Глава девятая

Вопреки обычному представлению, труднее всего покорить глупую женщину — потому что на нее ничто не производит впечатления.

Джанни Мондуцци

Головы девчонок нещадно трещали. Надоевшие смешки и оскорбления, как молотом били в дурные головешки. Стоная то ли от боли, то ли от бренности своего существования, ведьмочки отсиживали положенные часы на занятиях. Месс, исчезнувшая куда-то вчера и наверняка знающая, что, вообще, произошло прошлым вечером, так и не появлялась на горизонте, что безумно нервировало сестёр ещё больше.

А началось то с чего? Девочки порыдали друг у друга на плечиках, какие все парни и мужики — козлы, вот действительно!, да и давай веселиться. А что ещё делать? Грустить таким молодым и красивым? Нетушки! Резво постукивая каблучками по заснеженной брусчатке городских улиц, ведьмочки и магичка направились в таверну. Самую лучшую, как выразилась безупречная блондинка. А что потом было? Много светлого эля, проданного седым рыжим гномом после получасовых уговоров, трава, добавленная в алкоголь, по словам магички, которая не позволяла грустить. Так, впрочем и вышло. Слабый алкоголь, смешанный с травой, обильно поглощался. Окружающие молодые люди становились все симпатичнее и симпатичнее… А в головушках всё равно не они. Особенно у некоторых.

Вновь тяжко простонав, девушки отправились на очередное мучительное занятие. Саниэль Нарр, куратор ведьмочек, собственный персоной, по старинке рычал. Вечно злой, вечно недовольный. Одной Габриэлле он нравился, пускала слюнки на него, как собака на кость. А по вечерам, когда некоторые подруги пытались учить (пытались — ключевое слово) лекции, ибо ведьмочки — то вдвое больше огребали от преподавателей, эта стерва так и норовила вслух мечтать об оборотне. Её не смущал даже тот факт, что все его не любили, а он ненавидел ведьмочек, или, вообще, всех женщин, как поделилась Месс, а то, что он оборотень — тем более. Вот как раз расовая принадлежность мужчины ещё сильнее будоражила девушку.

— Ведьмы, останьтесь! — после законченного занятия рычащий голос мужчины только раздражал девушек.

Грязная аудитория осталась почти пустой. Лишь завершая образ мрачности этого места, возвышались адептки в чёрных платьях с не менее тёмными лицами. Грустно вздыхая, голодные девочки думали только о доброй кухарке-призраке. Пампушка вечно прикармливала девочек сладостями, обделяя мужчин и молодых адептов. «Девок мне всех попортили, негодники!» так и звучало всякий раз, когда парни заикались о сладком или мучном.

— Где вы вчер-р-ра были? Почему я узнаю от самого ректора, что мои… ведьмы напились! А от старшекурсников узнаю похабные подробности, какая ведьма с кем зажималась? Я вас спрашиваю⁈

Испуганно ойкнув, девушки приземлились на свои места обратно. Это что ещё за новости? Мужчина, продолжая рычав, оказался рядом с Адель. Ноздри затрепетали, звериные глаза уставились прямо в краснеющею девушку.

— Думаете, раз спите с деканами, то все вам можно? — яростный рык и когтистая рука впивается в письменный стол Адель. Девушка, испуганно отскочила, налетев на подруг.

— Да как Вы смеете⁈ Мы невинные девушки! Не спим мы с деканами! — Женевьева, распалённая, выскочила вперёд. Оборотень обошёл её кругом, обнюхивая.

— Ну-ну, невинная… Ты-то у нас с заместителем декана спишь… Что-то низковато, милая, — протянул Саниэль насмешливо.

— Саниэль Нарр, оставьте меня и адепток наедине, пожалуйста, — голос главы Академии не дал закричать в своё оправдание милашке. Та лишь смахнула непрошенные жгучие слезы и отправилась к сёстрам.

