Глава 38

Мне показалось, что я проспала целую вечность. Знаете, как бывает, когда сон сменяется сном, потом сознание потихоньку пробуждается, а ты лежишь между явью и дремой, и сквозь опущенные веки струится свет.

— Нас что, забыли разбудить? — Удивленный голос Тис окончательно привел меня в чувство.

Я распахнула глаза. За окнами стояла осенняя серая хмарь, солнца не видать, и невозможно определить, который час, но явно не раннее утро. Студенты ворочались в постелях, разбуженные восклицанием Таисии, садились, недоуменно переглядывались.

— Вряд ли забыли, — саркастически хмыкнул Майлз. — Просто дали выспаться перед испытанием.

Похоже на правду. Значит, мы выйдем на арену не разбитыми после долгой дороги и ночной тренировки, и шансов уцелеть будет больше. Я потянулась и с удовлетворением ощутила, что хотя плечи, спина и руки болезненно ныли, но не критично. Однако лучше размяться, как мы вчера договаривались. Почему нас не будят?

— Подъем! — А вот и надзиратель, легок на помине. — Через десять минут все должны построиться у выхода!

— Эрик! — позвала я. — Десять минут.

Впрочем, в этом не было необходимости: мой друг уже стоял на ногах и стягивал одеяло с безмятежно дрыхнущего Вейна. Какая же крепкая психика у нашего Вейна: спит сном младенца! Остается только позавидовать.

Через минуту взлохмаченные, помятые от сна студенты стояли у своих кроватей. Никто не спорил и не бурчал, даже невыносимый Нейс.

— С носка на пятку! — командовал Эрик. — Давайте, это несложно.

Из Эрика, пожалуй, получился бы отличный боевой маг. Да он ведь и происходит из семьи высокопоставленных военнослужащих, не настолько именитых, чтобы входить в военный совет, но его отец, кажется, подполковник, командует частью на юго-востоке Невериона. Командовал… Никто не знает, что сейчас с семьями игроков.

Вейну тяжело было выполнять даже легкие упражнения, но я надеялась, что природная сила и выносливость не подведут его на арене.

Через десять минут наш отряд — буду так нас называть — построился вдоль стены барака. Из соседних приземистых строений выбирались сонные студенты, они не догадались с утра разогреться.

— За мной! Умываться и на завтрак! — рявкнул надзиратель.

— Нам не дадут принять душ? — сдержанно спросила Элейн.

Вчера мы лишь издалека поглядели на ряд душевых кабинок, но ополоснуться не удалось. Я, как и остальные девочки, надеялась, что утром нам все же позволят освежиться.

— После игр! — бросил мрачный тип.

Даже думать не хотелось, в каком мы будем состоянии после сегодняшнего испытания и сможем ли добраться до душевых кабинок.

Под полотняным навесом, не спасающим от холодного ветра, нас ожидали накрытые столы. Каша, как она надоела! Спасибо, не перловка, а рисовая. В честь начала Жатвы, не иначе, каждому из нас поставили стаканы с настоящим крепким чаем, а не с желтоватой бурдой, и положили ломтик белого хлеба с маслом. Я откусила кусочек: м-м-м, как же вкусно, вкуснее любого пирожного.

«Вдруг это моя последняя трапеза?» — кольнула мысль, но я усилием воли отбросила ее и сосредоточилась на еде.

Времени у нас немного. В стенах Арканум Розендорф на завтрак отводили полчаса, а сейчас лучше рассчитывать минут на двадцать от силы. Надо успеть поговорить с Альденом и Кираном. Я бодро жевала кашу и рыскала взглядом по соседнему столу. Вон он, Альден, сидит в самом начале — широкоплечий парень со спокойным лицом. Я плохо помнила, как выглядит Киран, и в любом случае лучше разделиться: так быстрее.

— Майлз, Эрик, предупредите Кирана, а я подойду к Альдену.

— А если не разрешат встать? — взволнованно прошептала Таисия, сидящая напротив.

— Тогда это будет провал, — честно призналась я.

