Глава 17. В этой главе мы вместе с героями приземлимся на планету воинов

Харадо всю ночь обдумывал предстоящие ему действия. Рано утром он при помощи капитана корабля воспользовался его личной экстренной связью и разослал своим соратникам единый план действий.

— Мы рады видеть тебя, — выразил общее мнение осунувшийся Рико.

Ни он, ни другие не спали. Каждый за прошедшее время сделал непростой выбор. Теперь у Алайи было новое правительство, а отцы и деды уступили свои места наследникам. За прошедшую ночь в каждой семье было вылито много грязи, но отступать никто не собирался.

Кацу не только наметил ребятам план действий, но ещё передал список генералов, которым можно поручить защиту планеты.

— Мы всё же ждём тебя, — ответили ему на это.

Харадо кивнул, но в душе считал, что каждый должен заниматься своим делом.

Во время связи капитан корабля находился рядом, и иногда Кацу давал ему возможность слышать переговоры. По завершению их он внимательно посмотрел на военного и, ухмыльнувшись, бросил:

— Прорвёмся.

Следующим делом Харадо было проведать запертых им «слухачей». Он надеялся оставить их ещё на день, но ребята с непривычки устали, внимание рассеивалось, и ему пришлось отобрать для этого дела других. Кацу по-быстрому сам проверил, какую информацию насобирали его разбросанные повсюду гаджеты и остался удовлетворён. На корабле потихоньку бухтели, что нет доступа к общей связи, но такое уже случалось и особого негатива это не вызвало.

Но подстраховаться надо было, а то, что вояки корчат недовольные рожи, считая, что подслушивать и подсматривать противно, он переживёт. Пустая болтовня его не интересует, а если появятся намёки на предательство, то этого не спустят даже чистоплюи.

Кацу уже давно дожидался Шайю, карауля её выход из своей каюты, но после того, как сердцебиение девушки участилось, подсказывая ему, что она проснулась, оно вновь вскоре замедлилось. Он уже не один раз порывался зайти к ней, но не решался. В её каюте было тихо, и он не понимал, что там происходит. Под конец Кацу уже не выдержал и начал прогуливаться рядом, часто останавливаясь у её дверей. Когда он готов был брать штурмом каюту Шайи, дверь отъехала в сторону.

— Доброе утро, — улыбнулась девушка.

Кацу как самый дотошный доктор визуально просканировал общее состояние Шайи. Она выглядела отдохнувшей и ему показалось, что она сочувствует ему. Он вспомнил, как может выглядеть, когда заработается, и буркнув: «Доброе утро!» отступил. Меньше всего ему бы хотелось, чтобы Шайя видела его таким, но убежать, оставляя её завтракать с засидевшейся командой, не мог.

— Как скоро мы прилетим на Старк? — делая шаг в сторону общей каюты, где завтракали офицеры, спросила она.

— Завтра утром.

— А когда будет гиперпрыжок?

— Через пару часов.

— О, тогда желательно поторопиться с завтраком, — заволновалась Шайя.

— Плохо переносите?

— У меня почти нет опыта, но сытость перед самим прыжком отразилась на мне комом в горле. Это терпимо, но неприятно.

— Да, — Кацу кивнул, — распространённый эффект.

Харадо думал отвлечь девушку минут на пятнадцать, чтобы успеть сбегать к себе и принять хотя бы душ, но устыдился. Эта задержка встанет потом Шайе поперёк горла. Он проводил её в общий зал, свирепо поглядывая на других, усадил за свободный столик и сам принёс ей завтрак.

Пока ходил, вызвал двух своих подопечных болтунов, веля приглядывать за девушкой. Лишних вопросов не последовало — несмотря на молодость и безобидный вид Яна и Эди, они не дадут посягнуть на их территорию. В данный момент юная Ниярди входила в состав их делегации, и ребятки не дадут завладеть её вниманием чужакам. Дело принципа!

Шайя даже не подозревала, сколько душевных мук испытывает Харадо. Все её мысли были нацелены на Старк. Она не понимала, что ей делать дальше и волновалась. Рано проснувшись, она посвятила утренние часы медитации. Ей хотелось размяться, но она заставила себя сидеть и, конечно же, никакого толку не вышло! Прежде чем она что-то почувствовала, невыносимо захотелось потянуться, почувствовать напряжение мышц, дать нагрузку на тело.

