Глава 12

В Лаерж мы приезжаем чуть раньше восьми и, когда дилижанс замирает перед калиткой, я неверяще гляжу на дом. Он будто не мой — из трубы весело валит дым, дорожка, ведущая к крыльцу, расчищена, а окна на первом этаже празднично светятся.

— Я смотрю, мисс Уилсон освоилась, — весело комментирует Максвелл, подхватывая мою сумку, — пойдем, провожу.

Ступеньки крыльца тщательно выметены, а разбитое стекло фонаря заменено. Мне на мгновение становится стыдно — что мешало мне заняться освещением? — но Риндан уже стучит в дверь. Долго ждать не приходится — почти сразу раздается звук отодвигаемой задвижки и на пороге возникает Терра.

— Мисс Локуэл! Мистер Максвелл!

Инквизитор тихо смеется, я тоже не могу сдержать улыбки — в голосе девушки сквозит неприкрытая радость от встречи.

— Передаю мисс Локуэл в надежные руки, — все еще посмеиваясь, Риндан вручает Терре мою сумку, — проследите, чтобы она нормально ела и не читала допоздна.

Пойманная на горячем, я возмущенно кошусь на инквизитора, но ловлю лишь искреннюю улыбку. Подождав, пока горничная с моей сумкой скроется в кухне, Максвелл осторожно прикрывает дверь и поворачивается ко мне.

— Когда уезжаешь? — он дотрагивается до моей руки и я вздрагиваю.

— П-послезавтра утром, — от неожиданного прикосновения начинаю заикаться. Но инквизитор на этом не останавливаются — его пальцы скользят по моей скуле, касаются виска, по ходу дела заправляя за ухо непослушную прядку волос; спускаются к подбородку. Большой палец Риндана проводит по моим губам — легко, на излете, но я подаюсь к мужчине, желая большего. И он не смеет мне отказать — наклоняется и целует. И я пропадаю, теряюсь в его запахе, таю в крепких руках и возношусь, кажется, к низкому зимнему небу, с которого падают редкие снежинки.

— Оставь мне номер передатчика сестры, — хрипло шепчет он, с видимым сожалением отрываясь от меня, — я буду звонить.

— Хорошо, — почти беззвучно отвечаю я.

Звонок магического передатчика застаёт меня в момент выхода из ванной. Отбросив влажные волосы за спину, я прижимаю к уху черную трубку, уже понимая — что-то срочное.

— Мисс Локуэл? — голос Вальтца сух и безэмоционален, — простите, что прерываю ваш выходной, но вы нужны здесь. Дилижанс прибудет в районе получаса.

— Что случилось? — сразу же включаюсь в рабочий режим я.

— Здесь… — инквизитор не договаривает и я тут же представляю, как он взмахивает рукой, — приезжайте, в общем. Все на месте.

Повесив трубку, я несколько мгновений стою в замешательстве, прежде чем что-то предпринять. Терра, вытирающая стол, вопросительно смотрит на меня и, поймав её взгляд, я зачем-то качаю головой. Странно… меня редко дергают из дому, а за последнюю неделю это происходит уже второй раз.

Как бы не было беды.

Спальня протоплена и, сбрасывая полотенце, я чувствую острое сожаление. Как хорошо было бы завершить этот день с книгой у камина! Но жизнь обычно вносит коррективы, не спрашивая. Ну и ладно — так интереснее.

Я долго стою перед шкафом, прежде чем остановить свой выбор на утепленных штанах и толстом свитере. Свитер великоват, поэтому приходится закатывать рукава — но зато как раз для неотапливаемой перед праздниками крепости.

Горничная встречает меня уже внизу. Несмотря на поздний час, она не торопится ложиться — и, стоит лишь мне появиться на кухне, тут же усаживает меня за стол.

— Мистер Максвелл попросил следить за вашим питанием, — коротко сообщает она и передо мной опускается тарелка с овощным рагу, — а, раз вы едете на работу, вам стоит поесть.

Спорить я не собираюсь — аромат, поднимающийся от блюда, прекрасен и мне не приходится уговаривать себя работать ложкой. Терра, скрестив на груди руки, следит за мной от печи и, кажется, испытывает некое чувство гордости.