И все же я надеялась, что на территории лагеря, накрытого куполом, игроков ждут некоторые послабления. Вчера мы сжигали одежду и свободно перемещались по двору, нет никакого смысла следить за каждым нашим шагом, ведь за пределы защитного поля нам все равно не выбраться.

— Вот сейчас и узнаем, — сказала я, запила завтрак несколькими глотками чая, встала и направилась к Альдену.

За моей спиной поднялись Эрик и Майлз. Меня радовало, что парни заключили перемирие, поняли, что сейчас надо сплотиться, а не ссориться и зря расходовать силы. Столовую охраняли трое ополченцев, они и глазом не моргнули. Ладно, значит, внутри лагеря у нас действительно больше свободы.

— Альден, — позвала я.

Третьекурсник оглянулся.

— Рианна?

— Вы ведь вчера ночью тренировались на площадке с генералом Райдером?

— Да. — Он слегка нахмурился, не понимая, к чему я клоню.

Я присела на край скамейки, Альден подвинулся, чтобы мне было удобнее.

— Слушай, я не могу тебе сказать, откуда у меня сведения, но… Выбери тех игроков, что послабее, и отправь первыми. У них будет пять минут, прежде чем испытание усложнится.

— Усложнится? — Альден сузил глаза. — Что ты знаешь, Рианна?

— Толком — ничего, — вздохнула я. — Просто поверь… Мы ведь в одной лодке.

— Хорошо, — медленно кивнул Альден, он уже не смотрел на меня — вертел головой справа налево, оценивая парней и девушек.

Непросто будет выбрать, Альден, по себе знаю. Удачи, дружище!

— И еще. Помогать не запрещено.

— Даже думать не хочу, какая хрень нас сегодня ожидает! — выругался Альден, не сдержав эмоций.

Эрик и Майлз уже возвращались к столу после разговора с Кираном — судя по их довольному виду, все прошло по плану. Мы снова сели рядом, я кивнула девочкам, вопросительно смотрящим на меня, и мы уже вшестером, вместе, наблюдали, как парни и девушки из соседних бараков переговариваются и решают, кого пропустить вперед. Главное мы сделали, дальше они сами.

— Рин, давай переплету тебе косу, пока есть время, — предложила Таисия.

Хорошая мысль, за ночь прическа пришла в полный беспорядок, а выбившиеся пряди, которые будут во время испытания маячить перед глазами, явно не добавят мне шансов.

— А я тебе. — И тут же, повысив голос, я обратилась ко всем. — Девочки, соберите волосы! Еще не хватало зацепиться ими.

— Да-да, — согласно подхватили они.

Таисия примостилась рядышком, начала разбирать пальцами мои густые и оттого сейчас особенно запутанные и раздражающие волосы. Что ни говори, куда удобнее было бы иметь гладкие и тонкие волосы, как у Элейн. За нее уже взялась Кейти, неосознанно напевая под нос, как, должно быть, привыкла делать в детстве, возившись с куклами. Тирел, шумно пыхтя от напряжения, заплетал Лили две кособокие косички.

— Да все нормально будет, я на сестренке тренировался, — успокаивал он то ли ее, то ли себя.

Я едва успела закрепить огрызком ленты кончик косы Таисии, когда поступила команда строиться.

— Что? Все? — испуганно пискнула Таисия.

Я тихонько сжала ее плечо:

— Все будет хорошо!

Нас построили в три колонны и повели в сторону темнеющего за стволами сосен амфитеатра. Мы прошли мимо штаба игр — дома распорядителей. На деревянном щите был прикреплен лист с именами и фамилиями участников.

Широкая, мощенная булыжником дорога вела между кустов и деревьев. Нас не подгоняли, не торопили, будто охранники, идущие сбоку, впереди и позади, тоже не до конца верили, что все происходит взаправду. А мы и подавно не могли осознать, что прямо сейчас идем биться за свою жизнь. Это напоминало прогулку по осеннему лесу, пахло прелыми листьями, в ветвях тренькала какая-то птаха, празднуя жизнь. Тис всхлипнула, и я взяла ее за руку. Даже Эрик притих и не сыпал остротами, он шагал рядом и смотрел то вверх, на облака, свободные и легкие, спешащие по своим делам, то на меня — очень пристально, будто хотел сохранить этот миг в памяти.

