Глава 2. В которой Шайя продолжает делать вид, что работает

Ниярди вышел из центра, и убедившись, что Шайя спокойно работает, ни в чём не нуждаясь, отправился в другой центр, где под наблюдением медиков его тело будет привыкать к новым органам.

А его подопечная постепенно стала успокаиваться и даже находить интересные развлечения на рабочем месте. Немного освоившись и приглядевшись к другим сотрудникам, Шайя поняла, что как минимум треть здесь таких же протеже, имитирующие работу, как она.

Сначала девушка разное думала об этих служащих, но от безделья решила присмотреться к ним − и в груди вновь зажегся огонёк, толкающий её на помощь людям. Каждый второй из неприкаянной трети, уныло выполняющий свою работу, зарывал свой настоящий талант, и это постепенно разрушало их личность.

Шайя взволнованно выбирала себе объект для наблюдения и вскоре понимала, что перед ней сидит талантливый цветовод или, как вон тот полный мужчина с брезгливо кривящейся оплывшей физиономией − уникальный штурман, а поздоровавшийся с ней в первый день господин О́но был как-то связан с металлами. Стоя рядом с ним, Шайя даже чувствовала особый запах и звон молота!

Только вблизи от человека и при желании девушки понять его предназначение, её словно бы окутывало символами, которые надо было разгадать. Животных такому умению не выдрессируешь!

Ей было грустно смотреть на этих людей, посвятивших всю свою жизнь по воле семьи или обстоятельств не той работе и не на том месте.

Она пыталась поговорить хотя бы с тем же господином О́но и узнать, работа в министерстве следствие ошибки тестовых программ или медвежья услуга заботливых родственников, но здесь не было принято откровенничать, тем более с младшим прогнозистом, недавно принятом в учреждение.

Так незаметно и скучно пролетели несколько месяцев. Шайя предоставляла Кубо ужасные отчёты, но почти всегда её итоговые значения совпадали с выводами опытных сотрудников, и начальник смягчился.

— Госпожа Ниярди, я дам вам самостоятельную работу. Не подведите!

— Благодарю вас за доверие, господин Кубо. Вы не пожалеете, — изобразила радость Шайя, но её улыбка увяла, как только начальник показал ей на экран с техзаданием.

Это был провальный проект, и в силу своей особенности она его видела в красном цвете. В цвете тревоги, разорения, неприятностей, ущерба.

Две недели девушка билась над ним, пытаясь понять, что в выданном ей задании не так, но после введения параметров система ей сообщала, что данный проект перспективен, и правительство Алайи не только заработает денег, но и поднимет свой престиж среди других планет.

Шайе оставалось только закрыть глаза на этот проект, чтобы не видеть злополучный тревожный красный и скачать данные программы, выдающей положительный прогноз, получить премию и повышение.

Господин Кубо явно захотел поощрить её за смирение и уважительное отношение, и девушка не знала, что же ей делать, как всё же поступить в сложившейся ситуации.

Она стояла у окна и смотрела вдаль, пытаясь решить, говорить ли о том, что программа ошибается или сделать вид, всё прекрасно, но оба эти варианта доставят ей массу проблем. Один сразу, а другой позже, когда ожидания беды сбудутся.

Был ещё один вариант − дождаться профессора, который на днях вернётся домой и съездить с ним в заповедник, чтобы спросить совета у старейшины.

Бежать к Сакру за помощью было стыдно. Шайя недовольно села за стол и уставилась на экран.

Корпорация «Звёздочка» предлагала продавать особую краску, насыщенную бактериями, которые начинали активно двигаться, производя энергию, стоило нанести краску на гладкую поверхность. Всё, что было необходимо для жизни этих бактерий − ровная площадка, воздух и небольшая влажность.

Правительства некоторых планет заинтересовались этой разработкой и готовы были сделать пробный заказ, расплачиваясь необходимыми для Алайи ценными металлами.

Шайя понимала, что если она даст отрицательный прогноз развитию производства и продажи этих бактерий инопланетянам, то ей начнут задавать вопросы, а ответа на них у неё нет. Только её чутьё продолжает навязчиво пульсировать, предупреждая о грядущих неприятностях, связанных с доверенным ей делом, но более ничего конкретного.

Закусив губу, она решилась напрямую связаться с руководителем корпорации «Звездочка» и уже когда набрала его номер для связи, сбросила. Внутри неё родилась уверенность в том, что разговор с этим человеком бесполезен.