Звук колокольчика раздается тогда, когда я допиваю последние капли простокваши. Терра тут же скользит в коридор, чтобы подать мне шубу. Я морщусь — к такому привыкнуть сложно — но меня никто не спрашивает: проследив, как я набрасываю платок, девушка помогает облачиться в верхнюю одежду и осматривает получившееся критическим взглядом. Смутные сомнения начинают зарождаться внутри уже тогда, когда Терра протягивает мне перчатки.

— Мне до экипажа пару шагов… — пытаюсь отказаться.

Бесполезно — на меня смотрят суровым взглядом.

— Холодно!

Но я ещё пытаюсь барахтаться.

— Терра, я…

— Даже слушать не желаю, — ворчит девушка, все же вручая мне перчатки, — и так с мокрыми волосами едете. Оденьтесь хотя бы тепло.

Осознание накрывает мгновенно.

— Риндан, да?.. — тихо уточняю я, уже зная — он самый. И по внезапно вспыхнувшим щекам горничной понимаю — кажется, инквизитор провел с ней дополнительный инструктаж.

Экипаж ждет у калитки. Наш постоянный возничий, старый мистер Мейр помогает мне забраться внутрь. Пользуясь случаем, я пытаюсь выяснить причину своего внезапного выезда, но мужчина лишь качает головой:

— Мисс Локуэл, там такое… — он взмахивает ладонью, будто отсекая от себя лишнее, — всех на ноги подняли! Сейчас вот вас доставлю и мистера Максвелла на вокзал повезу.

Мои брови будто сами собой тут же ползут вверх. Cтранно — будь отъезд запланированным, я бы знала. Но чтобы так, среди ночи, да ещё накануне праздников…

Темнота за окном вздрагивает и приходит в движение, а я приглушаю освещение и все-таки снимаю перчатки. До крепости больше получаса — почему бы не провести это время с пользой?

Я все-таки успеваю немного подремать, открыв глаза в тот самый момент, когда возница резко поворачивает и закладывает большой круг по площади. Крепость выглядит как обычно — лишь дежурное окно слабо светится. Даже в холле, кажется, не горят фонари.

— Воспользуйтесь задней дверью, — сообщает Мейр, помогая мне выбраться. Это многое объясняет — значит, теоретическое происшествие, на которое меня вызвали, касается только внутренней кухни.

Я обхожу здание слева. Покосившиеся кресты кладбища не пугают. Проходя мимо обветшалого склепа я поднимаю взгляд к небу и некоторое время изучаю голые ветви деревьев, украшенные темными шарами омелы. Инквизиторы темных веков считали, что она растет только там, где обитают ведьмы.

Что ж… в чем-то, возможно, они были правы.

Дверь тихо скрипит, пропуская меня в небольшой холл. Вальтц, стоящий у пропускного пункта, резко поворачивается и впивается в меня жестким взглядом, но уже спустя мгновение, разглядев, смягчается.

— Вы быстро, мисс Локуэл.

— Что произошло? — я распутываю платок.

Но мне не отвечают — инквизитор взмахивает рукой и до меня долетает слабая вспышка магического сканирования. Но бояться мне нечего — заклинания на работе не используются, к этому я уже привыкла.

— Проходите, — сторониться Вальтц, подавая знак дежурным гвардейцам, — спускайтесь к архиву, там все объяснят.

Опять архив…

— Я оставлю вещи? — киваю я на дверь дежурной комнаты.

— Конечно. Не торопитесь, — успокаивающе улыбается мне Вальтц.

Узкие ступеньки боковой лестницы уводят во тьму и я нерешительно останавливаюсь на первом же пролете. Но все не так страшно — стоит мне только сделать следующий шаг, как мир меняется — вспыхнув, зажигаются магические факелы, висящие на стене. Тишину заполняет тихий треск.

Гвардейская стража обнаруживается пролетом ниже — здесь уже достаточно светло благодаря принесенным фонарям. Незнакомый мне парень в парадной форме пристально изучает мои документы, а затем кивает головой своему коллеге, призывая пропустить. Подобных рубежей три и с каждым из них я все глубже проваливаюсь в бездну непонимания. Но лестница заканчивается и я останавливаюсь в начале ярко освещенного коридора, уходящего за угол.

— По коридору и направо, в картотеку, — инструктирует меня очередной гвардеец. Но я только и успеваю, что дойти до середины — из-за угла показывается знакомое лицо.

— Мейделин!

— Тебя тоже выдернули? — уточняюще гляжу я на Максвелла. Тот, кажется, думает солгать, но вовремя вспоминает про отсутствие завесы отрицания — едва заметно кривится, но все-таки выдает правдивый ответ.