Завтрак прошёл забавно. Пока она сидела одна, то ей уделяли внимание, но это были приветливые улыбки, вежливые фразы, однако, стоило появиться Яну с Эди, как все оживились. Из-за этого оживления, Шайя быстро позавтракала и оставила пикирующихся остроумными шутками мужчин, надеясь, что с её уходом соревнования закончатся.

После завтрака она успела немного размяться, потом был гиперпрыжок, обед и до ужина Шайя изучала всю имеющуюся информацию о Старке, что хранилась на корабле. За ужином Ян и Эди подробно проинструктировали её, какие ей потребуется соблюдать обычаи. Она уже всё прочитала по этому поводу, но внимательно слушала ребят. Под конец девушка спросила у молчаливого Харадо, в каком статусе он будет находиться на Старке?

— Если у нас не получится продвинуться дальше вождя белоголовых, то я останусь капитаном охраны и твоим мужем.

— А…

— А вот если случится «А…», то по обстоятельствам, — отрезал он и, словно испугавшись той резкости, что разбила дружескую беседу, намного мягче, только для Шайи, добавил:

— Слишком много переменных, и я не хочу заранее тебя настраивать на какой-либо вариант развития событий. Знай одно: я твой муж, и ты под моей защитой. Делай то, что считаешь нужным, а я буду рядом.

— Эй, а мы? Капитан… господин Харадо, вы не говорили, что у госпожи Ниярди есть какая-то иная роль, кроме как символа!

— Потому что на данный момент она не ясна, но будьте готовы ко всему, кроме обычных переговоров.

Шайя с сочувствием посмотрела на ребят, прекрасно понимая, в каком они оказались положении.

На них возложена огромная ответственность, а шансы на успех мизерные, к тому же появилась непонятная девица с непонятным Харадо. Впрочем, они все в трудной ситуации.

Обсуждать было больше нечего, и все разошлись. Шайя собиралась заняться своей внешностью, чтобы утром не чувствовать неуверенности из-за несоответствующего важному делу вида.

Харадо, перехватив несколько часов сна днём, собирался ещё поработать, а молодые дипломаты, похоже, только сейчас начали осознавать, в какую авантюру они ввязались.

Поднявшись на рассвете, Шайя вновь попыталась поймать состояние отрешённости и почувствовать как минимум связь со старейшиной алани, или, как максимум получить новые подсказки к действию.

Ей удалось ощутить правильность происходящего, почти смогла достучаться до Сакра, но посторонние мысли и суетное беспокойство помешали ей.

Да, она волновалась, что не сможет красиво уложить себе волосы, переживала из-за того, что до последнего момента так и не решила, наносить традиционный макияж или современный?

Шайя выбрала для себя национальный костюм Алайи и хотела сделать более-менее соответствующую причёску, но макияж… он слишком своеобразен и вычурен, что могло быть воспринято не как красота, а уродство.

Вот эти мысли и не дали ей полностью отрешиться. На кону стоит судьба не одной планеты, а она из-за ерунды не может взять себя в руки!

К тому моменту, когда Шайя бросала последний взгляд на себя в зеркало, она уже так устала, что видеть себя не могла. Все силы ушли на создание причёски. Какие-то прядки она заплетала в косички, какие-то скручивала в цветочек или начёсывала для объёма, а потом всё надо было объединить и украсить дорогими заколками. Вопрос с макияжем отпал сам собою. Она уже ничего не успевала себе сделать, кроме как подчеркнуть глаза и брови.

Вся усталость испарилась, стоило Шайе выйти к завтраку в своём наряде. Тишина и восхищённые взгляды послужили ей наградой за старания. Ян и Эди молча раскрыли рты, а вояки, не сдерживаясь, выражали бурное одобрение.

Насладившись своим эффектным появлением, Шайя перевела взгляд на Харадо и успела заметить, как он пытается придать себе абсолютно нейтральное выражение лица. Её это насмешило и приободрило. Шайе приятно было произвести впечатление на всех, но именно реакция Кацу больше всего интересовала её.

Он скрытничал, прятал свои эмоции, а ей хотелось разбить эту броню, вывести его из себя!

В его глазах иногда пробивается столько жизни, но он торопится всё спрятать и опечатать, старательно создавая образ холодного и грозного мужчины… это же для неё вызов!