Оборотень, недовольно махнув отросшим пятнистым хвостом, вышел. Ректор устало потёр виски и, усевшись прямо преподавательский стол, начал дискуссию.

— Вы знали, что Месс вам что-то подсыпала? — сразу начал он, введя в ступор ведьмочек. Увидев непонимающие глаза адепток, мужчина пояснил, — Да я в курсе, не волнуйтесь. Разбор полётов, почему адептки Академии магии напились, я устрою позже. Итак. Вы знали, что Месс что-то подсыпала или нет?

Ведьмы неуверенно кивнули, смотря на Катора, как на дикого зверя. Зверь-то похлещи оборотня, вышедшего из аудитории, будет. Стальные глаза устало и с каким-то упрёком изучали ведьм. Мурашки так и скакали.

— Кто предложил спиртное?

— Мы… — проблеяла Адель, выходя вперёд. Если отдуваться за проступок, то ей. Верховная или нет!

Ректор закатил глаза, откинув руки на стол сзади. Задумчивый стальной взгляд блуждал по грязному потолку.

— Саниэль! — неожиданный рёв, прежде спокойного Катора, испугал девушек. В кабинет влетел оборотень, клацая появившимися клыками, — Почему такая грязь здесь? Почему, вообще, некроманты, как псы помойные? У всех все чистенько и красиво, у вас же бардак полным ходом!

— Вопрос не ко мне, а к её… — оборотень махнул хвостом в сторону Адель, — ухажёру обращайтесь. Это он здесь главный некромант, ужасный и великий некр-боевик… Сеньор Лаим.

Взгляды схлестнулись, продолжая молчаливую борьбу.

— Ведьмы! Ваше наказание за попойку… Привести башню некромантии в соответствующий для Академии магии вид! А с вами, сеньор Нарр, мы поговорим позже… — грозно сказал ректор, уходя. Девочки погрустнели ещё больше.

— Пошли вон! — рыкнул оборотень, и девочки, с почти чистой совестью, быстро умчались.

Выскочив из тёмной башни, девочки чуть ли не бегом помчались в общежитие. Напуганные и шуганные девушки пугали своим видом всех встречных. Безумные большие глаза, в которых читалось только то, что сами ведьмочки не поминают, куда летят.

Неожиданно Верховная поскользнулась и поехала, раскорячившись на льду для равновесия. Но упасть ей было не суждено, так как она врезалась твёрдую высокую стену, по теплу и упругости мышц больше напоминающего человека. Перед ней стоял… по всей видимости, молодой мужчина, родственник Колирона, о чём свидетельствовали длинные локаторы. В белоснежном строгом мундире, с чёрными вензелями по широким мощным плечам и по линии пуговиц, обсидианового цвета. Чёрные длинные волосы, на висках заплетённые в затейливые косы, глаза, пронизывающие до глубины души, настолько светлого голубого цвета, что сложно разглядеть, серо-голубая кожа, не видевшая лучей солнца. На груди красовался символ — золотой меч, окружённый чёрными завитками. Такой красивый мужчина оказался не один. Позади него выстроились молчаливой стеной ещё с десяток черноволосых серых эльфов, но только с серебряным мечом на груди. Ведьмочки потрясенно застыли перед ними, глупо хлопая ресницами, сдерживаясь не раскрыть рты. Мутный голубой взгляд цепко прошёлся по упёршегося в него, трясущейся и от испуга, и от холода, девушке.

— Будьте осторожны, сеньорита, — низкий голос золотого меча был не привычно грубым для эльфа. Привыкший отдавать приказы, даже сейчас его интонация была резкой. Особенно для девушек.

— Женевьев, смотри сколько тро-о-оллей! — прошептала Келен, посмеиваясь над подругой. Та смотрела на эльфов, как на чудо. Глаза распахнуты, ротик открыт. И даже возражать ничего не стала бандитке.