— Даже домой не успел заехать.

— А сейчас куда?

— В столицу срочно вызвали, — он едва ощутимо касается моих пальцев, — постараюсь вернуться поскорее. Будь осторожна.

Короткий рваный поцелуй обжигает. Не тратясь больше на слова, инквизитор ещё раз сжимает мою ладонь в своей и отступает на шаг.

— Если что-то понадобится — обратись к Вальтцу, пожалуйста. Я его предупредил.

Я не отвечаю — в горле неожиданно встает горький ком. Ощущение безысходности настолько сильное, что мне почему-то хочется вцепиться в инквизитора обеими руками и не отпускать. Никогда.

Наверное, именно это и побуждает меня задать следующий вопрос.

— Но… ты вернешься? Вернешься ведь, да?

Кажется, мир вокруг приходит в движение. Но я ничего не замечаю — гляжу в зеленые глаза, понимая, что мы стоим на краю пропасти.

И его глаза не лгут — прикрывшись на мгновение, они точно дают мне понять.

Он вернется.

Алвис встречает меня у входа в картотеку.

— Мисс Локуэл, ну наконец-то! Вам попался мистер Максвелл?

Не размениваясь на слова, я киваю. Знал бы ты, насколько он мне попался…

В небольшом помещении, уставленом по периметру шкафами с картотекой, людно. Несколько гвардейцев, Лоуренс, сидящий за столом, заваленным бумагами… а кто-то ещё в углу.

Я делаю несколько шагов и замираю, узрев зеленый халат лекаря.

— Что произошло?

— Покушение, Мейделин, — Лоуренс лениво откладывает исписанный протокол и тянется за запасным пером.

— На кого?

— На меня, — из-за плеч лекаря я не вижу отвечающего, но понимаю, что это Ирмис. И он не томит меня в неведении — выглядывает и даже весело машет рукой, — хотел попросить тебя заступить на остаток смены, сможешь?

Дознаватель выглядит сносно — лишь белая повязка, с одной стороны украшенная красным пятном, все портит.

Я подхожу ближе. Кажется, все ограничилось лишь ударом.

— Как это произошло? — продолжаю допытываться.

Дознаватель вздыхает:

— Нес дела в архив. Шел по коридору, никого не трогал, а потом раз — и лежу на полу. Пока был без сознания, кто-то поковырялся в моих папках.

Мужчина улыбается и, кажется, даже изволит пытаться шутить, но по отголоскам эмоций, в обилии своем собранных в комнате, я с кристальной четкостью понимаю — затем, чтобы я не волновалась. И я благодарна за это коллеге, хоть мы оба понимаем, что это всего лишь фарс.

— Что похитили?

— На первый взгляд, ничего, — морщится дознаватель, — забрали протокол осмотра места убийства Вермейера. Но у тебя же есть копия?

— Есть, — выдаю я и тут же осекаюсь: в лавине эмоций внезапно прорезается ещё одна.

Раздражение. Четкое, явно прослеживаемое, правда… от кого?

Я не тороплюсь оборачиваться — понимаю, что это может навредить. Поэтому медленно киваю, присаживаюсь на корточки рядом с дознавателем и, будто невзначай оглядываю комнату.

В помещении, кроме нас с Ирмисом, еще пятеро. Лоуренс, скрипящий пером, Алвис, два гвардейца охраны и лекарь. Последний, кстати, времени зря не теряет — закончив перевязку, он вручает мужчине флакон с темным зельем и неожиданно белозубо улыбается мне:

— Впервые вижу дознавателя-женщину!

— И вы не первый, кто мне об этом говорит, — отбиваю подачу я под пристальным взглядом Ирмиса, — уже закончили?

Я не собираюсь быть излишне вежливой: привычная корректность мне ближе. К тому же, я чувствую исходящий от лекаря ничем не скрываемый интерес и даже догадываться не приходится, с чем он связан.

— Я нужна здесь, мистер Лоуренс? — обращаюсь я к старшему инквизитору.

Тот неожиданно веселым взглядом окидывает нашу разношерстную компанию и качает головой:

— Нет, мисс Локуэл. Можете приступать к дежурству.