Шайя даже позабыла свои переживания о будущем, волнение из-за нарядной одежды, которую опасалась испачкать за завтраком. Она увлеклась наблюдением за Кацу. Точнее, её заинтересовало то, как он пытается тайком следить за ней!

Ян и Эди вскоре скрылись, чтобы через десять минут выйти в национальных костюмах, таких же, как у неё. Маленькая делегация приобретала вид, и настроение у всех поднималось.

Незаметно прошло объявление капитана о том, что их корабль взял на борт планетарный крейсер Старка. Потом была мягкая посадка и приглашение к выходу.

Позади остались инъекции, помогающие безболезненно адаптироваться к немного другому составу воздуха и силе тяжести. Разница в жизненных показателях между Алайей и Старком была крошечная, но без помощи медикаментов пришлось бы сидеть на двухнедельном карантине.

Первыми вышли офицеры корабля и, встав по бокам, замерли. Спустя паузу с высоко поднятыми головами ступили на землю Старка Ян Дейки и Эди Шино, за ними госпожа Харадо и господин Харадо.

Шайя так разволновалась, что схватила Кацу за руку и была рада, что он сразу же основательно обхватил её ладошку.

Она с жадностью втягивала носом воздух другой планеты, прислушивалась к своему организму, почувствовавшему иную силу тяжести, старалась охватить взглядом небольшой космопорт среди огромнейшего лесного массива, рассматривала большое количество белоголовых мужчин, ища отличия во внешности.

Вот все, абсолютно все сверкали белыми макушками!

У кого-то торчал короткий ёжик волос, у кого-то болтались красиво заплетённые косы, а у некоторых были завязаны высокие хвосты, придающие варварский вид.

Шайя ликовала от обрушившихся на неё впечатлений. Её глаза сверкали восторгом и любопытством. Пока она спускалась по трапу, то не один раз остановилась, приоткрыв в непроизнесённом восклицании рот и радостно улыбаясь. На неё в ответ смотрели сотни глаз и все ей тоже улыбались. Она даже осмелилась аккуратно помахать рукой, на что получила дружное и громкое:

— Хой! — что привело её в восторг, а идущие впереди Ян и Эди вздрогнули.

Она дёргала Харадо за руку и всё шептала ему: «Смотри, смотри!..»

И он мельком смотрел туда, куда она показывала, а в основном на неё, заражаясь её радостью и воодушевлением.

Для него перелёты с планеты на планету давно стало обыденностью, и даже когда он ещё был ребёнком и предвкушал радость от первого своего путешествия на другую планету, то, кроме разочарования, ничего не почувствовал. Может, если бы у него был друг, хотя бы товарищ, способный разделить первые впечатления, но рядом были только взрослые, умеющие держать лицо и обучающие его тому же.

А Шайя, при всей своей серьёзности, умела радоваться и явно ценила эти светлые эмоции, сознательно погружаясь в них, ловя все оттенки впечатлений до мельчайших крох.

— Легких шагов на охоте! — поприветствовал алайянцев выступивший вперёд мужчина. — Тепла в дом! — смотря прямо на Шайю, добавил он.

— Твёрдой руки, — ответил Ян, зная, что именно эти слова традиционны.

— Верного глаза, — поддержал его Эди.

— Светлого разума, — со значением произнёс Кацу и последней ответила на приветствие Шайя:

— Добра и достатка в ваши семьи!

Оставалось только радоваться, что делегация маленькая, а не численностью в несколько десятков. Каждый гость должен был ответить на приветствие и не повториться. Это был ритуал первой встречи, который соблюдался на официальных мероприятиях и своеобразное развлечение для принимающей стороны.

Пока Ян и Эди отрывали кусочек от тонкой охотничьей лепёшки, заедая её вяленым мясом и запивая местным напитком, Шайя осталась стоять на ступеньках, запоминая долгожданные появившиеся подсказки.

Старковец, поприветствовавший их, был крепким мужчиной среднего возраста, и девушка хорошо видела символ власти над его макушкой.

Если бы она сосредоточилась сильнее, то стали бы появляться новые символы, подсказывающие о способностях мужчины, но Шайю сейчас интересовали только переговоры и прогноз на их успех. Княжеская шапка, которую она увидела в качестве символа, отвечая на её интерес, приобрела неустойчивые красно-зелёные переливы.

Шайя перевела взгляд на стоящего позади пожилого мужчину, над головой которого тоже виднелась княжеская шапка, и та запылала багряными цветами, давая ещё более чёткий ответ на его отношение к переговорам и их результативность.

