмотреть. На неё же!

— Я хочу прочитать что-то про кровавую магию и ритуалы. — просто ответила девушка, даже не ожидая нормальной реакции у молодого человека. Аспирант покрутил головой, хрустя косточками, а это очень сильно злило рыжую. Хруст — девушка раздражённо прикрыла глаза. Ещё один — кулак. А на ещё парочку хрустов — заскрипела зубами.

— Здесь Вы их не найдёте, адептка. Я сам читаю их, ищу информацию для сеньора Марса Лепаррде. — ответил некромант, продолжая смотреть снизу вверх на ведьмочку. Она прикрыла глаза, пытаясь контролировать себя, чтобы не накричать. Вот ко всем мужчинам, какие бы они красивые — страшные, противные и хорошие ни были, девушка нормально относилась, пофигистически. Этот же раздражал одним своим существованием. Стоит куратору что-то сказать, да хотя бы просто пройти мимо, зубы уже болели от напряжения. А судя по жёлтому взгляду оборотня, чувства были взаимны.

— Я могу поделиться с Вами парочкой книг, если так хотите. Как раз поможете, а то я уже устал. — сказал оборотень и привёл ведьму в шок. Саниэль Нарр и такой… обходительный и доброжелательный⁈ Где подвох, в чём подвох? Девочки подговорили его, предложив в замен исчезнуть подальше от оборотня навсегда? Они сдали наконец-то его предмет, от которого желудки пустые постоянно? Что произошло — то? Видимо, эмоции отразились на лице, потому что оборотень усмехнулся. То есть не так. Аспирант-некромант, вредный куратор, злой преподаватель усмехнулся! Это же Саниэль Нарр! Он не усмехается… Он только унижает ни в чём не повинных ведьм и ненавидит, да, наверное, всех!

— Я долго ждать не буду. С-с-спускайтесь! — рявкнул прежний Саниэль, буквально успокоив девушку. Она облегчённо выдохнула. Но именно этот момент выбрала ориентация ведьмочки для своего нарушения. Попросту, Иветта начала заваливаться вместе с магической лестницей на злющего оборотня. Мужчина зарычал, показывая внушительные клыки и легко, играючи, одной рукой остановил лестницу, а второй обхватил девушку. В итоге получилось, что аспирант — недовольный некромант обнимал ведьмочку — «настолько тупую» и бла-бла-бла.

— Отпустите! — запыхтела девушка, смущённо отодвигая, надо признать, мускулистую и твёрдую грудь, хотя жилистое телосложение оборотня говорило об обратном. Что за Академия такая⁈ Что не мужик, то конфетка! Маменька была бы счастлива.

Саниэль поиграл вновь бровями, сделал гримасу «а, ну если ты так хочешь…» и попросту отпустил девушку, позволив ей распластаться около его ног. И разъярённый взгляд девушки аспирант встретил презрительной гримасой, вечно поселившейся на его лице.

— Вы книги читать будите? Только учтите, учить читать я вас не собираюсь, если уж такой навык вам недоступен… — спросил оборотень, уходя вглубь тёмной библиотеки, на специальную лоджию, построенную для преподавателей, не желавших сидеть в компании адептов за фолиантами. Ведьмочка, пыхтя и проклиная про себя оборотня всеми известными ей вредными заговорами, отправилась за ним. Приземлившись подальше от вредного некроманта, девушка взяла первый попавшийся том, пытаясь рассмотреть название. Но ей этого благополучно не позволили, почти нежно забрав книгу и всучив другую, более простенькую и, конечно же, понятную. Кровавые ритуалы. М-да, то, что надо. У оборотней клана Нарр, случайно, способностей к ментальной магии не имеется?

Умная тётечка, потому что текст был написан именно от лица женщины, писала о ритуалах и вообще о крови. Да так интересно, что девушка зачиталась, не обращая внимая на куратора, периодически поднимающего свои жёлтые, в обрамлении шоколадных ресничек, глаза на подопечную.

'За свою практику я встретила несколько кровавых ритуалов. Отдельным пунктом идут ритуалы смешивания крови. Они, в свою очередь, подразделяются на два вида: братание и венчальным.