В кабинете дежурных тепло и, подумав, я снимаю свитер, оставаясь в легкой рубашке. Прохожу к магическому нагревателю и ставлю на него пузатый чайник. Сквозь небольшое окошко в стене я могу видеть Вальтца — инквизитор стоит спиной ко мне и о чем-то тихо беседует с гвардейцами. Будто почувствовав мой взгляд, мужчина оборачивается и вопросительно смотрит на меня:

— Что-то хотели, мисс Локуэл?

Вздрогнув, я мотаю головой. Надо же… задумалась.

А подумать есть над чем.

Похититель протокола, присутствующий при легкомысленной реплике Ирмиса. Кто он — один из гвардейцев, лекарь, инквизитор? Или же мой непосредственный начальник? Не стоит снимать со счетов и коллегу — много ли изворотливости в наше время нужно, чтобы симулировать нападение?

Надо бы допросить лекаря. Он не одаренный, а значит, не нужно дополнительных разрешений.

При мысли о допросе меня знатно перекашивает — невовремя вспоминается ситуация с переполнением резерва. Хотя, с другой стороны, теперь его хватит месяца на полтора с лихвой.

Надо бы с Вальтцем переговорить. Раз ему Риндан доверяет…

— Мистер Лавджой? — я выглядываю в окошко. Инквизитор удивленно поднимает брови, но дополнений ему не требуется — уже через пару минут мужчина, закончив разговор, заходит в комнату и плотно притворяет за собой дверь.

— Да, мисс Локуэл?

— Откуда прибыл лекарь? — сходу огорошиваю я. Видать, попадаю в цель — потому что инквизитор, едва заметно улыбаясь, качает головой:

— Переведен из Нойремштира.

Нойремштир. Как интересно — городок маленький, а все мои вопросы на нем и сходятся.

— Сможете поучаствовать в допросе?

Объяснять не требуется. Вальтц хмурится и, помешкав, все-таки задает вопрос:

— Думаете, он…

— Пока не думаю, — прерываю инквизитора, — просто хочу сократить число подозреваемых.

— И много их?

— Пятеро, — и я кратко описываю мужчине прочувствованное в хранилище. Вальтц внимательно выслушивает, не перебивая и, стоит мне закончить, тяжело вздыхает:

— Да, невовремя Максвелл уехал.

Реплика интересная и я тут же за неё хватаюсь.

— Почему?

— Не обращайте внимания, мисс Локуэл, просто мысли вслух, — морщится инквизитор, подходя к столу, — хорошо, я вызову лекаря на допрос. Но давайте вечером?

Я пожимаю плечами:

— Я никуда не тороплюсь.

Допрос не приносит пользы. В воздухе витает что угодно, но только не желаемые мною эмоции. Задавая очередной вопрос, я вдруг ясно понимаю — я нравлюсь мужчине, сидящему напротив. И Вальтц это тоже чувствует — от завесы отрицания идет волна иронии, направленная на лекаря и я не могу сдержать улыбки.

Из допросной выхожу одна — инквизитор, согласно протоколу, телепортируется и я застаю его уже в дежурной, задумчиво склонившимся над чашкой чая.

— А ведь вы ему симпатичны, мисс Локуэл, — зачем-то сообщает он мне.

— Мне нет никакого дела до его симпатии, — пожимаю плечами я.

Лекарь ни при чем. Я констатирую это с некой затаенной грустью, предчувствуя растущее количество работы. Можно, конечно, допросить гвардейцев, но тогда мой интерес к этому делу станет достоянием общественности и может привлечь излишний интерес.

А инструкций от Лоуренса пока не поступало.

— Вам-то, может, и нет никакого дела, — продолжает гнуть свою линию Вальтц, — но он ведь решил, что вы допрашиваете его из-за встречного интереса.

— Что за чушь, — фыркаю и тут же осекаюсь: а ведь…

— А ведь это удобно, — транслирую свою мысль инквизитору и, подначеная вопросительным взглядом, делюсь соображениями, — давайте так и оставим, Вальтц. Я предпочту дождаться выводов Лоуренса, прежде чем предпринимать дальнейшие действия. К тому же… — озадаченная странным фактом, я замолкаю.

Да и что тут говорить, когда ты внезапно осознаешь, что теперь все ниточки сходятся на тебе. И дело Вермейера в сейфе, и копия протокола осмотра места его убийства.

Инквизитор, кажется, тоже ловит внезапно изменившуюся атмосферу в помещении. Он как-то незримо подбирается и спустя миг в дежурной звучит очень тихий вопрос:

— В чем дело, мисс Локуэл?