Белые мундиры безразличными глазами смотрели на маленьких ведьм. Ровные, как по струнке, спины. Никаких эмоций. Командир, золотой меч, и тот как глыба льда. И даже не определишься сразу от чего холоднее: от ветра, продувающего насквозь, или от светлых глаз серых эльфов — адептов Академии Теней.

— Мы не тролли, сеньориты, — упрёк довольно грубым голосом, но в глазах ноль эмоций. Девочки смущённо попятились и поёжились. От взглядов явно холоднее…

— Сеньорита, я чувствую в Вас много жизни и страсти. Это хорошо. Ваш ребёнок будет очень сильным. Жаль, что магом, — непривычно тихо сказал командир и вместе со своими товарищами ушёл, проходя по скользкому льду, словно его тут и нет. Поражённая красная Адель уставилась на военных. Её подруги ошарашено смотрели вслед лучшим убийцам королевства.

— Вы как хотите, а я рожать всё равно не буду ещё лет эдак десять! — буркнула Иветта под нос.

Девочки вздохнули, все ещё больные после попойки отправились в комнаты, морально готовясь к уборке в самой страшной, а оттого и самой грязной, башне Академии магии. Плохое настроение не желало поднимать лапки вверх и сдаваться. Вечно позитивные адептки сейчас напоминали маленькие грозные тучки. Разговаривать не хотелось даже между собой, даже не хотелось обсуждать новых троллей!

— Девочки, а вчерашнее точно никто не помнит? — подала голос самая бледная ведьмочка — Женевьева. Она периодически хмурилась и поглаживала живот, морщась от странных ощущений. Да и была она совсем вялая, хотя обычна впереди всех бежит. Подруги отрицательно покачали головами, внимательно смотря на сестру. — Просто… У меня болит… Раньше такого не было… Вообще…

— Может, у тебя…? — намёк Габриэллы поняли все, кивнув в знак согласия.

— Нет, в том то и дело, что нет… Да и ходить немного больно… Это так странно… — совсем расстроилась милашка, наконец, входя в общежитие. Сестры недоуменно лишь пожали плечами и зашли следом.

Время перед уборкой ведьмочки провели за варкой лечебных зелий. Иоланта руководила процессом, как и всегда, постоянно выбешивая сестёр своими зазубренными терминами, ненужными никак не посредственно при варки зелья. Выпив варево, ведьмочки облегчённо вздохнули. Боль сняло быстро и настроение с силами поднялись. С прекрасным настроем, девчонки отправились на наказание. Безлюдная башня, не привлекающая своими высотами и учебное время, стало ещё страшнее. Тёмные стены мрачно блестели от синих огней. Начинающиеся сумраки за окном пугали девушек своими тенями. Затхлый запах и слизь почти во всех аудиториях не добавляли шарма. И настроение окончательно испортилось.

Выдохнув, ведьмы приступили. Чем раньше начать, тем ты раньше закончишь. Взяв из кладовой, приспособленной под нишей лестницы, нужные приспособления, они приступили. Затыкая нос и магически проветривая все помещения. А как по-другому? Правда, на занятиях благоухания так не воспринимались. Надрываясь вёдрами воды по очереди. Ладно чистой воды — это все могут принести, а вот грязная — попробуй найди добровольца. Никто не хочет единственное платье испачкать в ужасной вонючей слизи. Очередной спор закончился проигрышем Верховной. Взяв сразу два ведра с плохой водой, девушка направилась на улицу, где в небольшой отхожий овраг сливали все это дело, потом магически убирая совсем.

В голове Аделины крутился образ некра-боевика. Может, ей причудилось все это? И тот поцелуй… Он ведь в маске был. Может, и не он это был, а какой-нибудь ушлый адепт с нездоровой фантазией, что само по себе ужасно. Скорее всего, шрам показался. Может, глаза и не зелёного цвета. Все так запутанно. А странный сон? Да, Марс снился ей, даже часто, чего уж скрывать. Но не так. Не настолько реально. Его ласки и нежные поцелуи в щёки, горячее дыхание у виска, она отчётливо это ощущала.