Братание само по себе подразумевает стандартный ритуал клятвы. Люди наносят сами, это важный аспект, ранки себе, например, разрезают ладонь, и смешивают свою кровь из раны рукопожатием с «братом». Естественно, никаких родственных связей между ними не появится. И это свободно подтвердит магическая экспертиза родства. Но у такого ритуала есть и вторая сторона. При смешивании крови фактически идёт передача информации Рода, слепок ауры. И поэтому, если один из «братьев» в Роду имел какое-то проклятие, то оно автоматически переходит новому члену Рода, то есть поклявшемуся.

Венчание намного более сложный ритуал. Его ещё довольно часто применяют в обрядах бракосочетания, особенно если брак заключается на всю жизнь. Жених и невеста глубоко режут друг другу ладони, чаще всего, так как нужен не просто порез с мизерной капелюшечкой, а именно кровь, капли крови, сжимают руки так, чтобы их красная жизнь текла в ритуальный кубок, наполненный красным вином, как символ крови. После наполнения вина кровью брачующихся, те по очереди выпивают жидкость, навеки обретая супруга. Романтично, да. Однако есть одно «но». При смерти одно из семье — погибает другой, всегда. Этот ритуал отличается от «братания» тем, что венчающие не просто обмениваются информацией Рода, создают свой Род, клан.

Стоит отметить, что кровная связь осуществляется через мать, а не через отца. Отсюда, конечно, можно начать дискуссию о престолонаследии. Как так короли наследуют трон от сына к сыну. Но речь не об этом. Есть такой ритуал, под названием «Мае Сангрета». Этот действо несёт в себе призыв Верховной матери, Богини. А учитывая, что в союзе Дейур их много, остаётся надеяться на приход не низших Богинь. Много поколений ведьм погибали, призывая случайно Богини крови — Вальхми.

Быть проклятыми им и всем их поколениям…'

Дальше Иветта читать не смогла из-за слёз. То есть все из-за каких-то ведьм, решивших поклониться Верховной матери, коей является Лартея, а по ошибке призывали Вальхми. И с тех пор оплачиваются все?

— Иветта, что с тобой? — неожиданно рядом появился оборотень, раздражая своим присутствием. Девушка отмахнулась от него и отвернулась, вытирая горькие слезы. Краем глаза девушка увидела, что Саниэль пробежался по открытой книге, читая. — Хмм… — протянул он, беря книгу, словно увидев что-то. — Как я этого раньше не заметил…

— Что там? — взволновалась девушка, вскакивая. Но наткнулась на очередной презрительный взгляд. Пыл поугас, а вот злость усилилась.

— Ритуал «братания». Это имеет место быть. Быть может, марионетки и не они вовсе, а всего лишь «братья» какого-то проклятого, жаждущего крови?

— Крови ведьм? — прошептала девушка, чувствуя тошноту. Оборотень заинтересованно посмотрел на трясущуюся ведьмочку, смакуя её страх, как что-то очень сладкое и приятное.

Девушка уставилась на Саниэля Нарра, чувствуя подходящий ужас. Паника охватила, перекрывая воздух. И Иветта упала на пол, заливаясь слезами и криком. Оборотень, удивлённый и ошарашенный, подбежал к девушке и попробовал успокоить.

— Иветта? Что с тобой, Иветта? — эмоции удивления и какого-то испуга отразились на лице мужчины, преобразив его, показав истинное положение вещей, ведь Саниэль ещё очень молод…

— Магия… М-магия к-крови… Я её чувствую! — прошептала заикающаяся девушка, сжимая плотно губы. Куратор зарычал, давая глазам полностью стать звериными и показаться острым клыкам, ноздри затрепетали, пытаясь унюхать что-то важное.

— Идём! — рявкнул мужчина, хватая скрюченную девушку и закидывая на плечо. Девушка от столкновения с острым плечом выдохнула и закашлялась. Но возмутиться она не успела, потому что почувствовала чётче вонь, исходящую дальше по коридору с огромными витражными окнами. Вонь кровавой магии. Да, только одна магия имеет запах. И это кровь. Аромат бывает разный, в зависимости от направления силы мага-ведьмы. Чистая ведьма крови — лаами’м, как сама Иветта, могли спокойно сражаться с помощью крови, как стихийницы или же боевые маги. И запах их сила имела простой крови, не гниющей и тошнотворный. А вот ведьмы души — лаами’н — могли убивать, проклинать целые поколения людей и нелюдей, а вонь от их силы шла такая, что, пожалуй, оборотень сейчас сходил с ума, сдерживая рвотные позывы.