От звуков мужского голоса я ежусь, как от промозглого зимнего ветра. Странно как — с каких пор я так реагирую на инквизиторов?

— Вальтц, понимаете…

Мой рассказ занимает не так много времени. Вкратце описав все, во что я так потрясающе влипла, я замолкаю, ожидая выводов. Но их не следует — инквизитор, дослушав все, что я хотела ему сказать, задумывается и даже на оклик не реагирует — смотрит в чашку с чаем и молчит. И, лишь когда, отчаявшись получить ответ, я отхожу к окну, внезапно оживает:

— Знаете, мисс Локуэл, я должен связаться с Максвеллом. Он предложит решение.

Мне до жути хочется узнать, почему инквизитор пришел к такому выводу. Но вместо этого с моих губ срывается другой вопрос.

— Как давно вы его знаете?

— Риндана? Почти десять лет.

Ответ ошеломляет, но удивляться я не спешу. Задумчиво смотрю на темноту за окном, понимая, что не зря все-таки мужчины оказались здесь. Особенно учитывая встречу Максвелла с Хиллом в Нойремштире… Интересно, прошлые инквизиторы уволились по своему желанию или же… их попросили?

— И часто работаете вместе? — свои соображения я предпочитаю оставить пока что при себе.

Вальтц, откинувшись на спинку стула, внимательно изучает мое лицо и, наконец, кивает:

— Случается.

— Разъездная работа способствует?

Губы мужчины искривляются в ухмылке:

— Знаете, мисс Локуэл, я склонен согласиться с Ринданом в том, что вы умны. Так что же вам известно?

Улыбку я возвращаю.

— Ровно то же, что и вам. Но если посвятите в остальное…

— Исключено, — инквизитор мотает головой, — давайте пока остановимся на насущном.

Домой я приезжаю следующим вечером. В животе зазывно урчит и Терра, услышав это, сразу же направляет меня на кухню.

— Сегодня куриный суп с лапшой, — передо мной со стуком опускается тарелка с золотистым содержимым, присыпанным нарезанным укропом, — на второе отбивные с кашей. Ешьте, мисс Локуэл, я приготовлю вам ванну.

Мои слабые возражения не учитываются — горничная скрывается за дверью, оставляя меня наедине с едой.

Неспешно черпая ложкой прозрачный бульон, я не тороплюсь выныривать из рабочих дел. Ненадолго зависаю над странным разговором с Вальтцем и как-то незаметно для себя переключаюсь на лекаря.

Переведен из Нойремштира. Интересно, насколько тесно он сотрудничал с нойремштирским управлением? Возможно, просто приглашался в крайних случаях — как у нас, а, может…

Внезапная догадка заставляет меня вздрогнуть и я застываю с не донесенной до рта ложкой.

Может ли он знать о кадровых перестановках в местном управлении? Маловероятно, если не входил в штат. А если входил?

Терра, выбежавшая из ванной, молча наблюдает за моими быстрыми сборами. Я даже крепостной экипаж не вызываю — довольствуюсь местным: время дороже. Перед тем, как обуться, вспоминаю важное — и, взбежав по ступенькам, нахожу в стопке бумаг на столе копию протокола допроса. Раз уж дело поворачивается таким боком, то у меня в рабочем сейфе ему будет безопаснее.

На этих сутках дежурит Алвис. Увидев меня, он не удивляется — привычно сканирует на наличие заклинаний и, слегка усмехнувшись, уточняет:

— Мисс Локуэл, вы не забыли, что сейчас дежурит отдел пристального дознания?

Усмешку я возвращаю:

— Думаете, я не помню, кому передала дела?

Несмотря на сутки без сна я совсем не испытываю тоски по кровати — голова работает ясно, как в начале рабочего дня. Но это временно — по возвращению домой мне придется отоспаться. Только вначале соберусь — загодя вызванный дилижанс для поездки к сестре прибудет рано.

Первое, что я делаю, зайдя в кабинет — поворачиваю в замке ключ. Несмотря на подозрительно спокойную обстановку мне почему-то становится страшновато — и, включив свет, я некоторое время подозрительно осматриваю помещение.

Все без изменений. Даже стул, оставленный мною небрежно отодвинутым стоит на месте. Каланхоэ, обретающийся на столике у окна, выглядит плохо и походя я дотрагиваюсь до резных листьев. Придется забрать его домой — при такой температуре эти праздники он не переживет.