Тогда, пока не угас запал, она стала искать владельца корпорации, прислушиваясь к своей интуиции, и стоило ей, затаив дыхание, связаться ним, как пришло понимание, что измучившее её дело сдвинулось с мёртвой точки.

— Я прошу о встречи с господином Ковалле по поводу последних разработок его корпорации.

— Господину Ковалле принадлежат две корпорации: «Звездочка» и «Престиж».

— «Звездочка» и бактерии. Я по этому вопросу.

— Какое вы имеете к нему отношение?

— Я прогнозист и у меня появился ряд вопросов.

— Тогда я вам помогу связаться с руководителем. Вы должны понимать, что господин Ковалле занятой человек, и не может…

— Простите. Мой разговор с господином Ковалле − в его интересах! Ни мне, ни руководителю корпорации в некотором роде невыгодно выяснять появившиеся вопросы, но это важно владельцу. Если вы сейчас не найдёте возможности устроить мне встречу с ним, то я вас больше не побеспокою, но пройдёт время, и когда будет поздно, я обязательно скажу, что пыталась предупредить его о проблемах.

Секретарь сверлила Шайю испытывающим взглядом.

— Вы же не одна из этих… − дама подвинула к экрану статуэтку красивой девушки и небрежно щёлкнула по ней.

— Нет, госпожа секретарь. Я по делу, и каждое моё слово − правда. И мне действительно легче и проще было бы не тревожить господина Ковалле, но я всё же решилась поговорить с ним.

— Хорошо… Вы же на работе? — женщина придирчиво посмотрела за спину Шайи.

— Да.

— В каком городе вы живете?

Шайя назвала город, полностью представилась, а секретарь перезвонила через полчаса, уточнив, не родственница ли она профессору Ниярди, а после утвердительного ответа сообщила, что господин Ковалле поздно вечером будет ждать её в гостинице «Огненная птица»

Это был первый успех за последние месяцы! Владелец перелетит полпланеты, чтобы встретиться с ней, поверив, что она действительно скажет что-то важное.

Господин Ковалле оказался очень привлекательным мужчиной средних лет, и Шайя неожиданно для себя почувствовала себя смущённой и ещё больше смутилась, когда поняла, что он видит в ней ребёнка, а не симпатичную девушку, которой можно улыбнуться, показав мужской интерес.

Нормальный, правильно реагирующий мужчина на едва оперившегося цыплёнка, которым сейчас и являлась Шайя.

Едва уловив в его лице намёк на сожаление, что он притащился в такую даль по настоянию своего секретаря, Шайя чётко и последовательно начала излагать доказательство того, что её чутью можно доверять, а закончила тем, что выпестованный сотрудниками корпорации проект будет провальным.

Мужчина долго сидел молча, изредка поглядывая на сидящую напротив юную особу.

— Вы же не из-за денег? — неожиданно спросил он.

— Каких денег? — растерялась Шайя.

— Не из-за них, — сам себе ответил Ковалле, — всё же в людях я ещё разбираюсь!

Он тут же связался с руководителем своей корпорации и уточнил, как продвигаются дела с правительственным заказом.

— Ждём прогноз, — коротко ответил подчинённый.

— Проблем никаких нет?

— Нет, — искренне удивился мужчина.

Ковалле согласно покачал головой и уставился на девушку:

— Я могу дать вам положительный прогноз, — нервно поёжилась она под его взглядом, — и мой начальник будет рад этому, так как все мы получим плюшки в этом случае. Это идеальный проект, и я думаю, что мне его дали, чтобы я смогла подняться по карьерной лестнице. Так что, как видите, я первая заинтересована в том, чтобы умолчать о грядущем провале.

— Но вы не молчите и верите в то, что говорите, — задумчиво произнёс Ковалле. — Полагаете, что в моих интересах разобраться, где скрылся подвох, который кроме вас никто не видит?

— Я знаю, что он есть! Но ничего конкретнее сказать не могу, — с сожалением уточнила она.

— Но у вас есть какие-либо предложения? Вы же долго думали об этом?

— Последнее время постоянно, — кивнула девушка, — но я не провидец.

— А если я разобью весь проект на этапы? И каждый этап отдам вам на рассмотрение?

Шайя посмотрела на него с надеждой, и мужчина невольно улыбнулся. Его собеседница была ещё сущим ребёнком! Она переживает, волнуется, какое производит впечатление − и одновременно с ярко проявленной эмоциональностью он видит очень умненькие глазки. Умненькие и красивые! Войдёт в женскую силу, разобьёт немало сердец ребятам.