Мужчины были похожи, впрочем, как все белоголовые, особенно те, кто закрывал своё лицо бородой, но эти всё же отличались от других породистыми хищными носами, придающими им вид птиц. Рядом с отрицательно настроенным моложавым дедом, стоял ещё более пожилой мужчина, но его символическая княжеская шапка была украшена венком из цветов, и вся эта композиция мягко розовела.

Шайя торопилась, боясь, что не успеет увидеть того, за кого можно было бы зацепиться!

Старшее поколение явно не было настроено на переговоры и всего лишь пошло на уступки… вопрос — кому?

Она бросила рассматривать стариков и перевела взгляд на молодых.

Пятеро парней походили на хищных птиц, и над двумя из них Шайя видела всё ту же шапку. Не чёткую, оттесняемую другими символами, но всё же можно было с уверенностью сказать, что эти двое воспитываются, думают, живут как наследники и имеют право, способности, желание, быть вождями своего клана.

Шайя с облегчением улыбнулась старшему из ребят, поняв, что именно благодаря молодёжи они попали сюда!

Она уже приготовилась спускаться, как к молодому мужчине, которому досталась её улыбка, протиснулась черноволосая девушка и, обхватив его двумя руками за плечо, прижалась всем корпусом к нему и с неприязнью посмотрела на Шайю.

Шайя рассмеялась бы демонстративному жесту собственности, если бы в этот момент символ над макушкой этого мужчины не поменял цвет с зелёного на красный.

«Ревнивая дура!» — мысленно выругалась на девицу Шайя.

По всей видимости, это как раз и была госпожа Циана, бывшая алайянка, новоиспечённая жена вождя… хм, пожалуй, точнее будет наследника вождя белых воинов. Благодаря ей было получено разрешение прилететь на Старк и, похоже, благодаря ей же их делегацию может ждать провал.

Эмоции Шайи переменились, из-за чего пропало состояние отрешённости, и подсказок она больше не видела.

Ян и Эди уступили ей место возле своеобразного приветственного набора охотника и воина. Шайя так же, как они, оторвала кусочек от лепёшки, но не стала запихивать его себе в рот, а этим кусочком аккуратно подхватила вяленое мясо и накормила Харадо.

— У-у-у, − с разных сторон послышался разочарованный гул.

Кацу точно так же, как Шайя, накормил свою супругу, подождал, когда она всё запьёт и только тогда показал, что готов двигаться дальше.

Не обладая возможностями Шайи, он точно так же успел оценить, кто им рад, а кто только терпит их. Взгляды старшего поколения были однозначны, а вот сыновья вождя смотрели с любопытством и надеждой.

Хотя выражение лица госпожи Цианы ему не понравилось. Эта девушка в своё время с отличием закончила академию дипломатов, и то, какое она приобрела влияние, подтверждало её профессиональные навыки, а вот то, что Циана столь явно приревновала своего мужа к Шайе, было плохо.

Это сейчас она поддалась эмоциям, и Харадо увидел их, а если Циана решит действовать, то никто из делегации не успеет ничего понять, как их выдворят отсюда, прицепившись к любому поводу.

Кацу с досады только плотнее сжал губы.

Работать с женщинами он не любил, каждый раз только сильнее разочаровываясь в них. Ради справедливости можно было бы заметить, что мужчины, особенно молодые, допускали не меньше ошибок, демонстрируя чудеса логики, но Кацу знал, как из них выбивать всякую дурь, а вот к женщинам, особенно девушкам, он подхода не нашёл.

Пробовал, помня о хороших рекомендациях прогнозирующих программ, и сначала даже казалось, что успешно, но только до новой нестандартной ситуации.

Вот и сейчас в один миг из мощной союзницы госпожа Циана превратилась в опасного врага, и ей плевать на ту обстановку, что сложилась. Можно поговорить с ней, обратить её внимание на важность их делегации и напомнить об имперской угрозе, но при этом придётся постоянно торчать рядом с ней, что не понравится её мужу.

Всё это Кацу просчитал мгновенно, и его настроение переменилось. Однако, стоило Шайе начать кормить мужчину, как всё отступило.