Избавившись от помой, ведьма устало присела на скамью. Девочки всё равно почти закончили, не было смысла спешить. А вот подумать на зимней прохладе — полезно.

Так всё-таки, как можно влюбиться в мужчину, которого ты видела несколько раза? И то не уверена. Да, красивый. И что? Их тут много таких. Есть и лучше. Да сильный, но это нормально. Зелёные глаза смотрят не так, как другие? Смотрят, будто защитить хотят. Да, и желание есть, но не такое животное, что ли… Другие смотрят, как на кусок мяса. А он, такой спокойный и тёплый, сильный… грустный. Эта печаль мужчины не давала покоя. Что же с ним произошло? Может, он уже любил и ему разбили сердце? Нет, точно нет. Не ему, по крайней мере. Может, у него что-то со здоровьем? Тоже нет, он же такой… могущественный. Марс Лепаррде. Одно имя чего стоит. Он как гордый одинокий леопард…

Леопард! Эта мысль почему-то колоколом забила в голове. Леопард.

Белоснежный кот с чёрными пятнами от загривка до конца хвоста с человеческими глазами.

В странном сне ведь Адель видела, что у Марса были и когти… и клыки. Они не ранили, они защищали. От кого-то очень настырного и слюнявого.

— Блондинка сказала можно… — этот противный голос застучал в голове.

Поражённая догадками, девушка побежала к сёстрам. Раздражённо вспомнила и вернулась за оставленными вёдрами. Но они обнаружились в руках командира белых мундиров.

— Сеньорита… — склонился он в вежливом поклоне, будто сделал одолжение. Адель, неожиданно для самой себя, неуверенно присела в корявом реверансе, — Почему Вы носите тяжести? Я понимаю, если это делает мужчина, юноша в конце концов. Но девушка? Вам же рожать! Сильных детей. Для защиты королевства. Сыновей, которым обязательно надо обучаться в Академии наёмных убийц, — бесплатно прорекламировал эльф свою альматерь.

— Я ведьма… Нам бы желательно девочек рожать, чтоб не переродиться совсем, — смущённо добавила девушка, сторонясь молодого серого эльфа. Мужчина внимательно и пристально осмотрел девушку с ног до головы, ничего не стесняясь. При этом Адель возмутилась и хотела уже сказать что-то наглецу.

— Вы хорошо сложены. Можете рожать много детей. Жаль на Вас уже есть аура мужчины. Ему очень повезло, среди всех адепток Академии магии Вы — самая женственная.

— Вы неправы… — возразила девушка, жутко покраснев. Однако эмоций на лицо командира так и не было. Глыба льда. — Много хороших девушек. Некоторые только и мечтают о замужестве. А мужчина… Вам показалось…

— Хмм… Странно. — серый эльф приблизился и, сузив глаза, посмотрел, — Боюсь, я прав. Аура вашего избранника слишком яркая. Хотя станет ещё ярче, когда Вы с ним проведёте ночь.

Адель, давно красная, вспыхнула ещё и больше и выхватила из рук нахала свои пустые ведра. Молча уйти стоило много труда.

Так всё-таки может, ей не привиделся Марс, продолжила размышлять девушка. Оборотень делал похабные намёки, этот военный… Лепаррде обещал вернуться как можно скорее. Стоит подождать, а там… время покажет. Влюблена девушка или нет. Хотя чего тут думать? А вот нравиться она одинокому оборотню также сильно? От этого вопроса от волнения кружиться голова, стучит сердце так, как не стучало никогда… И тепло в груди будто пульсирует.

— Девочки! Я вспомнила кое-что! И Вам это не понравится! — Адель влетела к отдыхающим словно фурия. Предвкушающей блеск в глазах сестёр был ей ответом.

Кого-то ждёт за все грехи… Чёрным сёстрам приходится быть злопамятными.