— Только эти этапы должны быть логически завершены, — сразу же уточнила девушка. — Все тонкости обдуманы вами и прописаны. Это не должна быть пустышка.

— Всё так сложно?

— Господин Ковалле, я не особо понимаю, как именно работает моё чутьё, но если вы сделаете всё так, как я говорю, то оно сработает, и мы сузим поиск.

— Сколько вам потребуется времени для составления прогноза на успех каждого этапа?

— Скорее всего минуты… в тот момент, когда ко мне попадает полная информация, я сразу могу дать ответ. И чтобы вы не думали, что я охотница за информацией, то мне даже не надо её читать. Я вижу итог того, что проработали ваши сотрудники. Ключевое слово здесь, «они проработали». Объяснения этому можно прочитать в эзотерической литературе, если вам интересно. Я пыталась разобраться, но, честно говоря, появившееся понимание стало мешать, и тогда я полностью доверилась чувствам.

— Ну что ж, раз вы говорите, что вам даже не надо читать… тогда завтра здесь же в это же время.

— Хорошо.

Следующий день прошёл как в угаре. Шайя жалела, что раскрылась, боялась, нервничала, хотела отыграть всё обратно и, измученная сомнениями, отправилась вечером в гостиницу. Там господин Ковалле подпихнул ей одну пустую папку, одну папку с посторонним проектом и только после того, как остался удовлетворён её реакцией, продолжил общение с ней.

Шайя взяла следующую папку с информацией, специально для неё распечатанной на бумаге. Открыла первые страницы и начала читать. Ковалле усмехнулся, но промолчал.

— Да. Следующую, — прикрыв глаза, отстранённо произнесла она и тут же получила в руки новую папку. Её она тоже открыла, но почти сразу отложила.

— Да.

Ковалле, с интересом следя за ней, дал следующую.

— Нет, — выдохнула Шайя и внимательнее вчиталась в текст.

— Нет? Что нет? — встрепенулся мужчина.

— Я не знаю, что здесь неверно. Но здесь у вас есть ошибка или всё, что вы запланировали, не сработает, или на этом этапе будет совершена диверсия.

— Хм, даже так?

— Всё, что угодно!

— Задали вы мне задачку! А дальше посмотрите?

— Если дальнейшее связано с этим этапом, то мой прогноз будет неблагоприятным.

— Ну что ж, мы хотя бы сузили круг поисков проблемы?

— Определенно. Я смотрю, вы очень хорошо постарались и разбили весь процесс на очень маленькие этапы.

— Это сделали мои подчинённые, но вы правы. Я потребовал, чтобы всю цепочку разбили на звенья, и вы нашли слабое звено. Ну что ж, продолжим сотрудничество?

— У вас осталась неделя, прежде чем всё закрутится дальше.

— А вы?

— Что я?

— Какой вы дадите прогноз, если я не пойму, что не даёт вам быть уверенной в моём проекте?

— Не знаю. Мне надо будет посоветоваться с дядей Ниярди. Возможно, положительный, что вас обрадует, но именно вы заплатите за него высокую цену впоследствии.

— Вы это тоже видите?

— Это уже чисто математический прогноз. Ваш проект слишком важен для всей Алайи. Вы же знаете, какая обстановка складывается с империей Ферманов? Нам нужны союзники, а ваши бактерии должны принести не только заработок и установление крепких торговых связей. Насколько я поняла, их энергоэффективность рассчитывалась, исходя из нашей энергоэкономной техники?

— Вы правы, − весело блеснул глазами Ковалле.

— Так что впереди у нас увеличение количества продаж по многим пунктам. Но ваши бактерии прежде всего сыграют важную политическую роль в налаживании союзнических отношений.

— Да, мне не простят провала, − горько усмехнулся мужчина. − Я очень рад познакомиться с вами, госпожа Ниярди. Мне ещё раз потребуется ваша помощь…

— Конечно. Я никуда не уезжаю, и вы теперь знаете, как получить мой прогноз.

Для Шайи потянулись обычные рабочие дни, которые она отсиживала в своём «гробу».

При встрече с Ниярди она расплакалась, радуясь его возвращению и вместе со слезами, отпустила всё напряжение последних месяцев. Она рассказала ему обо всём.