Великий Космос! Он вмиг позабыл о госпоже Циане, о вождях Старка, имперцах… её пальчики, подталкивающие ему кусочки лепёшки с мясом — это всё, что он видел и чувствовал. Она ещё провела пальцем по губе, подбирая крошку и заводя её ему на губу, чтобы он слизнул. А потом Шайя постаралась очень аккуратно напоить его, и была так сосредоточена этим, что он не мог оторвать своего взгляда от её лица.

С неменьшим удовольствием Кацу покормил девушку, и когда потянулся за следующим куском лепёшки, с удивлением обнаружил, что еду убрали, а их ждут… Бездна, кажется, он увлёкся, а ведь здесь намного больше недоброжелателей, чем где-либо!

Встреча гостей началась и закончилась традиционным угощением. Члены семьи вождя быстренько разошлись, как и все белоголовые, а алайянцев двое представительных парней повели к небольшому самолёту.

Летели они недолго. Ян, Эди и Шайя с любопытством прильнули к окошкам, рассматривая окружённый лесом космопорт, квадраты полей и отдельно стоящие домики. Никаких мегаполисов, даже небольших городов, они не увидели. Всё, что удалось разглядеть, это только села и хутора.

Шайя понимала, что численность населения Старка не велика, но города должны быть! И вскоре она увидела один из них уже при посадке. Современный эко-город! Внушительный комплекс многоэтажек, соединённый «паучьей сетью» переходов и густо покрытый зеленью. Если бы самолёт не шёл на снижение, то с высоты весь городок казался бы зелёным холмом. Возможно, что ранее Шайя и не заметила городов именно по этой причине. Сквозь разноуровневые переходы, увитые плющом, не было видно дорог на земле, и это ещё больше маскировало город.

Шайя думала, что их поселят в гостинице, но самолет плавно сел на частной площадке и в распоряжение гостей предоставили один из деревянных домов. Она с интересом рассматривала постройку, пока сопровождающие вносили вещи в дом.

— Прислуга нужна? — буркнул один из парней, открывая массивную дверь перед гостями и пропуская их вперед.

— Нет, — отрезал Харадо и, войдя последним, захлопнул её перед носом белоголового крепыша.

— А что мы будем есть? — тихо спросил Ян.

— Нам здесь недолго быть, с голоду не успеем умереть, − усмехнулся Кацу, раздавая ребятам гаджеты по поиску нано-шпионов.

Пока Шайя выбирала себе комнату, переодевалась и, разложив вещи, изучала кухню, мужчины исследовали дом, ища пустоты или иные подвохи, которые местные или другие могли использовать в шпионских целях.

— Чисто, − принюхиваясь к запаху кофе, отчитался Ян.

— Чисто, − заглядывая на кухню, крикнул Эди.

— Не верю, что чисто, − буркнул Кацу, но вернувшийся поисковик шпионов ясно показывал, что он ничего не обнаружил.

— Продуктов у нас полно, но странно, что нас заставляют готовить самих, — заметила Шайя.

— В этом ничего странного нет. У нас должен быть свой повар и еду мы должны брать только из его рук.

— А-а-а, ясно, − кивнула девушка, − но имейте в виду, что приготовить что-нибудь на скорую руку я могу, но сидеть безотлучно и караулить еду не буду, так что если нас захотят отравить, то улучат время и подсыплют яд, — отрапортовала она. — Хотя проще в щель напустить отравляющего газа, а потом проветрить или позволить нас покусать местным насекомым, или создать ситуацию, при которой мы сами…

— Шайя, остановись! Понятие чести у старковцев в крови, и скорее всего, это они обижаются на нас за недоверие к ним.

— Ну, так я предлагаю такие способы, которые не бросили бы на них тень, а так-то они могли подорвать самолёт и всё.

Ян и Эди, широко раскрыв глаза, слушали Ниярди и недоумевали, чего это она разошлась.

— Шайя, что случилось? — тихо спросил Кацу.

Девушка сникла и, опустившись на стул, неохотно призналась:

— Они все настроены против нас.

— Ну, это понятно. Мы поставили под угрозу весь Старк. Ты это знала.

— Знала. Понимала, что первая реакция — это возмущение и смертельная обида. Но пора уже было сделать переоценку произошедшего. Ладно, обыватели не хотят смотреть глубже, но семья вождя… Они же ненавидят нас!

— Мы оставили их голыми перед имперцами, — вступил Ян.