Было очень тихо, никто не разговаривал. Стена защитного поля приближалась, все больше искажая предметы за ней. Мощеная дорога упиралась в серую арку, идущий впереди надсмотрщик вошел под нее первым, открывая путь. Надо бы выяснить, как срабатывает проход: заговорен на кровь? артефакт? заклинание? Вдруг да пригодится однажды… Но для начала надо выжить.

Знакомое уже ощущение влажной прохлады мазнуло по коже, и я оказалась за пределами купола. Дорога продолжалась, а жуткие темно-серые стены амфитеатра теперь нависали над нашими головами, закрывая небо.

— Эх, не удрать, — прошипел Эрик, и я догадалась, что он вынашивал мысль кинуться в бега, как только мы окажемся за пределами поля.

Он не просто так все теснее приближался ко мне, готовясь, видимо, схватить меня за руку и рвануть куда глаза глядят. Но о такой возможности подумали заранее. Вдоль дороги, через каждый метр, стояли мужчины в одинаковых комбинезонах с зелеными и желтоватыми пятнами, на воротниках приколот значок пламени, в руках блестящие огненные ружья.

— Ловчие, — выдохнул Вейн.

— Это вообще нормально, что они в форме защитного цвета, а мы в своих бордовых комбезах в лесу будем как на ладони? — буркнул Нейс.

— Это все вообще ненормально, — откликнулся Майлз. — Убивать людей ради развлечения!

— Ради возмездия… — всхлипнула Кейти.

Идущий впереди отряд Альдена нырнул под каменные своды амфитеатра: нас заводили с тыльной стороны сооружения, вероятно, выведут прямиком на арену. Когда подошла наша очередь и мрачная серая кладка нависла над головой, я невольно зажмурилась. В нос ударил запах сырости, серый свет окончательно померк, но вскоре темноту разогнало тусклое сияние магических светильников.

Со всех сторон нарастал гул. Сначала я не поняла, что это. Землетрясение? Шум подземной реки? Но спустя пару мгновений до меня дошло: это ревела людская толпа на трибунах над нашими головами. Зрители собрались на игры, чтобы посмотреть, как нас будут убивать. Эрик широко распахнул глаза и нащупал мои пальцы, стиснул их в молчаливой поддержке, а я так же сжала запястье Таисии. Она протянула ладонь Элейн, тот Майлзу, а он Вейну.

Впереди послышался скрежет металла. Поверх голов я разглядела, как медленно поднимается железная решетка, отделяющая проход от… Видимо, от арены, потому что гул, доносящийся снаружи, все нарастал, в нем прорезались отдельные возбужденные голоса, писк бумажных трубочек, которые обычно продают перед началом увеселений — этими писклявыми голосами зрители подбадривают любимчиков или, наоборот, освистывают тех, кто пришелся им не по душе.

— Мне страшно, — негромко сказала Элейн.

Элейн, которая всегда оставалась образцом сдержанности и хладнокровия.

— И мне, — ответила я. — Но мы сильнее нашего страха, да, Лейн?

— Да.

И Эрик, и Майлз, и Вейн с Таисией подхватили:

— Да. Да.

Серый осенний свет после мрачного перехода показался неожиданно ярким, слепил глаза. Вопли толпы хлынули в уши. Ноги ступили на арену и тут же погрузились в желтый песок по косточку на лодыжке. Я приставила ладонь козырьком ко лбу, осматриваясь.

В центре арены стояли девять столбов, связанные между собой по три. На вершине каждого разместилась деревянная площадка без перил, не слишком широкая, метра два на два — придется хорошенько потесниться, чтобы не свалиться вниз. На площадку первого столба, самого низкого, вел канат. От первого до второго можно было добраться по мосткам, но теперь по бокам мостков не было страховочных веревок, а от второго до третьего столба вел натянутый трос.

— Все как на ночной тренировке, — сказал Майлз.

— Приветствую участников игр! — загремел усиленный артефактом голос за нашими спинами.