Увидев приоткрытую дверь любимого убежища Женевьевы, Иветта истерично захихикала, пытаясь прогнать дурноту. А вот запах усилился в несколько раз. Как тогда, на поляне, где её сестёр зарезали. Рыжая, спрыгнув с плеча слишком медленного Саниэля, рванула в туалет, распахивая дверь. Надеясь увидеть, что её девочек тут нет. Но крик ужаса застыл в горле. На мокром полу, под разбитой раковиной, лежала девушка с отрубленной головой. Но по разорванной мантии и знакам отличия на ней можно было понять, что это не ведьма. А найденная голова дальше в помещении и распознать. И теперь крики и слезы сдерживать не получалось. Потому хоть какой она была стервой и мразью, предательницей… Но Месс на неделю была хорошей подругой.

— Ну-ну, Ветта, успокойся… — прошептал будто издалека голос куратора, поглаживающего плечи девушки. Красавица, рыдая на взрыв, повисла на мужчине, пряча лицо на груди, пытаясь спрятаться от этого ужасного мира. Рыжая ещё долго рыдала в объятьях оборотня, из-за плеча смотря на пустые глаза Месс. Идеальная. Даже мёртвая, с отрубленной головой — она была красивой и безупречной.

Пришли какие-то люди в королевской форме гвардии. Охающие по-бабски преподаватели. Марс Лепаррде, рычавший на всех. Вот не зря они с Саниэлем оборотни. Рычат и рычат. Коты, чтоб их.

— Саниэль, успокой её. Уведи отсюда. — приказал зеленоглазый. А желтоглазый молча исполнил. Опять схватил, закинул на плечо и понёс. Куда? Зачем?

Вот странные они эти, мужики. Муж-ж-жики. Вечно ходят, бухтят, выпендриваются. А для кого? Для нас, что ли? А нам это надо? Иветта сколько себя помнила, никогда не интересовалась мужчиной, если он ей сразу не понравился. Просто у кого-то карта легла нужной мастью, точнее, внешность. А кого-то, по типу этого оборотня — нет.

Саниэль куда-то нёс девушку, которая уже ничего не понимала. Нега бессознания затянула её, и она свисала безжизненным кулём на оборотне. Потом было падение на мягкое и тёплое нечто, большое в тёмной комнате. Как же нравится преподавателем обитать в темноте, все их комнаты были только с одним тусклым очагом света. У Саниэля, вот например, одинокий луч света с улицы пробивался между плотными чёрными шторами. Комната была сама по себе удобной, и не напрягала обилием цветов и звуков. Большая кровать, на которой лежала девушка, занимала добрую половину комнаты. Хорошая кровать, мягкая и такая уютная… Захотелось заснуть, распластавшись по ней. Блаженно растянувшись, Иветта смотрела на потолок, такой же тёмный, как и все здесь.

— Иветта! — Гаркнуло над ухом. Ох, этот оборотень, уже десять раз позвал. Сколько можно? Ну если не хочется отвечать ему, чего он пристал. Девушка устало глянула на нарушителя покоя. Жёлтые глаза уже сверкали злостью, клыки царапать губы. А симпатичный он всё-таки. Его дикость привлекала. Опасный зверь. Очень опасный. Не зря он так нравился Габриэлль. Габриэлль…

Иветта вновь затряслась от подступающей истерики.

— Иветта, ты в порядке?

Видимо, не увидев реакции на свой вопрос, уже несколько раз повторяемый, мужчина вновь грубо схватил рыжую и куда-то понёс.

Потряхиваясь в воздухе, девушка безэмоционально наблюдала за быстрыми шагами оборотня. Тошнота поступала к горлу из-за неправильного положения — вниз головой. Рыжие локоны смешно прыгали в такт ходьбе, переливаясь золотыми отливами на солнце. В поле зрения оказалась интересная филейная часть мужчины. Девушка, хихикает, смотрела на движение ягодичных мышц, оттянутых чёрными брюками. Недолго думая, красавица слегка ущипнула за ягодицу. Движение прекратилось, но девушка не висела спокойно. Её резко сняли с плеча и держа под подмышки, яростно зыркнули жёлтыми звериными глазами. Девушка захихикала, пытаясь ткнуть оборотня в нос. Раздался очередной рык и девушке стало неожиданно прохладно. Но прохлада сменилась влагой и теплом.