— Я занимаю чужое место и хожу туда, как на каторгу! А теперь ещё начну доставлять проблемы вашему знакомому…

— Но, цветочек, если ты уверена, что проект приведёт к убыткам, то об этом нельзя молчать!

— Дядя, вы не понимаете! Мне там никто не верит, а идти против всех я не хочу. Если бы я чувствовала, что это моя профессия, то я поборолась бы, но ставить под сомнение работу всех прогнозистов… Они ведь не так часто ошибаются, как я думала! Опыт и кропотливая работа имеют право на жизнь. Я это поняла и отношусь к старым сотрудникам с уважением.

— Но, Шайя, ты вполне могла бы вписаться в их коллектив. Время и твоё упорство докажет, что тебе можно доверять. Господин Кубо через пару-тройку лет хочет оставить свой пост, и ты могла бы…

— О, нет. Нет! Нет! Ложиться костьми там, где не любо! Нет!

— И что же нам делать?

— Я доработаю год, чтобы не портить послужной список и вновь начну искать работу, − призналась она.

После этого разговора Шайя старалась больше не жаловаться. Она ждала звонка от Ковалле и была очень рада, услышав его.

— Вы были правы. Я буду сегодня вечером у вас, − коротко бросил мужчина.

Шайя едва высидела до конца на рабочем месте. Ей хотелось успеть подготовиться к встрече гостя и приятно поразить его. Она не строила никаких планов в отношении владельца «Звездочки», просто у неё проснулась потребность нравиться, и эта потребность всё никак не могла реализоваться.

Молодые сотрудники министерства оказались слишком зависимы от царивших здесь порядков, и выражали свои симпатии с учётом должностей, общего рейтинга популярности, собственных комплексов.

Шайя видела их насквозь и немного даже жалела их, но это не облегчало собственное положение. В ней проснулось много самых разных желаний, свойственных юности, и эти хотелки причудливо переплелись со взрослой осторожностью и практичностью, а сверху всё оказалось придавлено суровой действительностью, которая накрепко удерживала девушку в рамках.

Но когда позвонил Ковалле со словами: «Вы правы», радость захлестнула и ослабила оковы.

Пусть совсем маленькую толику симпатии, но Шайя её получит! И она бежала домой, чтобы подготовиться к приёму важного гостя.

Господину Ковалле был предложен ужин из натуральных продуктов. Девушка успела заметить, что мужчина с неохотой подходил к столу, ожидая полусинтетической еды, но облегчённо выдохнул, увидев порезанные разноцветные помидорки, огурцы, перец, зелень, а потом уже с интересом пробовал соусы к ним, удовлетворённо втягивал носом запах жареных стейков. Это всё, что успела приготовить Шайя, но большего и не требовалось. После ужина, за чашечкой горячего шоколада гость рассказал, что обнаружил.

— Бактерии — это же живые организмы, и нарушение технологии их содержания приводит к гибели.

Шайя с профессором согласно кивнули, понимая всю сложность.

— А у нас недавно была неполадка в цехе, которую немедленно устранили, но…

Девушка подалась вперёд.

— Поломку устранили. Весь рабочий процесс был восстановлен, но термометры были заказаны у новой фирмы ради экономии. Вроде бы мелочь, но у них оказалась погрешность несколько большая, чем была ранее у нас, и в результате в действие вступил человеческий фактор. У одних мастеров бактерии поступают в краску и остаются живы, а у других бактерии умирают, потому что эти мастера ориентировались исключительно на показания термометров.

— Но как же вы докопались до этого?

— О, никто не хочет терять работу, и когда служба безопасности стала отслеживать каждый шаг рабочих, то много чего всплыло, в том числе и внутренняя чуйка старого мастера, который больше доверял ощущениям своей руки, а не прыгающим показанием градусника. А как вы, наверное, догадываетесь, то я тоже доверяю инстинктам и прислушиваюсь к ним.

— Ясно, — Шайя смотрела на гостя чуть ли не с великой любовью.

Это первый незнакомый человек, спокойно и с пониманием отнёсшейся к её интуиции, не подтверждённой никакими расчётами.

— Не согласитесь ли вы проверить теперь все последующие этапы энергообразующей краски?

— Давайте, − улыбнулась Шайя, забирая знакомые папки.

Чем чаще девушка говорила: «Да», тем светлее становилось лицо гостя, и под конец он без устали пел дифирамбы профессору по поводу прелестной и талантливой дочери.

Шайя ничего не могла с собой поделать и сияла.