Над выходом, на широком балконе, обтянутом красным бархатом, расположились распорядители. С этого места открывается отличный вид на все, что будет происходить на арене.

Генерал Дирк, именно его голос мы слышали, вышел вперед, гордо обозревая кипящую людскую массу. Слева от него встала полковник Мейна, справа…

Несмотря на то, что я готовилась и ждала появления Корвина, дыхание перехватило. Распорядитель. Палач… Он скользил поверх наших голов безразличным взглядом, не задерживая его ни на ком, будто мы все были не более чем оловянными солдатиками в чьей-то военной игре. Он сцепил руки за спиной в замок, расправил плечи, застыл скульптурным изваянием.

Но ведь он предупредил, тренировал нас… Помогал! Или нет? Я не знала, что и думать.

— Граждане свободного Невериона! — вновь загрохотал голос Дирка, и зрители на трибунах притихли, вслушиваясь в его слова. — Сегодня вы все станете свидетелями не праздника и не увеселительного зрелища! Сегодня вершится справедливость!..

— Смотри, Рин. — Майлз и сейчас, пока Дирк произносил патетическую речь, призванную оправдать медленную и жестокую казнь, продолжал наблюдать и анализировать. — Видишь по окружности зеркала? Что это может быть?

Теперь я действительно увидела овальные зеркала, расположенные на каменных бортиках через каждые несколько метров.

— О, это же Око! Это для…

— Да, я понял, — кивнул Майлз.

— А я нет, — встрепенулся Эрик.

— С помощью Ока можно передавать изображение в любой конец Невериона, в любой город, в любую деревушку. Все желающие смогут полюбоваться на то, как «вершится справедливость»! — Последние слова я выплюнула с горечью.

Вот уж поистине злодейский план: мало того, что нас убьют с особой жестокостью, так еще и покажут на все королевство наши мучения, наши слезы, мольбы…

— … мы не мстим, мы возвращаем долг. — Голос Дирка все нарастал и вкручивался штопором в мозг: и хотелось бы не слышать его, да не получалось. — Слишком долго дети знати росли в безопасности, пока дети простого народа погибали на Королевской жатве, развлекая тирана.

— Да-а-а, — восторженно взревела толпа, а я не выдержала и зажала уши руками.

— Ой, — сказала Таисия, и я, хоть не услышала ее слабого голоса, прочитала по губам, проследила за направлением ее взгляда и вздрогнула от ужаса.

Ряд в центре трибун, напротив ложи распорядителей, был занят молчащими людьми. Снизу и сверху их окружали ловчие, да вряд ли бы кто-то посмел сдвинуться с места, когда на арене будут гибнуть их дети…

— Отец! — вырвалось у Эрика.

Мужчина, высокий и статный, угрюмо сжав челюсти, смотрел на сына. Поддерживал его взглядом, ведь слов на таком расстоянии все равно было бы не разобрать. Родителей заставили стать зрителями. Кажется, привезли не всех, но многих. Взгляды моих товарищей шарили по лицам, вспыхивали надеждой, отыскивая своих.

Хотя бы от этого мучения я избавлена! Моих родителей здесь точно не будет. Достаточно того, что Корвин станет наблюдать за моими попытками спастись.

Невольно я снова обернулась на него. Жгучий взгляд на мгновение хлестнул по лицу. Корвин сжал челюсти, а я… Широко улыбнулась. Моего страха ты не увидишь — не доставлю тебе такого удовольствия.

Дирк поднял руку и указал прямо на меня.

— Среди участников сегодняшней Жатвы — сама наследная принцесса Рианна, дочь павшего тирана Рэтклиффа Железного.

Зрители взревели, я оказалась под прицелом тысяч глаз. Это случилось так неожиданно, что улыбка не успела исчезнуть с моего лица и, наверное, я казалась наглой и самоуверенной девицей — такую хочется хорошенько проучить.

— Посмотрите на нее и запомните! Сегодня она ответит за преступления отца!

— Да-а-а!!!

Дирк резко опустил ладонь, рубанув воздух.

— Пусть начнутся игры!

Затрубили горны, восторженно заорали сотни глоток, запищали дудки.

Королевская Жатва началась.