Ароматы благоухали над водой душистый паром, окружая неадекватную девушку. Большие ладони касались голых плеч, почти нежно, обжигающе проводя губкой по телу.

— Иветта… — В очередной раз позвал надоедливый оборотень, смотря в лицо девушки.

— А ты не такой уж и вредный. — Улыбнулась рыжая и погладила хмурого аспиранта по щеке. Торчащие клыки развеселили и она попыталась коснуться их пальцами. Оборотень раздражённо оттолкнул руку девушки, выругавшись «ведьма!» и вышел из ванной.

Вода приятно ласкала тело, грея, и успокаивала. Мысли ушли, оставив в голове только пустоту. Бессознательно уставившись на пар, девушка начала погружаться в воду.

— Иветта! — Опять рычит и ткнул под нос бокал с чем-то фруктовым и терпко пахнущим. Посмотрев на нарушителя спокойствия, ведьма неосознанно глотнула жидкость. Горечь и огонь расплылись по горлу к груди, вызывая болезненный кашель.

— Гадость! — прохрипела ведьмочка, вытирая рот от огненной влаги.

Оборотень довольно ухмыльнулся, отставляя металлический кубок. Ведьмочка же посмотрела на оборотня, как на надоевшую муху.

— Хоть в сознание пришла. — Как бы оправдывался аспирант, все так же смотря на девушку своими нечеловеческими глазищами.

— Как Вы мне надоели… — выдохнула рыжая, откидываясь на холодный борт ванны.

— Да хватит уже выкать. Я такой же адепт, как и ты. — Хмыкнул неожиданно нормальный Саниэль. Девушка поражённо уставилась на него. Её брови настолько высоко подняли, что затерялись в копне шевелюры.

— Что ж ты раньше нам об этом не сказал, а сеньор Саниэль Нарр — блюститель покоя, умнейший некромант из всех, сильнейший среди специалистов по высшим умертвиям? — Поинтересовалась девушка, смущённо осознавая, что сидит голая перед молодым человеком. Пусть и в воде. Но раздел-то он её.

— Я, знаешь ли, не счастлив был от перспектив вести занятия от перваков до… чуть ли не старших курсов, к тому же ещё и быть куратором ведьм. — Просто ответил мужчина. Чего это он подозрительно нормальный.

— Ты другой какой-то… — Поделилась своими подозрениями девушка, внимательно осматривая молодого человека.

— Да неужели? — Ухмыльнулся симпатичный некромант. Когда он улыбался, было видно, что он действительно ещё совсем юн, лет двадцать пять от силы. Ещё и преподаёт серьёзный и сложный предмет, следит за бедовыми ведьмами, является отменным спецом… И это, наверное, не все качества.

— Мне тебя даже жалко стало. — хмыкнула ведьма, продолжая с интересом наблюдать за куратором, открывшегося с новой стороны.

— А уж мне как себя жалко стало! — Усмехнулся оборотень, замечая, наконец, оголённые плечи девушки. Зверь его встрепенулся и потянулся к желанной давно самке. Перемены в лице оборотня девушка заметила, понимая, что совсем не смущена пристальным разглядыванием девушки.

Ведьма внимательно смотря на мужчину, чуть потянулась, показывая каплю своих изгибов и немалых форм. Гордиться было чем, не каждая девушка может похвалиться такими параметрами — песочные часы… самая привлекательная фигура для мужчин. И Иветта это знала и не раз пользовалась своими прелестями. Чуть глубже ложбинку покажешь и у собеседника появляется бессмысленный взгляд, рыжую ажурную косу перекинешь, при этом выгибаясь, как кошка и все — мужчина твой с потрохами. Последствия воспитания маменьки — в высшем свете, что не распутство, то прекрасно. А дразнить сейчас этого злого и вечно недовольного, но сейчас такого опасного и красивого молодого человека было очень интересно… и будоражаще. Облизывая пересохшие губы, девушка с каким-то диким желанием нравиться, встала из воды: медленно, чтобы оборотень все увидел. Это и смущало и возбуждало невероятно. А его жёлтые полыхающие звериные глаза только ещё больше провоцировали ведьмочку на действа.