Укомплектовав дело Вермейера привезенной из дома копией похищенного документа, я вновь обновляю защиту сейфа. На этот раз заморачиваюсь — и к привычной вязи добавляю пару неприятных сюрпризов. Сомневаюсь, что таинственный похититель решится на кражу со взломом, но все же, я склонна перестраховаться. Да и ключ от кабинета заберу — на всякий.

Последнее, что я делаю перед тем, как покинуть свои рабочие апартаменты — устанавливаю на замок тревожное заклинание. В случае попытки взлома оно тут же известит дежурных едва слышимым только им сигналом.

Алвис внизу встречает меня заинтересованным взглядом:

— Мисс Локуэл, согласно протоколу я обязан поинтересоваться причиной вашего приезда в нерабочее время.

Я сжимаю в руках горшок с растением, будто желая защититься от жалящего взгляда. У меня получается — я даже эмоции сдерживаю, ограничиваясь выпущенной в пространство легкой задумчивостью. Мы так можем — правда, редко и не всегда успешно, но не зря же отец в свое время столько меня тренировал?

— Цветок замерзнет.

Инквизитор кивает и я понимаю, что сомнений в воздухе прибавилось. Но копаться в отголосках эмоций мужчины мне не с руки — и, улыбнувшись, я решаю прояснить насущное.

— Подскажите, мистер Алвис, где я могу найти лекаря?

— Лекаря? Вам плохо, мисс Локуэл?

Сообщать правду мне не хочется — Алвис тоже был в картотеке. Поэтому я слабо улыбаюсь и выдаю первое, что приходит на ум.

— Я… я бы хотела узнать у него по поводу зельев для резерва. Говорят, его можно увеличить.

Мужчина ехидно хмыкает и я даже знаю, что у него на уме. Да, я и сама уже не верю в сказки — особенно в те, в которых можно увеличить вместительность резерва за счет зелий или ритуалов. Но ведь Алвису не надо знать о ходе моих мыслей — и пусть уж лучше я прослыву недалекой, чем чересчур умной.

Инквизитор оглядывается на дверь, а я прижимаю к себе каланхоэ.

— Минуты две как ушел. Сказал, подождет дилижанс на улице, так что у вас есть все шансы его догнать.

Лекаря я настигаю уже на площади — заведя руки за спину, мужчина рассматривает праздничное древо и на мое появление реагирует обыденно. Окидывает заинтересованным взглядом и улыбается. Отвечать ему тем же не хочется — но, тем не менее, я должна сохранять границы вежливости.

— Мистер…

— Просто Дейрн, — просит он, не оставляя мне путей для отступления — я внезапно понимаю, что фамилию мужчины не помню.

Нехорошо. Надо в протоколе подглядеть.

— Дейрн… — пробую я имя на вкус. Сложное, странное, неудобное — ну да ладно, — я слышала, вы переведены из Нойремштира?

— А я думал, в вашем захолустье есть только голубиная почта, — хмыкает мужчина и я внезапно понимаю, что он пытается неумело шутить.

— У нас дружный коллектив, — улыбаюсь кончиками губ.

— Это я уже понял, — фыркает лекарь, — особенно когда вашего коллегу перевязывал. Так что-то хотите узнать, мисс…

Пауза выходит говорящей, но разрешить Дейрну называть себя по имени я не могу.

— Локуэл. Моя фамилия Локуэл, — и, торопясь заполнить странную паузу, я выдаю все желаемое сразу, — скажите, вы были приглашенным специалистом или постоянным?

— Приглашенным, — осознав, что личного разговора не выйдет, мужчина разворачивается и идет вдоль низкого забора, окружающего древо. Я послушно двигаюсь за ним, ощущая себя на редкость глупо, — но, если честно, приглашать не на что. Там штата — три человека и обчелся, все пользуются услугами нойремштирского лекаря.

— Понятно, — спрашивать больше не о чем и я с облегчением выдыхаю, видя выезжающую из-за угла темную карету крепостного транспорта, — что ж, спасибо за разговор, Дейрн.

— Да не за что, мисс Локуэл, — лекарь тоже видит дилижанс и край его губ досадно дергается, — вас подвезти?

— Нет, благодарю, — улыбаюсь я, понимая, что такого добра мне и даром не надо, — я немного пройдусь.