Шайя резко развернулась к нему:

— Они знали, что имперцы шпионят у нас, знали, что они устраивают у нас диверсии — и рискнули сделать важный заказ. Да, мы виноваты, что недоглядели, но они тоже хороши!

— Госпожа Шайя, у них нет специалистов такого уровня, чтобы проверить и разобраться в двойной начинке нано-шпионов.

— И кто виноват, что у них нет такого специалиста? Они берут товар, не глядя, и считают, что все виноваты, кроме них! Оплошали обе стороны! Мы были слишком самоуверенны, а они спесивы. Они же считают, что стыдно заниматься разработкой таких гаджетов, поэтому у них нет специалистов в этом направлении. Они сделали милость, доверились, а мы, такие плохие, не оправдали их надежд! Они несут свою обиду как флаг, и гневно сверкают глазами, в то время как все мы катимся в пропасть!

Шайя замолчала и никто с ней не спорил. Она сняла с горячей плиты турку с поднявшейся кофейной шапкой, отставила её в сторону, и принялась раскладывать на столе найденные в холодильнике подходящие для кофе угощения.

— У них нет даже кофеварки, − удручённо произнёс Эди, с ужасом смотря на плиту.

— Это ты ещё в холодильник не заглядывал, − ответил ему Ян, стоя у открытой дверцы.

Эди подошёл к нему.

— Что это? — он брезгливо ткнул пальцем в большой кусок мяса, лежащий в прозрачном контейнере.

Шайя расставила кофейные чашечки и, изогнувшись, посмотрела, что смутило крепыша.

— А, это похоже на говядину… хотя, может, и другое животное. Закрывайте холодильник, а то нагреете его.

— Я не понимаю, как тот красный кусок может быть животным? — всё никак не успокаивался переговорщик.

— Как-как, − раздражённо буркнул Ян, − поймали, убили, сняли шкуру…

— Кхм, − кашлянул Харадо, и Ян остановился.

— Садитесь за стол пить кофе, − вздохнув, позвала ребят Шайя.

Тяжело им будет, если их пригласят на охоту, а их пригласят, иначе бы не поселили в лесу! Игра в традиции, черт бы их всех побрал! Времени нет, а возиться со старковцами придётся как с малыми капризными детьми.

Пока пили кофе, понемногу успокоились. Сказалось нервное ожидание прилёта на Старк, потом состоявшаяся встреча под сотней бдительных глаз, после страх того, что их в этом лесу могут забыть… промурыжат и будет уже поздно вести какие-либо переговоры.

— Смотрите, − Ян показал в окно, − там к чему-то готовятся.

Все поднялись и прилипли к окну, с недоумением следя за снующим в разные стороны народом.

— Мне кажется, будут вечерние посиделки, − неуверенно произнесла Шайя, замечая в стороне здоровенного мужика, занятого разрубкой туши животного на части.

Поблизости от здоровяка сновал какой-то паренёк, поднося к рядом стоящему столу специи и травы, расставляя корзины со свежими овощами. Ещё она заметила, как поправляют камни у огромного очага, приносят дополнительные скамейки и расширяют круг. Появились стайки девушек, шумно обсуждающие какие-то чрезвычайно интересные вещи и бросающие любопытные взгляды на дом гостей.

— Посиделки? — нахмурившись, переспросил Эди.

— Ну, это тот самый обычай, когда все сидят у огня и вместе едят одну и ту же пищу, − напомнила Шайя о том, что читала.

— А-а, значит, всё-таки покормят! И надо бы подготовиться, − озабоченно завертелся Ян, − после еды все будут хвастаться своими особыми навыками и нам придётся поддержать традицию.

— Я не помню этого, − удивилась Шайя, стараясь больше не показывать своего раздражения из-за уходящего сквозь пальцы времени.

— Мужчины демонстрируют своё умение владеть оружием, а женщины поют, танцуют или угощают, − пояснил Эди.

— Но я бы не советовал вам угощать кого-либо, — глядя на неё очень серьёзно, предупредил Ян. — Вы слишком необычная и яркая для них. Если даже Циана с Лассаей оказались для них диковинками, то вы… то вас они будут провоцировать. Угощение — это один из коварных моментов в их культуре. Подношение из ваших рук могут счесть за приглашение к ухаживаниям.

— Но я же замужем. Мы же подстраховались — или нет?

— Да… и нет.

— Как это понимать?