Оказавшись абсолютно мокрая и голая перед сидящим недалеко от ванны мужчины, Иветта осторожно провела дрожащими от желания пальчиками по упрямому подбородку аспиранта. Мужчина не выдержал этой пытки и зарычав, почти выпуская на волю зверя, болезненно обминая девушку и впиваясь твёрдым поцелуем в сладко приоткрытые губы.

Пару мгновений они стояли в ванной и с жаром целовались, сминая губы друг друга в каком-то сумасшедшем танце. С напряжением посмотрев друг на друга, они молчали.

— Если не хочешь быть со мной до конца жизни — уходи. Оборотень выбирает жену лишь раз. И моему зверю ты нравишься не просто, как очередная женщина. — полупрошептал-прорычал Саниэль сверкая полностью звериными глазами. Иветта, не думая совсем, вновь потянулась к желанным губам, мечтая только согреться в руках этого мужчины. Звериный рык и девушку легко подхватывают на руки и уносят в комнату, не давая опомниться. Даже ветерок от быстрой ходьбы не успел коснуться влажной кожи. Довольно грубо Саниэль швырнул ведьму на кровать и, порыкивая, лёг сверху.

Всю ночь пара не могла оторваться друг от друга, будто задыхаясь друг без друга. И лишь блаженные и уставшие ближе к рассвету уснули. Рука об руку, со спутанными ногами. С улыбками на опухших губах.

Утро пришло тяжкой поступью, холодным воздухом пробегая по голому телу. Иветта, вздрогнув, потянулась к одеялу, чтоб укрыться. Но наткнулась на чьё-то тело. Тоже голое. Непонимающе открыв глаза, ведьма с ужасом осмотрела комнату, в которой находилась.

— Доброе утро. — прорычали сзади слегка севшим голосом. Куратор. Ведьма, сдерживая подходящую панику, встала и посмотрела на мужчину. Ну да, голый. Красивый, сволочь! Лежит, развалился, как кот. Хотя он кот и есть. Мужчина приоткрыл один глаз своих жёлтых глаз и посмотрел на ведьмочку. — Вот только истерить опять не надо… — протянул он, вставая и закрывая все самое… непристойное.

— Что произошло? — глотая слезы, спросила девушка. Как можно было это сделать с этим оборотнем. Именно с этим! Он же гад последний!

— А что ты помнишь последнее? — поинтересовался напряжённый мужчина.

— Хмм… — протянула девушка, пытаясь вспомнить вчерашний день. — Библиотека, потом Вы пришли… Месс… а потом… а п-потом… О, Богиня! Как я могла! Боги! Дура! Дура, какая же я дура! — истерика, подкравшаяся почти незаметно, охватила девушку. Оборотень, успевший натянуть брюки, хотел было подойти, но визг рыжей его остановил, заставляя нахмуриться.

— Не смей подходить ко мне!

— Я вчера предупреждал тебя… — начал мужчина, повторяя попытку подойти.

— Ты должен был остановиться! Это ты виноват! Озабоченный котяра! — закричала девушка, швырнув в злого оборотня подушкой. Саниэль грозно рыкнул, молча ушёл в ненавистную ванну и вернулся со свёртком чёрных тряпок. Платье.

— Одевайся и уходи. — рыкнул мужчина и закрылся в ванной. Глотая слезы и проклиная себя, ведьма оделась и ушла, хлопнув напоследок дверью со всей силы.

Конечно, рыжей повезло в том плане, что она все помнила, до мелочей. Да и невинной Иветта давно не была, маменька этот недостаток, как она его называла, быстро решила с помощью какого-то симпатичного лакея, имени которого ведьмочка и не знала. И она, конечно, сама виновата. Но. Это же Саниэль Нарр. Самый вредный и противный мужчина в Академии магии. А может, и на всей планете Тарр. Да ещё и его слова, сказанный вчера. ' Оборотень выбирает жену лишь раз. И моему зверю ты нравишься не просто, как очередная женщина.'

Ох и влипла ты, Иветта, ну и влипла.