Понимала, что выглядит идиоткой в глазах взрослого мужчины, но радость, восторг, удовольствие и что-то ещё волшебно-щекочущее распирало её.

Она еле-еле удержалась, чтобы не вскочить с места и не попрыгать, не покружиться, не выдать задорную цыганочку, так много счастья в ней вдруг образовалось.

После ухода господина Ковалле, Ниярди попробовал выяснить, не появился ли у Шайи интерес к работе, но та расцеловала профессора, потом всё же дала волю распирающей её энергии и, включив музыку выдала задорный танец с дурацкими подскоками, и только потом, вздохнув сказала, что это исключительный случай, когда ей пошли навстречу, выслушали, поверили, предложили сотрудничество.

— Тебе надо было стребовать с него деньги за работу, − усмехнулся профессор. − Если бы мы послали негодную краску на ожидающие её планеты, то разразился бы большой скандал. Вместо союзников мы получили бы врагов, а Ковалле ответил бы головой за вредительство.

— Я думаю, что мне заплатят в министерстве, и этого достаточно. Я все же не частный работник, а государственный служащий.

— Это хорошо, что ты это понимаешь, − серьёзно смотря на неё, произнёс дядюшка.

А дальше всё произошло так, как думала Шайя. Её похвалили, убрали в наименовании её должности приставку младший, и она стала обыкновенным прогнозистом. Выписали премию, и она переехала в другой кабинет, который у неё получил гордое звание каморка! Каморка была ровно в два раза больше, чем прежнее помещение, и теперь туда влезала не половина стола, а целый!

Шайя слукавила бы, если бы сказала, что не рада. Переезд воодушевил её, и к тому же ей оставалось работать всего несколько месяцев, а впереди выходные и наконец-то случится поездка в заповедник, куда она не могла попасть без профессора уже более полугода. А там ведь её заботы дожидается прекрасный сад! Да и в квартире уже заросли из рассады, которую надо было высадить ещё в прошлом месяце.

Шайя продержалась на хорошем счету у господина Кубо почти год!

Даже незначительные знаки внимания заместителя министра торговли, молодого господина Эраста не испортили ей существования в сложном многоступенчатом коллективе торгового ведомства, хотя многие выражали мнение, что она недостойна и взгляда столь важного чиновника.

А Шайя считала, что ленивое ухаживание господина заместителя, который присматривался к ней и словно бы никак не мог решить: усилить ему напор по привлечению девушки или сделать вид, что пошутил, не стоило того, чтобы ей устраивали мелкие пакости.

Всё полетело к чертям, когда в руки юной алани попал важный военный проект, и он в её глазах буквально пульсировал красным! Насыщенным красным, словно бы напитанным кровью.

Шайя насторожилась уже тогда, когда в кабинете господина Кубо её вновь проинструктировали о сохранении секретности попавших ей в руки данных, немного попугали последствиями разговорчивости и отправили работать.

В каморке она долго не решалась открыть скинутый начальником пакет документов, но нажала на кнопку и застонала.

Изготовление и продажа шпионской техники по заказу планеты Старк! Планеты воинов! Они всегда с предубеждением относились к алайянцам, презрительно обзывая их турбонянами, что являлось синонимом «сумасшедших», «дурных», «безбашенных».

Предметом неприязни были искусственно усовершенствованные тела солдат и офицеров. По мнению воинов Старка это было бесчестно, низко, мерзко, подло и далее по списку.

Старковцев можно было бы понять, если бы их бойцы шли в битву с ножами, но они летали на космических кораблях, пользовались современным оружием и не возражали против костюмов терминатора, увеличивающих их силу в сотни раз, а вот меняющие тело алайянцы у них встали поперёк горла!

Если бы не расширяющие свои владения Ферманы, то старковцы никогда не обратились бы за гаджетами к Алайе. Но, видимо, прижало, и вождям воинственной планеты понадобилась суперсовременная шпионская техника, а алайянцам пригодится помощь прирождённых воинов.

Всё это промелькнуло в мыслях Шайи, как и то, что старковцы прежде всего ценили честные взаимоотношения.

— Не может быть! — упала она в кресло, закрывая глаза, но для девушки ситуация повторялась, как и в случае с энергообразующей краской.

Всё было вроде идеально, и только чутьё подсказывало, что выльется этот проект в конфликт с непредсказуемыми последствиями. И в этот раз не удастся найти адрес владельца компании, не получится связаться с ним и всё уладить, как с Кавалле.