— Ну как вы не понимаете! Чуть придержат ваши руки, устроят взгляд глаза в глаза — и вот уже вроде как вы подали знак, − начал объяснять Ян, который нутром чуял обстановку возле них, и она очень отличалась от всего того, что им говорили в академии о Старке.

Он остро почувствовал, что здесь, возможно, всё намного сложнее, чем дома. Каждый себе на уме и все умело прикрываются традициями, используя их для решения проблем.

Шайя в ответ только вздохнула, замечая взволнованность Яна. В принципе она готова была к этому, но на корабле Эди с Яном выглядели более-менее уверенными, позитивно настроенными, и она думала, а вдруг они правы? А вдруг, всё будет просто и легко?

Они стояли у окна, когда увидели, что к ним направляется молодой человек.

— Да это же второй сын вождя, − воскликнула Шайя и подалась вперёд, упираясь в стекло, чтобы лучше видеть парня.

Она не отрывала от него взгляд, пока не увидела, что замеченный ранее символ власти приятно зеленеет. Как только стало понятно, что ошибки быть не может, опередив всех, Шайя бросилась открывать ему дверь.

Она не упустит единственный шанс, что увидела! Это вопрос жизни и смерти!

Харадо даже зарычал ей вослед! Только что ей говорили, что за ней начнётся охота, а она…

— Добрый вечер, − услышал он мягкий, воркующий голос девушки.

В глазах Кацу потемнело, и он сделал шаг вперёд, но подопечные преградили ему дорогу.

— Стойте здесь, − шипели они ему, − не ходите!

До всех троих доносилось, как старковец спрашивал, понравился ли гостям дом, придут ли они вечером посидеть у костра, а Шайя отвечала: прекрасно, с удовольствием, обязательно. Не позабыла она узнать и имя посланца.

А потом, они услышали, как девушка нежным голоском быстро-быстро заговорила:

— Ягуд, я вижу, как сложно было госпоже Циан уговорить вас всех принять нас. Спасибо. К сожалению, имперцы оказались хитрее нас всех. Они использовали нас, чтобы сделать беззащитной вашу планету. А без вас мы не выстоим.

— Всё из-за вас! — прорычал парень и развернулся, чтобы уйти, но девушка вцепилась в его рубашку и не отпускала.

— Ягуд, вы же воин! Если вашего товарища обманут, и из-за этого вы пострадаете, вы кого станете винить? Его или расчётливого обманщика?

— Товарища я винить не стану, а вы…

— Союз между Алайей и Старком был честным.

— Хорошо. Но что изменит ваш приезд? Уже поздно…

— Нет. Ещё есть шанс. Всё плохо, но шанс есть, и нельзя гордо отпихивать нашу помощь, лелея обиду. Мы привезли гаджеты, которые отловят шпионов.

— А если они…

— Нет. Все проверены и… послушайте, хуже уже не будет, но выбираться из дерьма надо! — жестко произнесла Шайя.

— Что вы хотите от меня?

— Для начала выслушать нас сегодня же и принять ту малую помощь, что мы привезли, а дальше… впрочем, если вы не справитесь с этим, то ни к чему говорить о том, что может быть дальше.

— Красавица, ты играешь с огнём, − угрожающе придвинулся парень, становясь вплотную.

Шайя не отступила, посмотрела на него открыто, не пряча тревоги и боли:

— Ягуд, судьба наших планет и тех, что спрятались за нашими спинами, решится в течение нескольких дней, максимум недели. Для Старка и для Алайи уже разожжён костёр, и если мы не потушим его, то гореть нам всем дотла.

Парень подался назад, не отрывая взгляда от Шайи. Она словно бы удерживала его, и он видел, как полыхает его планета, как сминаются огненной волной леса и города, как замертво падают люди.

Она опустила глаза, и он вырвался из навеянного кошмара, желая прохрипеть: «Ведьма!», отшатнулся, а гостья непонимающе, даже немного удивленно-тревожно вновь посмотрела на него и, похоже, сама испугалась его взгляда.

Бывало, девушки жаловались на то, что его глаза морозят их сердце. Некоторые даже боялись подходить к нему, шушукаясь между собою о его холодном взгляде и предках-шаманах. Но на самом деле наследие прадедов никогда не просыпалось в нём… до сегодняшней встречи с темноглазой гостьей.

— Вечером вас ждут на поляне, − едва слышно произнёс он, прежде чем уйти.